Youngsters

Мика не тот человек, которого кидают. Просто не тот. Кидать людей на свидания это то, что он и сам может понять, если другой человек, как и Мика, клинически не способен завести отношения — так много рыбы в воде и вся такая херня. Но когда тебя кидают на свидание в Гриндр, это уже пиздец как оскорбительно. Окей, может быть, тот парень не был таким уж привлекательным, и, может быть, Мика выбрал его больше со скуки, чем из чувства настоящего предвкушения, но это было грубо. Он всё ещё был невероятно зол, когда вошёл в кухню следующим утром после ужасно одинокой ночи. Он не дрочил себе больше одного раза в день с шестнадцати лет, и вот до чего его довели. Мужикам пора начать члены отрезать, раз уж они не знают, как их использовать, горько подумал Мика. Но его шаг замедлился, как только он заметил силуэт парня, стоящего на кухне. Высокого, худого и без рубашки. Санта, блять, существует. Он, очевидно, был занят тем, что пытался заставить кофеварку работать; его голые ступни и лодыжки высовывались из-под штанов, низко сидящих на узких бёдрах. — Привет? — вопросительно произнёс Мика, напрочь позабыв о дерьмовой ночи, как только парень развернулся. Растрёпанные русые волосы, великолепные голубые глаза и восхитительно гладкий торс, который он был бы не прочь облизать. Кажется, та ночь в одиночестве чертовски стоила того. — Привет, — отвечает он, и из-за мягкой улыбки на его губах вокруг глаз образовались морщинки. Мика обошёл стол, чтобы бесстыдно проскользнуть поближе. Твою мать, а парень действительно чертовски горяч, и только сейчас постоялец квартиры начал задумываться о том, хули этот красавчик тут вообще делает. Лиза точно не могла привести никого в дом. Её половая жизнь такая же разнообразная, как у горного медведя в середине зимы. — Нужна помощь? — усмехнулся он. Парень уставился на кофемашину. — Да, кажется, она не работает, — произнёс он, нахмурив брови. Отсюда он выглядел моложе, чем ожидалось, но Мика не привередливый. Совсем не привередливый. — Давай я этим займусь. Он подошёл ещё ближе к незнакомцу, чтобы достать до кофемашины. — Я Элиотт, кстати, — ответил парень, улыбаясь. Оу. Он из тех, что любят формальные представления. Это миленько. — А я- — Даже не мечтай. Голова Мики повернулась ко входу в кухню, где маленький шарик гнева, который он согласился приютить у себя годом ранее, уставился на него. Это было неожиданно, на самом деле, потому что Лука не имел привычки вставать раньше двух часов дня по выходным, а сейчас ещё и десяти нет. Лаллемэнт вошёл в кухню в одних боксерах и футболке и тут же направился к Элиотту, передавая тому голубую толстовку. — Лучше надень, а то он не успокоится, — проворчал Лаллемэнт, и Элиотт наклонил голову, бегая взглядом между Микой и Лукой, пока Мика проделывал то же самое, переводя взгляд с Лаллемэнта на Демори. Мика облокотился на раковину, принимая свою самую непринуждённую позу. — О, так вы знакомы, котёнок? Он надулся, как только Элиотт надел толстовку. Лука устроился на кухонной стойке, зная, что Мика ненавидит, когда он так делает, но, очевидно, в последнее время всем было разрешено до чёртиков раздражать Мику, так почему бы не продолжить, а? — Можно и так сказать, — пожал плечами Лука. Элиотт взглянул на него. — И это весь энтузиазм? Лука закатил глаза и дёрнул его за толстовку, притягивая ближе, пока парень не встал между его ног. — Такая демонстрация тебе больше нравится? Элиотт нежно усмехнулся, и ровно в этот момент мозг Мики сломался. — Ах ты маленький хорёк! — выпалил он обвинительным тоном, — Ты, значит, играешь за другую команду, и мне ни слова не говоришь? И это после всего, что я для тебя сделал! — Мика, то количество обнажёнки, которое ты мне показал, почти превратило меня в затворника, просто чтоб ты знал, — ответил Лука, обвивая руками талию Элиотта. Прямо сейчас Мика терялся между чувством обиды, зависти и гордости; потому что этот чувак, Элиотт, действительно горяч. Кто бы мог подумать, что у маленького злющего Луки есть яйца, чтобы заполучить себе кого-то вроде него? Мике реально следует начать действовать. — Ну, по крайней мере, сегодня не видно никакого утреннего стояка, видимо, об этом кое-кто уже позаботился, — огрызнулся Мика, его гордость определённо пострадала. Лука кинул на него сердитый взгляд. Для кого-то, кто во время поиска жилья полностью положился на милосердие Мики, этот мальчишка был не слишком-то знаком с манерами. Господи, это последний раз, когда он помогает ребёнку в беде, самый последний (нет, не последний, и он это знает, но пофиг). — Ты можешь перестать пялиться на мою промежность хотя бы на пять минут? — Ничего не могу с собой поделать, смирись. Если бы у тебя не появлялся стояк каждые пять минут, это не было бы проблемой. — У меня не появляется- С небольшим вздохом Элиотт тянет Луку вверх за подбородок, и все остальные протесты растворяются, как только он накрывает его рот своим. Элиотт отстраняется первым, оставляя Луку со слегка приоткрытыми губами и поблёскивающими глазами; на короткое мгновенье в комнате воцаряется тишина. — Просто для справки, есть ли ещё какие-то способы заткнуть его, не включающие в себя обмен микробами и слюной или…? — указал Мика на Луку. Элиотт искренне рассмеялся, из-за чего Луку передёрнуло. — Кофе за мой счёт, мы уходим, — прорычал он, отталкивая Элиотта, чтобы спрыгнуть со стойки, — Дай мне пять минут, и мы свалим. Он удалился из кухни, громко хлопая дверью в свою комнату, как будто ему, блять, пять лет. Невероятно. И кому же придется разбираться с соседями после этой истерички? А вот угадайте кому. Мика закатил глаза. — Возвращаясь к твоему вопросу, — ухмыльнулся Элиотт по пути из кухни, — Нет, не думаю, что существует способ заткнуть его, не включающий в себя обмен флюидами. Хорошо, что я планирую оставаться неподалёку. Мика громко фыркнул вдогонку парню, выходящему из кухни и направляющемуся за своим маленьким глупым бойфрендом. Молодёжь.