Fuck me and marry me young Vol.XVII

Отабек сидел в учительской, разбираясь с бумагами, пока остальные учителя вели свои уроки. Внезапно он почувствовал, как чьи-то руки крепко обняли его за плечи. Альфа дернулся, но тут же услышал голос человека, стоявшего за спиной. — Мой альфа… Твои феромоны сводят меня с ума, — соблазнительным голосом сказал Юрий, и Отабек моментально заулыбался. Он встал и обернулся, чтобы обнять омегу и вдохнуть его запах, уткнувшись в шею. — Юра… — он отодвинулся, чтобы погладить выпирающий животик. — Привет, малыш, — прошептал он перед тем, как наклониться и начать покрывать живот поцелуями. — Что ты здесь делаешь? У доктора все прошло хорошо? Юрий положил ладони на низ живота. — Да. Давление лишь немного выше нормы. Я собирался домой, но мы захотели увидеть тебя. Мы соскучились. Отабек разогнулся и притянул омегу к себе, но тот его оттолкнул. — Погоди, Бека. У меня кое-что есть для тебя. — Он открыл сумку и что-то вынул. — Вот. Твой любимый сэндвич. Ты должен хорошо есть, Бека. А, и еще вот это, — он достал конверт. Отабек положил сэндвич на стол и взял конверт из рук омеги. Юрий засмеялся. — Не смотри на меня так хмуро, Бека, открой его. Отабек заглянул в конверт. — Юра? — сказал он ошарашено, и Юрий улыбнулся. — Это фотография нашего малыша. Отабек почувствовал, как глаза увлажнились и, прежде чем он смог совладать с эмоциями, слезы уже потекли по щекам. — Блядь, — прошептал он. Юрий подошел ближе и чмокнул альфу в щеку. — Не плачь, дурак. Смотри, — он указал на фотографию, — вот его ножки, вот ручки, а это голова. — Какая большая голова, — улыбнулся Отабек, и Юрий захихикал. — Его щечки выглядят пухлыми. Не могу дождаться, когда смогу ущипнуть их. Отабек засмеялся. — У меня для этого уже есть твои. Глаза Юрия расширились от шока. — Мое лицо настолько толстое сейчас? — спросил он, кладя ладони на щеки. — Не-а. У тебя всегда были самые сладкие щечки. Юрий засмеялся и опустил свои руки, позволив Отабеку нежно поцеловать себя. Он обхватил шею альфы и надул щеки. — Когда ты собираешься домой? Я соскучился. Отабек обнял его в ответ за талию, с осторожностью, чтобы не надавливать на живот. — У меня еще два урока, детка. — Отмени их, и давай пойдем домой вместе, — надул губы Юрий, на что Отабек улыбнулся. — Ты такой дурной, Юра. Ты знаешь, что я не могу этого сделать. — Но я же соскучился, — Юрий позволил своей руке поблуждать по груди Отабека, а затем опуститься к паху, — и не хочу возвращаться в пустой дом с мыслями о тебе. Я хочу, чтобы ты пошел со мной. Нагнул меня и взял. Тихий скулеж вырвался из Отабека, он почувствовал, как дернулся член, быстро твердея. — Какой ты капризный, Юра. Юрий усмехнулся. — Только для папочки. — Тогда мы можем заключить сделку. — Какую сделку? — нахмурился Юрий. — Если будешь хорошим мальчиком и позволишь папочке доработать, папочка поиграет с тобой, когда вернется домой, котенок, — ухмыльнулся Отабек. — Как поиграешь? — Юрий все еще хмурился. — Иди сюда, — Отабек притянул Юрия ближе, чтобы прошептать что-то на ухо. Юрий стал малиново-красным и посмотрел на Отабека широко распахнутыми глазами. — Ты будешь зол? — Очень, — ответил Отабек охрипшим голосом. — Черт, Бека. Мне нужно сменить белье. Отабек громко засмеялся. — Так что, мы договорились? — протянул он руку для рукопожатия. — Конечно, — Юрий протянул свою навстречу. — И как мне теперь идти со стояком? — Это уж твоя проблема, котенок. Иди домой и жди меня. Юрий кивнул и развернулся, готовый уходить. — Эй, — окликнул его Отабек и притянул к себе, врезаясь своей грудью в спину Юрия. — Убедись, что наденешь что-нибудь хорошее, — прошептал он на ухо омеге, блуждая руками в районе выпуклости на штанах Юрия, но не касаясь самого важного. — Есть какие-то предпочтения, папочка? — с полустоном ответил Юрий. — Хм… Хочу тебя в той японской школьной форме с короткой клетчатой юбкой, и сделай себе два низких хвоста, котенок: ты знаешь, они сводят меня с ума. А теперь ступай, — Отабек выпустил Юрия, и тот вышел.

