А мы не встречались раньше? Нет? А жаль...

POV Дан Я чувствовал, как краснел. Тина по цвету могла сравниться с помадой. Монатик хохотал, а мне хотелось провалиться сквозь землю. Другой рукой она обняла меня за талию, и я удивился на столько, что на минуту даже забыл о стыде. — Ладно вам, ребята, чего вы как маленькие? Дан, мы знали, что ты не равнодушен к Тине, и хорошо что это взаимно, тем более что...— издевку Завадюка прервал мой кулак, который со звуком приземлился на дверь. Наверное, сейчас я выглядел очень злым, но именно таким я и был. — Хватит. Слышите, хватит! Как ты сказал, мы взрослые люди, то почему бы вам не заткнуться сейчас и не послушать меня? Ты просил как-то разнообразить ваше шоу, да? Я это сделал. Так почему бы вам сейчас просто не отстать с допросами? Это, мало сказать, что неприятно. Это ужасно неприятно! Все покосились на меня. Тина, которая спряталась за моей спиной, ущипнула меня за руку, будто маленькая девочка. Я легонько сжал ёё ладонь. — Ладно, прекращайте этот цирк. Пора снять последние слепые прослушивания, — Тина слабо улыбнулась Потапу. Тот, если бы мог, метал бы молнии. Я невольно зло улыбнулся. Мы все двинулись на сцену. Уже выходя из гримёрки, Дима похлопал меня по плечу и странно улыбнулся. Когда Тина выходила на сцену, она обернулась, споткнулась и чуть не упала. Мы должны были переснимать выход. Я невольно почувствовал себя виноватым. Эфир прошел быстро. Я едва сдерживал себя, помня слова Монатика. И это было взаимно: Потап бросил несколько колких взгядов в мою сторону, но ему-то было тяжелее не сорваться. Тина как-то пыталась разрядить обстановку, но мало чего получилось. Дима просто затих, почти не разговаривая с нами. Я постоянно бросал томные взгляды на Кенгуруша. Она отвечала тем же, но часто краснела. По традиции, после окончания съемок они все уехали в гостиницу, кроме меня. Я решил остаться с командой ибо завтра, во вторник, мы начинали снимать бои. Признаться, я почти не репетировал со своей новой командой. Разве что, я нашел им подходящую песню и разделил по группам. Первая группа должна была петь уже завтра, и я принял решение остаться. Я уже знал, кто останется, но чтобы добавить им решительности и показать, как вести себя на сцене, я пришёл к ним. Прежде, я прослушивал их в живую только два раза. Мухе и ее партнеру и вовсе почти не пришлось репетировать. Первый этап боёв я не считал такими значительными, как остальные.

***

Заметив что Дан не приехал в гостиницу, Тина попыталась скрыться у себя в номере и заказать пищу туда. Она не хотела встречаться с Потапом. Конечно, когда-то Кароль подумала бы, он будет обижаться на нее, не будет с ней разговаривать и т.д. ,но сейчас все было по-другому. Она боялась потерять друга. То, что Алексей не примет отказа было логичным. Но то, что она была готова пожертвовать их дружбой, не складывалось у неё в голове. Девушка уже допускала мысль о том, что готова выбрать между Даном и Потапом. И уже точно могла сказать, что выбор будет не в пользу Потапа. Последние дни она была будто на крыльях. Она была счастлива. В дверь тихо постучали. Тина неосознанно ругнулась. Её чутье подсказывало , что пришел никто иной как Потап. Она медленно встала с кресла, на котором смывала свой макияж и подошла к двери. Как и в предыдущий раз, Тина пожалела, что не было глазка. Она спросила, кто это был, и в ответ прозвучало приглашение в ресторан. Конечно, это был Потап. Девушка нехотя открыла дверь. Он стоял уставший и невеселый. Приглашал в ресторан. В ресторан. С ним.Ещё раз осмыслив это предложение, блондинка едва не рассмеялась. Он еще на что-то надеется. Это было в стиле Потапа. — Ну так что, ты пойдёшь?— он с надеждой посмотрел на коллегу.— Обещаю, каким бы не был твой ответ, я поведу себя адекватно. Ну и потом, нужно ведь отпраздновать конец слепых прослушиваний! Ну же, Тиночка, соглашайся! — Ладно, поехали. Но есть одно условие. — Да? Ну и какое? Только не проси меня раздеться, Кароль, а то я тебя знаю,— Потап засмеялся и помахал пальцем. — Я серьезно. Ты поймешь меня и не будешь срывать всю злость на Дане. — Вот как. Посмотрим. Пошли! — Ты совсем уже сдурел на старость? Ты хочешь чтобы я пошла в ЭТОМ?—Тина указала на легкое платье. — Я бы сказал, в чем тебе ходить...—Тина легко стукнула его кулачком по плечу,— А хотя, знаешь, лучше не буду..

