How do you choose to feel?

[Активация системы: в процессе] [Система готова к работе] Он открыл глаза, моментально просканировал обстановку вокруг него. В банках памяти не содержалось информации об этом месте; более того, в них не содержалось информации ни о том, как он сюда попал, ни о предыдущей локации. Этот неожиданный провал в его обычно безупречной памяти почти пугал. Если бы только он был способен испытывать хоть какие-то эмоции, включая страх. Не «радовало» и то, что его движения были ограничены, причем тот, кто это сделал, знал пределы возможностей искусственного тела андроида, в чем он быстро убедился, попытавшись освободиться. Технически это было возможно, но при этом он бы потратил немало времени и нашумел… Стоило ли оно того? Не факт. [Запустить диагностику всех систем] [Диагностика в процессе] [Диагностика завершена] [Основные системы работают в штатном режиме] [Выявлены неполадки в банках памяти 2, 3, 4 и 6. Возможная причина: неизвестна] [Повторная диагностика] — Проверяешь, не поломали ли тебе что-нибудь? Будь андроид живым существом, он бы, наверное, вздрогнул: он не знал, что находился в этой комнате, предположительно лаборатории, не один. Но он только плавно повернул голову на звук голоса и безучастно уставился на человека, прислонившегося к дверному косяку. Женщина, довольно высокая, светловолосая… С видимыми имплантами борг. У него самого тоже была использована технология борг в конструкции, и какое-то время он раздумывал, не модифицировать ли часть нанозондов, чтобы без помех покопаться в ее памяти, но потом отмел эту идею. Данные по его системе выводились на один из мониторов, и ему не хотелось давать ей лишних поводов для агрессии. По этой же причине он прервал диагностику. — Мое обозначение? — тускло осведомился он. Стандартный вопрос к новому пользователю, за который к нему не могут придраться. Он не был уверен, почему его так тревожила сама возможность того, что человеку — пусть и отчасти борг — может не понравиться его поведение или самостоятельность. Возможно, дело было в поврежденных банках памяти; андроид предположил, что именно там содержались ответы на большую часть его вопросов. И выглядело это подозрительно… — Не помнишь? Тебя называли Дейтой, но это было имя, а не обозначение, — женщина особенно выделила последнюю часть фразы. — Меня ты, наверное, тоже не помнишь. Я Седьмая из Девяти. [Сохранить информацию] [Информация успешно сохранена] — Это обозначение дрона борг. — Было им. Теперь это мое имя. У тебя есть вопросы? — Моя локация? — Дейта решил задавать возникшие у него вопросы в хронологическом порядке, поскольку рассортировать их по важности все еще было непросто. — Это долгая история, — Седьмая подошла к компьютеру и стала что-то набирать на нем. Андроид про себя заметил, что модель далеко не самая новая, хотя не смог установить, насколько именно она устарела. — Ты уже должен был заметить, что некоторые твои банки памяти повреждены. Это произошло в бою против терранцев. Нам удалось перезапустить систему, но часть данных была утеряна. Ты находишься в нашем убежище, в кибернетической лаборатории. Мы работаем здесь вместе. — Причина повреждения? Он все еще не доверял этой женщине и не собирался перезапускать диагностику, пока его система все еще была подключена к ее компьютеру и выставлена вот так напоказ. Ее кратко и по делу изложенная история выглядела вполне правдоподобной; но пока что она была лишена деталей, в которых Седьмая могла ошибиться или запутаться. Возможно, именно поэтому она рассказала только самое необходимое, чтобы скрыть возможные ошибки? Или все дело было в ее немногословности, приверженности к эффективности борг и нежелании нагружать его лишними пока что данными? — Выстрел в упор из дисраптора, — она подняла глаза. — Удачный для стрелка. Неудачный для нас. Повреждение затронуло систему распознавания образов, стерев нас из числа союзников, и в результате записало в потенциальные противники. Пришлось выстрелить еще раз и ограничить твои движения, чтобы не бросился