Расскажи мне, как это происходит

Я люблю запах, который остаётся после дождя, люблю это чувство, сопровождающее спуск на американских горках, люблю мамину выпечку и конфеты с корицей в виде сердечек, но ещё больше я люблю её. Люблю её запах, люблю поездки за город в одной машине с ней больше американских горок, а мамина выпечка отходит на второй план во время любого обеда с этой девушкой, и совсем неважно, что мы едим. Думаю, она способна затмить любое занятие и ощущение, которое я люблю. Она — моя самая большая проблема, да и просто девушка, которая сводит меня с ума. — Ты чего завис? — несколько щелчков пальцами вырывают меня из мыслей, и я концентрируюсь на джойстике в своих руках. — Решил проиграть? Насмешка в голосе МаРи вовсе не злит меня, напротив, я окончательно расслабляюсь, признавая тот факт, что безвозвратно влюблён в свою подругу. — Больше не хочу играть, — выключаю игру и возвращаюсь на диван, поворачиваясь к ней лицом. — Ты так и не сказала, что я здесь делаю. Получив звонок ранним утром, я не планировал вставать с кровати и вообще покидать пределы своей комнаты, но МаРи сказала, что ей нужно кое-что спросить у меня, и это «кое-что» очень важное, поэтому я должен приехать к ней. А теперь я сижу на потёртом диване в пыльном гараже и играю в видеоигры. Худощавые пальцы девушки то сжимаются, то разжимаются, выдавая её волнение, а внимание направлено на что-то позади меня. Так что я почти оборачиваюсь, чтобы убедиться, что там никто не стоит. — Ну? МаРи раздражённо выдыхает, теперь устремляя взгляд прекрасных карих глаз на меня. Её глаза пленят меня; они большие, с пушистыми чёрными ресницами и тоненькой линией, которую МаРи рисует подводкой практически каждый день. Я заметил, что иногда она ещё использует персиковые тени, но точно не сегодня. — Я что, не могу просто провести день с другом? — не внушает доверия. — В последний раз мы так сидели в шестом классе, и ты сказала то же самое, а на следующий день свалила в другую страну на пять лет, — я не хочу, чтобы это снова повторилось, не хочу потерять её. МаРи открывает рот, явно собираясь возразить, сказать что-то в свою защиту, но потом вновь выдыхает, опуская плечи и поджимая губы. Чёрт, даже так она кажется мне лучшей девушкой на свете. Что бы она ни собиралась сказать, если я соберусь с мыслями и признаюсь ей, это может: а) всё испортить; б) всё испортить; в) всё испортить; г) всё спасти. — Да не молчи, говори, что хотела. — Мне нужна твоя помощь, — уже хорошо, потому что это не «Я уезжаю». — Чонгук, у меня появился парень. Дьявол. Это намного хуже. Разочарование медленно наполняет моё тело, и я откладываю джойстик в сторону. Терпеть не могу такие моменты: кто-то полностью расслаблен, потому что хочет поделиться чем-то со своим лучшим другом, а кто-то мысленно сходит с ума от ревности и переполнен разнообразными чувствами, которые очень сложно подавлять. Вопреки желанию бросить всё и пойти выяснять, как и когда у неё появился парень, я складываю руки на груди и откидываюсь на диванную спинку. Если уделю ей пять минут, позже смогу спросить, когда она успела начать с кем-то встречаться. — Кхм, и с чем нужна помощь? — стараюсь выглядеть непринуждённо. — Я вряд ли могу