Другой Мистер Х

      Рослая фигура находилась посреди комнаты отдыха для персонала больницы. Вокруг словно произошла бойня. Нет. Не была, а есть и будет — до конца дней, она будет приходить во снах. Он убил их. Убил их всех. Уцелевшие врачи, охранники, медсестры. Всех кто должен был умереть от рук Николая умер от его когтей. Да, когтей. Руки у людей, даже у маньяков, убийц, а он монстр. Монстр, что разобрал в клочья… даже не сосчитать скольких. Куски тел насколько обезображены, что теперь их даже не опознать работай тут десяток судмедэкспертов. Человек в теле монстра дернулся, словно от удара. Он почувствовал живого человека. Того, кого он не убил, потому что он только что пришёл. Повезло. И теперь, когда его тело снова вернулось под контроль, вырвалось из плена инстинктов. По телу прошла дрожь. Что ещё скрывает его тело? Какие ещё тёмные секреты предстоит открыть? Впервые он задавался этими вопросами. Ест ли он? Справляет ли нужду? За все время ни разу. В обычном понимании. Но сейчас его тело и разум в порядке. Под контролем. Его контролем. Джон Трэнч поискал взглядом то, что помогло бы ему понять в каком он состоянии. Рядом оказалось треснувшее зеркало. Заляпанное свежей кровью. Он боялся, что увидит там, но упрямо поднял взгляд. Человек. Он выглядел как человек. Вот только… Его тело покрывала броня. Если не вглядываться, то можно было принять её за броню довольно странную, но броню и лишь внимательно посмотрев на неё, то можно было понять — броня состоит из бесчисленного множества чешуек. Образуя сегменты брони, нагрудник, плечи, поножи, сабатоны. Джон и до смерти не особо разбирался в типах брони, а сейчас не особо старался закрыть этот пробел. Но был похож на типичный рыцарский, правда наплечники были большеваты, не как у тех же Астартес, но явно больше чем надо. Шлема не было, перчаток не было, только наручи, вместо кольчуги было нечто похожее на рубашку из цепей, только это совершенно точно было не железо. По-крайней мере он не мог чувствовать железо, как часть своей плоти. Насчёт этого. Решив проверить, Трэнч сконцентрировался и из запястья в тот же миг вырвался невероятно прочный и длинный хитиновый мечевидный шип, боли не было, крови тоже, она то ли мгновенно зажила, то ли раны не было как таковой. Согнув запястье, Джон схватил шип и отломал его. Обломок втянулся внутрь, вновь став одним целым с телом. Встав с колен он крутанул своеобразный меч без гарды, но не почувствовал какого либо неприятия оружия. Лежало оружие в руке отлично, по ощущениям веса практически не было, инерции словно не существовало — слава телекинезу. Бросив последний раз взгляд на зеркало, гигант понял, что кровь, которая покрывала его с ног до головы исчезла, кусочки плоти застрявшие в неровностях хитинового доспеха тоже исчезли. Снова взглянув в глаза, он понял, что противен себе, однако весь его гнев и ярость имели цель. Амбрелла. Эти люди пусть и убиты были им, разорваны его пастью, щупальцами и когтями, но виновата была, точнее большей частью корпорация и её безумные выродки. Он тоже будет нести бремя вины, но оно не сломает его, ибо тогда все погибшие здесь, в городе и после, если Амбрелла выкрутится — погибли зря. Нет, этого нельзя допустить. Гнев и вина закалят его душу, клинок возмездия выкован. Он не только выживет, но и станет хищником, идущим по кровавому следу.

Джон Трэнч

      После лаборатории я научился бесшумно передвигаться, что учитывая мои габариты было за гранью, впрочем, тут опять телекинез постарался, словно из аниме Блич, я не касался пола, да и вообще любой поверхности. Понять механизм мне было не дано, это словно было в инстинктах. Только включить и выключить, не более. Возможно это было приобретено у того кого я сожрал. По дороге находил трупы не только обычных зомби, но и Охотников. Выпотрошены буквально до состояния костей и шкуры. Однако не мои свершения меня сейчас волновали. Нет. Карлос Оливейра и Джилл Валентайн. Вторая едва ощущалась. Видимо канонично получила дозу любви от Немезиса. Впрочем, я вроде не пересекался с ними и даже теми, кто пересекался с ними, поэтому почему должно быть иначе. Теперь мне предстояло наладить контакт и как говорится: не оставить этот мир без Карлоса. А это значит не выпрыгивать и пугать беднягу, а просто встретиться с ним перед кабинетом Барда.

