Полный Гриффиндор для Повелительницы Смерти

К сожалению, в связи с некоторыми событиями в последнее время я вынужден был уехать в другой город и вернулся только что. Компа у меня не было. Впрочем, интернета тоже, так что я искренне прошу прощения за то, что вы не увидели продолжения, хотя на него рассчитывали. Я понимаю, что должен писать чаще, но ничего не могу поделать. На самом деле уже хорошо, что вообще пишу, потому что мое вдохновение настолько капризно, что иногда я неделями не могу заставить себя сесть за написание главы.       Еще раз прошу прощения и надеюсь, что вы будете терпеливы и с пониманием отнесетесь к моей ситуации.

***

      На самом деле, Гарри сначала даже как-то не особо верила в возможность подобного, потому что Хогвартс, во-первых, был невероятно огромным (она банально не была уверена, что ее магии хватит на подобное, но здраво рассудила, что если уж на перенос трех особняков в одиночку ей сил хватило, то и на школу хватить должно: ну, она, по крайней мере, так думала.       Во-вторых, украшен кучей защитных чар и плетений и, Поттер уверена, его создатели предусмотрели кучу всего, чтобы их творение не разрушили и не смогли похитить. Если бы магия в том, родном ей, мире осталась бы на прежних позициях, девушка бы и пробовать не стала: если она бессмертная, это не значит, что ей не больно. Однако, магия медленно умирала и истощалась, делая это в первую очередь именно там, где раньше буквально фонтанировала, выливаясь в мир широкими потоками.       Брюнетка долго думала, стоит ей рисковать и переносить Хогвартс или нет. Все же, а вдруг там есть та странная и пугающая плесень? Ей не хотелось портить этот девственно чистый мир и переносить сюда хоть что-то, что могло бы его испачкать. Вздохнув и еще немного подумав, она окончательно пришла к выводу, что ее идея насчет Хогвартса была пусть и немного невероятной с технической точки зрения, но крайне удачной.       Юных магов стоит учить. А где это лучше делать, как не в школе, где уже все есть для этого? Тем более, что замок большой, и в некоторые пустующие помещения можно будет поместить тех детей или взрослых, у кого нет дома. Все же, не все им у нее в особняке жить и кантоваться. Не то чтобы она сильно против, просто… ее немного напрягает то, что какие-то незнакомые люди живут у нее, пусть девушка и понимает, что навредить они ни ей, ни ее собственности не смогут.       Можно назвать это паранойей, но, в принципе, Гарри имела много поводов ее заработать, так что…       Именно поэтому, больше не колеблясь, Поттер мгновенно телепортировалась на опушку запретного леса. Тот выглядел еще более неуютным и опасным, чем был до этого, хотя прежде ей казалось, что подобное не возможно в принципе. Как бы это не было парадоксально, но каким бы смертельно опасным ни был бы лес раньше, то сейчас, после медленного отравления магии, его опасность усугубилась многократно, так что брюнетка, даже обладая бессмертием, не рискнула бы в одиночку сунуться туда.       Нет, может, конечно, и попыталась бы (возможно), но боль она не любила, так что предпочитала посмотреть на это со стороны. Хогвартс возвышался мрачной громадой, производя крайне необычное, почти что устрашающее, впечатление. Если раньше древний замок производил хоть какое-то уютное впечатление, особенно если знать, что там практически круглый год живут люди, а весело смеющиеся дети проживают там девять месяцев из двенадцати, то сейчас, полностью покинутый, он… внушал.       Внушал и пугал одновременно. Пугал, заставляя задуматься о том, стоит ли в него входить и рисковать своим здоровьем. Впрочем, волшебница каким-то своим внутренним чутьем понимала, что он для нее не опасен, но все равно никак не могла избавить от внутреннего напряжения при виде него.       К счастью, если защитные чары и сохранились, то они были в таком малом количестве, что Гарри банально не увидела их. Ей понадобилось пара часов на точные расчеты, сканирование замка и перенос. Конечно, после этого она осталась практически без сил, но зато Хогвартс, гибель которого она не хотела допускать, оказался в созданном ею мире.       Поттер молча смотрела на котлован, который остался после переноса замка. Все же, Тайная комната тоже являлась замком, поэтому перенеслась вместе с наземной частью. Брюнетка только и могла надеяться на то, что Хогвартс после переноса будет расположен рядом с краем какого-нибудь небольшого обрыва, чтобы не слишком сильно возвышаться над землей. К тому же, им все же надо туда как-то входить, верно?       Уже перемещаясь обратно, ей на секунду показалось, будто она заметила какую-то смазанную тень, метнувшуюся к ней. А может, ей просто показалось?