помочь советом или ещё чем-то... — Ты можешь, — уверенность в её голосе пугает. Даже если я могу, это ведь не значит, что я хочу. Я призываю себя к терпению, но в конечном итоге не могу допустить даже мысли о том, что МаРи начнёт рассказывать мне о своём парне, а потом мне придётся сказать, что я очень рад за неё. Потому что я вовсе не рад. — У меня ещё много дел, я лучше пойду домой, — я поднимаюсь с дивана, несколько раз облизывая пересохшие губы и проверяя карманы джинсов. — Я куда-то дел ключи от машины... — Отдам после того как выслушаешь меня, — она нечестно играет, но я уже в любом случае проиграл, ещё после её слов о парне. — Сядь, Чонгук. Когда я возвращаюсь на диван, меня окутывает аромат её парфюма, и я умоляю себя не реагировать на этих бабочек, которые облетают мой ЖКТ уже в сотый раз за сегодня. Но что я могу поделать, если они так настойчивы и постоянно напоминают мне о чувствах, что я испытываю к МаРи? В отличие от меня, её вообще не волнуют мои чувства, она продолжает испытывать волнение, но оно не идёт ни в какое сравнение с тем волнением, что не даёт мне спокойно вдохнуть. — Так вот, мой парень... он уже окончил школу и колледж... Она собирается пересказать мне его биографию? — Он взрослый, я понял. — Да, — она убирает волосы набок, несколько раз подряд выдыхая. — Ему нужны не только романтика, свидания и поцелуи, но и... Нет, нет, нет... Пусть молчит, потому что одна из бабочек пробралась к сердцу и теперь мне ужасно больно. — Не хочу слышать этого, — в этот раз я намерен уйти, даже если мне придётся оставить свою машину здесь. — Ну, подожди, Чон! Расскажи мне, как это происходит... Сердце бешено стучит в груди, а перед глазами уже мигают картинки с её голым телом. Почему я не могу к ней прикоснуться, а она собирается отдаться кому-то, кто намного старше её? Ему, а не мне. — Спроси у подружки. — Ты же знаешь, что у меня её нет. — Так заведи себе подружку и задавай подобные вопросы ей, а не мне, — уже практически задыхаюсь, переходя на крик. Даже если её соседи услышат, мне плевать. — Пожалуйста, я хочу быть подготовленной. Так долго собирался признаться ей, а в итоге она спрашивает у меня, как люди сексом занимаются. — Я не знаю! МаРи качает головой, словно не верит моим словам. — Тебе так тяжело рассказать мне? У тебя было достаточно девушек, и все они говорили только о том, какой ты классный в постели. Все как одна. Эти девушки вообще умеют держать язык за зубами? Вот поэтому личной жизни и не существует, потому что через какое-то время она всё равно становится публичной. — Ладно, — она выпрямляется, собираясь впитывать мои слова, — я скажу кое-что очень и очень важное. Ты внимательно слушаешь? — Да. Я прикусываю кончик языка, всё ещё сомневаясь, а затем выдаю: — Мне не стоит этого говорить, тем более сейчас, но я не смогу успокоиться, если не скажу, — кровь пульсирует в бешеном темпе, а бабочки спустились в самый низ живота, доставляя мне дискомфорт. — Я люблю тебя. Плечи МаРи резко опускаются, и она закатывает глаза, после складывая руки на груди. — Издеваешься? Ладно, просто погуглю, — она вынимает из кармана рубашки ключи и бросает их на журнальный столик. — А ты вали домой. Лучший друг называется...