🐈🐈🐈

Юрий прошел по коридору и остановился у большой деревянной двери. Он сделал глубокий вдох и дважды постучал. Через несколько секунд за дверью послышались шаги, она открылась, и в проходе показалась высокая фигура. — Доброго вечера, дядя Бека, — колеблясь, сказал Юрий. — Юра? Ты почему здесь? Разве ты не должен быть в школе? — М-могу я зайти? Мне некуда идти. — Конечно, милый, — ответил Отабек, шире распахивая дверь. Юрий зашел внутрь и сел на большой, комфортный диван. Его дядя сел рядом. — Прости, дядя. Мне больше некуда было пойти, — сказал он, опуская взгляд, чтобы не смотреть в пронзительные черные глаза. Отабек пробежал своими пальцами по золотым прядкам одного их хвостиков. — Что произошло, сладкий? — Мне стыдно об этом говорить. Ты подумаешь, что я плохой человек. — Я бы никогда так не подумал. Ты ведь знаешь, как я забочусь о тебе. Всегда можешь мне довериться, — добавив в голос теплоты, Отабек решил развеять его мысли. — Мои родители, они вышвырнули меня из дома, — Юрий постарался сдержать всхлип. — Почему они сделали что-то настолько ужасное? — Они узнали, кто отец моего ребенка. Назвали меня позором и сказали, что не хотят иметь со мной ничего общего и чтобы я не возвращался. Я пошел в школу, а потом не знал, куда еще идти. — Кто же отец ребенка, милый мой? — облизнув губы, спросил дядя. — М-мой учитель музыки. Он набросился на меня, дядя. Клянусь. Я пытался оттолкнуть его, но он был настойчив. Когда я узнал, что забеременел, пошел к нему, а он сказал, что не хочет быть с распутным омегой, — Юрий закрыл ладонями красное от стыда лицо. Отабек подсел ближе и обхватил маленькое тело руками, вовлекая в теплые объятия, позволяя Юрию зарыться лицом в грудь. — Дядя, пожалуйста, не выгоняй меня. Мне правда совсем некуда пойти. Отабек положил ладонь на затылок омеги, успокаивая. — Я бы никогда так не сделал, сладкий. Можешь оставаться здесь, сколько захочешь. Юрий утер слезы и смущенно улыбнулся. — О, дядя, не знаю, что бы я делал без тебя. Альфа выпустил его из рук и встал. — Пойдем. Я покажу тебе мою спальню. Можешь спать на моей кровати. Юрий, поколебавшись немного, проследовал за альфой в спальню. Войдя в нее, он отметил, что комната была простая и чистая. — Комната чудесная, но мне неловко, что тебе придется спать на диване. — Кто сказал, что я буду спать на диване, сладкий? — усмехнувшись, альфа начал медленно надвигаться на Юрия. — Но… но где тогда? — Юрий сделал шаг назад, пытаясь оказаться дальше от дяди. Ухмылка альфы стала еще шире. — Ты всегда был таким красавцем. И очень эпатажным, Юра. Все эти короткие школьные юбки всегда кружили мне голову, — альфа сделал большой шаг вперед, загоняя Юрия в угол. Юрий попытался опустить юбку ниже и прикрыть бедра, но это было бессмысленно. — Я не понимаю, — дрожа, сказал омега. Отабек схватил Юрия за шею и впился в него своими губами, погружая язык в теплый рот, обрывая дыхание омеги. — Нам будет хорошо вместе, — прошептал дядя прямо в лицо Юрию и толкнул его на кровать. Юрий попытался извернуться и бежать, но дядя удерживал его на месте. — Ты не можешь! Я расскажу все родителям. Дядя громко рассмеялся, попутно стягивая юбку с бедер Юрия. — Они выгнали тебя. Почему же они должны беспокоиться о каком-то распутном омеге, — сказал он с ухмылкой, срывая с Юрия рубашку, тем самым оставляя его полностью обнаженным. Юрий захныкал, когда альфа с силой заставил его раздвинуть ноги, и почувствовал, как головка члена упирается в его проход. — А теперь веди себя хорошо и позволь дяде трахнуть тебя. Ты же всего лишь шлюха, — альфа погладил лицо Юрия подушечкой большого пальца. — Тебе будет хорошо, и ты будешь просить о большем, — сказал он и резко толкнулся внутрь. Юрий почувствовал мясистый член альфы, широко растягивавший его и теревшийся вдоль стенок прохода, и застонал. — Прекрати, дядя, пожалуйста, — умудрился пропищать он, чувствуя, как член попадает прямо по чувствительному месту глубоко внутри, заставляя дрожать и всхлипывать от накрывшего удовольствия. Отабек не остановился. Он опустил руку и стал водить