История вечной битвы 2: ”Славянские корни или дело про коловорот жизни”.

- Ну-кась, милок, подвинься. Дай бабушке с этим охальником поговорить, - с этими словами Яга, словно дитё малое, пересадила Милолика в коляску, аккурат на руки к Тару. – А ты, касатик, пошли со мной. Ухватив парня за ухо, старушка отвела его в сторонку. - А теперь, баюн, потешь бабушку сказкой да поведай, где тебя носило все эти годы? Исчез, понимаешь ли, платы не взяв. Ославить меня на старости лет удумал? Хорошо хоть люди меня знают, а то пошла бы слава по миру, дескать Яга слугу своего со свету сжила, чтоб за службу честную не платить! - Бабуль, да не по своей воле я за платой в срок не явился. - Вот и скажи, что за службу честную хочешь. Сам ведь знаешь – не люблю в должниках быть! - Не до этого мне сейчас… Ай, да не крутите вы мне ухо! Больно же! – взвыл Дагон после того, как Яга в очередной раз его за ухо ухватила. - Что значит – не до этого? А ну быстро говори, чего надобно. И так в должниках уж который век хожу! - Бабуль, ну, правда, - уже едва не плача, взмолился Дагон. Все же хватка у Яги была бульдожья. – Вот разберусь с коловоротом - и загляну в гости. За чаем с плюшками и решим, что к чему. - Так значит, не почудилось мне, что коловорот останавливается, - сменила гнев на милость старушка. – Видать, опять пришло то время? - Не знаю, бабуль. Пока сам всего не увижу – ничего конкретного сказать не могу, - то и дело косясь в сторону Милолика и Тара, признался Дагон. - Да не косись ты аки заяц русый, - заметив его взгляд, возмутилась Яга. Не любила она, когда собеседник в пол уха слушает. – Ничего твоей зазнобе этот демон не сделает. Хоть и рядом их дороги идут, да не пересекаются. - И вовсе он не моя зазноба, - отводя взгляд, пробормотал Дагон. - Да что ты говоришь! А то я – старая – яой в жизни не читала! – вновь ухватив Дагона за многострадальное ухо, возмутилась Яга. Тем более что ложь она за версту чуяла. - Не устраивай мне здесь сеанс самовнушения, Кашпировский! Уж для меня, при моих-то годах, давно не секрет, что любовь не только меж добрым молодцем да красной девицей бывает, но и меж молодцами, да меж девицами! - И все равно – не было между нами ничего, - до последнего решил отнекиваться Дагон. - Да неужели? – сощурила черный глаз Яга. - А что ж от него духом твоим несет? - Ну, мы уже три дня как вместе… - Дагонушка, будет бабушке лгать, - сменила кнут на пряник Яга. – В угол поставлю на крупу гречневую. Что я - смертная какая? Да я на нюх могу по крови родство до пятого колена определить, а не то, что запах семени да крови различить! - Не по своей воле он под меня лег, - сдался таки Дагон. – Принудил я его, чтоб от Невеи спасти. - Дурак ты, Дагон. Кто ж так делает? От сестры ты его сберег, а кто парня от тебя защитит? Ты же его взглядом поедаешь. - Да не трону я его… - Знакомая песня. Так же думал Моринага, предлагая семпаю выпить*, - съязвила Яга. – Одна надежда на демона, да и я по возможности за вами пригляну, а то еще дров наломаешь. - Бабуля! - Что бабуля? Знаю я вас – мужиков. Сама ведь когда-то девкою была. И не дуйся на старших – мне все равно виднее, что к чему. Дагон понимал, что Яга по-своему права – от того и злился. Решив пока не заморачиваться на эту тему – все же проблемы, связанные с коловоротом, были куда важнее, он позволил усадить себя обратно на байк, а то старушка уже начала ворчать, что не по-людски молодцев в лесу ей мурыжить. Тем более, что до терема - рукой подать. - Что ж, касатики, располагайтесь, а я пойду переоденусь. Поставив самовар, старушка поднялась на второй этаж. Вернулась она уже переодетой в привычные Дагону ситцевый сарафан да пестрый платок, чем вызвала вздох то ли облегчения, то ль разочарования. - Ась? Вы что ж, охальники, думали, что я к вам в костюме S&M выйду? – видя такую реакцию, в свою очередь возмутилась бабулька. - Да я одними джинсами половину населения до инфаркта бы довела. Правда, было дело… Да только Кощей сам виноват. Уж песок с него сыпется, а он удумал на сеновал меня звать. Я ему на первый десяток просьб вежливо отказала, на второй, на третий, а на четвертом - не выдержала. Но, говорю же, - сам он виноват. Нечего было меня драконить! Для виду согласилась, а сама костюмчик по случаю прикупила, ну там чулочки в сеточку, кожаные шортики, к ним топик бесстыжий. Ошейник с шипами. У Кожемяки знакомого плеть новую заказала… Ох, Дагон, что же ты, сокол, белее мела стал? Свят!!! Да ты еще и пятнами зелеными пошел - аки Кощей, когда меня в том срамном костюме увидел! - Бабуль, что ж вы неокрепшие детские умы травмируете такими подробностями личной жизни? – пожурил, при этом давясь смехом, Ягу Тар. – Вы парню самогона, что ли, налейте, а то еще схлопочет психологическую травму на всю жизнь. – Милолика, при помощи чар, он лишил слуха еще на “чулочках в сеточку” - Ох, ты ж! Что ж ты меня, нелюдь, вовремя не одернул? - А я что? Мне, может, интересно! Пообещав, что, ежели в следующий раз Тар не уследит да вовремя ее не одернет, – обернуть его в чудо-юдо, людьми не виданное, Яга резво ускакала за самогоном для впавшего в ступор чароплета. Если и дальше будет так же весело, Тар, пожалуй, готов полюбить отдых в деревне. * от авт.: кто читал мангу “Тиран, который влюбился”, тот поймет, о чем говорит Яга.