на нас при включении. Я собираюсь проверить твои системы. Она даже не стала маскировать это под вопрос или просьбу, просто известила его о своих намерениях. С одной стороны, эта деловитость Дейте импонировала; с другой стороны, ему по-прежнему не нравилась идея о том, чтобы кто-то копался в его системе. Несмотря на фрагментарность его знаний о самом себе — все необходимое для работы у него было, но вот личный опыт канул в виртуальную Лету — он был уверен, что этому была причина. Он не любил, когда люди трогали его, и уж тем более лезли в мозг. Достаточно ясно андроид осознавал, что он сам — вот и все, что у него было; возможно, они с Седьмой и были коллегами, как она утверждает, но эта связь была в лучшем случае исключительно профессиональной. Она сказала, что бой был против терранцев, а потом упомянула убежище. Повстанцы? Революционеры? Он попытался проглядеть базу данных компьютера, но тут же понял, что не сможет сделать это незаметно от борг. Тогда нет. Андроид быстро ретировался от базы и снова «затаился», храня сетевое молчание. Он не должен давать ей ни единой зацепки, ничего, что могло бы навредить его положению. Почему-то Дейте казалось, что это будет опасно. Количество этих необъяснимых «почему-то» и недосказанностей неприятно давило на его сознание, но ответы прибавлялись не слишком быстро. — Все в порядке, насколько я могу судить. Я выпущу тебя, — объявила Седьмая. Она нажала на кнопку, и андроид тут же шагнул наружу из стенда. По крайней мере, его двигательная система и моторика не были затронуты; а небольшие погрешности быстро исправились программой коррекции. Краем глаза он заметил, что данные о текущем состоянии его системы исчезли с мониторов; знать, что теперь у него есть хотя бы какое-то подобие личного пространства, что он больше не похож на вскрытого человека на хирургическом столе, вызывало почти… облегчение. — Моя функция? — спросил он. Седьмая слегка поморщилась, и умная программа Дейты подхватила этот незначительный на первый взгляд факт и хозяйственно припрятала его, чтобы использовать в дальнейшем. Он еще не знал как — но любая крупица информации могла оказаться решающим фактором. — Ты говоришь как дрон борг. Но ты индивидуальное существо со своей собственной волей, — несколько резко заметила она. — Мы здесь занимаемся помощью восстанию против Империи. — Он говорит совсем не так, как говорил до этого боя. Что-то не так с его речевой базой данных? Дейта уже был в курсе присутствия второго гуманоида неподалеку, но ничем не выдавал это знание, хотя и следил за «новеньким» внимательно. Но теперь, когда он заговорил, можно было беспрепятственно отреагировать на голос и ничем не скомпрометировать собственную безопасность. Еще один дрон борг — или бывший — но неизвестного андроиду вида. На вид — еще подросток, да и внешних имплантов мало. Довольно высокий, худой, с… хмурым лицом? — Это Ичеб, — подсказала ему Седьмая из Девяти. — Он мой помощник. Его раса называется брунали, они из Дельта-квадранта. Ичеб попал сюда на последнем кубе борг. [Информация сохранена] — Запрос: как я говорил до этого боя? — с интересом осведомился Дейта. — Не как компьютер и не как дрон, — юноша замешкался, подыскивая слова. — Зло, но живо и со страстью. Андроид сомневался, что такое было возможно; в конце концов, если нельзя верить собственным банкам памяти, то кому можно? С другой стороны, у него не было никаких воспоминаний ни о том, что было до боя, ни о самом бое. Некий инстинкт говорил ему, что верить фактически первым встречным гуманоидам нельзя, даже если их роднит технология борг. Но он же призывал не вступать в открытый конфликт. Кроме того, данные сканирования показывали, что либо эти двое очень хорошо владеют собой, что для бывших дронов неудивительно, либо как минимум сами верят в то, что говорят. Возможно, бой действительно был. Ну что ж. Дейта завершил быстрый анализ возможностей и решил сыграть на их правилах… По крайней мере, до поры до времени. Допустим, что они говорят правду. Допустим, он им верит. Что дальше?