Сложнее, чем кажется

       Я хочу тебя так, будто жизни осталось — неделя. Будто несколько дней — и уже ничего не успеть.       Жаркое солнце освещало поляну возле домика Северуса Снейпа. Ветра совсем не было и деревья будто замерли и стояли неподвижно, будто статуи. Две фигуры, находясь друг от друга в неком отдалении, активно двигались, а вокруг пестрили вспышки света. Приглядевшись, в них сразу узнавались суровый профессор и паренёк-гриффиндорец. Они были такими разными. Один — взрослый мужчина, со стальными нервами и скверным характером. Высокий, бледный, с бездонными глазами и чёрными, как ночь волосами, который в своих движениях всегда был сдержанным и выбирал для дуэлей заклинания довольно жестокие, однако не требующие многих движений. Каждое действие было либо спланировано и проработано до мельчайших подробностей, натренированное годами, либо спонтанное, но сделанное с умом. Изящность этого «каменного» человека, порой поражала. Второй — смуглый парень восемнадцати лет, который даже не знал, что будет делать на следующий день. Импульсивный, непродуманный Гарри Поттер, действующий на поводу у своих мыслей и желаний. Каждое его действие, каждое слово было спонтанным и быстрым, о которых он зачастую жалел. Его изумрудные глаза горели, когда он видел возможность как-то проявить свой магический потенциал и почти всегда доказать профессору, что он «не идиот». В бою он действовал крайне быстро и необдуманно, кидаясь первыми заклинаниями, что приходили в голову. Это почти всегда приводило к неприятным последствиям. Но Гарри все равно практически всегда побеждал. Этих двоих объединяло лишь одно — они должны были вместе спасти мир. Конечно, они с детства были по-своему одиноки, их семьи не были самыми благополучными, и характеры были разными, но при этом одинаково не самыми лучшими. И всё же, как-то эти два человека смогли найти друг друга, и, преодолев ненависть между собой, зародившуюся ещё задолго до их встречи, — во всяком случае со стороны Снейпа, — они смогли объединиться и стать борцами против зла. В жаркий день на поляне возле дома, Гарри и Северус перекидывались заклинаниями, отрабатывая до невозможности каждое движение. — Поттер! Остановитесь или мы начнём все сначала! Дуэль почти всегда непредсказуема, если не знать соперника. А также каждый шаг имеет смысл. Отрабатывая их тут, на поле боя вы не будете заботиться о том, как двигаться, чтобы не оступиться. — В который раз говорил Снейп, потирая переносицу пальцами. Ветра крайне не хватало, чтобы хоть немного освежиться, но он, как назло, не появлялся, а солнце только припекало. Гарри только кивнул, уже без сил для какого-либо ответа профессору и встал в позу, для продолжения дуэли.

