Слёзы Феникса

Утро субботы, первый выходной. Гарри проснулся первым, часов девять было, не меньше. Сладко потянувшись, это ходячее шило в пятой точке вскочило с кровати и, натянув на себя джинсы, которые валялись на дне его бездонной сумки, и одну из футболок Уизли, вышел из комнаты. В гостиной никого не было, судя по всему, все ещё спали. Так даже лучше, можно уйти незамеченным. — И куда ты, плюшевая игрушка? — Раздался позади сонный, смеющийся голос Джорджа. — Бросить нас решил? — Что задумал? Это явно что-то интересное, поэтому мы с тобой! — Добавил вышедший следом за братом Фрэд, ловя собравшегося было удрать Гарри в объятья и трепя его по волосам. — Ну хорошо, хорошо, только отпусти! Ну Фрэд, говорю же, пусти! — Рыжий с усмешкой выпустил парня из захвата и одним взглядом спросил, куда они сейчас идут. — В Запретную Секцию! — Разрешение надо. Или сильные чары. Плюша, достанешь разрешение у своего Снейпа? — Лучше сами всё сделаем, Фордж, негоже взрослым детскими глупостями головы морочить. Да и что с нами произойдёт? Как итог, они втроём пошли в библиотеку, так и не взяв ни у кого разрешения. Удивительно, что библиотекарша, обычно сверкающая на всех злым взглядом из-под очков, сейчас тихо дремала в своём кресле. Переглянувшись, три, всё-таки Гриффиндорца, тихо-тихо прошли мимо спящей ведьмы в сторону Запретной Секции. Мягкое дуновение отпирающего заклинания и замок скользнул в руку Фрэду. Они втроём осторожно вошли туда, оглядывая огромные, похожие скорее на горы, шкафы с самыми тёмными и опасными книгами. — С чего начнём? Точнее не так, что мы вообще тут ищем? — Информацию по наследиям, тёмным, огненным. Хочу кое-что проверить, узнать… — Уголки губ Гарри дёрнулись в подобии усмешки, потому что внутри загорелся странный огонёк азарта, яркий, живой. Ему хотелось найти объяснение того, что он слышит голос Огня Планеты. Почему он начал его слышать только тогда, когда официально стал учеником Хогвартса? И почему перестал с того момента, как почти постоянно стал находиться в обществе Дрэда и Форджа? Они тихо ходили между стеллажами, ища что-то о наследиях. Гарри обратил внимание на четыре тома с названием «Демоны» и положил их в свою безразмерную сумку. Интересно ведь почитать о том, кто его Северус! Любопытные близнецы запихнули туда же все найденные книги по Драконам, Дроу, да и вообще всем тёмным, хоть как-то принадлежащим огню. Взятая мальчиком книга «Единороги» была недопонята, но спрашивать парни не стали, мало ли. Они ходили по этому отделу библиотеки уже, наверное, часа два, но Поттер почему-то знал, что все найденные книги — не то. Нужно что-то другое, но его тут нет… Робкий шёпот магмы в голове, говорящий о том, что тут он не найдёт правды, что для этого надо только… Фрэд неожиданно хлопнул ребёнка по плечу, предлагая уже идти обратно и приступать к исследованиям. Шёпот в голове тут же оборвался. Это странно, весьма и весьма странно, но Гарри решил не заострять на этом внимания. Возвращаться пока не хотелось, поэтому он решил исследовать ещё пару стеллажей, после этого, так и быть, можно уйти. Там они нашли тонкую книжечку, рукописную, с названием «Огонь, личные исследования». Её все трое решили забрать, интереса ради, ибо тут однозначно что-то важное. Едва рукопись легла в сумку, Львы поняли, что пора уходить. Какое-то нехорошее предчувствие… Мягкими шагами Гарри и дабл-Уизли выбрались из Запретной Секции, закрыли замок и притворились, что берут себе книги по истории магии. Мол, как дополнительную литературу. Библиотекарша, как раз проходившая мимо них, спросила, когда они пришли? — О, пару