День / Ночь

Сердце билось невыносимо сильно. Так сильно, что ребра начинали болеть. Но я не обращала внимания на боль или дискомфорт... Помещение было маленьким, узким и явно одноместным. Строители явно не учли, что однажды кудрявую дуру кто-то сюда затащит. Иначе сделали бы здесь хотя бы малюсенькое окошечко для освещения. Так как в темноте довольно сложо было определить личность наглеца. Я уже искренне приготовилась закричать, когда знакомые губы жарко и бесцеремонно заткнули меня. Честно говоря, всего на секунду я потеряла голову и даже ответила, но быстро пришла в себя и оттолкнула Ника. Сильно оттолкнуть его у меня не вышло - слишком тесно - поэтому крепкая грудь парня все так же вжимала меня в стену. - Какого черта, Клаус!? Немедленно отпусти меня! Планировалось, что я буду кричать, но с губ сорвалось лишь возмущенное шипение. - Ты специально мучаешь меня, Кэтрин? Судя по голосу, Ник был зол. Даже, возможно, в бешенстве. Я еще ни разу не слышала в его голосе такой ярости, смешанной с отчаянием. По спине пробежал холодок, мне стало как-то не по себе. И в то же время мне было обидно. Ужасно обидно. - Прости, что? Я мучаю тебя? Ты не сильно ли головой ударился, мальчик? Или тебе напомнить, кто кого первый предал? - Ты променяла меня на моего младшего брата!!! - А ты променял меня на долбанную шлюшку, которая ложится подо всех подряд! Неожиданно щеку обожга дикая боль. Я пискнула от неожиданности, зажав ладонью место удара. На глаза навернулись слезы боли и обиды. - Не смей так говорить про нее, Кэтрин! Я сжала губы, едва сдержав порыв треснуть его по лицу в ответ. - Пошел к черту, ублюдок! Я пыталась выплюнуть эту фразу прямо ему в лицо со всей ненавистью, но голос предательски дрогнул. И я поспешно выбежала из узкого пыльного помещения, а после сразу на улицу, игнорируя крики Ника за спиной... Ребекка тут же заметила мое состояние и слезы и сразу же бросилась ко мне. Лицо блондинки было взволнованным. Бог знает, что она там себе напридумывала... - Елена? В чем дело? Я дернула головой, прося ее воздержаться от вопросов, и только шумно втянула в себя воздух, вытирая мокрые от чертовых слез глаза. - Беккс, ты на машине? Блондинка кивнула, потянув меня в сторону аккуратного черного кабриолета. Я облегченно вздохнула - не придется пилить до дома пешком. Сама я за руль сесть не смогу. - Отлично. Отвези меня домой, пожалуйста. *** Черный кабриолет шумно затормозил возле шикарного викторианского особняка. Ребекка, злая как черт, громко, почти оглушительно, хлопнула дверцей и влетела в дом, возмущенно стуча каблуками по дорогому паркету. - Ник!!! Немедленно спускайся! Ответа с верху не последовало. Вместо этого из гостинной вышел самый старший предтавитель их семьи, который был им и мамой, и папой, хотя при это при всем был только их самым старшим братом. Элайджа был как всегда идеален - новый черный костюм, кристально-белая рубашка, блестящие ботинки... Старший Майклсон всегда нравился девушкам своим обоянием, галантностью... - В чем дело, Бекка? Большая часть злости блондинки тут же улетучилась. Элайджа умел успокоть одним взглядом. А уж когда начинал говорить... Голос его всегда был спокойным и размеренным, в нем всегда звучала уверенность и непоколебимость. - Да... Ничего серьезного. Ник еще не вернулся? - Как видишь. Из-за чего вы поругались на этот раз? Двушка пожала плечами. Что она скажет? Ситуация то получилась немного даже идиотская... И разбираться она собиралась исключительно с Ником, не впутывая в это дело посторонних. Этим они с Кэтрин и отличались. Кэт была вспыльчивой и импульсивной, в разборках любила, чтобы присутствовала целая толпа втянутых левых личностей - массовка, группа поддержки. Ребекка же старалась все решать с глазу на глаз, в узком кругу только тех людей, которые имеют прямое отношение к данному конфликту. - Все в порядке, Элайджа. Это мелочь. Не стоит переживать. Мы разберемся. Не маленькие уже. Улыбнувшись брату, Бекка развернулась и направилась к двери, где ее и догнал голос Элайджи: - Убедительная просьба решать все спокойно. Мастера только вчера повесили новую люстру и сменили замок в двери. Да уж... Решать все она привыкла с глазу на глаз. Но часто такие решения оборачиваются погромом... На улице уже начинало светать. Горизонт окрасился в приятный персиковый цвет, который окончательно утихомирил весь боевой пыл блондинки. Видимо сегодня трепка для Никлауса конретно отменяется. Вся злость улетучилась, хотя неприятный осадок остался. А что толку? Осадком Ника не пристыдить. Обиженное "девушек бить нельзя" не сработает. Разве что если эту фразу скажет Элайджа. Уж он умел притыдить даже