***

В доме было намного прохладнее. Видимо летом тут работали какие-то особые чары охлаждения. Гарри поспешил занять душ первым. Он зашёл в комнату, мысленно проклиная Волдеморта за то, что все его тело болело из-за долгой тренировки. Взяв сменную одежду, Гарри хотел было отправиться в ванную комнату, но камень, лежавший у него в кармане, переливающийся всеми цветами, что существуют, как только парень достал его, задержал его. Поттер осторожно коснулся его пальцем, рассматривая, как линии искривляются и цвета смешиваются в один. Вокруг места, где палец соприкасался с поверхностью артефакта, все стало красно-оранжевым. Да, легкая раздражённость в нем присутствовала. Но было что-то ещё. Гарри не особо удивило то, что показал камень, поэтому он взял полотенце и пошёл в душ. Камень, зачем-то прихватил с собой. Снейп велел взять его на тренировку, чтобы артефакт накопил магическую энергию. Зачем это было нужно — непонятно. «Носите камень всегда при себе.» — Вот что сказал Северус Поттеру накануне. Два часа тренировки давало о себе знать. Но все же, когда горячие струи воды коснулись тела парня, его мышцы понемногу расслабились. В душе было так хорошо. Только шум воды, тепло и приятное расслабление. Отсутствие гнусных мыслей, что терзали его во время дуэли, делало пребывание здесь ещё лучше. Средства для душа Снейпа пахли травами, как и он сам всегда. Но когда он засиживался над зельями, от его сюртука можно было уловить запах крови, например от магических животных, а также другое разнообразие ароматов. Подумав об этом, Гарри поразился тому, как хорошо он может различать запахи профессора. Он что его… Нюхает? Нет, наверное это просто последствия их длительного сожительства. В голове начали всплывать разные моменты, пережитые им со Снейпом, и Гарри поразился тому, как долго они уже «работают» вместе. С середины февраля началось их странное сотрудничество и тогда они узнали, что Дамблдор играл с ними в свои странные игры заодно с Темным Лордом. « —Поттер! Соберитесь! Если вы не научитесь закрывать своё сознание от Темного Лорда, вам никогда его не победить! — профессор Снейп был в ярости. В очередной раз сын Поттера не мог элементарно постараться, не говоря уже о хорошем результате.»  — Эти слова все также играли в голове Гарри, когда он хотел сконцентрироваться на чем-то. Именно Снейп и его голос помогали Гарри собраться. «   —Мерлинова борода, Поттер! Ты что тут делаешь? — Драко подскочил на месте.        — Спасаю Снейпа! Дамблдор сошёл с ума и не хочет мне помогать, а у меня было видение…— Быстро начал Гарри.»  — После того чертового урока окклюменции Гарри пришло видение о том, что Снейп нуждается в помощи. Он даже не думал, что глупое заклинание из школьного курса поможет ему забрать Снейпа из рук одного из самых опасных волшебников всех времён, который охотился за ним самим. —Avada Kedavra! —из рук Беллатрисы выпала палочка и волшебница бездыханно свалилась на пол. Поттер сам не отдавал себе отчета в своих действиях. Он только что… Убил? Нет! Только не это. Тело пробила дрожь, внутри все похолодело. Отвратительное чувство тошноты подступило к горлу. Но отступать нельзя. Не сейчас. Поттер собрал всю свою уверенность. Он взял себя в руки и сжал свою палочку крепче.  — Жуткий момент, от которого Гарри и сейчас бросило в дрожь. Он старался не думать об этом раньше, но сейчас, вспоминая все, что было, нельзя было упустить и этот крайне неприятный момент. Правда вот Беллатриса была плохим человеком, поэтому, как Гарри себе говорил, она это заслужила.       