Голубоглазая звезда

      Розовый свет садившегося солнца бил в глаза, и это мешало мне спать. Я проснулся. На часах было 20:03, но маленьких детей, чьим родителям казалось, что это поздно, уже загоняли домой. В голове ещё не всё стало на места. Я протёр глаза свободной рукой и понял, что я всё ещё у Светы в гостях.        Вскоре у меня появилось ощущение, что кто-то или что-то на моем плече лежит. Это была мирно спящая Света.       В мои 13 лет, пока Роберт не уехал, каждый день был не совсем нормальный, как у других моих ровесников. Тогда у людей моего возраста летом были другие предпочтения: любовь, деньги, хобби разные, тусовки, дела по дому и свои. У меня и Роберта: каждый день находить приключения. Интересно как там дела у моего лучшего друга? Было бы классно, если он тоже оказался в том же лагере, что и я.       Вспоминаю сегодняшний день: путёвка, Света, её подруги, которые вместе с ней поедут и… очень нежный поцелуй. Как это было прекрасно. Пытаясь высвободиться из объятий, я случайно разбудил Свету. — А ты куда, Лёш? — сонно спросила она. — Э-э-э… домой... Мне же тоже надо вещи приготовить для поездки. — Ты придёшь?       Этот вопрос приятно удивил меня. Момент над нами висела тишина. Жалко, что мы, люди, не можем сохраниться, как в игре, чтобы, например, сделать что-то, чего нельзя, а потом загрузиться, или просто возможность возвращаться к какому-либо моменту жизни. Но жизнь — это и есть игра, но очень сложная, без сохранений и права на ошибку. И есть много сюжетных линий. И эта мне очень нравится.       Я дрожащим голосом ответил: — Не знаю. А что? — Ну-у-у, ты же не знаешь, где будет автобус? — Ты права, но мы и завтра можем возле памятника Ленина встретиться в нужное время. — Это как-то банально. Последние дни в городе надо по-другому проводить. Делай то, чего хочешь, чтобы потом в старости не жалеть о прожитой жизни! Не думал, что Света может так рассуждать. Правду говорят, что если ты думаешь, что знаешь человека, то это не так, ведь он показывает тебе то, что хочет, а не сразу весь раскрывается первому встречному. — Эмм, ну ладно, я пойду домой, вещи соберу и вернусь. — Хорошо.       Когда я вышел со двора Светы, на меня напала орда мыслей и вопросов: Что сейчас произошло? Место, в котором я нахожусь — это сон… или реальность? Почему Света предложила мне у неё переночевать? Нет, я не трусил. Для меня ночевать — дело обычное. Одним из немногих, кто мне обычно предлагал погостить на ночь, был Роберт. Иногда его родители уезжали куда-либо по делам в другой город, и он приглашал меня у него переночевать. Тогда в доме творился абсолютный хаос. Да, было весело. Кстати, у меня будет и сейчас есть время стать ближе к Свете. Или не в данный момент, а позже… И насколько позже? Сегодня ночью или через несколько тысяч лет?.. — Лёха, никогда… Ты меня слышишь?.. Никогда не оставайся на месте и не иди назад, мечта сама к тебе не придёт, если ты всё будешь и будешь стоять смирно, то рано или поздно упадёшь в Бездну Сомнений и Одиночества! — вспомнились мне слова моего старого друга. Голова раскалывалась от такого количества мыслей. Наверное, сейчас мой мозг представлял собой светящийся дискошар, засиявший от колоссального эмоционального напряжения. Хотя разве это плохо? Если уж совсем запустить его, можно и мхом изнутри обрасти. Думать полезно. Но немного не сейчас. Мне хотелось просто провалиться куда-нибудь, где бы было мало о чём думать... Но времени отдохнуть не было - нужно собраться с мыслями и собраться в лагерь. Звучит забавно. Но улыбаться не хотелось.        