Влюбийство: Remake

      Но и на остальных перерывах Джин не смогла вырваться к своей омеге. Хотя, скажет кто-нибудь, раз не смогла — значит плохо пыталась. Нет, пыталась она хорошо, просто деканша именно сегодня решила взять для помощи именно альф из её группы, а на парах они не могли договориться, ибо в контактах Милены кроме номера Джин больше ничего не было. Понимая, что и сама омега не пытается её найти, Джин думала, что девушка ищет свой телефон, да и внимания она привлекает теперь больше, а значит, светиться около альфы ей не стоит. «Вот обрадуется увидев свой телефон. Надеюсь, что та омега получила достаточно и никто ни о чем не узнает. А Милене я расскажу позже, когда она будет эмоционально к этому готова. Может, на каникулах?», — без внимания глядя на преподшу, думала альфа, мечтая о встрече в библиотеке. Но оказавшись внутри после четвертой пары с телефоном и пирожными, она была обескуражена пустотой. — Здравствуйте. Извините, — привлекая внимание библиотекарши, чуть улыбнулась, — а вы, случайно, не видели здесь никакую девушку с гетерохромией и темными волосами? — надеясь услышать, что да, омега здесь, была очень удивлена отрицательным ответом. Поэтому просто поблагодарив женщину, покинула библиотеку, направляясь к выходу.       Она ничего не понимала, что могло произойти за пару часов, пока они не виделись? Возможно, думалось альфе, дело в телефоне. Будто бы омега так переволновалась из-за пропажи, что забыла про их встречу. Точно! Кое-как успокоившись, альфа направилась к общежитию университета, которое было неподалёку. Но разумеется её не пустили, да и позвать никого не могли из-за отсутствия должной причины. — У меня её телефон. Я должна ей вернуть. — Ты не уйдешь, да? Повтори фамилию, телефон ей вернуть, ага, — пробурчав последние слова, бабуля вахтёрша проверила по списку вошедших и нашла Конореву М., — третий этаж 31 комната. Только быстро. Иначе сама поднимусь.       Поблагодарив бабулю, Джин ловко вбежала по лестнице, достаточно громко постучав в дверь. Но открыла ей не Милена, а соседка. — Здравствуй. Тут живёт Милена Конорева? — видя недоумение в глазах беты, альфа переформулировала свой вопрос, — немая омега с гетерохромией здесь живёт? — Здесь. А че надо? — Тебя не касается, — чуть протолкнув неизвестную ей девушку, Джин зашла в комнату, замечая, что омега спит. Чуть тепло улыбнувшись, альфа подошла к кровати, нежно проводя по макушке и не видя слёз ни на подушке, ни на лице, ведь Милена была отвернута к стене. Положив телефон на тумбу, ей было намного спокойнее знать, что с её будущей девушкой всё в порядке и ту не обижают. Поэтому альфа молча развернулась и ушла, не заметив, как неровно дышит омега.       Откуда альфе знать, что Милена не спала, что ей было так противно от всей Джин и что она плакала, ожидая хоть каких-то слов. Хоть что-то. Но Джин ничего не сказала, спустившись вниз и с благодарностью кивнув вахтёрше, покинув общагу и направляясь домой, где лишь перед сном напишет смс. Обычная фраза «спокойной ночи, Милена» не вызовет ответа со стороны самой омеги, но Джин будет думать, будто бы омега спит, поэтому не отвечает. А та, увидев от кого сообщение, убрала телефон подальше, глотая слезы обиды.       На следующий день уже сама Джин во время пары написала Милене, чтобы та пришла на их место на большом перерыве, но опять тишина, да и никто не пришел, хотя альфа и прождала всю перемену.       Однако, встретив омегу как-то в коридоре, альфа с улыбкой махнула ей, но не получила того теплого взгляда в ответ, видя лишь холод и молчание. Джин ничего не понимает, а вскоре вновь теряет среди студентов омегу. Снова, будто бы вновь начало семестра, будто бы их с Миленой ничего не связывает.       