***

Коробочка с леденцами покачивалась в моей руке каждый раз, когда гамак наклонялся то в одну, то во вторую сторону. Красные конфеты постоянно передвигались, и я вылавливал парочку, когда привкус корицы растворялся на языке, оставляя после себя лишь сладковато-горький осадок. Прямо как мысли о МаРи. Она была самым сладким моим воспоминанием, что шесть лет назад, что сейчас, но теперь я всё чаще чувствовал этот горький привкус, что преследовал меня после разговоров и встреч с ней. — Чонгук, ты не хочешь чем-нибудь заняться? — мама опустила козырёк шляпки, второй рукой сильнее сжимая шланг, которым поливала цветы в саду. — Я понимаю, что сейчас лето и ты отдыхаешь от учёбы, но это вовсе не значит, что ты должен лежать двадцать четыре часа в сутки на гамаке. — Я не просто лежу, — театрально выдохнув, я перевернулся набок, — я тут страдаю. — Вижу я, что ты страдаешь, — мама приподняла шланг, отчего струя воды приземлилась в опасной близости к тому месту, где находилась моя голова. — Встань и помоги с поливкой сада. Я просто ненавижу этот день, и вчерашний тоже. Нехотя поднимаюсь с гамака, роняя пару сладких сердечек на землю, но когда улавливаю тень на траве, выпускаю коробочку из рук. — Доброе утро, — бодрый и весёлый голос МаРи заставляет маму обернуться, и улыбка в одно мгновенье появляется на её лице. — Какое счастье, что ты пришла, теперь Чонгуку будет не так скучно поливать сад. Эта коварная женщина выключает воду и всучивает шланг мне. — Я пока съезжу в магазин, так что можете не торопиться, — она похлопывает меня по плечу, а затем поспешно удаляется, и я стою как дурак у кучки рассыпанных леденцов со шлангом в руках. На МаРи джинсовый комбинезон, со вставками ярко-жёлтого цвета и нелепый пучок на голове, явно сделанный впопыхах. А ещё от неё пахнет чем-то сладким, похожим на желейные конфеты, которые продаются в автоматах. — Я решила, что глупо ссориться из-за того, что ты не захотел рассказывать мне, — на её лице появляется смущённая улыбка, и она опускает взгляд. — К тому же меня бросили буквально после твоего ухода. Поверить не могу, что собиралась переспать с тем, кто бросил меня по смс. Всё это время я молчу, а внутри меня борется десяток демонов, которые рады тому факту, что МаРи бросили до того, как она лишилась своей девственности. Она ведь такая глупая и наивная, что могла бы попасть в большие неприятности. — Не стоит торопиться в таких вещах, — я переступаю через леденцы, решая собрать их позже, а затем иду к кустам алых роз, останавливаясь там, где закончила моя мама. — Секс это ведь не шутки, нужно заниматься этим только с тем, в ком уверен на все сто процентов. МаРи подходит ко мне сзади, так что я буквально чувствую её дыхание на своей шее. Приподнимаясь на носочках, она тянется к шлангу, что я сжимаю в своих руках. — Только давай без лекций, — она слегка морщится, включая воду и направляя струю на розы. — Ты же сам делаешь это с разными девушками. Вряд ли ты уверен в каждой из них, и вряд ли ты вообще состоял в отношениях хоть с одной. Слова МаРи заставляют меня замереть на какие-то две секунды. Я интенсивно думаю, решая, что лучше сказать в этой ситуации. — С чего ты вообще взяла, что я не был уверен в каждой из тех девушек, с которыми когда-либо спал? — я оборачиваюсь, передавая шланг МаРи. — Между прочим, их было крайне мало, да и я давно уже ни с кем не встречался. МаРи закатывает глаза. Выглядит она забавно, и мне приходится постараться, чтобы не улыбнуться. — Ты такой лгунишка, Чон Чонгук! — она выкрикивает, направляя струю ледяной воды в мою сторону, но промазывает. — Лжёшь на каждом шагу… о своих девушках, о том, чего не знаешь… Ещё одна попытка облить меня оказывается неудачной, так как я уклоняюсь, а под раздачу попадают цветы. — О