***

      В общей сложности Гарри потребовалось чуть больше девяти лет, чтобы окончательно перенести в свой новый мир все необходимые вещи и сделать новый мир полностью автономным, чтобы он мог существовать не полагаясь на другие миры. Впрочем, это не значило, что она не сделала местным жителям парочку проходов в ближайшие, соседние с ними мирные миры, чтобы маги в случае чего могли ходить туда и закупаться необходимыми для этого товарами.       Все же, она, как бы ни старалась, не могла предусмотреть абсолютно все. Наверняка что-то да забыла, вот и перестраховывалась.       Последней, что она перенесла с особой старательностью и трепетом, была могила Луны, которую девушка просто не могла оставить в том загнивающем мире, поэтому и забрала ее с собой, выбрав для нее новое место на живописном обрыве, где все усадила душистыми незабудками и установила там же каменную статую, которая изображала прекрасную каменную девушку, стоящую на обрыве и сжимающую в руках горящую звезду.       После того, как она все это проделала, Поттер оказалась настолько вымотана, что ей пришлось еще полгода лежать пластом в своем особняке, позволять себе небольшие оздоравливающие прогулки, пить противные укрепляющие зелья и восстанавливать силы. Хоть она и не сильно любила лечение, но плохое самочувствие и собственную слабость во время болезни — любила еще меньше, поэтому старалась вылечиться как можно быстрее.       Наконец, когда абсолютно все дела были сделаны, то Гарри внезапно с пугающей остротой осознала, что ей пора возвращаться. А значит, она должна расстаться с Андромедой и малышом Тедди. Впрочем, это не так сильно ее пугало, потому что она прекрасно понимала, что эти двое теперь в безопасности, пусть она не так часто сможет их видеть. Гораздо больше ее в первую очередь пугало именно то, что она совсем не знает, сколько именно по времени прошло с момента ее ухода от туда.       Нет, она знала, что Благородные очень-очень долго живут, но… а вдруг прошло сразу несколько сотен лет. Или наоборот, там не прошло даже года? Впрочем, зная свою удачу, Гарри могла твердо предположить только одно: последнее было бы слишком мягко для нее, так что стоило рассчитывать на первое, а вот это как раз-таки пугало…       Нет, она знает, что Благородные реально долго живут, но никак не могла избавиться от червячка сомнения, который вот уже несколько месяцев упорно подтачивал ее душевное равновесие, подзуживая сорваться с места и вернуться туда, чтобы самолично убедиться в этом. Нет, их связь не подавала никаких признаков опасности долгие годы, ну, а вдруг?..       Раньше это сомнение можно было хоть работой и усталостью заглушить, а сейчас… Поттер вздыхает и идет собирать вещи. Все же, она и так слишком долго тут задержалась. Она только лишь надеяться, что с Рейзелом и Виктором ничего не случилось.       Главное, чтобы Рейзел и Виктор были живы, а с остальным она разберется.       Главное, чтобы они были живы, большего ей сейчас и не надо.