часов назад, вы тогда были чем-то заняты, мы не стали вас тревожить. — С невинным выражением лица солгал Фрэд, улыбнувшись пожилой ведьме. Та, неуверенно кивнув, пошла дальше. — Ну что? В комнату? — Согласные кивки от его близнеца и Гарри и все трое идут к выходу. Уже в комнате ребята устроились на огромном рыжем ковре и разложили перед собой книги, по стопкам. Демоны, Драконы (по видам), Дроу, Мантикоры и Тёмные Вейлы. Отдельно лежали две книги, «Единороги» и рукопись. — Кстати, плюша, так зачем тебе книга по Единорогам? — Нарцисса Малфой, мама Драко, она Единорог, хочу узнать о ней побольше. — Ну, тогда понятно. С чего начнём? Предлагаю рукопись эту таинственную. Кто и что там вообще нацарапал? Книжку открыли сразу, принялись вместе читать. Как оказалось, это были исследования одного мага о том, что несёт в себе каждый, кому досталась хоть толика огня. «Согласно моим исследованиям, внутри каждого, кто принял свою суть, живёт Огонь Планеты, великая сила, которая рождается в ядре планеты. Особо ярко она проявляется в магме, или же, по-иному, лаве. У кого-то влияние Огня сильнее, у кого-то слабее. Некоторые, единицы, могут им управлять.» Парни обменялись удивлёнными взглядами: Кто способен управлять таким количеством огненной энергии? Странно. «Я сам являюсь Демоном. Моя раса — самая близкая к Великим Правителям Огня, но даже мне подвластна настолько малая часть этой силы… Увы, я не могу написать, кто они, Правители, потому что дал Клятву, но напишу про Огонь Планеты, всё то, что смог узнать от последнего Правителя, оставшегося на этом свете, и что могу сказать из-за той же самой клятвы.» — Последний? То есть, больше таких нет? — Заткнись, плюша, давай читать. «Наша планета некогда состояла только из огня и земли, уже тогда, на том этапе ещё образования, на ней были существа, состоящие только из магии и огня. Постепенно, когда планета остывала, они уходили в её глубины. Так образовалось ядро Земли, как и его внутренняя оболочка, магма. Это те существа, которым стало слишком холодно на поверхности. Тела их распались на огонь и лаву, но разум продолжал впитывать всё, что происходило на поверхности. А там появлялась жизнь: растения, животные, первые люди, а с ними и первые маги. Огненные существа под землёй отправили наверх всю свою мощь, устремляя её в некоторых магов. А из воды текли другие потоки магии, светлые, да-да, именно так! Наши пары почти всегда образованы существами, созданными двумя совершенно разными стихиями! Тогда появились первые маги-существа, Правители и Единороги, красивые и сильные, под стать временам и природе. Со временем у них рождались дети, какие-то перенимали дар тёмного родителя, какие-то — светлого, а некоторые смешивали эти дары. И так текло время, Огонь Планеты периодически снова посылал свою мощь вверх, чтобы Правители не переводились, это было нужно в первую очередь ему самому, потому что каждая отосланная капелька огня, после смерти носителя возвращалась в тысячекратном размере. Огонь был нестабилен. Я не знаю, что произошло, но однажды мой знакомый, последний из них, решил, что больше не должны рождаться такие, как он сам. До определённого времени. Его слова были такими «Однажды, когда во времени начнётся раскол, когда Огонь станет раздирать пространство вокруг себя, и когда останется последний Единорог, родится новый Правитель, он будет сильным и отважным, непокорным и обходительным, его судьба будет тяжела и, порой, будет сильно бить его. Но он справится со всеми трудностями, благодаря тем, кто будет рядом, и благодаря двум Стражам, что родятся немногим раньше него. И вот, когда