том, что любишь меня… — сказанная с обидой фраза вызывает у меня мурашки, и не успеваю я сообразить, как ледяная вода ударяет в грудь. Белая футболка вмиг становится мокрой и прилипает к телу. — МаРи! — я вскрикиваю, ошарашенный тем, как эта девчонка поступила со мной. Даже если сегодня жарко, даже если она злится или обижена, она не должна была делать этого. — Ой, я не думала, что попаду в тебя, — её плечи сотрясаются от смеха, но не дольше двух секунд, потому что я отбираю у неё шланг и приходит её черёд кричать. — Чонгук, нет! Подожди, нет! Этот комбинезон… — я не слушаю, обливая её с ног до головы. — Чёрт, Чонгук! Улыбка появляется на моём лице, а затем я в течение пяти секунд разрываюсь от смеха, роняя шланг на траву и прижимая руки к животу. — Ты должен перестать ржать, — МаРи тыкает меня пальцем в грудь, — этот комбинезон я купила вчера, а сегодня надела его впервые. Чёрные вьющиеся волосы девушки торчат из пучка, а несколько забавных кудряшек свисают перед ушами, отчего она выглядит как маленький ребёнок. Вообще, для меня она всегда выглядит маленькой. Хватая её за руку, я направляюсь в сторону дома. — Купила его специально для своего парня? — спрашиваю с издёвкой, и практически чувствую убийственный взгляд МаРи на своём затылке. — Это его вряд ли возбудило бы... — Нет, для тебя, — язвит, а моё сердце пропускает из-за этого удар. Она даже не представляет, какое влияние оказывают на меня её слова. — Тебе идёт, хоть и выглядишь малявкой, — я усмехаюсь, таща МаРи через гостиную в сторону деревянной лестницы, ведущей на чердак, где располагается моя комната. — Сам ты малявка, Чонгук. Я игнорирую её слова, слишком увлечённый подсчётом ступенек, что мы преодолеваем по дороге к моей комнате. МаРи старается переступать по две за раз, спотыкается, наступает мне на пятки, и всё равно не идёт нормально. — Прекрати, МаРи, — я сжимаю её ладонь в своей, второй рукой хватаясь за ручку на двери. — Прекращу только после того, как ты прекратишь мне врать. С трудом сдерживаю разочарованный стон. Неужели она не верит мне? Не верит, что я влюблён в неё? — Ты привёл меня в свою комнату, чтобы одолжить мне одежду? — МаРи обгоняет меня, оказываясь внутри раньше. — Нет, я привёл тебя сюда, чтобы рассказать, как это происходит, — устанавливая с ней зрительный контакт, ухмыляюсь. — Могу даже показать. МаРи не моргает, своими глазами она буквально впивается в меня, изучает, сканирует, пытается понять, правдивы ли мои слова, а потом звонко цокает языком, складывая руки на груди. — Сначала сам переоденься, а то футболка слишком прозрачная, даже вижу твои соски, — она кривится, будто ей противно от этого. — Так ты девушек к себе заманиваешь? Своим прессом и грудью? И ещё смазливым личиком. Неудивительно, что все они ведутся. Звучит как комплимент, но я не могу избавиться от мысли, что она меня осуждает. Обходя МаРи, я направляюсь к шкафу с вещами и начинаю искать, во что можно переодеться и что можно одолжить подруге. И пока я занят поиском, МаРи расстёгивает свой комбинезон. Я улавливаю звук молнии и щелчки, когда девушка расстёгивает лямки, а после шуршание ткани. Мои руки замирают на стопке с шортами, и я боюсь сглотнуть, зная наверняка, что тихо не получится. Желая разрядить обстановку и наконец сглотнуть ком в горле, я спрашиваю: — И ты тоже ведёшься на это? Я молча жду ответа, пока моё сердце начинает гонять кровь по телу в два, а то и в три раза быстрее. Ни черта мой вопрос не разряжает обстановку, напротив, я напрягаюсь, чувствуя, что большая часть крови приливает не в мозг, а значительно ниже. МаРи внезапно подходит сзади, обвивая руками мою талию и протягивая руки к полке с футболками. — Теперь, когда ты спрашиваешь такое, мне и вправду кажется, что ты собираешься показать