Помощь другу

       Теплая рука нежно оглаживает пепельные пряди волос, заботливо заправляя их за ухо. Девушка, что делает это, смотрит на умиротворенного юношу, лежачего прямо у неё на коленях, размеренно дыша и иногда подергивая тонкими пальцами. Казалось, перед Аои Рюгоку, грозы старшей школы «Акадэми», совершенно другой человек, незнакомец, тот, кого она никогда не знала и не видела в лицо. Не может сам Президент студенческого совета оказаться в столь нелепом положении: со впалыми щеками, темными кругами под глазами и с истощенным телом валяться в ногах у своей подруги детства. Именно подруги. Никто не знал Мегамо так хорошо, как Аои, посему она имела полное право называться так. Девушка твердо знала, что никогда бы не предала наследника семьи Сайко и несла ему верную службу до скончания дней. После всего, что пережили эти двое, предательство со стороны одного из них будет считаться отвратительным и неоправданным поступком. Рюгоку знала это, но несмотря на близость к Президенту, которую не могли себе позволить другие, она не смела посягать на его чувства, его привязанность. Мегамо была уготована судьба стать великим предпринимателем, вознести честь и титул семейной корпорации до небес, а после жениться на уроженке из богатого рода и завести новых наследников для продолжения бизнеса. Не сказать, что парень был этим доволен, но его никто не спрашивал, в особенности отец, голова которого была занята лишь работой. Посему Сайко-младший воспитывался в строгости, без права заводить друзей и проявлять хоть какие-то чувства, способные выдать его слабость. Альбинос был схож с ледяной глыбой, неприступной и холодной, чтобы подобраться к ней слишком близко. Однако, этот айсберг довольно быстро растаял на палящем солнце, коим являлась Аои. В обычном своём состоянии Мегамо никогда бы не позволил кому-либо заботиться о нём или проявлять обеспокоенность, жалость по отношению к нему, но сейчас не наследник руководил ситуацией. Рюгоку сама мало что поняла, но увидев, как гордый и напыщенный Президент падает на пол, больно ударяясь головой об угол стола. Конечно, ей ничего не оставалось, кроме как оказать пострадавшему помощь.

***

       Аои являлась странной, непохожей на других девушек своим нравом, поведением и поступками. Слишком не отесана, мужественна и черства. Как будто её сердце давно покрылось грубой коркой, не давая Рюгоку проявлять хоть какие-то тёплые чувства, ласку и нежность по отношению к другим людям. Она была чем-то похожа на своего друга, но в то же время они в корне отличались. Мегамо — всегда собранный, холодный и расчетливый молодой человек, который профессионально разбирается в экономике и ведении бизнеса. Аои, напротив, слишком импульсивна, горяча и даже опасна. Многие сравнивали её и Шидесу, даже обзывали их родственниками, однако девушка весьма жестоким образом подавила слухи, собравшиеся около её личности. Иногда Сайко-кун был недоволен своей старой знакомой, но не отчитывал, как других своих приближенных. Он просто смотрел на неё помутневшими от усталости глазами, в самой глубине которых крылось разочарование и Рюгоку сразу же всё понимала. Их отношения дошли до той точки, где оба оппонента понимали друг-друга с полуслова, даже взгляда или действия. Однако, между друзьями были и разногласия, основывающиеся на различия в характерах, но ни один из них не закатывал истерик или скандалов по этому поводу. Если Мегамо был недоволен поведением Аои, он с пугающим хладнокровием высказывался ей, а после наблюдал за покорным кивком со стороны девушки. Рюгоку не терпела, когда ей пытались манипулировать или заставляли играть по чужим правилам и обычно протестовала, но рядом с Сайко-куном она превращалась в покорного... Слугу и телохранителя? Возможно, так оно и есть. Девушка пыталась защитить друга от чего-либо, находилась поблизости во время школьного патруля и внимательно следила за его