Обессиленные

      Субару не помнит, когда в последний раз отдыхал, вообще в доме сплошняком переполохи и шумные вечера в компании надоедливых старших братьев, а ему так хочется мирской тишины или хотя бы спокойного вечера в окружении друзей из баскетбольной команды. Наверное, поэтому он просто прилетает в одну из кафешек в Кабуки-тё с несвойственной серьёзному спортсмену улыбкой. Он пятикурсник и в этом году оканчивает Университет и врывается в большой спорт с громогласными заявлениями журналистов и восхищёнными возгласами тренера, он исполняет свою мечту в этом году, а также попутно доказывает своему ненавистному старшему брату что хоть чего-то стоит; боле тот не посмотрит на него столь уничижительно и недоверчиво, ведь теперь он не просто Субару Асахина — он профессионал своего дела.       Он не желал сегодня напиваться или терять рассудок, потому просто слушал и иногда кивал, поедая собу и порой поглядывая в окно. В этой компании каким-то образом зачесался его одноклассник из старших классов Рёко некогда популярный среди старшеклассниц красавчик, а ныне бедно влачащий свою жизнь соискатель работы повеса. В школе они не особо общались, да и сейчас практически не говорили, так, парой фраз перекинулись. Всё шло хорошо, пока остальная компания не нашла общую тему для разговора, каким-то образом вытесняя из беседы двух приятелей. Тут Рёко и взял инициативу в свои руки — уж языком почесать он любил за мил душу. — Слышал ты стал серьёзным игроком в баскетболе? Молодец. — Да, спасибо, — безразлично кивает и смотрит на часы. — Помнится, раньше в школе тоже играл. У вас ещё менеджер была… как её звали? Та забавная пухляшка безответно влюблённая в милого Субару-куна, — он прыскает смехом, допивая пиво из стакана. — Давненько её не видел, слышал, она связалась с каким-то недоноском и прожигает свою жизнь в подобных заведениях. Любопытно какой стала та слюнтяйка?       У Асахина дёрнулся глаз, и он набрал воздуха поглубже; Рёко переходил черту, вспоминать Лису при нём было ошибочно, он растеребил его рану, практически зажившую, но всё ещё ощутимую. Тогда, пять лет назад, после выпуска она призналась ему, а он не смог ответить взаимностью — с девушкой он имел крепкую дружбу и хорошо к ней относился всегда, словно она его сестричка (так он не относился к Эме), а теперь он потерял с ней всякий контакт. Она была его менеджером, другом, соратником, самой весёлой и забавной девчонкой в классе, не стеснялась себя и являла миру такой какой была, а после того, как он её отверг — не возвратилась и полностью разорвала все связи. Субару старался не вспоминать, но образ Кавасаки настойчиво всплывал в голове каждый раз при упоминании. — Расслабься, я не хотел задеть, просто атмосферу решил разбавить. Не вышло. — Довольно скверно. — Да ладно тебе, небось она тебя и не вспоминает, а ты расчувствовался. — Я не…       Субару резко встрепенулся, когда послышался женский смех со стороны соседнего стола, где сидели четыре девушки и мило щебетали обо всём на свете. Он обернулся, наталкиваясь на симпатичные личики и хорошие фигурки, смутился и отвернулся. Не решился продолжить свою речь и махнул рукой, начал собираться — отдохнуть как-то не вышло, так что искать больше нечего. Надо бы быстрее уйти, пока все не напились и ему не пришлось выносить здоровых пьяных мужиков самому из этого треклятого бара.       Да уж, хотел спокойно вечер провести. Всё удалось!       Пока он одевался, до его слуха доносились полупьяные женские голоса и возгласы недовольства. — Эй, ты куда? Уже уходишь? — Я отпраздновала расставание с этим мудаком, а теперь плыву лить слёзы в одиночестве! — Может такси?       Субару не стал слушать дальше, развернулся и тут же столкнулся с изрядно выпившим и плохо соображающим телом женской особи. Не прошли даром тренировки, благодаря ловкости и манёвренности сумел поймать в полёте девушку, удерживая её тушку на весу. — О, зачётный подкат! — Бери номерок, дура!       Субару особо не обращал внимание на женские подколы, он внимательно смотрел в раскрасневшееся лицо и мутные карие глаза, плавающие в океане полуночного марева. Он помог девчонке встать на ноги, убедился, что она стоит на своих двоих, кивнул и направился к выходу. На улице, перед баром, его догнала девчонка и бесцеремонно схватил за край пальто. — Как жестоко, — процедила она, — ты даже не узнал меня, Суба-кун, всегда знала, что влюбляться в такого непроходимого идиота как ты — ошибка, — она ударила его кулаком в грудь. — Козёл!       