мне, — её подбородок упирается в моё плечо, и когда я медленно поворачиваю голову, ожидаю чего угодно, но только не того, что делает МаРи. Окончательно свихнувшись, она чмокает меня в губы. Я сразу хмурюсь, выпуская из рук пару шортов. — МаРи... — Я могу взять эту футболку с пальмами? — она смотрит вниз, избегая моего взгляда. — Думаю, она будет слегка великовата, но в целом... — МаРи, зачем ты сделала это? — я освобождаюсь от её рук, полностью разворачиваясь к ней и упрямо глядя на румянец на её щеках. Ненароком мой взгляд падает ниже, на влажный топ и белые кружевные трусики, и, чёрт, я сам слышу, как скрипят мои зубы, когда я сжимаю челюсти. — Просто хотела убедиться, что ты не лжёшь хотя бы в одном, — прикусывая нижнюю губу, она медленно поднимает свои глаза. — Сам же сказал, что любишь меня. Снова обида скользит в её тоне, но я не понимаю. Совершенно не понимаю, почему она обижается. Ей ведь нравился её парень, она собиралась переспать с ним и даже хотела получить консультацию от меня, тогда какого чёрта она обижается? — Чонгук, прекрати хмуриться и отойди от шкафа, — МаРи опять тянется к моим вещам, но я ловлю обе её руки, поднимая их за кисти вверх. — Да, люблю, — без тени сомнения говорю я, — но почему тебе так хочется в этом убедиться? — наклоняюсь чуть ниже, задерживая взгляд на её искусанных губах. — Почему, МаРи? Она молчит, буравя меня взглядом, но спустя десять секунд сдаётся. — Я сама бросила своего парня, потому что твои слова заставили меня задуматься, — она расслабляет руки, позволяя мне и дальше удерживать их в воздухе. — Ты был зол и расстроен, так что я решила, что ты и впрямь влюблён в меня. А ты просто издеваешься... Не давая ей закончить, я приникаю к её губам, целуя её не по-детски, как она минуту назад, а нормально, по-взрослому, посасывая её нижнюю губу и пробуя проникнуть в её рот своим языком. МаРи сразу же поддаётся, подходя вплотную ко мне. Наверняка она чувствует, что я возбуждён, и наверняка именно по этой причине сдавленно стонет. Отрываясь на мгновение, она дёргает своими руками, заставляя меня отпустить их, и тогда она зарывается пальцами в мои волосы, оттягивая их и блаженно улыбаясь. Вряд ли в её голове крутятся мысли вроде «Что это было? Разве мы можем?», потому что именно она становится инициатором следующего поцелуя, теперь наступая первой и целуя меня грубо, жадно и слишком напористо. Кажется, она готова переступить черту и пойти дальше, к тому, о чём спрашивала меня день назад. Отстранившись от её рта, я прикоснулся указательным пальцем к её губам, при этом ощущая тяжёлое дыхание МаРи. — Значит, ты пришла сюда, чтобы убедиться в том, что я влюблён в тебя, — я хмыкнул. — И этот комбинезон и вправду был куплен специально для меня? Мне нравится видеть смущённую МаРи, потому что она выглядит милой, когда прячет взгляд и её щёки краснеют всё больше с каждым моим словом. — Комбинезон ерунда в сравнении с этим, — убирая палец от девичьих губ, я опускаю руку ниже, аккуратно касаясь кромки её трусиков. Если бы не эта игра со шлангом и не полуголая МаРи, я бы ни за что не стал торопить события. Сначала я бы позвал её на свидание, потом на ещё одно, и ещё... Прежде, чем я рискнул бы попробовать что-то с ней, я бы непременно дал ей время, но сейчас она стоит передо мной мокрая и с таким нереальным видом, что мне становится сложно здраво мыслить. Я отчаянно желаю оказаться как можно ближе к ней, хочу почувствовать её всю. Думаю, что заслужил это, потому что ждал её столько лет. — Чонгук, — её сладкий голос подобен тягучей карамели, — если мы пришли сюда для того, чтобы ты показал мне, — она шумно выдыхает, руками спускаясь к низу моей футболки, — тогда показывай. Должно быть, МаРи всё ещё не понимает, что происходит, но если она