Зомбиапокалипсис в поселке или как выжить не в Москве

Во тьме ночи ярко сиял маленький экран телевизора, освещая и без того неяркую комнату. По нему шел репортаж новостей, что-то о научных достижениях России, о том, как плох Запад и множество прочего. Однако ничего интересного. Сережа, Сергей, Серый, Петербург, идиот, как его только не называли, медленно взял пульт с стоящей около дивана тумбочки и начал перещёлкивать каналы… Ничего интересного. Лишь немного задержался на Рен-ТВ, но недолго он слушал очередную теорию заговора, как выключил телевизор. Теперь было абсолютно темно. Даже луны не было в окне спальни, ведь ее застилала темная занавеса туч. На ощупь Сережа дотянулся до выключателя, лампочка в ночнике засветилась. Ему не спалось, поэтому не знал, чем заняться. Как ученик десятого класса, он даже выполнил домашнее задание, причем сам, вот до чего доводит бессонница, представляете? Чтобы большой бугай, боксер с трех лет, и взял бы и не списал. Уму непостижимо. Но это не решало вопроса, чем бы заняться, раз не снится. Он лежал на спине и рассматривал потолок. Вроде недавно покрасили, а уже есть какие-то пятнышки… Ему надоело это, встал и пошел на кухню за снотворным. Это уже не впервые. Он налил себе свою дозу, выпил, и пошел обратно спать на диванчик. В итоге, через минут пятнадцать-двадцать, он заснул. Серега был обычным малым, жил в большой семье, но несмотря на это, он отвоевал самую маленькую, но собственную комнату. Ведь это так неудобно готовится к экзаменам следующего года, если за спиной все время будет шуметь младшая сестра Лили. В школе Серега был не самым худшим учеником, так-то говоря. Судя по внешности. Да и учился он на четверки. Только уж не любил он подолгу сидеть за столом и писать нудные задания по чему-либо. Ему даже читать порою было лень, из-за чего часто просил подругу, Надю, ему пересказать в паре предложений все, что угодно: от истории Древнего Рима, до того, что там было на химии. Серега был тем еще прогульщиком, но зачастую мог «выходить из воды сухим». Но все равно от отчима получал серьезно. Утро субботы началось как всегда. За окошком светило яркое солнышко, пели птички, на дворе во всю правил май, последний месяц учебы, столь долгожданный для многих, и столь же ненавидимый все теми же многими, ведь были экзамены на носу. Серого это не очень волновало. Он был уверен, что если что, или Егор (его лучший друг еще с детского сада), или Надя как-нибудь, если что., но подскажут. Но, как ни странно, за окном стояла подозрительная тишина. Не было того детского смеха, который был обычно во дворе в выходные, бабушки на лавочках не обсуждали очередного Васю Пупкина из соседнего подъезда, да и птицы пели необычайно хрипло. Будто неживые. Серега медленно поднялся, потянулся, и обратно бряхнулся на диван, глянув на часы в углу его стола. Они показывали восемь утра. — Рановато… — пронеслось в мыслях у Сереги. Он вновь улегся и попробовал доспать хотя бы до девяти. Но не мог. Непривычна эта тишина. Неживая. Аж мурашки пробежались по коже. Молчание настораживало. Но когда через минут пять дядя Олежа начал шуметь на кухне, Серега успокоился. Раз дядя шумит, значит, решил опять для всех что-то приготовить, главное, что бы вновь не пришлось пожарных вызывать: в прошлый раз, когда Лежа решил удивить его жену и двоих детей, и семью своей сестры, мамы Сережи, естественно, и приготовить завтрак на всех восьмерых, он не уследил за духовкой и начался пожар. К нашему счастью, когда пожарные приехали, все было не столь ужасно, как должно было быть в теории, однако все равно кухня изрядно пострадала после этого происшествия. После этого обычно дядя, если он на кухне, трижды проверяет, выключил ли он огонь на плите и не осталось ли что в духовке. Серый валялся с закрытыми глазами и пытался понять, что же готовит дядя на завтрак по запаху, но никак не получалось. Вскоре ему это надоело и он встал, и пошел на кухню, сделав вид, будто только проснулся. — Ох, племянничек, уж больно ты рановато, — как всегда с добродушной улыбкой немного хрипло отозвался дядя Лежа, как только юноша зашел в комнату. Но это было нормально: Лежа был довольно добродушным взрослым, да и голос по утрам всегда отличался небольшой хрипотцой от обычного. Серега молча улыбнулся в ответ и сел рядышком за стол. — Что готовишь? — резко выпалил Сергей. — Я-то? Хо-хо, да вот, решил приготовить блинчиков, по фирменному рецепту. Все, как наша большая семья любит! — слово «большая» Олежа произнес будто нараспев, затяжно, но Сергей уже привык к таким моментам. — Вижу, твой голос уже восстанавливается после той травмы, да? — будто невзначай спросил Сережка, — ты же вроде говорил, что профессиональный певец. — Да, говорил! И да, восстанавливается. Эх, а ведь были времена… — вновь дядя Лежа затянул свою любимую историю о прошлом, когда он был возрастом с Сережу, как он тогда пел, ведь ходил в школьный хор, как родители заставляли ходить в музыкальную школу и как он сам гордится своим голосом. Время летело незаметно. Вот уже в проеме дверей показались двойняшки, — двоюродные брат и сестра Сережи, — Саня и Алиса. — Доброе утро, па! — почти в унисон произнесли дети. — Доброе, — практически пропел дядя. Серега тихо встал, приветственно кивнул двойняшкам и направился к себе в комнату. Зайдя в комнату, он увидел сидящую на полу сестру Лилю, внимательно изучавшую учебники старшего брата. Он глянул на часы. Уже 10 часов утра, однако за окном все также подозрительно тихо. — Как тебе удается все это запоминать? — первой спросила сестренка. — Да вот как-то и получается… — проворчал Серый и забрал у Лили учебники, и положил обратно на полку к остальным. — …На улице тихо, не правда ли? — вдруг спросила Лиля тот вопрос, который мучал Сережу уже несколько часов. Тихо… Что бы это могло значить? - Да, что-то сегодня тиховато, - старается поддержать диалог Сергей. Он медленно подошел к окну, к слову, жили они на пятом этаже в пятиэтажке, поэтому был неплохой обзор из окна... И правда, на улице людей не было. Людей.