Выходить из душа не хотелось, тут все воспоминания становились приятнее, дурные мысли отходили на второй план. Но Поттер понимал, что Снейпу тоже необходимо посетить данную комнату. Снейп. Гарри вдруг задумался о нем. Война близко. А у войны есть потери. Если Поттер без раздумий убил Беллатриссу, то точно также могут убить и Северуса. По факту, Дамблдору он не нужен, так как они заодно с Волдемортом и сам он говорил, что если Снейп умрет — это не страшно. Волдеморт пытался убить Снейпа, но Гарри спас его. А что будет, если он не сможет спасти его ещё раз? Тогда Гарри по чистой случайности удалось вызволить Северуса из лап Темного Лорда, но смог бы он сделать это ещё раз, когда вокруг будет армия Пожирателей или что-то хуже? Нужен ли ему Снейп? Сколько противоречивых мыслей томилось в голове Гарри? Скоро конец лета. Гарри уже восемнадцать. Чары сняты. Защиты больше нет. Новостей из внешнего мира давно не было. Волдеморт точно ищет его. Вдруг Поттера охватила невероятная паника и он поспешил укутаться в полотенце, будто маленький ребёнок. Затем Гарри осторожно коснулся камня, лежащего на раковине. Темно-зеленый. Интересно, это и есть цвет паники? Или благодаря этому цвету панику возможно успокоить? Камень светился и грел руку Гарри, в который он его держал. Невероятно, но кажется парню стало легче. Очевидно, камень был не так прост, как кажется. Наконец, Гарри смог одеться. Он взглянул на себя в зеркало. Сильно ли он изменился? А изменилось ли его отношение к Снейпу? Ох, сколько терзаний было между ними. Сколько разных мыслей ежедневно проносилось в голове у Гарри именно о профессоре. Парень провёл рукой по влажным волосам и вдруг почувствовал неприятные ощущения в руке. Видимо, он поранился, когда в очередной раз упал на тренировке. Как он не заметил раньше? Нужно будет обязательно попросить у Снейпа мазь. Наконец, Поттер покинул ванну. Выйдя в гостиную, где на диване сидел Снейп, он хотел было узнать про наличие мази или лекарства, но вместо этого застыл на месте, ловя на себе неоднозначный взгляд профессора. Это было моментом, продлившимся не больше двух секунд, но Гарри это уловил. Сначала он не понял, что с ним не так, но позже представил себя со стороны. Мокрые волосы, майка, обтягивающая влажные мускулы, смуглое лицо без очков. Теперь стало ясно. В глазах Снейпа была явная заинтересованность, которую он моментально скрыл, вопросительно взглянув на парня. Гарри густо покраснел, не умея контролировать себя и пробубнил что-то про рану на руке. Тогда зельевар встал и направился к лестнице, ведущей в чулан и лабораторию. Он вернулся довольно быстро со стеклянной баночкой в руке. — Вам повезло, что я в любом случае остаюсь зельеваром и разбираюсь в лечебных мазях. Давайте руку, Поттер. Гарри на автомате протянул руку профессору, а голове всплыло дежавю из банка Гринготтс.  — Я знаю последствия этого зелья. Нужен бадьян, — он порылся в складках мантии, — Вам повезло, что я, даже будучи у Хагрида, остаюсь зельеваром. Давайте руку, Поттер. — Он взял Гарри за запястье и капнул настойку бадьяна на рану. Та моментально затянулась, а Поттер зашипел от боли. Северус осмотрел палец. — Все нормально? — как-то холодно спросил Снейп и отпустил руку Гарри. Снейп очень осторожно и внимательно касался прохладными пальцами раны Поттера. Она была небольшой, однако, заживить ее было нужно. Когда профессор завершил своеобразное «лечение» и поставил банку на стол, он направился в душ, оставляя Гарри одного в гостиной. Того ни на минуту не покидало ощущение того, что какое-то странное чувство, от которого он, казалось бы, благополучно избавился, начало возвращаться к нему. «Гарри осторожно положил руку на слегка дрожащие плечи профессора. Он сейчас боялся спугнуть такого Снейпа. Почему-то хотелось насладиться им, запомнить, почувствовать. Поттер сжал его плечо и привлёк к