Кофе со льдом

Динамики под потолком центрального зала внезапно ожили – зашипели и защелкали. Дернувшись, Цефас промахнулся мимо клавиши, шикнул и поднял голову. Что там еще? И кто? Капитан предпочитает вызывать его по телепатической связи, даже когда они на базе одни. Остальные ребята сейчас в заброшенном городе. Им точно не до болтовни по внешней передаче. – Привал, это Луч-3. Говорит капитан Леон Туатал, – ответили на его мысли сквозь шум и треск. – Мы находимся на низкой орбите Земли. Очень высокая облачность, сплошным слоем, поверхности не видно! Передайте точные координаты спуска. А, вот оно что! Новенькие! Странно только, что так рано: по расчетам, эта передача планировалась только через семь часов. Опять кто-то в Центре неправильно округлил десятичную дробь... – Момент, перевожу вас на гараж! – Цефас отхлебнул из чашки, содрогнулся от теплой горечи, отправил телепатическую команду на главный терминал и радостно сообщил вслух, для всех: – Мой капитан, вы отошли совсем не вовремя! Кто же будет встречать гостей? Куда им садиться? Как я без вас? Телепатический усилитель, вшитый в ткани виска, отозвался ощутимым уколом, и в голове Цефаса раздался голос капитана: «Шут! Делай, что говорят. Координаты посадки в оранжевой папке на моем столе. Я дождусь ребят в гараже и приду вместе с ними». – Так точно, мой капитан! – потерев висок, согласился Цефас. Прекрасная Юния! Жаль, что вдали от Атмы, на этой негостеприимной холодной планете, ей не до романтики. Вся в делах. Но кто станет спорить, что далеко не все время экспедиция проводит в поисках следов здешней жизни? И вот, Цефас изо всех сил старается ей это объяснить... – И как вы его еще не прибили, капитан? – поинтересовались по внешней связи. – Ничего не могу поделать. Без лингвиста нам тут никуда, капитан! Цефас хихикнул, телекинезом подтянул папку со стола Юнии и отправил координаты. – Координаты спуска отправлены. Луч-3, вы их получили? – Координаты спуска получены, – ответили с корабля. – Входим в атмосферу. Десять секунд до радиомолчания. Ожидайте сообщения о посадке. – Принято: ожидать сообщения о посадке. Удачи вам, – отчеканила Юния. Цефас согласно кивнул, взял со стола кружку и подошел к одному из немногочисленных узких окон, по пути нюхая ее теплое содержимое. Как же это называется? Вечно вылетает из головы. Кофе, что ли? А снаружи, за толстым стеклом, властвовала нескончаемая зима. Бесчисленные белые мухи, роясь и танцуя, все сыпались и сыпались из сероватого неба, на вид пышного и мягкого, как пуховое одеяло. Эх, плакали их утренние труды по расчистке двора... Отсюда, с заледенелой поверхности, родная Атма казалась бесконечно далекой. Даже не верилось, что она по-прежнему существует где-то далеко-далеко, в миллионах лиг отсюда. Но Луч-3 – это отличное, самое лучшее напоминание о ее реальности. Косо вниз по небосклону спикировала падающая звезда, оставляя за собой серый пушистый след, и Цефас не сдержал вздох. Они ждали эту экспедицию больше года. Наконец-то! Новички везут много нужных для базы вещей, но самая замечательная – это дополнительная мощность для компьютера. С ней расшифровка земных документов наконец-то сдвинется с мертвой точки. Переводить их вручную – просто издевательское занятие. Беда в том, что среди собранных ими файлов большинство – полный мусор. Обрывки личной информации, подростковые откровения и провокационные переписки, сохранившиеся в общем доступе. Теории заговоров. Куцая, как заячий хвост, мораль из каждого угла. Это раздражает. А вот по истории, настоящей истории Земли, как назло, попадается совсем мало... Даже сокращение сна не ускоряет сбор цельной картины. А так хочется узнать больше! Цефас рассеял взгляд – и увидел в толстом стекле свое отражение. Взъерошенные светлые волосы, усталые зеленоватые глаза, длинный конопатый нос. Синеватые щеки. Темно-синий воротник рубашки, уголок