работоспособностью. Особенно тщательный контроль нужен был после недавно произошедшего инцидента в школе. Аои старается не вспоминать о тех страшный убийствах, которые были совершены семнадцатилетним школьником, учеником «Академи Хай». До прихода Президента в школу, Янаги Аиши сумел нанести репутации учебного учреждения большой урон и причинить немало страданий учащимся, тем, кто остался в живых. Особенно сильно досталось бедняжке Таэко. За все эти страшные дни она успела потерять много близких ей людей, включая друга детства и младшего брата. Мегамо вынужден был помогать девушке снова начать жить дальше и влиться в общество, однако, попытки были напрасны. Несчастная пережила столько на свою голову, что врачи немедленно направили её на лечение и восстановление в местной больнице. Но для Аои было важно совсем не это. С убийцей в школе боролся исключительно Президент, ни директор, ни школьное руководство не пошевелили и пальцем, чтобы поймать преступника. То же самое касается и полиции, сотрудники которой даже не пытались раскрыть дело, успев услышать истории об этой школе и о том, что в её стенах и раньше происходили убийства. В итоге, Сайко взял ситуацию в свои руки, но даже ему было проблематично поймать Аиши на горячем. Этот мерзавец был невероятно хитер и с легкостью обходил металлоискатели и камеры, наставленные Президентом, чем невероятно выводил из себя последнего. Альбинос не спал ночами, чтобы вычислить Янаги, а самое главное — схватить.        Все прекрасно помнят тот день, когда двум охотникам пришлось столкнуться в схватке. Свидетелей при этом не было, но некоторые смогли увидеть происходящее по камерам видеонаблюдения. Наконец убийца раскрылся Мегамо и попытался намеренно причинить ему вред, исход которого должен был оказаться летальным. Аиши сознался, что глава студенческого совета сильно мешается ему под ногами, оттого и заслуживает смерти, и резко рванул вперед, атакуя Мегамо прямо в лоб. Последний оказал сопротивление, но преступник был явно осведомлен о том, что его противник обладает хорошей физической подготовкой, и также потратил много усилий на то, чтобы повысить свои показатели в силе. Но сможет ли человек, который упорно тренировался годами, всегда побеждал в конкурсах, посвященных различным видам спорта, имеет потрясающую сноровку и реакцию, проиграть обычному студенту? Разумеется, нет. Хоть схватка была не очень долгой, Сайко признал, что убийца действительно готовился к встрече с ним и каким-то образом сумел ранить противника лезвием ножа по бедру.        Мегамо скрывал рану, скрывал свою оплошность и слабость, проявленную в битве. Он не хотел, чтобы кто-нибудь усомнился в его силе и могуществе и попытался свергнуть с пьедестала. Президент знал, что показывать на люди свои слабости — низко и жалко, а будущий владелец крупной корпорации не может себе этого позволить. Сайко должны быть выше остальных, казаться идеальными и неприступными, дабы никто и не подумал соперничать с грозным семейством. Такому типажу и соответствовал Мегамо, но в скором времени силы начали его покидать. Бесконечные интервью, ноющая рана, недоедание и пропуск сна сказывались на юном Президенте, и он потихоньку сдавал позиции, хоть этого было не заметно. Несмотря на свою слабость и истощение, альбинос продолжал решать бесконечные дела школы, восстанавливать её репутацию и отвечать на вопросы журналистов. Всю бумажную работу парень любезно взвалил на свои плечи, оставляя своих приближенных усилить патруль по коридорам. После поимки убийцы расслабляться было нельзя, мало ли, у этого психопата окажутся поклонники и предпочтут продолжить его дело. Аои лишь вздыхала, глядя на то, как медленно увядает некогда амбициозный и сильный Мегамо Сайко, сам наследник великой корпорации. При всем при этом он не позволял себе как-либо помочь, лишь отмахивался со словами: «Всё в порядке, не беспокойся за меня».