себе, обнимая.» « — Ну, я подумал, раз вы тут живете, одежды и душа, как такового у вас нет. Хагрид, кстати, пользуется душем? — Гарри как-то странно посмотрел на профессора. — Спешу заметить, я не интересуюсь Хагридом и его рутиной, — Снейп, очевидно, представил полувеликана в душе и поморщился, — да и к тому же, я прекрасно нахожу ему… Замену, — Северус впервые смутился в присутствии Гарри.» « — Вам страшно? — этот вопрос поразил Поттера. — Да, профессор, безумно страшно, — отвечал он спокойным голосом, — Но в последнее время я понял — кроме Вас и Гермионы у меня нет никого. Никого столь близкого. Простите мне мои высказывания, сэр, — Снейп стоял поражённый и шокированный, — Просто в моей жизни было столько всего… Столько людей меня принуждали, столько людей врало, я видел больше, чем должен был видеть любой парень моего возраста, я знал и знаю больше всех в этом замке, — он махнул рукой в сторону Хогвартса, — Мне это не льстит.» « — Профессор, вы… Останетесь тут со мной? — как-то неуверенно спросил Гарри. —Безусловно, Поттер. У меня нет другого выбора. Конечно, ваша компания не самый большой подарок судьбы, но в любом случае здесь удобнее, чем на скрипучей кровати Хагрида… Все воспоминания о Снейпе почему-то были исключительно приятными. Забылась та неприязнь, из-за которой хотелось без повода стукнуть его по голове котлом для варки зелья. Конечно! Ведь заклинание и подчинительные отвары давно перестали действовать. Сколько он сидел тут и думал о Снейпе? Почему именно сейчас в его голове появился этот ненавистный ему когда-то рой мыслей, и все они, как иронично, о профессоре, который был в душе? Прошло ещё пару минут и Гарри услышал шаги. Перед ним появился Снейп в чёрной рубашке и своих брюках. Гарри невольно задержал на них взгляд. В его голове сразу возник вопрос: «Сколько у него таких пар брюк? Или он одни стирает заклинаниями?» От этого даже стало смешно. — Как ваша рука, Поттер? — Холодно спросил Снейп. — Намного лучше, спасибо, сэр. — Опустив глаза, ответил Гарри. Снейп развернулся и пошёл на кухню. Поттер взглянул на его руки. Он вспомнил кое-что, от чего его щеки вновь покраснели.  — Профессор? Вам больно? — тихо спросил Гарри, опасаясь гнева зельевара. Однако, тот видимо был слишком уставшим, чтобы реагировать как-то резко.  — Поттер, а вам было больно, когда вас обожгло? — Равнодушно ответил Северус.  — Да, очень, сэр! — Самостоятельно додумав фразу, он сказал: — Это значит, что вам тоже?» « — Профессор. — еле слышно произнес Гарри. — Прошу вас, дайте ваши руки. — Снейп сначала поднял изумленный взгляд на Поттера, изучая его намерения. Гарри ожидал криков, однако, их не последовало. Гарри выжидал, будто собирался подстрелить крупного зверя на охоте, — Позвольте… — Робко и осторожно, чтобы не причинить боли Снейпу, который протянул ему руки, Гарри коснулся их. Они были холодными, как всегда. Поттера пробила дрожь. Он боялся сделать что-то не так. Сделать больно. И ему не хотелось, чтобы его оттолкнули. Гарри взял руку ошеломленного профессора и капнул на нее настойку бадьяна. Зельевар зашипел от боли, и Поттер опомнился. Он молча протянул ему обезболивающее, и тот выпил его, заметно расслабляясь.» Когда-то на этом диване сидел Снейп, и Гарри лечил его руки. У Гарри пересохло в горле. К тому же после тренировки он так и не попил. Почему-то перед тем, как войти на кухню, Гарри охватило необычное волнение. Снейп стоял с чашкой чая в руке, опираясь на кухонный гарнитур. Он взглянул на Гарри лишь мельком, а затем продолжил смотреть перед собой. Руки Гарри дрожали, пока он наливал воду. Когда Поттер пил — тоже. В конце концов он настолько забылся, что пролил немного воды себе на майку. Ему стало