ею по животу омеги. — Такой сладкий, успешно оплодотворенный омежка. Твоя дырочка так приятно сжимается вокруг моего члена, — он переместил руку с живота на грудь и начал лапать ее с такой силой, что Юрий взвизгнул и заскулил, цепляясь бледными пальцами за запястье альфы. — Больно, дядя, хватит, — взмолился Юрий, но альфа, вместо того чтобы остановиться, пристроился пальцами у чувствительного соска и сомкнул их, заставляя молоко пролиться. Омега выгнулся, плача от боли и удовольствия. — Еще… — простонал он, тяжело дыша. Отабек начал вбиваться жестче, сжимать грудь сильнее, оставлять на ней красные следы. — Ты такая грязная шлюха, Юрочка, — застонал альфа, шлепнул омегу по лицу, вынуждая заскулить, и толкнул большой палец в его рот. Юрий отвернул лицо от пальца альфы и резко вдохнул. — Бека, подожди. Я не могу дышать, — прохрипел он. Отабек мгновенно вышел, помогая Юрию приподняться и сесть. — Стало больно? — спросил он взволнованно, поглаживая влажные волосы Юрия. Омега сглотнул, глубоко дыша. — Черт, Бека. Я становлюсь тяжелее, — улыбнулся он неловко и дотронулся до живота. — Ты мне ничего не сделал. Отабек выдохнул. Он и не заметил, как задержал дыхание в ожидании ответа. — Пойдем в ванную и вымоемся, — он взял Юрия за руку, но тот вырвал ее. — Нет. Я возбужден и хочу закончить то, что мы начали. — Юра, ты не мог дышать — нам следует остановиться. — Мне просто надо поменять позу, — сказал Юрий, переворачиваясь и вставая на колени. — Да, так лучше. Вперед, Бека. Я возбужден и полностью готов продолжить. — Юра… Я не думаю… Омега задрал попку повыше. — Бека, ну давай же, — он прикусил губу и покорно улыбнулся. — Ты делал мне так хорошо... Так прия-я-ятно, — застонал он. — Я настолько отчаялся уже. Разве не видишь, что для тебе я превратился в шлюху. — Юра… — низко прохрипел альфа, чувствуя, что снова возбуждается. — Дядя, я хочу, чтобы ты заполнил меня своим огромным пульсирующим членом, хочу почувствовать тебя, — Юрий застонал, начал поглаживать свою дырочку пальцем, а затем протолкнул его внутрь. — И, если трахнешь меня хорошо, я назову тебя папочкой. Отабек мгновенно оказался сверху, вытащил омежий палец и вставил свой член, заставляя Юрия задрожать и заскулить. — Ты такой непослушный, Юра. Грязный котенок, — он прикусил кожу на шее омеги. Юрий заскулил, плача от переизбытка чувств. — Накажи меня, дядя. Я был плохим омегой. Отабек усмехнулся и задвигался быстрее. — Непослушный, — повторял он снова и снова сквозь зубы. — Так хорошо, папочка, так глубоко, — застонал Юрий, сжимая член своими стеночками, посылая волны удовольствия по телу. — Еще… быстрее… Отабек двигался в омеге, правой рукой поддерживая живот. Затем он прошелся рукой по нежной груди, шее, добрался до рта омеги и толкнулся в него указательным и среднем пальцами. — Соси. Юрий подчинился, его рот наполнился слюной, и она начала течь вниз по подбородку. Он пытался заговорить, но пальцы альфы были слишком глубоко. — Такая шлюшка для моего члена. Мой маленький котенок. Жадный до моей спермы, — зашептал Отабек, прикусывая мочку уха омеги. — Я планирую держать тебя беременным всегда. Мой… навсегда. Юрий громко застонал и закатил глаза. Вскоре волны удовольствия накрыли все его тело, а через несколько секунд то же настигло и Отабека. Кончив, он уложил Юрия на бок и начал вытирать их обоих. — Бека? — прошептал Юрий с полуприкрытыми глазами. — Мм… — Мы разрушили образы. — Этого никогда не случалось, — хмыкнул Отабек. — Да, — Юрий открыл глаза и посмотрел на Отабека с волнением, — но было ведь хорошо? Я имею в виду, тебе понравилось. Отабек распустил волосы Юрия и пропустил их через пальцы. — Мне понравился каждый момент. Я просто заволновался. Нам следует быть осторожнее сейчас, когда наш малыш так быстро растет. Юрий положил ладонь на живот.  — Да, нужно быть поосторожнее. А теперь мне нужны обнимашки. Отабек улыбнулся и лег позади Юрия, обнимая и укладывая ладонь на верх живота. — Лучше? — Одеяла, Бека. — Черт, — прошептал Отабек и притянул одеяла, накрывая их обоих под звуки смеявшегося омеги.