***

      На этот раз Гарри оказывается в каком-то тупичке посреди огромного мегаполиса и с грустью понимает, что в какой уже чертов раз оказалась права: в этом мире прошел не год и не два, а сразу несколько сотен лет. Поттер лишь надеяться, что она вернулась не слишком поздно, потому что в ином случае ее возвращение теряет всякий смысл.       Она боится признавать самой себе, что до дрожи в коленках ужасается мысли, что и Кадис, и Франкенштейн мертвы.       Она уже потеряла слишком многих, поэтому вряд ли бы смогла пережить и их потерю, так как слишком сильно, непозволительно крепко прикипела к ним так, что, кажется, они забрались ей уже под кожу, стали ее частью и сутью и их нельзя от туда вытравить даже кислотой. Ей страшно, но мерно пульсирующая связь между ними, которая не порвана, показывает, что они живы. Именно это позволяет брюнетке взять себя в руки и окончательно успокоиться, после чего она позволяет себе наконец-то осмотреть то место, куда она попала.       Здесь слишком много машин, слишком много высоток, слишком много снующих людей. Слишком много шума и любопытных взглядов, которые она наверняка привлечет, если прямо сейчас выйдет из переулка в одежде, которая будто сошла с обложек позапрошлого века, благо что несколько короче. Девушка вздыхает и чуть хмурится, накладывая на себя маглоотталкивающие чары, после чего смело вышла из тупика и огляделась.       Город был невероятно большим, даже Лондон ее времени на фоне этих строений банально терялся, а еще словно сошел с обложек книг про будущее. Ну, или вышел из фильмов, которые Дадли иногда смотрел по телевизору. Впрочем, даже самый лучший фильм не мог полностью передать ту новизну, те яркие краски и невероятный шум огромного и многолюдного, как муравейник, города. Улицы были полны таким количеством людей, что, казалось, даже вечером или ночью они не пустеют, продолжая быть все такими же многолюдными.       Возможно, если бы у нее было меньше жизненного опыта, Гарри и растерялась бы. Ну да, она неизвестно где одна. Да, неизвестно какой на дворе год и на каком языке разговаривают местные, и что? Она жива, в уме и твердой памяти, так что все остальное не сильно важно. Как-нибудь разберется.       Так как она прожила чуть больше ста десяти лет, но при этом пережила и испытала на все четыреста, то она не стала теряться и пошла искать газеты. Ну, или какие-нибудь другие источники информации, чтобы вообще понять, какая сегодня дата и куда она вообще попала. Нет, что мир правильный — в этом сомнений нет, а с остальным-то что?       Через десять минут поисков девушка выяснила, что на дворе 20 сентября 2008 года, а находится она и вовсе в Сеуле, который располагается в стране Корея. Язык был не слишком сложным, но странным и зубодробительным, однако магия полностью скрыла этот недостаток, что позволило брюнетке благословить того, кто придумал это заклинание.       Внутренним чутьем она ощущала, что это очень правильное место, потому что Виктор ощущался где-то рядом, в пределах города. Впрочем, Рейзел тоже, так что о их поисках не стоило особо задумываться. Город, конечно, большой, но Поттер просто была уверена, что с ее удачей они рано или поздно, но встретятся. Конечно, хотелось бы пораньше, но и позже — не так уж и плохо.       Вздохнув и наморщив нос, девушка направилась в парк. Во-первых, она хотела подумать, а для этого ей требовалась тишина, а не вечный галдеж вокруг. Во-вторых, она уже за эти пятнадцать минут невероятно сильно успела устать от людей, которые сновали вокруг нее, так что… да, ей требовался отдых. А где отдых лучше, как не в парке?

***

      Жить в современном городе без поддержки кого бы то ни было, оказалось гораздо сложнее, чем Гарри думала поначалу. Ей пришлось учиться заново взаимодействовать с современным миром и взаимодействовать с тем, чего в ее мире еще не было (например, машины или компьютеры). Ей пришлось позаботиться о документах, жилье, еде, деньгах, которые пусть у нее и были, но после покупок и обустройства нового мира, стремительно шли к нулю, так что ей пришлось заботиться и о подработке.       Хорошо еще, что у нее была магия, которая здорово облегчала ей жизнь. Конечно, с ее помощью влиять на местных она не особо стремилась, предпочитая идти по пути невмешательства, но иногда только это и выручало, потому что самостоятельно Поттер мало что могла выяснить, не привлекая к себе особого внимания, поэтому предпочитала просто копаться в мозгах своей жертвы и таким способом узнавать все, что ее интересовало. Надо отметить, что во время этого никто не пострадал, а их память она подчищала, так что им это никак не вредило.       Сложнее всего ее положение оказалось потому, что ей было всего сто восемнадцать лет. Если в Англии, откуда она родом, это был возраст совершеннолетия (не учитывая то, что у магов — и вовсе семнадцать), то в Корее совершеннолетие наступало с двадцати одного, поэтому она не могла жить одна: ее банально не поняли и к ней было бы слишком пристальное внимание.       Впрочем, тут ей повезло, потому что брюнетку внезапно удочерила старая бабушка Цой Юн Ли, у которой она снимала жилье. Как только добрая старушка выяснила, что девушке всего восемнадцать и она сирота, поэтому и живет одна, то сразу же предложила этот вариант. Деньги, пусть и небольшие, творят чудеса, так что уже к началу октября Гарри стала приемной дочкой старушки. Девушка похихикала, когда бабуля предложила ей сделать вторые документы для этой страны и взять местное имя, но согласилась.       Поэтому теперь Гарри Лилиан Поттер, чистокровная англичанка-волшебница, взяла благозвучное корейское имя, чтобы не слишком выделяться на фоне местных, когда она пойдет в школу (что-то ей подсказывает, что скоро иностранцев и так будет море — она не знает, в чем дело, но внутренние ощущения…). Теперь ее зовут Цой Тиен*. По крайней мере, именно это значится в ее документах.       Гарри задумчиво морщит нос и смотрит на небо, где медленно плывет луна. Что-то ей подсказывает, что с Рейзелом и Виктором она встретится совсем скоро. И обстоятельства будут не самыми обычными.       Видимо, ей никогда не удастся избежать приключений. *Тиен — переводится как фея или дух (волшебная, практически нереальная)