Kneel, my love...

SYML - The War       Локи вернулся. Трикстер воскрес, впервые — реально, не подделывая своей смерти. Мужчина был в смятении, его чувства мешались, как и мысли, бурным потоком обрушившись на и так изорванное сознание, из-за чего он не спал по ночам, восстанавливая силы и думая сиэле, которая стала его спасительницей. Лофт знал о существовании подобных существ, но никогда не думал, что ему придется с ними столкнуться. Они были истреблены давно, много веков назад, когда его даже не было на этом свете за то, что множество душ, которые они вернули назад в мир живых, принесли несчастья, беды и горе, обезумев от счастья исцеления. Сколько слез пролилось из глаз проводниц душ, сколько криков поглотило бездонное мертвое море, в котором их убивали, сжигали, резали, словно овец, пока не осталось ни одной. Но одна все же выжила, но ведь сиэла молода: ее волосы сияют, словно солнце, хвост сверкает цветами радуги, как и глаза, а разум чист и светел, как и сама девушка. И трикстер впервые хотел отблагодарить кого-то.       Но найти то озеро, у которого его оставила сиэла, оказалось сложной задачей. Оно было скрыто от посторонних глаз. Пробродив по зеленому ванийскому лесу до вечера, Лафейсон совсем отчаялся, но вдруг ветви деревьев расступились перед ним, открывая вид на голубую воду.       Сиэлы не было видно, но, как только солнце скрылось за горизонтом, вода окрасилась в глубокий синий цвет, и из нее показалась светлая макушка, а после — и вся хрупкая фигура девушки. Она лучезарно улыбнулась своему гостю и присела на берег рядом с ним.       — Ты красив. Сейчас намного боле, чем в Хельхейме. Это видно, — осматривая лицо мужчины, проговорила сиэла.       Локи на миг замешкался, ощущая, как к щекам приливает румянец, но взял себя в руки и склонил голову в знак признательности.       — Я обязан тебе жизнью. Благодарю.       — Тебе не стоило приходить сюда только ради этого. Я была обязана вывести твою душу. В ней слишком сильно нуждались здесь. Верно? — Девушка склонила голову в бок, отчего длинные волосы заструились по ее плеча, завораживая трикстера.       — Да. Один сильно ослаб. А Тору нужен хороший советник у трона. И мать была больна. Я действительно пригодился. — Лафейсон слабо улыбнулся, не отрывая взгляда от сиэлы. - Как я могу отблагодарить тебя?       — Если будешь иногда навещать меня, то этого будет более, чем достаточно. Я не разговаривала с живыми больше двухсот лет. Это ново мне. — Девушка вновь улыбнулась, слабо махнув хвостом, тем самым привлекая внимание лофта к блестящей чешуе.       — Но почему? — Он протянул руку к хвосту, но остановил себя, одернув ладонь.       — Я не так много душ вернула назад. На это уходит много сил. Да и последние сто лет я провела в бегах. Люди все еще ненавидят нас за прошлое, но также сильно скорбят об ушедших. Их мне никогда не понять. — Девушка схватила Локи за руку и сама приложила ее к своему хвосту, заставив мужчину вздрогнуть от неожиданности. — В этом нет ничего зазорного. Нравится? — Она хитро улыбнулась, ведя руку трикстера по своему хвосту.       Гладкая чешуя сменяла оттенок от прикосновений Лафейсона с зеленого на светло-голубой, а капли превращались в тонкий лед.       — Это… необычно, — Локи облизывает сухие губы, неотрывно следя за переливающейся чешуей, но после убрал руку. — Я приду завтра. В это же время. — Он вновь взглянул на сиэлу, которая словно засияла от счастья.       Она громко засмеялась и резко приникла к лофту, крепко обнимая его, и, мимолетно коснувшись своими губами его щеки, прыгнула в озеро, исчезая в темной воде.       Локи сдержал обещание. Как и на следующий день. Он приходил каждый раз, задерживаясь все дольше, находя больше тем для разговоров. Мужчина был неимоверно рад, когда сиэла призналась в том, что прочла очень мало книг и мечтала о них: лофт читал ей сам, ощущая под пальцами гладкую чешую хвоста и прохладное дыхание на своей шее, отчего его кожа покрывалась мурашками; он играл ей на скрипке, флейте, наблюдая, как сияющие глаза прикрываются от удовольствия; Локи заплетал длинные волосы, пропуская шелк между пальцев; трикстер молча наблюдал, как плавает сиэла, как тонкие косы обвивают ее руки, словно змеи, как гладкий хвост изгибается по велению его хозяйки; он слушал ее песни, чувствуя ветер на своих щеках и ее пальцы в своих волосах, засыпал на зеленой траве, зная, что звезды горят на небе ярче, чем раньше.       И каждый день он приближался к озеру все ближе, в конце концов, погрузившись в него вместе с девушкой. Она тянула его на самое дно, но трикстер доверял, чувствуя, как легкие горят от нехватки воздуха. Но теплые губы, приникшие к его, дали возможность дышать. Сиэла вдохнула в него жизнь. И Локи это понимал, как и то, что беззаветно влюблен в прекрасное создание, светло улыбающееся ему.       Но сиэла жила в воде, а он на суше. И Лафейсон провел множество дней и ночей, ища способ быть только рядом с ней. Ему было все равно на брата, на Асгард — на все. Но бессоница была тщетной.       И придя к озеру вновь, лофт чувствовал тяжесть в груди, не дающую ему покоя. На его лице была ясна видна печаль, а руки сжимались в кулаки от ярости.       Но цветной хвост мелькнул рядом, а после тонкие руки сомкнулись на его спине.       — Что с тобой? На тебе лица нет. — Сиэла заглянула в зеленые глаза.       — Я не знаю, — отрешенно прошептал Локи. — Не знаю, как быть с тобой вечно. Ищу и не могу найти. Просто не могу понять, как. — О закрыл лицо ладонями.       — Зачем тебе это? Что с тобой происходит?       — Разве ты не видишь? — Мужчина взглянул на девушку. — Я люблю тебя! Но не могу понять, как привязать тебя к себе навеки! — Он резко встал, отходя от сиэлы.       — Любишь? Но за что?       — За что? Это нельзя объяснить! Я никогда не испытывал подобного! Любят просто так! Ни за что! Пойми же! — Лафейсон яростно сжимал волосы в своих руках, ходя из стороны в сторону. — Это чувство в груди, когда я рядом с тобой. Словно там ничего нет. Приятная пустота и только ты!       — Тогда я тоже люблю тебя, — вдруг говорит сиэла, смотря на мужчину. — Мне нехорошо, когда ты уходишь. А когда ты здесь — даже вода мягче. Это плохо? — Она смотрит на Лафейсона светлым взглядом, ожидая ответа.       И получает его, ощущая холодные губы на своих.       — Отдай мне свое сердце и забери мое. Тогда вечность станет нашей, — шепчет она, прежде чем хвост исчезнет.