Карлос Оливейра

      Карлос устал. Патроны были на исходе. Но он не имел права сдаваться, ведь он отвечал не только за себя и тут дело не только в том, что умирать латинос не хотел. Джилл. Всё вокруг меркло для бывшего революционера. «Осталось ещё немного, супер коп, ещё чуть-чуть», — подумал Карлос, смотря на бледное лицо девушки в которую он влюбился. Да, именно так, а не иначе. А ещё он искренне ею восхищался как профи, как бойцом и как женщиной. Поэтому он не смел опускать руки и собирался спасти её. В очередной раз проверив окрестности, он снова с некоторой дрожью отметил упокоенных инфицированных. Однако цель была буквально в паре минут ходьбы. «Если не толпы зомби впереди, которые не могут не быть в одном из главных очагов заражения — в больнице…»       Но Карлос без проблем дошёл со своей ношей до входа в больницу и дойдя до ресепшена, он увидел то, что заставило его быстро, но осторожно уложить девушку на пол, а самому встать на изготовку, припав на колено, водя стволом штурмовой винтовки по всему сектору обзора. Никого. Только остатки тела. И это был скорее всего Николай, никто другой в их форме не дожил до этого момента и явно не добрался бы сюда. Приметы тела, те, которые он мог без детального осмотра разглядеть сходились. Зиновьев мёртв. Впрочем, туда ему и дорога. Дойдя до ресепшена, он зашёл в палату экстренной помощи, проверив её на наличие заражённых и опустил девушку на кушетку. — Держись, Джилл, ещё немного, только держись, пожалуйста, — он все это говорил держа бледную, мечущуюся в бреду, обильно потеющую и тяжело дышащую девушку за плечо и глядя ей в лицо, стараясь успокоить не то её, не то себя. — Дождись и не уходи никуда, пожалуйста?       Не дождавшись ответа, естественно, боец вышел из палаты, закрыв палату за защелку, надеясь, что никого не привлечёт эта палата, пока его не будет. Проверив боезапас, в очередной раз не сдержав тяжёлого вздоха, Оливейра начал движение к цели. По дороге он то и дело натыкался на выпотрошенные трупы, большая часть даже не понять, была зараженными или эти бедолаги просто стали жертвами какого-то очередного порождения ночного кошмара. Лаборатория была прямо по курсу, но… в тени стояла мощная фигура. Оливейра навёл ствол, прекрасно понимая, что другом это вряд ли может быть, но какого было его удивление когда… — Здравствуйте, мистер Оливейра, — нечто произнесло это грубым мужским голосом и вышло из тени. Человек. Мощный, странно одетый, словно броня рыцаря и меч этот, но человек. Блондин, словно сошедший с постера какого-то боевика. Мужественное и грубое лицо, впрочем, не вызывало отторжения или неприязни. Глаза внимательно смотрели на Карлоса и в них не было ни намёка на враждебность или страх. Спокойный. Чем-то напоминал инструктора в лагере подготовки. — Ну привет, рад, что ты не из тех, кто бросается на меня, — впрочем опускать автомат боец не спешил. — Кто ты? — Тот, кто желает помочь тебе и твоей подруге, — Карлос напрягся на словах о Джилл. — Я не делаю вам зла, лишь хочу помочь и достать вакцину… доктор Бард! — здоровяк вдруг развернулся и посмотрел на камеру. — Может все же впустите нас?       Потянулись минуты ожидания. Новый знакомый мрачнел на глазах, но когда раздался звук открываемой двери он с облегчением выдохнул. «Чего он там переживал, что Бард не откроет дверь?» — мелькнула мысль в голове Оливейры, но быстро отошла на задний план. Вакцина. — Пошли что ли? — произнёс здоровяк, и загнал меч в ножны. «Их вроде бы не было? Или были?» — подумал Карлос осторожно входя в лабораторию учёного, держа оружие наготове.