он будет готов, вся сила и мудрость Огня Планеты перетечёт в него, и станет он Правителем Огня, и будет жить до скончания времён, сгорая каждый конец жизненного цикла и тут же возрождаясь вновь, как мы, пока способность эту не утратили, перекрытые чужою волею. И начнутся новые времена, светлые, и вернётся на Землю магия, какой она была давным-давно.» Более ничего он мне не рассказал, умер, тихо и с улыбкой на губах. Тогда же и закончились мои исследования, начавшиеся на тот момент три часа назад. Надеюсь, что однажды и эта кроха информации поможет кому-нибудь. Никогда не ваш, Годрик Гриффиндор.» — Сдохнуть и не воскреснуть! — Присвистнул Джордж. — Так это рукопись самого Гриффиндора! И чего она нам, собственно, дала? — То, что в этих книгах мы ничего нужного не найдём… — Тяжело вздохнул Фрэд. — И стоило ради этого переться в Запретную Секцию? — Я думаю, что стоило. Во-первых, теперь мы знаем, что знаем не обо всех существах, во-вторых, у нас есть книги, о которых многие могут только мечтать, пуская слюни, в-третьих, мы теперь обязаны найти информацию по этим Правителям! — Кожа Гарри на долю секунды вспыхнула, показывая, насколько он увлечён сейчас этой своей идеей. — Тише, плюша, я уже догадался, кто такие эти Правители. Но не скажу, ты должен сам понять. Развивай мозги, Поттер, а пока… Давай про Единорогов, что ли, почитаем? — Как скажешь, Дрэд, давай про Единорогов. — Сразу согласился зеленоглазый, убирая рукопись обратно в сумку. Ничего, время точно ещё есть, успеет разобраться во всём. Они втроём поудобнее легли на ковре и, открыв книгу, стали читать.

***

Вечером, когда уже стемнело, в дверь их комнаты кто-то весьма настойчиво постучал. Парни, оперативно спрятав все книги к Гарри в сумку, открыли. На пороге стоял Снейп. Дабл-Уизли тихо сползли по дверному косяку от смеха, а Гарри… Он виновато опустил голову, не мог смотреть на Демона, чувствуя, как в груди всё словно налилось свинцом, а сердце заболело. Виноват, да, он виноват. Потому что появляется в обществе Северуса только на уроках, потому что спит в одной кровати с близнецами, потому что… Потому что, не смотря на понимание того, как это глупо, до сих пор несколько обижен на «идиот». Северус так толком и не извинился. — Мистер Поттер, можно ли мне с вами переговорить? — Спокойным голосом спросил он, глазами-щёлками глядя на мальчика. Вот он, стоит на махровом ковре, в своих джинсах, в чужой футболке, явно только что с пола поднявшийся и… Хорошо проводивший своё время тут. Всю неделю. И, судя по всему, спал он тоже тут. А кровать одна. Из чего напрашивается повод для ревности. А ещё Гарри не смотрит в глаза. Он смотрит на братьев Уизли. — Да, конечно, профессор. Дрэд, Фордж, до встречи! Приду, нужно будет дочитать, без вас не буду! — Давай уже, плюша, беги! А то мы сейчас от смеха умрём, на вас глядя! — Хором простонали они, пытаясь уползти с прохода, что у них довольно плохо получалось. Улыбнувшись друзьям, Гарри поднял с пола сумку и пошёл за Северусом. Заговорил он только тогда, когда они оказались в самих подземельях. — И? Гарри, почему ты решил спать там? — Голос ледяной, кромсающий сердце на кусочки, но мальчик успокаивал себя тем, что Сев просто переволновался. — Не знаю, просто ребята помогали мне с домашкой, а потом мы отрубались, вот и всё. — Он не полноценно солгал, по сути, так оно и было, только ложились они спокойно, сил было ещё довольно много. — Вот, сегодня в библиотеке несколько книжек взяли, валялись весь день на полу, читали… Ты не представляешь, какой у них ковёр мягкий! Туда можно лечь и просто утонуть! Классно