Чувства

Они давно встречались. Давно дружили. Но Ларри по-прежнему считал, что он недостоин Салли. Слишком он невинный, спокойный, такой хрупкий, аккуратный и вежливый, незапятнанный неправильным образом жизни и судимостью, как сам Джонсон. Словно ангел, упавший с неба - так частенько каламбурил Лар. Цветочный мальчик. Конфетный мальчик. Его мальчик. Впрочем, нельзя сказать, что у него самый идеальный характер. Да, он не подарок, но Боги... С ним никто не сравнится - считал Ларри. Он, откровенно говоря, просто фанател с него. Как маленькая девочка с актера сериала или певца. Как оккультисты из подвала "Апартаментов Эдисона" поклоняются своим божествам. Он поклонялся и фанател, хоть и не показывал этого так. Было так страшно обидеть Фишера или увидеть, как его кто-то обидел. Ларри бы порвал этого урода. Что он и делал, к примеру, с Трэвисом. Не разбираясь в обстоятельствах, он порой перебарщивал и получал потом от Сала, но это не столь важно. Важно лишь то, что они вдвоем. Лицо Салли... Сам он считает себя уродом, так считают и некоторые люди, которых запросто можно назвать моральными у р о д а м и. Ларри же художник, а художник так видит. В этих шрамах он видит прекрасное, что-то жутко эстетичное. Он часто переносил лицо Салли на холст. Всё абсолютно чётко, до мельчайших деталей оказывалось на бумаге. Сначала Салли стеснялся этого, боялся что даже лучший друг будет смеяться над ним или проявит отвращение, что было самым болезненным для Сала. Сейчас же он спокойно сидит перед Ларри и ждет, что же на этот раз учудит художник. А что было после рисования? Шатен просто молча садился рядом и целовал. Целовал каждый шрамик, царапинку, место выцарапанного бешеной псиной глаза. Просто целовал. И не было в этих поцелуях и малейшего намека на пошлость. Нет пошлости, но и никаких-то там "розовых соплей ". Молча целовал, держа за руку. Это любовь. Были в этих отношениях и ссоры, и недопонимания, и регулярный секс, и объятия, но оба знали, что их неразлучит никто, оба братья по несчастью, сводные братья (не не кровные) и просто два долбоеба, просто любящих друг друга без громких фраз. * * *