Так проходит неделя, пока Джин, заметив Милену в толпе, не прорывается к ней, хватая за предплечье и уводя в уже пустую аудиторию. До начала пары тут будет пусто, поэтому они смогут поговорить. — Что происходит? Тебя кто-то обидел? Милена, поговори со мной, — стоя около двери, альфа не выпускает омегу, что сложила руки на груди и с презрением смотрит на Джин, — я не понимаю. Скажи мне, пожалуйста. Почему ты прячешься от меня? — последние слова заставляют омегу усмехнуться и всё же достать тетрадь, начиная писать. Но быстро. Очень. — Ты прикидываешься глупой или таковой являешься? — острые кончики букв заставляют альфу смотреть с непониманием, а омегу, горько улыбаясь, продолжить писать, — я всё видела. Ты обещала не быть подставой. Но так легко наступила на свои же слова, оставляя меня позади. Зачем всё было, Джин? Объясни мне причину! Я заслуживаю! — Что? О чем… — вначале не поняв, что видела Милена, перед глазами альфы проносится тот поцелуй и она смотрит в глаза омеги с такой болью, с таким сожалением, что сердце у Милены колет. Что хочется сейчас всему поверить, но нет, хватит верить этому лживому миру, — я всё тебе объясню. Ты и правда заслуживаешь всё знать. Только присядь, прошу, — тяжело вздохнув, омега всё же села за стол, хмуро глядя на альфу, что чуть подошла к ней, — эта омега (я даже не знаю, с какого она курса и отделения), прислала мне сообщение с твоего номера и я… я думала, что это ты, прибежала на наше место. А она там. Говорит, что знает всё про нас, и что ты оставила телефон около гардероба, а та прочитала. Прошу, не пиши ничего, пока я не закончу. Пожалуйста, — Джин выглядела жалко, последняя неделя и её помотала, — она потребовала поцеловать её за твой телефон. И за молчание о содержании твоих черновиков. Я не читала, клянусь! Просто… я понимаю, что поступила неправильно, что надо было придумать, как забрать твой телефон, но, всё вышло так. Я не знала, что ты видела. И мне жаль, что всё вышло так.       Фыркнув, омега быстро написала и протянула тетрадь, вставая с места и собираясь уходить. — Сказочка очень хороша, молодец, Джин. Можешь отправить этот текст на Первый канал, глядишь снимут сериал. Мне надо идти, — и Джин действительно испугалась, что может потерять эту омегу. Она отложила тетрадь и быстро достала свой телефон, стараясь открыть сообщения. — Это не сказка. У меня есть доказательства. Вот её сообщение, — показывая входящее, Джин с волнением смотрела на лицо Милены и видела, как в её глазах собираются слезы, — я не хочу быть подвохом. Поверь мне, Милена, — и омега просто устало села обратно на стул, обнимая себя руками и начиная беззвучно плакать.       Джин боится её потерять, но боится и тронуть, поэтому всё же побеждает свой последний страх и обнимает омегу, вдыхая её слабый запах и гладя по спине. Сейчас им придётся о многом поговорить, но вначале надо принять тот факт, что они явно влюблены друг в друга. — Милена, не плачь. Солнышко моё маленькое, нас больше ничего не разлучит. Я так люблю тебя, мандаринчик, — слезы на мгновение затихают и глаза с гетерохромией смотрят с удивлением в глаза альфы. Да и сама Джин понимает, что сказала, поэтому чуть улыбается, — не так это обычно происходит. Зато слова уже не вернуть. Не плачь, Милена. Я правда больше никуда не денусь, — ощущая, как руки омеги обнимают альфу, а мокрое лицо прижимается к плечу, Джин и сама не может сдержать слёз, что тяжелой колючей проволокой лежали в горле и на душе.       Кто сказал, что альфы не плачут? Ведь они также любят и также переживают за своих пар, поэтому иногда не в силах сдержаться, да и без надобности.