нашивки с символикой Центра слева на груди. И блестящая кружка с тем же символом и бодрящим земным напитком – кофе. Динамики под потолком ожили снова: – Привал, это Луч-3. Посадка прошла успешно. Координаты соответствуют заданным, подтвердите. Мы собираемся отправиться к базе на землеходе. Видимость плохая, идет сильный снег. Уточните направление. Цефас прикрыл глаза и отправил терминалу радара телепатический посыл. Ну, и где они? Ничего и никого. Одни помехи. «Мой капитан, радар их не видит. Вы ответите или я?». «Я сама». – Луч-3, не могу разглядеть вас на радаре. Слишком много испарений у поверхности, они создают помехи. Двигайтесь на три часа по отношению к солнцу, жду вас у гаража через пятнадцать минут, – ответила Юния вслух, и канал связи снова замолчал. Цефас кивнул опять и продолжил смотреть в окно, на падающие снежинки, попивая содержимое кружки. Ее горьковатый аромат отвлекал от разлитого в воздухе сладковато-металлического духа испарений – радиации, как ее называли земляне. А теперь Цефас стоит прямо над ее источником. Отличное место для базы. Оно сэкономило им целую гору топливных картриджей с концентрированными испарениями! Жаль только, что даже их не хватит, чтобы успокоить снегопады и растопить океан. Именно его обледенение, судя по расчетам, и запустило цепную реакцию резкого похолодания. Интересно, что же стало этому причиной? Вскоре открылась дверь, и в главный зал базы вошли четверо, вместе с прекрасной рыжеволосой Юнией. Цефас сперва увидел их в отражении, а затем обернулся и приподнял кружку в приветственном жесте. Внутри всколыхнулась радость от встречи со старыми знакомыми: всех новичков он помнил по общим тренировкам в Центре. Леон Туатал, Риманн, Вивея. Их лица были скрыты за солнечными фильтрами гермошлемов, но силуэты, походка, манера двигаться... Забыть это после сотен часов совместных занятий невозможно так же, как разучиться ходить или призывать энергию из окружающего воздуха. Цефас провел пальцами перед собою, и невидимые испарения преобразились в искры на кончиках пальцев. Вот она, магия. Дар, усиленный поколениями предков, призванный служить во благо науки и процветания Атмы. Юния ускорила шаг, обгоняя новичков, встала напротив Леона и протянула руку. – Добро пожаловать! В соответствии с распоряжением Центра, я, Юния Аши, капитан экспедиции Луч-2, командир базы Привал, принимаю на себя командование экипажем корабля Луч-3. Вы приняты в ряды персонала базы Привал. – Так точно, капитан, – и Леон пожал ее руку. – Что тут у вас насчет карантина? Юния, походя убрав волосы с шеи, обвела главный зал широким жестом, а Цефас невольно проследил за ним взглядом. Давно привычный вид. Но в мозаичном полу темнела трещина, закрытая, точно швами по коже, короткими поперечными полосками упругого полимера. Оттуда круглосуточно сквозило сухим теплом, грозой и металлом. Юния остановилась на ней. – Мы находимся внутри земного генератора энергии. Вон там, под трещиной, находится источник. По нашим замерам, в центре базы, вот здесь, сила испарений составляет три с половиной виолитовых единицы. На протяжении лиги к периферии она падает до двух. Отсюда ясно, что база стерилизована и чужеродные микроорганизмы нам не опасны. – Она облизала губы и взглянула прямо на трещину, а затем продолжила: – Состав земного воздуха близок к воздуху Атмы, токсичных примесей не найдено. Давление больше на два процента. Все это уже было указано в наших отчетах... Можете снять скафандры прямо сейчас. Только дышите медленно и осторожно. Из-за высокой концентрации испарений нам необходимо каждый день по часу заниматься магией. Иначе уснуть нет никакой возможности. Лилиана предоставит вам свой отчет по биологии, когда вернется из разведки. Едва дослушав до конца, под одним из гермошлемов выразительно хохотнули. – Отличное место вы нашли для базы! Земляне ведь, кажется, не выживают