неловко и он принялся вытирать себя рукой. Он почувствовал на себе взгляд Снейпа, и Гарри поднял на него глаза. Лицо профессора не выражало никаких эмоций, но его глаза… В них Гарри уже четко увидел те самые искры. Снейп что-то очень хорошо скрывал, и Поттер понимал, что это «что-то» крайне интересное. Снейп смотрел на него недолго, но внутри от этого все сжалось. Такие чувства в Гарри зельевар уже однажды вызвал. Это он вспоминал потом не один раз… » — Чай, Поттер. — Невероятно. Он произнёс эту фразу так… По-Снейповски. Так особенно… Вроде бы холодно и безразлично, но с в то же время вызовом. С искрой. Как-то особенно потрясающе, как умел только Северус Снейп. Черт. Гарри сходил с ума. Он не понял — была ли эта фраза про чай вопросом, но и понимать особо не хотелось. Он решил, что если сам Снейп решил угостить его чаем вечером, в своих комнатах… Это очень необычно. Очень по-Снейповски непредсказуемо.» « Снейп вскочил и схватил Гарри за рубашку. Он глядел Поттеру прямо в глаза, от чего становилось страшно, но Гарри не отводил взгляд. Он был в бешенстве. — Ты глупый мальчишка! — Шипел Снейп, сжимая его рубашку сильнее. — Не умеешь контролировать свои эмоции! Невежественный, отвратительный… Выметайся отсюда! Быстро! — Последние слова он буквально выплюнул Гарри в лицо, отталкивая Поттера в стену. Он больно ударился головой и тогда разум окончательно покинул его. Гарри бросился было на Снейпа, но тот вдруг схватил его за рубашку и прижал к стене. Наклоняясь к уху разъяренного подростка, он прошептал: — Ты ещё пожалеешь, что посмел думать обо мне. Я уничтожу тебя. Жалкий мальчишка… — Гарри бы мог возмутиться, пнуть Снейпа или закричать. Но случилось то, чего Гарри совершенно не мог ожидать. Его член вздрогнул и болезненно заныл, когда горячее дыхание Северуса коснулось его уха. Он никогда не ощущал оскорбления столь… Возбуждающими. Это было… Ужасно! Просто отвратительно! Может, Снейп подлил ему ещё и амортенцию, чтобы сильнее унизить?! — Гарри всхлипнул и замер, пока Снейп отступил. Затем он красный, будто рак, схватил мантию и вылетел из комнат.» Воспоминания о том, как Снейп прижимал Гарри к стене, как он шептал ему что-то на ухо, пусть оскорбительное и неприятное, заставило парня ощутить, как желудок решил сделать сальто назад, а затем и вперёд и так несколько раз подряд. Сейчас думать об этом, когда профессор стоял в метре от него и уже второй раз одарил его «таким» взглядом, казалось просто сумасшедшим. Гарри решил проверить цвет камня. Может хоть так он смог бы отвлечься. Он бы мог просто уйти к себе в комнату и прогнать дурные мысли, но почему-то именно сейчас уходить не хотелось. Как только Гарри взял камень в руку, тот окрасился в бордовый. Это был даже не красный. Поттер хотел было убрать дурацкий артефакт, но вдруг услышал баритон профессора и его почему-то бросило в дрожь. — Поттер, а что означает красный цвет? — Гарри показалось или… Снейп кокетничал? Нет, просто они оба устали. Это все последствия длительной тренировки. Снейп на такое способен не был. — Не знаю, сэр. — Гарри спокойно ответил, но взгляд отвёл, с трудом скрывая дрожь в голосе. — Свои догадки я озвучивать не буду. — В голосе была явная насмешка, поэтому Гарри даже не осмелился поднять на него глаза. — Профессор я… — Парень хотел было что-то сказать, но не смог. — О чем задумались, Поттер? — Снейп взглянул на него с непонятной ухмылкой. Казалось, он понимает, о чем думает Гарри. Эта фраза заставила парня вспомнить еще один эпизод из больницы при банке Гринготтс. — О чем задумались, Поттер? — Гарри только что осознал, что все это время думал о чертовом Снейпе, который сидел в двух метрах от него. — Да так, о Гермионе. Интересно, как