***

       Теперь же, потерявший сознание от переутомления и истощения организма альбинос, лежал на коленях своей верной помощницы и подруги, шокируя её своим внешним видом. Судя по весу и впалым щекам, Сайко-кун сбросил довольно немало килограмм, оттенок кожи странно контрастировал с белой юбкой девушки и отдавался сероватым цветом, как у мертвеца. Под глазами залегли глубокие тени, а в уголках заметны покраснение. Заострившийся нос и скулы также привлекали внимание, и Аои не удержалась, чтобы не коснуться их пальцами. Будто проверяя, насколько они хрупки. Рюгоку не была удивлена такому исходу, ни капли, но чувство обеспокоенности осталось у неё в груди, когда та проверяла пульс пострадавшего. Мегамо, был жив, хоть его грудная клетка слабо вздымалась при дыхании. Синеволосой удалось дотащить Президента до мягкого дивана и уложить податливое тело в удобной позе. Сама она присела рядом, нашла свободное местечко, и вглядывалась в столь острые, слегка неправильные черты лица. Несмотря на нехарактерную человеку бледность, Сайко продолжал оставаться привлекательным и обаятельным. Подлецу всё к лицу, как говорится, хе-хе... — Ну что за идиот... — вздохнула Рюгоку, кладя мозолистую руку на лоб парня. Казалось, она общается с Мегамо исключительно как коллега с начальником,и это было недалеко от истины. Альбинос часто забывал, что они росли вместе, точно так же, как и получали первые шишки да заусеницы. Он не менялся на протяжении многих лет из-за строгого воспитания отца, не получая никакой ласки и родительской заботы. Наследник должен был заботиться о себе сам, такова была его озабоченность в детстве. Даже если бы Госпожа Сайко была жива, она навряд ли смогла помешать своему супругу воспитывать из сына идеального человека. Единственной, кому удалось как-то разнообразить до безобразия серую жизнь мальчика, стала Аои. Слишком навязчивая, жизнерадостная оторва, которая вечно тянуло на приключения, она скрасила существование Мегамо, позволила ему стать более адаптированным к жизни в обществе людей. Отец часто запрещал сыну общаться с этой настырной девчонкой, но Рюгоку твердо стояла на своем. Она сама не знала, что именно заставляет её сближаться с наследником крупной компании, но уж точно не деньги. Ими девочка была озабочена в последнюю очередь. Непонятно от чего её манил сам молодой наследник, скорее всего, Аои хотела узнать его лучше, добиться истины, чёрт возьми. Что же скрывается за ледяной маской безэмоционального, ответственного и всегда занятого «бизнесмена». Каждый раз попытки любознательного торнадо в лице Рюгоку не приносили успехов, но самой девочке уже стало привычно находиться рядом с Сайко-куном, вглядываться в его глубокие серебряные, но уже не по-детски уставшие глаза. Наверное, мальчик уже тогда нагружал себя работой и употреблял столь вредный для его слабого организма кофе. Впрочем, сейчас Мегамо ничуть не изменился: сидит на строгой диете, но в то же время поглощает энергетики, чтобы оставаться бодрым на весь день и продуктивно работать. Скорее, отдаваться работе целиком, чем он и занимался. Аои много раз сердилась и ворчала на своего друга, но это не давало ей толком ничего, её мнение не особо-то и учитывалось в кругах семейства Сайко. Глава корпорации до сих пор видит в ней настырного ребёнка, а не повзрослевшую и строгую девушку, главное приближенное лицо его сына. Вспоминая напыщенные приемы в штаб-квартире злого семейства, Рюгоку всегда становилось неуютно. Все эти переполненные столы едой, огромные стены и высоченные потолки богато украшены, ковры превышают размеры комнат многих малообеспеченных людей. Аои не любила роскошь, никогда не была к ней близка и поэтому интересы Мистера Сайко были ей чужды, возможно из-за этого они так и не поладили. Что уж говорить, девушка презирала его за подобное обращение с Мегамо. Наверняка мужчина не видит, как изматывается его сын после работы, но продолжает натягивать маску идеального юноши, который ни разу не потерпел поражение.        