в испарениях? – Да. В радиации, по их терминологии. Но земляне тут и не жили. Это поврежденный атомный реактор, они использовались для выработки электричества. Он искусственного происхождения. Похож на наши. Местные жители, вообще, были очень похожи на нас... Лилиана отправила их фотографии и биометрию нашим биологам из Центра. Может, они обнаружат что-то еще. Например, кто знает, общих предков. – Ах! Богиня создала еще одну Атму, как наша, но эта ей надоела? – сказала Вивея, снимая шлем. Из-под солнечного фильтра блеснули ярко-синие кроткие глаза. Юния передернула плечами. – Может быть. Скорее, отвернулась от нее. Хоть мы пока не знаем, за что, но, полагаю, под местным снегом скрыто много интересного. Жаль, у нас не хватает ресурсов, чтобы расчистить хотя бы ближайшее поселение... Поэтому дело за Цефасом и его переводами. – Абсолютно верно. Все для тебя, мой капитан! – подтвердил Цефас и зашагал навстречу новичкам. Лицо и шею походя объяло потоком горячего воздуха из мелких трещинок в полу. – Да. Мы собрали в ближайших заброшенных городах много информации, мне есть с чем работать, но без дополнительной мощности перевод идет очень медленно. Вручную я не успею все это перевести даже до следующего Похода. Надеюсь, вы привезли мои процессоры? Леон щелкнул застежками, сунул гермошлем подмышку и повел носом. – Да, все в землеходе. А что за странный запах? – М-м-м? А! Это кофе, – ответил Цефас и указал пальцем на стоящую у компьютера упаковку, потом на Леона. Она послушно прыгнула тому в руки. – Шикарная штука, работать от нее хочется круглосуточно! Я нашел тут на складе целый ящик. Команда единодушно отдала все мне. Попробуете? Леон понюхал пакет еще раз и вернул его Цефасу. – Нет, я такое не ем... – Вот и хорошо. Не очень-то и хотелось делиться. – А магов, вроде нас, или не вроде, среди землян не было? – Пока никаких данных за это нет, – ответила Юния и пожала плечами. – Ну, ладно, переодевайтесь. Затем мы вместе разгрузим ваш землеход и выпьем чаю. Вы же привезли мой любимый чай? Леон кивнул. – Да, конечно. – Ну, тогда за дело! Они перенесли груз на склад, затем вместе приготовили обед – о Богиня, наконец-то настоящая еда, а не трава из их собственной теплицы! – и обсудили последние новости с Атмы. Удивительно, как радует любая мелочь, когда ты вдали от дома! Это согревает и успокаивает, словно касается души невидимой рукой. И не беда, что экипаж был в пути много дней, ведь их новости с родины куда подробнее, чем у обитателей Привала, получающих сжатые передачи из Центра не чаще раза в месяц. А на середине уютного чаепития вновь ожили динамики. – Привал, это Археолог! Мы видим дымный след! Неужели Луч-3 уже здесь? Обещали ведь только ночью? – Да, Лили, солнце! Мы уже здесь! – не дав Юнии даже открыть рот, без позывных откликнулся Риманн, механик Луча-3. О, эта улыбка до ушей и хитрый прищур. Ни на каплю не потерял своего прежнего задора. Цефас восхищенно протянул ему руку для удара. Риманн хлопнул по ней и усмехнулся, игнорируя сердитый взгляд Юнии. – Риманн, привет! Как я рада тебя слышать! А мы везем вам семена! И жесткие диски, и книги для Цефаса! Ох, скорей бы добраться до базы! – Археолог, держите скорость в пределах допустимой! Разобьете самолет – пойдете пешком, картриджей для скафандров у вас достаточно! – предупредила Юния. – Не разобьем, капитан. Все под контролем. Не волнуйтесь! Леон закинул руки за голову и вытянулся на стуле. – Скоро все будем в сборе. Как в старые добрые времена, в Центре, на тренировках. Замечательно! Не мог дождаться, когда снова вас увижу. Цефас хохотнул. – Еще успеешь всех возненавидеть! Не факт, что мы сможем когда-нибудь покинуть эту планету на корабле. Здесь гравитационный колодец в три раза глубже нашего. Я считал на досуге. Знаешь, мы чуть не разбились, когда садились на поверхность. – Да, я знаю. Я изучал все ваши данные в