так! — Высказал своё восхищение он, чуть подпрыгивая и радостно сверкая изумрудами глаз, забыв о том, что, по сути, сейчас серьёзный разговор двух не вполне довольных поведением друг друга людей. — Вот как? Понятно. Как твоя успеваемость? — Словно ледяной водой из ведра окатил Демон, ребёнок аж остановился от шока! — Что? Почему ты стоишь? — Да так, профессор, простите. — Всхлипнул он, но всё же ответил спокойно, даже путь продолжил. — Успеваемость нормально, колдую без использования палочки, она мне не даётся, хоть и принадлежит мне. Профессор Флитвик сказал, что такое бывает, и они с МакГонагалл объясняют всё на каждом уроке для меня отдельно. На Истории Магии больше не сплю, как оказалось, если побороть скуку, то весьма интересный предмет. Травология мне нравится, занимаешься с растениями на природе… Красота. ЗОТИ как-то странно… Этот Квирелл, не умеет он учить. Бог бы с отдельными объяснениями для меня, сам со временем разберусь, но другим-то! Просто показать, как, что и с какими словами делать палочкой, да рассказать, в каких случаях это делается! Жуть какая-то. — Ясно. Что вообще нового? — Особо ничего, профессор, пообщался с Рейвенкловцами… С Гриффиндорцами или Слизеринцами интереснее поболтать, однозначно. Зато с этими ребятами можно многое обсудить. Хорошие ребята, в общем. А ещё мне подарили две футболки. Эту и ещё одну, я её там забыл… — «И там, пожалуй, и оставлю, чтоб было в чём спать, если что…» — Гарри, мне не нравится то, как ты общаешься с этими ребятами. Мне не нравится то, что сейчас ты говоришь мне не «ты, Сев», а «вы, профессор». И вообще, мне хочется просто запереть тебя в своей комнате и не выпускать оттуда. Чтобы никто и никогда не смог тебя увидеть, кроме, разве что, меня. Что ты скажешь, узнав об этом моём желании? М, Поттер? — Что скажу? — Зелёные глаза сами собой закрылись, а он прислонился плечом к каменной стене, подбирая слова. — Я скажу, что мне тоже кое-что не нравится. Ты так и не извинился. Каждый раз, как я пытался с тобой заговорить, ты уходил, или притворялся, что очень занят. Ты сомневаешься в том, что я тебя люблю, не доверяешь мне. И да, мне не нравится, что ты плохо относишься к моим друзьям. Фрэд и Джордж — первые, кто заметил, что мне плохо, они же предложили помощь с домашкой, хотя, по сути, мне нужна была скорее компания, я всё понимал сам. И мне не нравится, что ты думаешь, будто они заменят тебя. Они мои друзья, никаких иных чувств, Северус. И да, я, пожалуй, сейчас вернусь к ним, поплачу в подушку, а потом мы вместе дочитаем книгу, лёжа на ковре, и там и уснём, потому что будет лень забираться на кровать. — Парнишка уже развернулся в другую сторону, открывая полные слёз глаза, как его подхватили на руки и унесли в комнату. Он даже не пытался вырваться, не хотелось. Вот Снейп садится в кресло, сажает его на колени лицом к себе начинает говорить. — Я… Прости, что тогда обозвал, накричал… Я очень испугался, что ты умер, или впал в магическую кому, потому и кричал. А не извинился потому из-за того, что за новыми переживаниями забыл об этом. Тебя не было всю ночь, а следующим утром ты пришёл в Зал в компании Гриффиндорцев, улыбающийся, спокойный… Свободный. Я не смог подойти тогда. Ты подошёл сам, сам извинился, а я… Не знал, что сказать. В тот момент мне показалось, что тебе не одиннадцать, тебе много сотен, тысяч, лет, потому что ты смотрел на меня с таким всепрощением… Я растерялся. И вот, тебя снова нет. И эта неделя, когда я видел тебя только на завтраке и обеде, да на своих уроках. Да и то, ты постоянно был либо с Уизли, Грейнджер и Малфоем, либо со старшими