она там? — он вдруг понял, что покраснел и смутился. — Касательно Грейнджер не переживайте, с ней Малфой. — Поттер чуть не подскочил на кровати. Он уже в курсе их интрижек? Или это… Черт! Черт! Черт! Как он мог забыть про то, что Снейп — легилимент. И очевидно он считывает какой-то верхний слой мысли уже неосознанно. Поттер не мог подтвердить свою гипотезу, однако, судя по легкой ухмылке Снейпа, а также по его тону, в котором он сказал про Грейнджер, Гарри понял — он знает, о чем Поттер думал.» Вот сейчас ему стало крайне неловко от того, что Снейп знал наверняка, что в голове у Гарри и каждая новая мысль становилась опасной. — Поттер? — Снейп ухмыльнулся. — Вы чего-то хотите? — Вопрос был обыденным, без философского или какого-то пошлого подтекста, но Гарри действительно задумался о том, чего он хочет. Пожиратели могут придти сюда в любую минуту. Битва когда-нибудь станет неизбежной. Когда Снейп отлучится в очередной раз, его могли бы просто убить, чтобы оставить его, Гарри, без защиты. Гарри Поттер остался бы совсем один. И казалось бы, так было всегда, но в последнее время он не ощущал себя одиноким. С ним всегда и везде был Северус Снейп. С первого курса он спасал Гарри жизнь, хотя находился под воздействием зелий. Снейп мог бы скрыться тут, в доме, когда узнал все о Лорде и Дамблдоре. Но укрывая в собственном доме Гарри, он подвергал свою жизнь опасности. При этом, благодаря антидоту, он не чувствовал, что должен что-то Лили Эванс. Почему он это делал? Снейпу было не все равно на весь мир или… Поттер вдруг стал для него всем миром? — Профессор, а чего хотите вы? — Гарри больше не боялся. Он смотрел Снейпу прямо в глаза и, не имея навыков легилименции, он понимал, что в голове у Северуса. — Поттер… — Полушепотом сказал зельевар. Взгляд чёрных глаз прожигал. — Впервые скажите вы, чего вам хочется? — Гарри не отрывал взгляд от чёрных глаз, но медленно перевёл его на сжатые губы профессора. В голове появилась дикая мысль попробовать их на вкус. Но Гарри ждал. Он не смел перейти границы. — Вас. Снейп мог бы этого не произносить. Да и это было совершенно не в его стиле. Но после этого простого слова невидимый барьер между ними растаял. Именно этого они и желали. Все это время они были нужны друг другу. Гарри осторожно потянулся к губам Северуса, поднимаясь на носки, но Снейп положил свою руку на талию парня, плотно притягивая его к себе. Внутри у Гарри все закружилось от невероятных ощущений. Ни один человек на дарил ему такого. Насколько противоречивые, но при этом невероятно нужные и важные чувства вызвал в Гарри Поттере Северус Снейп. Сначала их губы лишь соприкоснулись, но позже Снейп, беря инициативу в свои руки, слегка прикусил нижнюю губу Поттера и потянул ее на себя, нежно вовлекая его в более глубокий, яркий и невероятно страстный поцелуй. Гарри в этом деле мастером не был. Снейп, в принципе, тоже. Он никогда и не пытался быть каким-то невероятным любовником, но опыта у него было все же намного больше. Гарри не знал, что делать во время поцелуя, но старался в чем-то повторять движения Снейпа. Свободная рука Северуса коснулась рукой плеча Гарри, от чего тот вздрогнул и шумно выдохнул профессору в рот. Снейп осторожно провёл пальцем до локтя, а затем взял в свою руку ладонь Поттера, тем самым заставляя парня ощутить себя на седьмом небе от счастья и всевозможных ощущений, которые ему дарил Снейп. Ему было невероятно волнительно, впервые он ощущал кого-то так близко и впервые он кого-то так невероятно желал. Тем временем губы профессора все увереннее двигались на губах Гарри. Тот же несмело отвечал, но с каждой минутой у Поттера получалось все лучше и лучше. На мгновение Гарри оторвался от Снейпа, ловя на себе многозначительный взгляд профессора. Затуманенные глаза Гарри говорили о том, что ему больше ничего не нужно было, кроме как ещё раз ощутить на себе вкус поцелуя Северуса Снейпа.  — Профессор… — Гарри хотел что-то сказать, но его заткнули поцелуем. На этот раз он был более нежным и чувственным, но с каждой минутой набирал все больше страсти и раскованности. Рука Снейпа, лежащая на его пояснице, блуждала по спине Поттера, вызывая в том ощущения блаженства. Осторожно подхватив Гарри на руки, Снейп усадил его на кухонный гарнитур возле плиты. Поттер слегка ударился головой о шкафчик, но это было совершенно не важно, когда руки Северуса легли ему на бёдра, слегка поглаживая их. Руки парня обхватили профессора за шею, притягивая его к себе. Вдруг Снейп оторвался от губ Поттера, осторожно расстёгивая его рубашку. Щеки парня покраснели ещё сильнее, чем они были до этого, и когда Северус бросил на лицо Гарри краткий рассеянный взгляд, то движения его рук стали более наглыми. Прогибая спину в пояснице, Поттер пытался придвинуться ближе, ощутить всем своим телом тепло профессора. Когда Гарри сидел возле профессора оставшись только в штанах, желание избавиться от них, чтобы ничего больше не мешало им, было невероятно сильным. Но Снейп с этим медлил. Также, как и со своей одеждой. Гарри подумывал о том, что зельевар не разденется вообще. — Поттер… У тебя было это раньше? — Спросил профессор уверенно. — Н-нет. — Тихо ответил Гарри, отводя взгляд. — Ладно. — Снейп приблизился к губам Гарри, осторожно коснулся их своими, требовательно и нежно раскрывая своим языком губы парня. Он поцеловал его так, будто пытаясь заранее успокоить перед своими словами. — Будет неприятно. Уверен? — Снейп выглядел как обычно сурово и холодно, однако его желание выдавал лишь легкий румянец на бледной коже. Гарри кратко кивнул без раздумий. На самом деле в этом небольшом жесте было столько доверия, столько значимости и верности. Но до осознания этого им обоим потребовалось бы время. Снейп осторожно взял Гарри за руку и тихо сказал: «Не здесь», уводя его за собой в спальню. Там Гарри был впервые. Комната, очевидно была переделана под Снейпа им самим. Чёрное постельное белье? Как символично. Опустившись на кровать, Поттер сам избавил себя от брюк. Снейп порылся в шкафчике, кратко выругался, взял кусок бумаги со стола и сделал несколько рассеянных движений палочкой. В руке профессора зашуршал пакетик. «Защита» — пронеслось в голове у Гарри. Он сразу подумал о том, что Снейп не пренебрегает этим, а это было очень хорошо. Снейп навис над Гарри, и тот притянул его к себе, обнимая за шею и позволяя целовать себя. Свои губы, шею, щеки. Все это теперь принадлежало Северусу Снейпу и больше никому. Осторожно сняв с Гарри трусы, зельевар заставил парня засмущаться. Но уже пару минут спустя все прошло. Заклинание Lubricus Поттер не знал, но ощутил его на себе в буквальном смысле приятной прохладой. Осторожно перевернув Гарри на живот, Снейп провёл влажным пальцем по спине Поттера и в момент он оказался в нем. Гарри вздрогнул, охнул, ему стало неприятно, но вспоминая, кто делал это с ним, каждое движение становилось блаженством. Каждый всхлип и вздох Гарри звенел в ушах Снейпа эхом, но он сосредоточенно занимался тем, чтобы Поттеру было хорошо. Наконец, Гарри был полностью готов и уже просто изнывал от желания. Снейп не торопился, но все же закончил начатое. Они растворились друг в друге, стали единым целым и, наконец, стали чувствовать друг друга в полной мере. Весь мир ушёл на второй план, Гарри не ощущал боли, не помнил страданий, которые ему причинил когда-то этот человек, он просто желал находиться с ним рядом всегда, несмотря ни на что.