Она мотнула головой, будто пыталась избавиться от пьянящего эффекта текилы, но её лишь повело чуть вправо. С трудом, но сумела устоять на своих двух и снова посмотрела в глаза парня, пытаясь не то что-то разглядеть, не то сфокусировать свой взгляд. — Л-лиса-чан?       От той девчонки из его памяти остались только лисьи глаза и прямой нос, она вся изменилась — волосы перекрасила в светлый, красилась эстетично-дерзко, её кожаная крутка с заменителем меха на подкладке выглядела потрёпанной, длинное чёрное платье, полусапожки на каблуке и самое главное тело — она исхудала, выглядела иначе.       Немудрено, пять лет прошло, идиот! — ударил по мозгам рассудок. — Ты похорошела, — растерянно произнёс он. — Серьёзно? Только это? Придурок! Естественно, я стала куда лучше, да… теперь это так важно, ведь я красива, ухожена, привлекательна и не важно, что было… Спасибо за опыт, Асахина.       Она была слишком пьяна, чересчур, потому не могла связно мыслить и говорить, но посыл он понял. Лиса не смогла устоять и снова полетела вниз. Как только её не стошнило? Субару запомнил из этого дня только то, как тащил тушку подруги сперва на станцию Синдзюку, а потом как протаскивал её в свою комнату так, чтобы ни один брат не увидел. Видимо это семейное — хранить в комнатах вместо секретов девушек.       Пора прекращать эту дурацкие детские игры.       Лиса проснулась на утро с ужасной головной болью, на прикроватной тумбочке она нашла аспирин и кружку с водой — опустошила в один присест и огляделась. Сперва ужаснулась, потом встрепенулась, напряглась от нахлынувших воспоминаний и вскочила с кровати точно ошпаренная. Никогда в своей жизни Лиса так быстро не собиралась, даже на физкультуре она так наскоро не начинала бежать. Кавасаки плохо помнил этот дом, лифт она нашла не сразу, самое главное — не встретиться с предметом воздыханий семнадцатилетней Лисы, сейчас побег идеальное средство избежать стыд за ночные прогулки и резкие заявления в сторону Субару.       Лиса умудрилась подправить макияж, пока ехала в лифте, задумываясь о том, что может кого-то напугать изрядной растрёпанностью по дороге к выходу, идя вдоль почтовых ящиков она даже сумела расчесать волосы и уложить их под шапку нужным образом, так чтобы они выглядели аккуратнее и менее пышно.       Беда приходит оттуда откуда её не ждёшь. Уже на улице, когда она покинула территорию резиденции её нагнал Субару в сопровождении одного из старших братцев — чёртовы бегуны. — Лиса-тян.       Она готова была провалиться сквозь землю, рюкзачок тут же соскочил с плеча, а ноги засверкали, готовясь рвануть с низкого старта. Развернувшись и натянув улыбку, она кивнула, махнула рукой и готова была сигануть, но Субару с компаньоном по пробежке оказались неожиданно слишком близко, чтобы она умудрилась цивильно свалить. — Доброе утро, Суба-кун, как твои дела? Прости, поболтала бы, да на учёбу опаздываю, — самая невинная улыбка. — Сейчас же зимние каникулы, — напомнил компаньон по бегу, хмуря брови.       Суровый парень вызвал волну негодование и желание прибить рыжика, да вот сильные руки на собственных плечах втолкнули мстящий дух обратно в тело. — То, что ты сказал прошлой ночью — ничего для меня не значит, я прощаю тебя и не виню… мне даже не за что прощать тебя, ведь я поступил как трусливый дурак, а ты слишком смелой была… прости меня, Кавасаки-тян.       Его слова звучали двояко для стороннего наблюдателя, Лиса взглянула на отвернувшегося влево мужчину, а потом закатила глаза и взглянула на своего друга юности: она понимающе кивнула и сбросила его руки. — Слушай, прости за случившееся ночью, я не контролировала себя, — виновато прикусила губу, — я не прошу тебя принять меня, договорились? Просто мы разъяснили давнишний инцидент, так что… просто запомни меня как светловолосую красотку с химической завивкой и шикарным телом, — она махнула длинными волосами. — Свидимся, приятель.       Лиса подмигнула напоследок, собираясь уже окончательно расстаться с другом, да долбанный компаньон снова её осадил. — Не вежливо уходить из дома приятеля, не угостившись даже чаем. Сегодня весьма холодно, так что просим в дом согреться, — буркнул парень из неясных для обоих побуждений. — А-а, да-а, Кавасаки, заходи. Хоть так свою вину заглажу. — Да был бы ты виноват, чудила, — выдохнула она, обходя мужчин и направляясь обратно в огромный дом, а так хотелось забыться у себя в комнатке.       