Уизли. И ночевал не тут. Даже подумать не мог, что я такой дурак… — Он горько усмехнулся и уткнулся горячим лбом в лоб Гарри. — Ты простишь меня, огонёчек? — Конечно, Сев! — Всхлипнул ребёнок, обнимая его за шею. — А ты меня? — Я уже давно тебя за всё простил, Гарри. Так состоялось своего рода примирение. Спать мальчик лёг в той футболке, которую сегодня утром стащил у близнецов, только теперь он был в объятьях Северуса. Ночь, вокруг темно, слышно, как гулко и сильно бьётся сердце Демона, но Гарри спит. Он снова в магме, она снова ему что-то рассказывает, учит, просит остаться, а от жара тела Снейпа только хуже, в этот раз голос громче и настойчивей, порой различаются даже некие подобия силуэтов в рыжем вареве… Вроде как утро, слышно, как его будит его пара… Проснувшись с тяжёлой головой, словно забитой ватой, Поттер ещё долго просто сидел на кровати, расфокусировано глядя в неизвестность. Северус это заметил и спросил, в чём дело? Нехотя, первокурсник рассказал о снах с магмой, о том, что они начались ещё в Хогвартс-Экспрессе, после них очень сложно просыпаться. Но почему-то с близнецами… Снов не было. Вообще. И вставать так легко… Это было непонятно, но печально улыбнувшийся Демон, видимо, всё понял. — Такое бывает. — Объяснял он. — Порой сила у мага столь велика, что Огонь пытается захватить его. В таких случаях всегда есть человек, который нейтрализует, устраняет это влияние. Это не пара, нет, почти никогда такого не случается. Тогда надо спать только в присутствии этого человека, чтобы не сойти с ума. — А ты откуда знаешь? — Когда-то я был таким человеком для Люциуса. К тому моменту, как в его жизни появился я, он уже был немного того, благо, всё обошлось и вырос вполне нормальным. Но когда он принял наследие, всё стало куда проще, Огонь отступил, так что в этом теперь нет необходимости. Хотя иногда, когда Огонь слишком бушует, мне снова приходится ночевать с ним. Видел бы ты колдографии, которые делала со спящими нами Нарцисса! Ха-ха! В каких позах мы в итоге только не оказывались! В общем, Гарри, лучше тебе и правда спать тогда с Уизли. Но только пообещай, что больше не будешь пропадать на неделю, хорошо? Я слишком долго тебя ждал. — Обещаю, Сев, всё, что только пожелаешь. — Маленькая ладонь легла Демону на грудь, чувствуя сильные удары горячего сердца. «Урррр! — недовольно сообщил живот, напоминая, что пора бы и на завтрак.» — Ой… — Брюнет вмиг залился румянцем. — Кушать? — Тихо и невинно спросил он, смотря на мужчину изумрудным глазами, окружёнными густыми-густыми чёрными ресницами… И как такому отказать? Зельевар с улыбкой кивнул, они оба переоделись и пошли к Залу, куда сейчас как раз стекались заспанные студенты. У дверей мужчина потрепал его по тёмным волосам и пошёл к столу преподавателей, тогда как Поттер за Гриффиндорский, где самодовольно сообщил Фрэду и Джорджу, что остаётся жить у них в комнате! Огребя двойной подзатыльник, смеющийся Лев сел к друзьям и принялся кушать яичницу с тостами, беконом и чаем. Северус же сидел и думал о том, что рассказал Гарри. Да, он сам сказал правду, про него и Люциуса, но вопрос… Насколько силён этот ребёнок, что у него сразу ДВА таких человека? Может, прав был тогда дед, когда сказал, что он не справится с такой силой? Ну нет, даже если так, то… Взгляд падает на Поттера, смеющегося над тем, что ему рассказали друзья… Если сам Северус с его силой не справится, то и не надо. Главное, чтобы он справился. И был рядом, потому что отпустить его куда-то… многим выше сил Демона. Никому он его не отдаст, даже если сам умрёт, не позволит никому забрать у него Гарри.