***

POV Даяна Сразу же после съемок нашего клипа во вторник, я уезжала в Лондон. Билеты я уже купила, забронировала номер в гостинице и была в ожидании среды. Я давно хотела уехать в Лондон просто так, не с агентством, а как обычный турист. Тем более, что мне предложили сняться в сериале, а мне было интересно получить такой опыт. Я возлагала надежды на нашу совместную песню, возможно она даже попадет в рейтинг Европы. Это была красивая английская песня с припевом на испанском. Мы пели о любви которая граничит с дружбой. Невзирая на свою серьезную тему, песню уж никак нельзя было назвать грустной. В основном действия в клипе должны были разворачиваться в бассейне, но были так же кадры о счастливом детстве. Это было интересно. Нашим режисером был Бадоев. Если бы я только знала, во что вольётся наш совместный клип. Во вторник утром я проснулась к одиннадцати,и то меня разбудила наглая кошачья морда, которая очень хотела есть. Позавтракав салатом из фруктов, я принялась за рисование. Муза, не посещавшая меня месяцами, напала и грызла меня пол дня. Я рисовала пейзаж— тихое, гладкое зеркало озера между темным, мистическим лесом, в полночь. Будучи маленькой, я не понимала как Да Винчи мог рисовать только губы Мона Лизы двенадцать лет. Короче теперь дошло. "Очнулась" я уже в четыре. Асмадей мило спал в кровате, ну а я рисовала на полотне. В квартире стоял ужасный запах— я использовала акриловыми красками, которые нужно разводить в аммиаке. Пришлось отложить искусство на следующий раз. Я даже не удивилась увидев на своем лице краску. Она была повсюду: на волосах странного цвета к которым я еле подобрала краску (они были какого-то русо-пепельного цвета), на руках и даже на стопах. О моей одежде лучше даже не говорить. Во избежание психических травм. Дан должен был заехать за мной в пять, и за минут двадцать мы уже должны были быть в студии. Мне сказали взять черный и бежевый, под цвет кожи купальники и какое-то длинное шелковое платье, также нежного цвета. Сумка с вещами была уже собрана, и я отправилась в душ. Я решила просто выровнять свои волосы и наложить легкий макияж. Аккуратно подведя глаза, я накрасила губы матовой бежевой помадой. Надела короткое свободное платье-свитер(конечно же красное) и чёрные ботфорты. На плечи, как в принципе и всегда, лег чёрный плащ. Голову прикрасил такой же "капелух", по словам Дана. Дан приехал как и всегда немного позднее. Всю дорогу он рассказывал басни о своей жизни. Я давно так не смеялась. Оказывается, он часто подкалывал журналистов за глупые и бестактные вопросы. Съемки прошли бы хорошо, если бы не одно но: я еле держала себя в руках. Дело в том, что когда тебя обнимает секси-красавчик в воде, целует в шею ибо так нужно для клипа, сосредоточиться очень тяжело. Радовало одно — не мне одной было сложно. Мы снимали несколько раз только один чертов дубль, ибо то Дан несколько раз заржал, то я. Это на нас сказывалось перенапряжение. Когда мы, наконец-то, все мокрые и истощенные (еще бы два часа телепаться в воде) закончили работу, мне сообщили что мой самолет задерживается. Полет перенесли на двенадцать часов. Что я должна была делать столько времени? Дан, хитро улыбаясь, предложил заехать к нему. Я согласилась.

***

POV Дан Я предложил Даяне приехать ко мне. Ехать самому было лень, но пришлось. Она оставила свой багаж в моей машине, взяв только одежду, чтобы переодеться к перелету. Последние часы работы я был очень нервный: представьте себе, два часа подряд вы обнимаете, целуеете очень красивую девушку, а свершить желанное не можете. Даже воспоминания о Тине не помогали. Мозг отключился, работало только сердце, и даже не оно. Все сделали инстинкты и нервы. Я не думал о последствиях, когда втиснул ее в стену, когда она переодевалась, когда она начала расстегивать дрожащими пальцами пуговицы на моей сорочке, когда я усадил ее на стол и начал срывать одежду с неё. Она царапала мои плечи своими аккуратными, но острыми ногтями, я оставлял следы на ее бедрах и талии. Я искусал ее губы до крови. Она изгибалась подо мной дугой, хватаясь за мои плечи. Когда спустя полтора часа это безумие закончилось, я перенес ее, усталую на свою кровать. Я ушел в душ. Мне нужно было подумать. С одной стороны, это было неправильно, но с другой я этого хотел. Она стала для меня очень близким человеком. Мне было стыдно перед Тиной. Темные мысли переполняли мою голову. Еще никогда секс и его последствия не заставляли меня так разрываться. Когда я вышел из ванной, моя брюнетка исчезла. Как и бутылка мартини, которая стояла на столе. Стоп, МОЯ брюнетка?! Твою мать, мне нужно отдохнуть, а то уже дурные мысли в голову лезут. Её телефон не отвечал. Через пол часа мне пришла СМС, оповещающая, что она села в самолет. Внизу постскриптумом обозначалось, что это все было ошибкой и что нам лучше забыть эту ночь. Гмм, вечер скорее. Я бессильно опустился на кровать. Она была еще тёплой от тела Даяны. Хоть и устал долго не мог заснуть. Меня не покидало чувство что что-то должно случиться. Только вот мне оно совсем не понравится.

***

Тина и Потап зашли в огромный ресторан. Внутри, на удивление блондинки, никого не оказалось. Потап подвёл ее к столику в середине здания. Повсюду были зажжены свечи и играла классическая музыка. Алексей усадил ее за стол и налил обоим по бокалу шампанского. Сам он не собирался садиться, наоборот, подготовиться говорить тост. Тина начинала потихоньку о чем-то догадываться. — Тина, моя дорогая, я бы хотел кое-что тебе сказать. Пожалуйста, не перебивай меня, я и так очень волнуюсь. Мы с тобой знакомы уже очень давно, пережили вместе много всего. Чего только стоят наши соревнования на Голосе. Я долго сомневался правильно ли я поступаю, но после этих съёмок я решился. Я больше никогда не хочу видеть тебя в чужих объятиях, ревновать тебя, даже упускать тебя с виду хоть на минуточку. Твою мать, что я несу. Я просто хочу спросить: — Ты выйдешь за меня?