Центре. Но выход есть, ведь капсула для усиления телепортации работает безотказно. Ну да, особенно если вспомнить, сколько надо топливных картриджей на три секунды ее работы. – Это на тот случай, если нам здесь будут не рады, – вмешалась Юния. – Но пока мы так никого и не встретили. Возможно, нас просто некому встречать... Так что, обживайтесь. Работы много, а комнат на всех хватит. Леон кивнул и огляделся. Потолок центрального зала терялся высоко вверху, стены оплетал заиндевевший трубопровод, металлическая мозаика пола хранила следы краски. Из щелей меж пластин и, особенно, из опасной трещины беспрестанно выходил теплый воздух, щекочущий кожу. Узкие окошки, прорезанные в стенах усилиями команды Привала, то и дело засыпало снегом снаружи. От них, напротив, тянуло холодом. Леон сел ровно и потер ладони, будто замерз. – Капитан, а есть предположения, отчего Земля стала такой... холодной? И можно ли обернуть это вспять? Вы почти ничего не передавали в отчетах. – Мы не узнаем второе, пока не выясним первое. А я не говорю о том, в чем не уверена, – ответила Юния. – Цефас, как твой компьютер? – Помилуй, солнце! Я ведь еще даже не начал! – взмолился Цефас и оглянулся на ящик с процессорами. Наверху лежала связка проводов. Ох. Руки так и чесались приступить, наконец, к настоящей работе, ради которой он сюда прибыл. Наконец-то! – Интересно, остались где-нибудь еще люди? – спросила Вивея. – Так хочется на них посмотреть! О! А видели ли они Богиню? Ну, если те картинки на досках можно считать ликами Богини... – А? Люди? Земляне? Мой капитан ведь сказала, что их тут нет. Только фото, видео и немного останков. Но вот их картины с Богиней я видел. Она везде с каким-то ребенком, да оба грустные такие, как будто жизни не рады, – пожал плечами Цефас, томясь от желания пошутить еще. Внутри все так и кипело от будоражащего предчувствия открытия. Теперь уже скоро. – Хочешь посмотреть? Тут Юния залпом допила свой чай и решительно встала. – Ладно, значит, отдохнули. У меня для каждого есть список заданий. Цефас, за перевод! Остальные, за мной! – Как скажешь, солнце! Юния только рукой махнула. «Перестань, – строго, но спокойно прозвучало у него в голове. – Нам еще долго жить здесь всем вместе». «Да, именно. Я знаю». «Я дала бы тебе пинка, если б имела на это право», – и за Юнией и остальными закрылась тяжелая металлическая дверь. Цефас усмехнулся, размял кисти рук и стал распаковывать процессоры. Впрочем, последнее пожелание он представил настолько живо, что ненадолго онемели поясница и зад. Хотя это, наверное, от вечного сидения на стуле. Так и корни пустить недолго... Надо иногда и полежать, для разнообразия. В воздухе. Он как раз подключал так последний процессор, проверяя, все ли работает правильно, когда в его голове заговорила Лилиана: «Цефас, мы уже здесь! Ты не выйдешь помочь?». Он встал на ноги и глянул в сторону окна. Так увлекся, что не услышал самолет... «Помочь?». «Ага. Понимаешь... Меня сдувает». «А гравитация в ботинках тебе на что?». «Ой! И правда... Спасибо. Но, знаешь, жаль, что ты не пошел с нами! Тут столько всего!». «Я домосед, ничего не поделать. Не знаю, что я вообще здесь делаю». Цефас усмехнулся собственной мысли, потянулся к столешнице и отпил из чашки глоток свежего кофе. Домосед. И правда. Как же его занесло так далеко от Атмы? «Да-да, конечно. И здесь ты только ради нашего капитана. Ха-ха-ха!». Цефас улыбнулся послушно всплывшим воспоминаниям. «С ней было невозможно спорить». Именно Юния, пусть и по просьбе Центра, убедила его, выдающегося молодого лингвиста, пройти отбор не в археологический институт, а в команду исследователей обитаемого звездного пояса. После той знаковой беседы Цефас в нее и влюбился. По крайней мере, это воспоминание о Юнии в его прошлом оставалось самым ярким и по сей день. Цефас вздохнул, отогнал давний образ – не до грез сейчас, – и