Я со всех ног побежал домой, осознавая, что всё это время стоял на месте и размышлял. Очутившись дома в гостиной, я встретил маму. — Ну, и где же ты шлялся целый день? Уже почти ночь на дворе! — Ну, ма-а-ам. Мне шестнадцать лет! — Я беспокоилась о тебе, и ты мне даже не позвонил и не сообщил о том, где находишься, и хоть предупредил бы, что вечером только придёшь! Мне даже таблетки приходилось пить, вообще тебе всё равно на меня. Хороший сынок! — мама продолжала. — Но, мам... — Что мам?! Я уже шестнадцать лет как мама! И что с того?! Вон, твой дядя в шестнадцать уже на барыг и душегубов горбатился! Может и ты к его дружкам решил присоединиться, кто тебя знает! Тебе же шестнадцать лет! А?! — мама кричала так, что о судьбе её брата узнали все близлежащие дома, — А отец твой?! Ух, что бы он сейчас тебе устроил! Да, он был человеком чести! Но не всегда. Такое же как и ты было. Ввязался куда не надо, и...       Мама редко говорила об отце. И о дяде. А он изолировался от мира с тех пор как я родился. Порой мне было интересно узнать, что произошло шестнадцать лет назад, но от кого?.. Про деда я совсем ничего не знал, как и про бабушку. Дядя Максим и мой отец явно были замешаны в какой-то портящей репутацию нашей семьи истории, и с тех пор, как папа погиб, мама пытается меня огородить от изучения нашей родословной. Она всё боится, что её брата найдут. А ещё она боится ездить на поездах... — Мам, тише, тише. Присядь на диван, пожалуйста. Я рассказал маме всё, что со мной произошло (поцелуй, естественно, опустил). — Ладно. — Ну и хорошо. Я пойду соберу вещи и отправлюсь до друга с ночёвкой. Мама сидела, уставившись в одну точку. Я тихо встал и вышел из комнаты.       Вот и мой уголок в доме. Первой вещью, на которую упал мой взгляд, была фотография. На фото мне было 5 лет. Мы с отцом смастерили самолёт и решили запустить его в широком поле. — Лети, "Совёнок"! — сказал я, — Хорошо летит, пап! Мои глаза горели особой энергией — детское счастье. До сих пор помню солнце на закате, которое горело ярко-красным цветом. — Дети, пора домой! — сказала мама. — Марго, я не ребёнок! — надув щёки, ответил папа. — Люблю тебя, за то что ты остаёшься ребёнком, милый.       «Папа, я буду помнить тебя всегда…» — сказал я шёпотом, пуская слезу. Он погиб через два года после этой фотографии... Я поставил её на прежнее место, к отцовскому кулончику с выгравироваными сзади буквами М и К, а на лицевой стороне. Дядя Максим говорил, что это просто талисман, но относился к нему как к чему-то опасному, но ценному... Вскоре все нужные вещи были собраны в мою походную сумку. Папину сумку...       Я уже было вышел, но мама окликнула меня. — Возьми денежки на еду, перекусить чего-нибудь возьмёшь. — Спасибо, мама. Люблю тебя. Не волнуйся. — Хорошо, не буду. Удачи. Надеюсь, что не будешь вытворять штуки, за которые потом стыдно будет! Пьяным придёшь - прибью! Свету не обижай. — Ну, ма-а-ам. — Пока, сынок. — Пока.       Выйдя из дому, я на всех порах полетел к Свете. Вот и её хоромы. Немного помешкав, я решил позвонить. Света осторожно открыла дверь и сказала, что я могу войти.       По всему дому были расставлены ароматические свечи. Так… Везде свечки, вкусно пахнет на кухне. Меня осенило. Видимо моё лицо так хорошо отображало все мои мысли, что Света, взглянув мне в глаза, опустила голову и, прикусив нижнюю губу, почти полушёпотом произнесла: — Раскусил...