Бог любит предавать

       Девочка с тёмными волосами, отливающими синевой, сидела на ступеньках, размеренно покачивая ногами и следя за игрой её брата. Такой же тёмноволосый, как и его сестра, он сломал ветку и размахивал ею будто мечом. Его голубые глаза остановились на скучающей девочке и стремительно стали искать что-то вокруг себя. Мальчик подбежал к кусту и скрылся где-то за ним. Голубоглазая девочка и не заметила его действий: она была погружена в свои мысли.        — Кана, — мальчик стремительно нёсся к своей сестре, размахивая в руках двумя довольно увесистыми палками.        — Хак? Что это? — девочка встала с каменных ступенек и пошла навстречу брату.        — Все старшие в клане уже давно тренируются, а нам ещё не разрешают… Вот я подумал: мы и без них неплохо справимся. — Брюнет подал одно из «оружий» и покрепче взялся за своё, упорно пытаясь поколотить воображаемого противника. Девочка пыталась повторить упражнения брата, но палка просто выскользнула из её рук, улетев куда-то в кусты. Тяжело вздохнув, она поплелась за веткой.        Отодвинув ветку кустарника, Кана вышла к ключу: вода, бившая из-под камней, была настолько чистой, что можно было увидеть дно. Оружие девочки лежало поперёк ручья, уткнувшись в булыжник. Кане ничего не оставалось, кроме как подтянуть штанины и босыми ногами ступить в ледяную воду. Галька приятно щекотала ступни, а мокрая трава цеплялась за щиколотки, норовя искупать девочку. Малышка схватила палку и победно подняла вверх, но, не устояв на скользком камне, начала падать. Кана зажмурилась, как вдруг её подхватили чьи-то руки, откинув её на лужайку с мягкой травкой. Послышался всплеск. Девочка открыла глаза и увидела перед собой мужчину: его белая туника и штаны перепачкались и намокли, лицо и руки украшали ссадины и грязь, а кудрявые светлые волосы, завязанные в косу, спутались.        — Ты в порядке? — Мужчина почесал затылок и попытался встать, но вновь упал. Девочка быстро вскочила с земли и помогла блондину вылезти из воды.        — Спасибо вам большое! — На одном дыхании выпалила она и поклонилась. Потом, подумав, неуверенно спросила: — Вам нужна помощь? Вы ранены?        — Нет. Я в полном порядке. — Он уселся на траву и вытянул ноги. — Пока шёл сюда, я оступился и, видимо, поцарапался… Когда хотел помочь маленькому птенчику вернуться в гнездо — сам упал: об ветку споткнулся. Думаю, ничего страшного в этом нет.        — Кто вы, вообще, такой? — Кана не могла понять, каким неуклюжим надо быть, чтобы так себя покалечить. Да на нём места живого не осталось!        — Я первосвященник Ик-су. — Блондин поправил свою чёлку, открыв фиолетовые глаза. Кана никогда таких не видела.        — А что вы тогда делаете здесь, а не в замке? — Девочка не унималась, ей хотелось побольше разузнать о таком необычном госте.        — Меня выгнали из дворца много-много лет назад… Это было задолго до начала правления императора Ила… — Ик-су посмотрела на кроны деревьев и улыбнулся. — Как давно это было…        — То есть ты старше, чем Мундок? А я думала, что настолько старых просто не существует… — Кана уселась напротив мужчины и также посмотрела наверх.        — Да… Я очень старый… — Туманно проговорил священник и, словно очнувшись ото сна, спросил: — А ты кто?        — Меня зовут Сон Кана. Я член клана ветра. Мне пять лет. — Протараторила она, будто заучив. — Меня удочерил нынешний глава клана ветра — Сон Мундок.        Мужчина затрясся от смеха. Он закрыл аметистовые глаза, опрокинул голову и как-то уловчился зацепиться волосами за ветку. Вскрикнув, он попытался высвободиться, но безуспешно. Кана подошла к блондину и осмотрела его волосы.        — Только резать. — Вынесла она вердикт, вытащив из-за пояса небольшой ножик. Ещё месяц назад она стащила его у одного из старших членов клана: он собирался его выкидывать, поэтому пропажи не заметил.        — Нет! — Завопил Ик-су, и из глаз его полились слёзы. — Пожалуйста, не режь.        — Что ты кричишь, как подстреленный?! — Отскочила испуганная девочка. — Отрастут же.        — Нет, не отрастут. — Тихо проговорил он, прижимая коленки к груди. — Они у меня больше не растут.        — Ты врёшь. Такого просто не может быть. — Спокойным тоном сказала малышка. — Из-за чего они у тебя не растут? Из-за возраста? Так Мундок тоже старый, но стрижётся чуть ли не каждый месяц. Зарастает, как куст.        — У меня не растут. Знаешь, когда-то у меня были самые длинные волосы в Коуке. Четыре метра, представляешь?! Именно благодаря своим волосам я держал связь с богами, в том числе и с самим драконом Хирью. Все священники и жрицы отличаются длинной своих волос… — Ик-су вновь закрыл глаза, погружаясь в воспоминания, и дёрнулся, почувствовав прикосновения девочки к своим волосам. Кана, недолго думав, заткнула нож за пояс и начала размеренно распутывать его грязные патлы. — Меня с позором выгнали из дворца, отрезав то, что принадлежало не только мне, но и богам. Я потерял связь с драконом Хирью. Боги прокляли меня. Я потерял их доверия навсегда. Теперь я только и делаю, что пытаюсь перед ними извиниться.        — Но ты же не виноват. — Брюнетка внимательно слушала рассказ священника, перекладывая одну прядь за другой.        — Я виноват. Я предал богов. Я не сделал то, что было мне велено, испугавшись императора. За это я и поплатился. — Ик-су замолчал. Ему было больно говорить о своей оплошности, он не хотел о ней говорить, но что-то его заставляло рассказать свою историю этой маленькой девочке.        — Кстати, а почему ты тогда засмеялся? — Кана закончила распутывать волосы и принялась руками их расчёсывать, но, запутавшись в сальных патлах, она бросила эту затею.        — Я… Честно говоря, я принял тебя за мальчика. — Ик-су смутился и уставился в пол. — Прости.        — Ничего страшного. Меня часто путают с мальчиком. Это, наверное из-за волос. — Действительно, её тёмные волосы едва достигали мочек ушей, к тому же она всегда носила мужскую одежду клана ветра, что много раз сбивало людей с толка. — Я очень похожа на своего брата, поэтому меня иногда даже принимают за него.        — Твоего брата? Вас обоих усыновил господин Мундок? — Блондин тряхнул головой и завязал небольшой хвостик.        — Я бы посоветовала тебе помыть волосы. — Кана прополоскала руки в воде и встряхнула ими. — Хак и я — не родные, хоть и похожи как две капли воды. Мундок удочерил меня ровно через год после Хака. Мы не помнили ни наше происхождение, ни даже день, когда родились. Мы с ним даже одногодки!        — Тебе точно пять лет? — Удивлённо присвистнул Ик-су, вставая. — Ты слишком серьёзна.        — Да… Хак и я собираемся стать сильными, чтобы защитить себя! — Девочка взяла палку в руки и направила её в сторону какого-то куста, пару раз взмахнув. — Мундок говорит, что мы должны постоять за себя.        — Ты хочешь защитить лишь себя? Но ты сильная, так что сможешь спасти всю Коуку! — Блондин сверкнул аметистовыми глазами и наклонился к девочке.        — Но Хак намного сильнее меня! — Возразила Кана и опустила «оружие». — Его ещё не начали обучать, а он уже так много знает. Мне за ним не угнаться…        — Ты и не должна гоняться за кем-то. Ты на самом деле сильнее, чем многие. И пусть ты слабее физически Хака, но твой дух мощнее его. Я вижу это. И когда ты это поймёшь, мы встретимся вновь. — Он поцеловал её в лоб, и по телу девочки разлилось тепло. Словно в тумане, она вышла из-за куста обратно на поле, где её искал брат.        — Кана! Я тебя потерял, тебя так долго не было… — Мальчик отбросил палку и накинулся на сестру с объятьями. Глаза девочки прояснились. В этот день она поняла многое, но спешить с решением она не стала. Ей ещё ни разу не доводилось бывать в замке, но дворец её не интересовал, как и его обитатели. Теперь ей стало интересно святилище, где поселилось её будущее.