сел за настройку нового оборудования. Однако, поработать как следует не довелось: вскоре Итан и Лилиана принесли добычу на базу, и ему пришлось отправиться на склад. Там Цефас по-хозяйски пошел вдоль раскрытых контейнеров, заглядывая в каждый. Книги, много книг на этот раз. Разнообразные обложки с портретами мужчин и изредка – женщин; тут же нереалистические образы и пейзажи, а рядом – коричневые пустые переплеты. А в названиях – никакого смысла. Да, ему стоило слетать в город вместо Итана. А то эти книжки явно набраны наугад. – Вы что, ограбили библиотеку? – Да! – радостно ответила Лилиана, кусая карандаш, занесенный над списком. – Что, серьезно? – Не знаю, как грабить мертвых, – возразил Итан. – Это там лежало без хозяев, значит, оно ничье. Там все давно заброшено. Ладно, разбирайся. Нам надо сдать полный отчет Юнии под подпись. И еще, она ждет семена для теплицы. Так что, нам пора. – Ага, удачи. Оставшись в одиночестве, Цефас погладил ближайший толстый том по обложке, перебрал жесткие диски, но ничего не стал брать. Хорошо, что это уже здесь, как и результаты всех прошлых вылазок. Нужно будет – он зайдет за дополнительными данными. А пока – за работу. Хоть бы ему больше никто не помешал. Несколько часов так и было: кофе, покой и тяжелый гул компьютера, перегоняющего через возросшую мощность бесконечные потоки данных. Но лишь до ужина. А после него в зале осталась Вивея. Она покрутилась около стола, полистала одну из принесенных им книг, а затем робко обратилась: – Цефас, а можешь показать те картинки с Богиней? И людей? Ты вроде как обещал. Он потер ноющий лоб, потом глаза. Выдохнул. Все расплывалось, виски ныли. В чайнике закончился кипяток. Все равно придется отвлечься. – Да, хорошо. Только ничего не нажимай! На миг ярко-синие глаза Вивеи будто обожгли его взгляд. Цефас отвернулся и сжал переносицу. Магия, все дело в полотне магии. Испарения в этом зале максимально сильны и окутывают тесно, как вторая аура. С непривычки можно обжечь гневом или задушить возмущением – в буквальном смысле. – Осторожнее, – только и сказал он, переводя дух. – Конечно, как скажешь. Вивея села на его место, и он, отходя за водой, открыл ей несколько фотографий – самых, на его взгляд, запоминающихся. Хотя сложно судить об особенности, когда потоки данных перед глазами сливаются в сплошной информационный шум. Тут поработала интуиция, а не сознание. Впрочем, именно поэтому Вивея и может оценить его выбор по достоинству. – Ого... И правда, они прямо как мы, – удивленно промолвила Вивея, едва он вернулся. Цефас поставил чайник на стол и быстро взглянул на нее, затем – на монитор. Кажется, впечатлена. Но неужели так ничего и не скажет насчет рыжих девушек на фото? Да, есть грешок... – Да. А вот их Богиня. По его направленному желанию картинка сменилась. Вивея протяжно хмыкнула, потянулась рукой к груди и вытащила из-под рубашки лунницу. Намотала шнурок на палец. Отпустила. – Понятно... Я почему-то ожидала чего-то более впечатляющего. А что ты обо всем этом думаешь? Цефас усмехнулся и почесал в затылке. – Это интересно. Намного интереснее, чем расшифровывать плесневелые свитки у себя дома. И он определенно об этом не жалеет, если рассматривать ситуацию в целом. Тут действительно интересно работать. Да и найдется ли способ вписать свое имя в историю проще? – А что насчет того, куда они исчезли? Перед глазами вновь, как наяву, зарябил поток текста. Цефас сжал переносицу. – Ищу. Вивея похлопала его по плечу и встала. – А, ладно. Удачи тебе. Цефас подавил в себе злорадство: никуда уже отсюда не денешься, даже если разочарована! – и ободряюще сказал: – Не расстраивайся. Мы тоже не боги, но сколько всего мы создали! Иногда сам в ужасе. А иногда – в восхищении. Вивея снова хмыкнула, уходя, и махнула рукой над головой, прощаясь. Проводив ее взглядом, Цефас покачал головой, заварил себе свежий кофе