Botanka&Playboy

Распахнув дверь комнаты своего лучшего друга, я увидел Алена без сознания в углу возле кровати. По комнате были много осколков стекла от бутылок и разбитого зеркала, висевшего около окна. На дорогих обоях были огромные пятна от напитков, раньше содержащиеся в этих разбитых бутылках, на ковре были похожие пятна. Он сидел без сознания, уткнувшись лицом в колени и положив окровавленные, видимо, из-за зеркала руки. — Ален! — громко крикнув, я начал сильно его трясти, надеясь, что от этого он придет в сознание. К сожалению, даже мои крики не помогали. На теле выступил холодный пот, а кожа в миг побледнела. Я уже хотел звонить в скорую, но решил перед этим хорошо ударить его по лицу. Громкий звук будто эхом раздался в пустом доме, но, аллилуйя, он издал какие-то тихие стоны и начал двигаться. Я быстро сбегал ванную и набрал кувшин воды, чтобы быстрее привести друга в более живое состояние. Он начал ругаться матом, значит помогло. От него пахло алкоголем. — Ты пил?! — Нет.- на меня посмотрели ясные карие глаза, наполненные злобой и чем-то ещё, но я не мог разобрать чем. Поразмыслив, быстро смекнул, что одежда была пропитана коньяком и другими напитками. — Что произошло? — спросил я уже более спокойно тоном, несмотря на то, что внутри до сих пор все дрожало. — После. Сначала душ. Кратко ответил брюнет и ушел в ванную. Я сидел на кровати, прожигая взглядом дверь, за который скрылся Брукс. Что же такое произошло, что Ален сам решил выпить эти таблетки, которые прописал ему психиатр для того, чтобы справляться с внезапными приступами гнева. Как-то раз я видел такой его приступ вживую, но это было в психиатрической больнице. Тогда он чуть было не убил двух санитаров и покалечил кого-то. Ему вкололи препарат, а после унесли в палату. После этого у него действительно были срывы, но не настолько; и только я заставлял пить эти таблетки, чтобы он восстановился. Один из самых сильных срывов был тот момент, когда он убил одного пацана, пристающего к Стефани. Что же в действительности произошло? После того, как он вышел из ванны в своем полотенце, установилась напряжённая тишина. Я не хотел начинать первым, боясь его сильнее разозлить. Также хотел, чтобы он сам поговорил со мной, а не из-за моего давления. Кажется, Ален не знал с чего начать разговор. Наверно, в его голове крутилось много слов, но не те, которыми он мог бы передать все, что хотел. — Я обязан изменить Монике. *** Прошла самая тяжёлая, на мой взгляд, неделя после нашего откровенного договора. Ни у Ала, ни у меня ничего не выходило. Даже в учебе начались проблемы. В семьях присутствовало какое-то напряжение. Мой отец уехал за границу и неизвестно, когда вернётся, хотя постоянно торопит нас с Амалией, чтоб мы назначали поскорее дату свадьбы, даже не подозревая о том, что против него у нас некий заговор. Брукс ходит в ужасном настроении, весь мутный.  Будто снова вернулось на круги своя, может, в начале года даже лучше было.    Моника и Кэтрин заметили в нашем поведении и настроении изменения, но не могли понять от чего. Я с другом постоянно их уводили от допросов, которые они устраивали чуть ли не каждый день. Хоть мы скрывали свои истинные чувства и переживания, женское сердце всегда почувствует печаль, исходящую от любимого человека.   Я ещё не был настолько расстроен, во мне жила надежда. Скоро должен был вернуться отец. Так что короткие перерывы, отводящиеся для поуелуйчиков, успокаивали меня на какое-то время, что не скажешь об Алене. Даже в присутствии Ники он вел себя задумчиво. Девушка призналась мне, что боится сделать или уже сделала что-то не так. Я лишь отмазыался, пытаясь типичной отговоркой успокоить девушку, с одной стороны это действовало, но ненадолго. Она волнуется за него, но Брукс не замечает этого.    Мысли кареглазого заняты дилемой: рассказать Монике о договоре или нет, всунуть этой соплячке скрытно или же поведать обо всем ей. Он боялся, что она может не понять, что такая цена слишком высока. Я же не хотел того, чтоб друг обманывал свою девушку, но с другой стороны это лучше было бы сделать втайне, вряд ли она узнает о случившемся. — Сегодня заканчивается срок договора. — Сегодня приезжает отец. Я прошу тебя, Ал. Отзвонись, отпишись, когда всё закончится. Я очень волнуюсь за тебя. — Да, конечно. И ты тоже. — Что ты решил? — спросил напоследок я, когда выходил из его машины. — Скрою, может удача улыбнется мне и все пройдет гладко. Он улыбнулся. От его улыбки хотелось плакать, но одновременно она пугала. Он не будет доставлять той удовольствие, а сделает все четко и жёстко, не отклоняясь от плана. Я искренне надеюсь, что у моего друга действительно все сложится все только в лучшую сторону. Я поднял глаза на небо. Тучки сбивались в кучу, казалось сейчас грянет гром и разрушит все наши мечты, надежды, ожидания. Выдохнув, я зашёл в здание, где находился офис отца.    Поднявшись на нужный этаж, я видел, как из двери выходила секретарша. Видимо за время его отсутствия появилось много неотложных дел. — Привет, — от звука открывающий двери он поднял свои глаза и бросил приветствие, как только я вошёл, после снова склонил голову над бумагами, заполнявшие его стол из черного дуба. — Здравствуй, я хотел поговорить о браке с Амалией. — Вы уже выбрали дату? Я подошел к нему и предоставил договор, закрывая основной его текст другой неважной бумагой — Нет, ты должен здесь подписать. — Что это? — Неважно. — Друг мой, если я ставлю свою подпись, то хотя бы должен знать на что я соглашаюсь. — На деловые отношения между семьями. — Какие? — Амалии и нашей. У нас есть свои доли, но пока моя часть зависит от тебя. Мы не собираемся жениться. У нас уже есть любимые люди и мы не готовы бросать из ради какого-то жалкого договора. Зато мы с радостью подпишем документ на сотрудничество между нами. Отец молча меня выслушал. Потом всьал, схватил меня за воротник и с злостью прошептал: — Обычные отношения не гарантируют владением их компании. Если ты женишься на ней, то автоматически становишься наследником. — Я не буду жениться не по любви, — я убрал руку отца и отошёл на приличное расстояние от него. — Как ты не понимаешь ты, сукин сын?! Кто же твоя любовь-то? Неужели да проститутка — Кэтрин Дюпре?! — Она нормальная. — Не жить тебе на этом свете спокойно. Я разорву все ваши связи! Тут вошла снова та секретарша и сказала, что машина подана и ожидает старшего Монти внизу. Отец снова должен уезжать. Он пытался меня запугать своими угрозами, после чего вышел из кабинета. Я так и не получил его подпись, но у меня созрел новый план, правда незаконный, но все же…