Аои невольно кладет руку Президенту на грудь, ощущая, как она медленно вздымается. Это успокаивает синеволосую и она продолжает ласкать своего друга, нежно поглаживая второй рукой его волосы. Мягкие и шелковистые с ослепительным отливом. Одноглазая не привыкла показывать людям свою улыбку, но сейчас она не могла её сдержать. Да и тем более, никого, кроме них, в кабинете студенческого совета нет — Рюгоку-сан может никого не стесняться. — Совсем не бережешь ты себя, Сайко, совсем... — вздыхает девушка и чувствует, как медленно сходит её агрессия и вечная раздраженность. Словно аура Мегамо оказывает на неё влияние и не вызывает желания воспротивиться этим мыслям, — Вечно скрываешься, молчишь о своих потребностях, а в итоге происходит такое. Ты сам-то этому рад? Хотя, глупо спрашивать это у бессознательного человека. Вновь пальцы скользят по гладкой поверхности лба, аккуратно расправляя челку. Всё же иногда приходится помогать юноше быть идеальным. Аои давно уже это поняла, только не решалась сказать. Обычно, это не похоже на импульсивную Рюгоку, но в отношении своего друга девушка всегда знает, когда ей следует промолчать. Почему-то не хочется падать в его глазах и подрывать доверие. Почему? Она никогда в этом не признается. Никому и ни за что, ведь слухи в этой школе распространяются очень быстро и неизвестно, что произойдет из-за этой маленькой «случайности». Подрывать репутацию своего «коллеге» не хотелось, да и сама бы Аои растеряла былую грозность и ощущение неприступности. Девушка считала, что проявлять эмоции перед другими людьми — удел слабых, именно поэтому вела себя грубо и никому не давала спуску. Уж когда она патрулировала коридоры школы, везде было тихо и спокойно, нигде не возникало конфликтов и споров, даже самых незначительных. Лишь имя Рюгоку вселяло страх даже в юношей, не то, что девушек, обучающихся в «Академи». Сейчас же она выглядела крайне умиротворенно, с легкой улыбкой на губах и заботливыми руками, что нежно оглаживают вымотанного Президента по голове, а после и забираются под пиджак. Биение сердца ощущается всё сильнее, отчего по коже Аои невольно пробежались мурашки. Всматриваясь в заостренные черты лица, синеволосая понимает, что она не может оторваться от Мегамо, который, наконец, предстал пред ней не идеальным роботом, а обычным человеком, совершающим ошибки в своей жизни. Неужели детская мечта Рюгоку-сан исполнилась? Она впервые видит Сайко слабым, не способным на самозащиту, но в то же время, настоящим. Аои знает, что когда Президент студенческого совета очнется, он вновь превратится в копию своего отца, строгого начальника и руководителя школы, контролирующим всё, что движется. Отчего-то на душе девушки стало необыкновенно печально и тоскливо. Даже не из-за того, что Мегамо никогда не воспримет её более серьезно, чем верного спутника и друга, а потому, что парень продолжил врать в лицо окружающим людям, да и самой второкурснице тоже. Рюгоку слегка приблизилась к безвольному телу альбиноса и, прикрыв единственный глаз, нежно коснулась губами его лба и неспешно отстранилась, будто желая растянуть этот момент. Никакой реакции со стороны последнего, лишь слабый стон, оповещающий девушку о чём-то. В любом случае, это не важно. Синеволосая ещё раз окинула взглядом наследника Сайко и, не осмеливаясь его тревожить, продолжала сидеть на мягком диване, слегка массируя пальцами белокурую макушку. — Ничего, как только поправишься, я тебе устрою, обещаю, — со смешинкой пробормотала Аои и откинула голову назад, — Ведь кто-то должен за тобой следить, правда, Мегамо? Девушка улыбнулась собственным словам и слегка приподняла юношу с себя, чтобы успешно встать. Как только операция была проделана, Рюгоку должна будет каким-то образом дотащить глупого Президента до медицинского кабинета, чтобы там ей помогла медсестра привести пострадавшего в чувства. И несмотря ни на что, Аои останется рядом, будет сидеть у койки Сайко-куна и заботливо поправлять одеяло, если оно вдруг соизволит сползти. В конце-концов, это её долг — во всем быть верной Мегамо, единственному другу и товарищу, к которому Рюгоку уже давно питает запретные чувства. Она всегда останется во «френдзоне», но что мешает наслаждаться величием Мегамо со стороны, не причиняя шума и беспокойства окружающим?