и вернулся к чтению, то и дело подбадривая ноющую голову исцеляющими чарами. Трижды за ночь он ходил на склад и брал оттуда жесткие диски; на четвертый, на рассвете – стопку книг с одноцветными обложками. И всякий раз на пути что туда, что обратно, в коридорах его сопровождало молчание. Все спали. Но даже Юния не смогла заставить его лечь тоже. И, пускай ветер, с ней в сговоре, тихо-тихо тянул за окнами единственную убаюкивающую ноту, но отдыхать Цефасу ни капельки не хотелось. Хотелось продолжать читать. Так продолжалось несколько дней кряду. Суета днем, тишина ночью. Закончив загружать в компьютер содержимое жестких дисков, Цефас плотно принялся за книги. Он таскал их со склада, выстраивал вокруг себя шаткие столбы и стены, однако, его ни разу так и не успело засыпать: кто-то возвращал все прочитанное на место. Тот же – или не тот же, неважно – кто-то трижды в день хлопал его по плечу и ставил рядом тарелку с едой и доливал в чайник воды. Пару раз Цефас смахивал со стола чужие длинные волосы, едва замечая, что они вроде как рыжие. А листков с пометками на стене перед ним становилось все больше. Но все-таки дни отделялись друг от друга, как им и положено. Хотя краткий сон, которого требовало его тело, не приносил отдыха. Фотографии свитков и амфор, мифы ушедших народов, новостные сводки из газет на оцифрованных микрофильмах, реклама с несуществующих телевизионных каналов атаковали его даже там. Впрочем, он не собирался на это жаловаться. Жить на два мира оказалось довольно забавно. Чудовищно огромная история этого замерзшего мира теряла детали и выстраивалась в четкую линию – медленно и неотвратимо. К исходу недели Цефас, наконец, сложил воедино большинство кусочков мозаики и решился поделиться этим. Как только все наутро собрались за завтраком, он встал и поднял руку, прося внимания. Все притихли и уставились на него в ожидании. – Говори, – позволила Юния. Да. Это она, так или иначе, привела их всех сюда. Что ж, это для тебя. – Значит, вот, что я нашел, – Цефас взглянул на стену, сплошь облепленную бумажками. Какой у него гадкий почерк! Нужно чаще писать от руки. – Земля начала замерзать из-за огромных скоплений пыли и грязи в атмосфере. Они заслонили солнце, как сейчас. Даже хуже, пожалуй. Генераторы энергии не выдержали возросшей нагрузки. Многие из них вышли из строя и усугубили положение на поверхности, мы как раз находимся в одном из таких... А теперь самое интересное. Около тридцати лет назад местные жители привели в действие некий проект Нептун. Юния тихо выдохнула и тоже встала. Теперь они смотрели друг на друга. – Нептун. Ты уже узнал, что это значит? – Да, это имя планеты во внешней Солнечной системе. Но каковы шансы, что там есть колония? – Во внешней? Это газовый гигант, – вставил Леон. – Нет там никакой колонии. А если б что-то было на орбите, мы бы вряд ли это пропустили. Цефас кивнул ему. Точно. Потому-то он и сомневался, стоит ли рассказывать. – А есть что-то еще? – спросила Юния. – Я видел что-то... О! Вспомнив, Цефас бросился к компьютеру. Нептун! Амфоры, амфоры... Где же это было? Может, в книгах? Да нет же! Вот! – Нептун! Это бог морей и океанов. Так лучше? – обернувшись, спросил он. – Да. Определенно, да. Цефас понял это по ее глазам – и едва смог вымолвить последние слова. Юния подошла и похлопала его по плечу. Цефас обернулся, взглянул на нее вблизи, впервые за долгое время – и увидел ту самую девушку, которая когда-то уговаривала его принять участие в полете. Глаза блестели, на гранатовых губах играла слегка зловещая улыбка. Юния. Это она поддерживала его в работе. Всегда. Воздух вокруг него раскалился. Цефас едва сумел это сдержать. – Да. Значит, нужно искать следы землян в воде, – ответила ему Юния. – Тут ее очень много, но начало положено. – Я проверю наш спутник, – сказал Леон. – Может, он что-то видит в тепловом спектре, несмотря на