поддерживает эту затею, я не стану возражать. В конце концов, даже если это окажется сном, я удовлетворю своё любопытство. Нас двоих разделяло лишь несколько клочков ткани, так что я взял инициативу в свои руки и первый избавился от футболки и влажных шорт. МаРи всё это время кусала губы, поглядывая куда-то в сторону, но стоило мне взяться за низ её топа, как она уставилась на меня своими красивыми глазами. В них читалась неуверенность, и я начал колебаться. — Нам вовсе необязательно делать это, — я улыбнулся, давая понять, что не расстроюсь, если мы сейчас оденемся обратно и вернёмся в сад к цветам. — Ты же не решил подшутить надо мной? — тень сомнения искажает её лицо. — Я думала о тебе с тех пор, как ты ушёл. Не могла уснуть ночью, потому всё думала о твоём поведении и твоих словах. И пока я думала, моя голова раскалывалась на части, ведь в какой-то степени я надеялась, что ты не лгал, говоря, что влюблён в меня. МаРи отодвигает мои руки от себя, после заглядывая мне в глаза. — Чонгук, ты мне нравишься ещё со средней школы. Но поскольку ты не обращал на меня внимания, проводя ночи с другими девушками, я решила, что безразлична тебе, — её взгляд опускается к моей груди, после чего она прерывисто выдыхает. — Так что если ты просто шутишь, нам не стоит заходить так далеко. Я не верю своим ушам. МаРи сказала, что я ей нравился всё это время. Нравился ей. Часто моргая, я стараюсь успокоить своё бешено бьющееся сердце и укротить мысли и идеи, что пробираются в мою голову, потому что с одной стороны я хочу забраться с МаРи в постель и говорить ей о своих чувствах сутки напролёт, но с другой... Я хочу заняться с ней сексом, быть с ней нежным и грубым одновременно, сделать для неё всё возможное и довести её до первого настоящего оргазма, в перерывах говоря ей о том, что я люблю её уже долгое время. — Я не шучу и не лгу, МаРи, — заявляю серьёзно, словно от этого зависит моя жизнь, и тогда перед МаРи будто зажигается зелёный свет. Она рывком снимает с себя топ, робея под моим взором, но не прекращает пытаться окончательно избавиться от одежды. На кружевные трусики уходит целая вечность, потому что девушка сомневается, немного приспуская ткань, а после возвращая её на место. Я не тороплю её, позволяя ей смущаться и медлить, просто жду момента, когда она решится. И он наступает пару минут спустя. То, как МаРи выглядела в комбинезоне, никак нельзя было сравнивать с её видом сейчас. От одного взгляда на неё у меня всё сводило внутри, я чувствовал влечение, чувствовал, что ошибался, думая, что она всегда будет казаться мне маленькой, ведь сейчас она была самой сексуальной девушкой из тех, что я когда-либо встречал. — Чонгук, мне неловко от того, что ты смотришь, — МаРи прикрылась руками — будто это и вправду могло скрыть от меня что-то. — Закрой глаза. Я чуть не рассмеялся от слов девушки. — Нет, МаРи, это так не работает, — сдерживая довольную улыбку, я схватил подругу за руку, а после потащил её в сторону односпальной кровати. Я чувствовал влажную ладонь МаРи, но промолчал, надеясь, что в скором времени она расслабиться. — Воспользуемся одеялом? МаРи не пришлось спрашивать дважды, она сразу юркнула под одеяло, теперь чувствуя себя чуточку увереннее. Сжимая пальцами его край, она внимательно наблюдала за тем, как я искал презерватив в прикроватной тумбочке, а после за тем, как я распечатывал его. Когда дело дошло непосредственно до надевания его на член, МаРи зажмурилась. За последние десять минут волосы девушки растрепались, а от пучка практически ничего не осталось, поэтому первым делом, оказавшись на кровати, я потянулся к резинке на голове МаРи. Мне нравились её непослушные волосы, что становились кудрявыми после дождя или после душа из шланга, так что я с удовольствием