Когда-то она начала разделять интересы Субару, чтобы быть ближе, а теперь не знает куда себя деть лишь бы подальше оказаться от этого некогда обожаемого спортсмена. Эй, она же вроде как взрослая, почти двадцать три, так может уже пора смелой становиться и уметь отсылать всех надоедливых прилипал? Почему в жизни всё так сложно? Ладно, хотя бы Субару не так плох в отношении — он не пытается её задеть и надавить на прошлые чувства, просто по-дружески смотрит и молчаливо понимает.       Оказавшись в гостиной, где не было никого, кроме её спутников, Лиса слегка расслабилась — в конечном счёте чего-то необычного не происходит, просто выпить кружку зелёного чая без сахара и расслабиться, не думая о разрыве с парнем и вчерашнем инциденте уже не плохо. К тому же здесь тот серьёзный старший брат Субару, Нацумэ, кажется, вполне лояльный и не мешающий, пусть присутствует здесь — спокойнее. — Зелёный без сахара? — В точку, помнишь? — она расцвела, что не укрылось от взора старшего. — Сейчас буду. — Помощь не нужна? — Не-а, побудь тут.       После ухода Субару, в гостиной повисла неловкость, которую ощущала только Кавасаки, Нацумэ выглядел спокойным точно удав и вовсе не проявлял эмоций, сидя достаточно далеко от Лисы, чтобы та ощущала себя комфортно, но недостаточно, чтобы расслабиться. Лиса не любила нарочитую тишину, ей казалось, что даже дыхание становится оглушительным в огромных стенах гостиной — это раздражало. — Значит, ночевала у Субару?       Что это? Злоба? Недовольство и раздражение? Лиса вскинула брови и удивлённо взглянула на мужчину, откуда взялись эти странные нотки в его голосе? Что в этом такого? Суба-кун же друг Лисы, да, немного странно, но не настолько, чтобы злиться! — Да, так вышло. — Как так? Пришла в гости и уснула? — А собственно, почему вы спрашиваете, Нацумэ-сан? Субару мой хороший друг и я могу… — Не можешь. Влюблённая девчонка из старшей школы, менеджер баскетбольной команды, ставшая ей лишь из любви… Не можешь!       Нацумэ смотрел сердито и грузно, он не то, чтобы злился тут что-то другое было, нечто глубокое и далёкое какое-то незримо-знакомое. Лиса усиленно пыталась отрыть что-то в тех годах оставшихся позади, кажется, в прошлом он тоже недоброжелательно относился к её дружбе с Субару и на этой почве порой возникали ссоры, но это же было много лет тому назад, так почему сейчас опять?       Кавасаки взглянула в лицо Нацумэ? Может ли быть такое, что этот серьёзный чудак влюблён в Лису? Возможно ли подобное? Может и в прошлом он… нет, невозможно! Хотя, он всегда казался не таким, странноватым и чересчур рациональным. Только в прошлом он был просто сердитым студентом, недолюбливающим её, а может всё это ей казалось? — Твой чай! — Спасибо, Суба-кун.       Минут пятнадцать Субару и Лиса говорили о студенческих деньках, расспрашивали друг друга о том, что происходит в жизни друг друга, как оказалось, Лиса училась на туристическое дело, ей подходило — разговорчивая, активная, умеющая себя подать. В этой роли она смотрелась весьма хорошо. — Субару, увидимся как-нибудь на неделе, ладно? Мне нужно идти, — Лиса поднялась с места и поклонилась, — до встречи. — Я провожу тебя, — Нацумэ подскочил с дивана, — не буду же я вместо тебя кружки мыть, — сразу подобрался мужчина.       Лиса улыбнулась и кивнула, поправила лямку рюкзака и пошла в сторону лифта, сопровождаемая Нацумэ. В лифте они молчали, но мужчина явно что-то хотел. Когда пришло время выходить, он резко остановился у ступенек, преграждая путь Лисы; она непонимающе взглянула на Асахина и приподняла бровь. — Мы живём с тобой в одном доме, Кавасаки, а ты даже не замечала этого… ты вообще никогда меня не замечала, — разочарованно-зло проговорил он. — С самой первой встречи. Почему? — Ч-что, простите? — она забегала глазами, а потом мотнула головой и выдохнула. — Не замечала? Просто вы никогда не обозначались передо мной, вот и всё, — улыбнулась и обошла его, спускаясь по лестнице. — Теперь обозначился, так что имей в виду. — Учту, Нацумэ-сан. Но для того, чтобы я вас заметила, — она обернулась на носках у самого выхода, — пригласите меня на свидание в эту пятницу, только тогда я смогу вас заметить по-настоящему.       И, прежде чем успеть что-то сказать и осознать произошедшее Нацумэ уже потерял из виду Лису. Потерял из виду только сейчас, но в следующий раз он не позволит ей просто так скрыться, ни за что, обязательно ведь добьётся своего хотя бы в этот раз, хотя бы в личной жизни.