помехи. Цефас, расскажи мне, что я должен искать. – Да. Хорошо. И как я сам не додумался? О, мой капитан! Юния улыбнулась. Цефас закивал. Его ладони вспотели; интуиция подсказывала: они близки. Он близок. Следующие три дня прошли в суматохе. Леон добыл несколько четких снимков чего-то несвойственного для вида воды, Юния рассчитала координаты. Затем они занялись исключением явно невероятных точек. Цефас же все это время не находил себе места: отвлечься не помогала ни одна из тысяч земных книг. Скучно. Скучно читать выдумки, когда вот здесь, прямо за его спиной, творится история! Но Юния благодарила его и обещала: вот-вот все решится. И от этого становилось чуть легче. Хоть и не полностью... Проект Нептун. Ну надо же. Возможно, там еще есть люди. А может, там тоже остались лишь руины. И по этой причине ночью Цефас с трудом мог уснуть, даже вымотавшись морально и физически. Наконец, на четвертый день они стали собираться в дорогу – пожалуй, самую длинную и самую волнительную за последний год. И уже утром их путь туда отпечатался в его памяти ярчайшим впечатлением – и, наверное, наилучшим воспоминанием в будущем. Длинный коридор, несколько дверей, нерабочие контрольные арки – толкнув последнюю дверь, Цефас вышел следом за Юнией в нескончаемую метель. Снежинки облепили гермошлем и, тут же растаяв, покатились вниз. Под ногами хрустнул металлический песок. А кругом, шагов на пятнадцать, раскинулся депрессивный однообразный пейзаж: снег, облепивший стволы мертвых деревьев и обломки техники. Их отделяла от мира сплошная снежная стена. Пробившись сквозь плотную метель к взлетной площадке, Цефас забрался в самолет. Следом – Итан, Вивея, Лилиана, Риманн. Леон и Юния сели на места пилотов. – Идем по приборам, Леон. Осторожно, – предупредила она, и пол под ногами завибрировал. Цефас прильнул к иллюминатору, стараясь дышать как можно реже, чтобы не запотевало стекло гермошлема. Под ним замелькали заметенные снегом дома и заводы. Брошенные города. Руины. Снежная пустыня. В белизне время смазалось. Ближе к воде снега стало меньше. Там все поросло лесом: практически всюду спящим, безлистным, серо-белым. Когда-то он видел земных людей, а люди вырубали его. Но это прекратилось – возможно, навсегда. Вскоре они миновали обледенение и узкую зеленую полоску у берегов, медленно поплыли над жидкой водой, и у Цефаса что-то сдавило в груди. Он отстегнул шлем, бросил на колени и прямо носом прильнул к иллюминатору. Ну же, где же вы? Только бы не тупик! – Смотрите! – внезапно крикнула Лилиана. – Цефас, ты молодец! И, проследив за ее пальцем, он увидел то, что они искали. Неужели это правда? Там, под синей толщей, точно мираж, на многие лиги простирался подводный город. Темное пятно, точно каракатица, замороженная в мгновении времени, раскинула геометрически правильные щупальца во все стороны. В нескольких местах из воды торчали трубы. Откуда-то рядом с ними шли пузыри. Воздух над ними дрожал, точно раскаленный. А еще в нескольких местах у труб плавало что-то, похожее на обломки. Обломки... Может быть, и этот город тоже давно покинут? Тогда все придется начинать сначала. Леон кашлянул, и Цефас рефлекторно обернулся: как оказалось, на него смотрели все члены экипажа. – В этот раз на контакт не пойдем, – сказал капитан Луча-3 и почесал в затылке гермошлема. Сделал драматическую паузу. – Дело в том, что... ну, в общем, в нашу экспедицию не положили плавок. Цефас хохотнул – и не смог остановиться. Но его смех подхватили остальные. Напряжение спало. – Да, жаль. – Но мы еще поплаваем. – Да, это уж точно! – Это успех, но это только начало, – заключила Юния. – Нужно подготовить отчет. Возвращаемся! Леон! Самолет заложил вираж и пошел обратно к базе. А Цефас, пока мог, с дрожью в ладонях и груди смотрел на тень невиданного города в бескрайней воде. Его первое настоящее открытие. Но это только начало пути.