начал перебирать их, параллельно целуя лицо МаРи. Оставляя нежные поцелуи на щеках, лбу и подбородке лучшей девушки на свете, я в полной мере осознавал, что теперь ни за что не отпущу её. Даже если позже она таки скажет, что уезжает, даже если скажет, что для неё наш секс ничего не значит, даже если мир перевернётся с ног на голову, я не позволю ей бросить меня. МаРи очень старалась участвовать в ласках, но была слишком растеряна и дезориентирована. Она ловила ртом воздух, когда я целовал её грудь, и стонала, когда я пальцами массировал клитор. Несколько раз она даже шептала моё имя, выдыхая мне в губы и умоляя не останавливаться. Горячая и мокрая МаРи с закрытыми глазами наслаждалась процессом, а я взгляд не мог отвести от неё, боясь, что через мгновение она исчезнет, и я останусь совершенно один в своей комнате. Я хотел как следует её разогреть прежде, чем заняться настоящим сексом, который так интересовал любопытную МаРи. Беспокоясь об её ощущениях и дискомфорте, что мог причинить ей, я был очень медленным и, похоже, МаРи это нравилось. Медленные поцелуи, плавные движения, сладкая истома и рука МаРи в моей руке — это не было сном, и я предвкушал все последующие разы и наши свидания, даже момент, когда расскажу родителям о том, что МаРи целиком и полностью моя. — Боже, Чонгук, — девушка цеплялась пальцами за мои плечи, ногами обвивая мою талию и тяжело дыша. Под одеялом было жарко, мы оба вспотели, но я не убрал его, в этот раз уступая МаРи и позволяя ей привыкнуть ко мне. — Так хорошо... И ты скрывал это от меня, говоря, что не знаешь. Я оставил ещё один поцелуй на губах девушки, после немного ускоряя движения бёдрами. Я был так близок, практически на грани, а МаРи не прекращала стонать, извиваясь подо мной и шёпотом упрекая за то, что я не признался во всём раньше. Думаю, мы могли бы провести весь день в кровати, забыли бы о мокрой одежде на полу и цветах, что мама велела полить, но рычание мотора на улице и разговоры моих родителей заставили нас остановиться. МаРи впопыхах надевала своё нижнее бельё и переворачивала мой шкаф в поисках чего-то подходящего, а я застилал постель и прятал пакетики из-под презервативов в нижний ящик тумбы. — Чонгук, ты разбросал конфеты у гамака? — мама ворвалась в комнату без спроса, останавливаясь на входе и слегка прищуривая глаза. — МаРи, разве ты не была в комбинезоне? — Это очень забавная история, мам, — я неловко засмеялся, замечая красные щёки МаРи, — мы обрызгали друг друга из шланга, так что МаРи пришлось переодеться... Мама не прекращала щуриться, с подозрением осматривая комнату и, кажется, нашла то, что дало ей повод тихо хихикнуть. — Так ты больше не страдаешь, Чонгук, — она покачала головой, после поджимая губы. — Надеюсь, вам двоим не нужно рассказывать о защите и о безопасном сексе, вы же очень продвинутые, да? МаРи перестала дышать, прячась за моей спиной. Она была дико смущена, но я вообще-то тоже смутился. — Мам, прекрати, — махнув рукой в сторону выхода, я умоляюще посмотрел на ту, что заставляла меня краснеть. — Ты разве разобрала пакеты? Не собираешься готовить обед? Мама ещё раз окинула комнату взглядом, а потом ушла, оставив дверь открытой. Она стопроцентно поняла, чем мы тут занимались. — Как она догадалась? — МаРи дёрнула меня за низ футболки. — Теперь так неловко, я же спала с её сыном... Наигранно ахнув, я повернулся к МаРи. — Боже, вдруг она расскажет твоей маме? — я заметил испуганный взгляд подруги и чуть не рассмеялся. — Может нам быстренько расписаться, пока она не узнала? МаРи легонько ударила меня в грудь. — Твои шутки дурацкие! Я закинул руку на девичье плечо, прижимая МаРи к себе и быстро целуя её в макушку. — Почему ты думаешь, что я шучу? Я вполне серьёзен. Было бы круто жениться на тебе...