будучи абсолютно спокойным. И не прилагал к этому особых усилий. Но Ребекка не собиралась впутывать его в эти разборки. И решила лечь спать, а с этим маленьким конфликтом разобраться утром. *** Утром Елена встала как ни в чем не бывало. Сонно потянулась, протопала в ванную, где умылась и привела себя в порядок. Оделась, собралась и спустилась на кухню - завтракать. Дженна уже сделала кофе и яичницу, чем заметно упростила Гилберт утро. Елена села за стол, быстро позавтракала и отправилась в школу. К ее удивлению, возл дома уже стоял знакомый кабриолет, возле которого стояла Ребекка. - Ты же вчера машину у клуба оставила? Вот я и решила тебя подбросить. Именно так блондинка объяснила свой поступок. Елена очень удивилась, но решила воздержаться от комментариев, послушно усевшись в машину. Такая сговорчевость была не в ее стиле. Но настроение у Гилберт сегодня был покладистым. Впервые за долгое время ей реально не хотелось ни с кем спорить. - Планы на вечер есть? Ребекка уселась за руль, заводя тихий мотор автомобиля. По блондинке было видно, что она всеми силами стараетсян затрагивать то, что произошло вчера, но в то же время ходит вокруг да около. - Не думаю. Решила устроить себе разгрузочый день. Ребекка возрилась на подругу с нескрываемым удивлением. Если бы Елена сама услышала от себя нечто подобное раньше, сама бы удивилась. - Разгрузочный день? Кто ты и что сделал с моей подругой? Елена только загадочно усмехнулась. Тем временем черная машина была мастерски припаркована на школьной стоянке. Гилберт подхватила свою сумку и выскочила из авто, сказав что-то Бекке на последок. Что-то незначимое, бессмысленное, с таким же незначимым ответом, который Елен уже не слышала, скрывшись в дверях школы. Как всегда шумно и людно. Ученики всех видов, возрастов и расцветок снуют по коридорам туда сюда. Часто компаниями, чуть реже по парочке, совсем редко по одиночке. В современных школах одиночки - большая редкость. Их не любят. Поэтому они и не рискуют плодиться, иначе общество будет давить их сильнее, не оставляя даже мокрого места. Когда ненавистных объектов мало, они реже попадаются на глаза и, следовательно, меньше радражают. Гилберт считалась одной из них. Днем она была милой, замкнутой в себе, но, безспорно, очень умной девушкой, потерявшей родителей в автокатастроффе несколько месяцев назад. Но она, в отличие от прочих одиночек, не до конца отстранилась от общества, у нее была причина и она была шпаргалкой на ножках для всех выпускников. Именно эти три фактора были ее щитом против неприязненных и осуждающих взглядов. Непоколебимость к ее авторитету так же прибавляла дружба с двумя самыми популярными девчонками школы - Ребеккой Майклсон, представитльницей самой богатой семьи этого города, и Кэролайн Форбс, чьи родители были шишками в городе, мать - шериф города, а отец - мэр города. При этом что Беккс, что Кэр - обе на дух друг друга не переносили. Едиственным связующим звеном между ними была сама Елена. Но даже это не могло заставить их хотя бы начать общаться. Пройдя к своему шкафчику, Елена достала нужные учебники и захлопнула его. И тут же подпрыгнула от неожиданности, потому что столь ненавистное, но тем не менее очень симпатичное лицо Дэймона Сальвоторе выросло буквально из неоткуда. - Здравствуйте, мисс Гилберт. Вы уже определились с будущей профессией? Выпускной класс в коце концов. Могу помочь. У вас буквально на лицо актерский талант. - Вы меня преследуете, мистер Сальвоторе? Гилберт старательно изобрзила на лице спокойствие. И немножко удивление. Но только немножко. В таких делах надо знать меру. - Ни в коем случае. Просто хотел сказать, что кудри и обтягивающие штаны вам идут больше. Пришлось изображать возмущение: - Что вы имеете ввиду? Но это конечно же не сработало: - Не прикидывайся, Елена, Кэтрин, или как там тебя, не знаю, какое имя у тебя настоящее. Я тебя раскусил. Гилберт вздохнула, поудобнее перехватив учебники. Ну и вли она. Давнотаких пом н было. Теперь фиг отвертишься. - Ну допустим, что ты прав. И чего ты хочешь? На его губах расползлась кошачья усмешка. В голубых глазах появился озорной огонек, который не предвещал Елене ничего хорошего. Только проблемы. Еще больше проблем. Кажется ее тайная жизнь, созданная для того, чтобы девушка смогла отвлечься, начала напрягать. При чем с каждым днем все сильнее и сильнее. - Я пока не решил. Дэймон небрежно отмахнулся, повернулся к ней спиной и уверенной походкой пошел прочь, провожаемый хищными взглядами множества старшеклассниц. - Ублюдок. Прошипев это ему вслед, Гилберт радраженно хлопнула кулачом по дврце шафчка, ойкнула от боли и поспешн ушла в класс...