Нарцисс и сирень

Драко судорожно глотал воздух, после очередного приступа удушья, горло неприятно саднило. Лепестки сирени с примесью крови падали на безупречно белый кафель комнаты слизеринского принца. Малфою уже изрядно надоел тот факт, что последние несколько недель его рвёт кровавой сиренью. По всей видимости либо он ненавидит свою вторую половинку, либо она его. Малфой ненавидел всех. Порой казалось, что вот-вот и всё закончится и он скончается, прямо здесь и прямо сейчас, но он продолжал жить, медленно умирая внутри. Он уже заебался жить, так будто уже мёртв. Но он будет продолжать своё существование, дабы найти нарушительницу его спокойствия и заставить её пожалеть о содеянном. Ох, как он предвкушал эту встречу.

Нарциссы

Гермиона была несомненно самой умной девочкой, но она никак не могла найти обладателя, чёртовых, нарциссов. Этот человек определённо горд и тщеславен, но в её окружении не было ни одного человека подходящего под это мерзкое и недостойное правильной от макушки головы до пят грифиндорки. Но она не унывала, продолжая верить в сказку. Она обязательно найдёт его, стоит только подождать и она (конечно, ведь иначе быть не может) изменит его в лучшую сторону.

***

-Малфой! Ты идиот, посмотри, что ты натворил! —вопила Грейнджер на всю аудиторию. А что здесь такого? Грейнджер всегда преувеличивает. Он ведь просто случайно (не для того, что бы увидеть Грейнджер в грязи, где ей самое место) переборщил с пропорциями в зелье, вследствие чего оно огромной зелёной жижей разлетелось по аудитории и лицу грязнокровки. Как хорошо, что его с детства учили стальной выдержке, иначе он бы свалился со стула от хохота, это явно того стоило. -Да как ты посмел? Самовлюблённый, подлый хорёк! — голос звенел, отлетая от стен. Вдруг грязнокровка согнулась пополам, пусть не притворяется, зелье безопасно для здоровья. Теперь Малфою было не до смеха. Нарциссы— любимые цветы Драко, просто совпадение. Людей на земле много, а цветов заметно меньше. Таких совпадений не бывает. Она выбегает из класса и Малфой подаваясь какому-то безумно идиотскому порыву бежит за ней. Холодный и как обычно надменный, встречается с яростным взглядом. Лёд и пламя.  — Добить решил, я сейчас не в лучшей форме, но все равно лучше тебя, так что не советую испытывать судьбу, Драко— Грейнджер, снова закашлялась нарциссами. И даже назвала его по имени, видимо здравый смысл погиб в ней окончательно, но это (на удивление) звучит не мерзко, а даже соблазнительно, пусть и в таком контексте, но собственное имя из её уст звучит слишком вызывающе. Малфой— всегда останется Малфоем, который не умеет правильно выражать эмоции и признавать собственные ошибки.  — Просто заткнись уже, дура. Не зная почему, Гермиона замолкает, но смотрит не отрываясь, прямо в ледяную душу, пугаясь собственной наглости или смелости. Секунда и показалось будто до них дошло, но им всего лишь показалось. Убегает, снова. Лишь стук каблуков доходит до сознания, Малфоя, медленно и тягуче, будто не он здесь стоит.

***

В гостиной Грифиндора всегда уютно и тепло. Только здесь Гермиона может разреветься уткнувшись лицом в подушку и нарекать на судьбу, что так жестока с ней. После она примет душ, что бы смыть с себя: грусть, усталость, тоску и цветы с кровью. Затем выйдет до прихода её любимых и таких родных мальчишек и нацепит улыбку, делая вид, что всё хорошо. Так оно и было, наверное. После возвращения, Гарри и Рон рассказали Гермионе очередные сплетни и планы, которые она удачно пропустила мимо ушей, лишь изредка кивая головой. И что бы поскорее отделаться от мальчишек ушла в единственное место, которое всегда примет её, неважно какой: уставшей или полной сил. Библиотека после отбоя кажется чем-то запретным и неправильным, но брюнетке уже плевать, поэтому пройдя в плаще невидимке к самому крайнему ряду библиотеки она заметила платиновые волосы и замерла в нерешительности.  — Грейнджер, до сих пор боишься меня?— с усмешкой спросил Малфой он и так знал ответ на собственный вопрос.  — Ещё чего? Как ты узнал, что я здесь? - смыла скрываться больше не было; его лицо бледнее обычного смотрело на Грейнджер с интересом и вызовом. К чему слова, когда магия душ пробуждается и толкает её на совершенно глупый поступок в котором она будет корить себя ещё несколько дне, но это всё потом. Сейчас же подаваясь какому-то неведомому порыву она приближается к нему почти в плотную, глаза к глазам. Малфой не отходит и не отталкивает, а медленно наклоняет голову, как будто боясь спугнуть её, но Малфой не может бояться, поэтому он просто целует Грейнджер. Он ведь первым это сделал? Она хочет верить в это. Их языки сплетаются в безумном танце страсти, а потом приступ боли от которого сводит зубы и хочется истошно кричать, но они сдерживаются, делая вид, что всё в порядке. И расходятся в разные стороны, понимая, что ничего не будет как прежде.

***

Прошла неделя, а может и две, время стёрло свои границы, теперь были только он и она. Они до сих пор просто грязнокровка и слизеринский ублюдок на людях, конечно, сломать связь родственных душ не так-то просто, хотя они и не пытались. Они встречаются каждый вечер на астрономической башне, проводя каждую встречу как последнею и целуются жарко, влажно, до одури.        Ему казалось он сможет провести с ней вечность, хоть раньше не мог провести и минуты Они были словно с разных планет, но сошлись из-за очередной прихоти судьбы.