И все равно люблю

      —Люблю. Лиса больно щипает себя за бок, заставляя Дженни удивленно взглянуть на неё. — Я сплю? Дженни, это сон? Ответь — блондинка берет лицо Ким в ладони, рассматривает каждый изъян и неровность, которых почти нет. Ей безумно нравится эта естественность брюнетки, нравится то, как её щечки забавно надулись в тёплых, женских прикосновениях. — Лис, ты чего? — задала вопрос девушка, после чего забавно улыбнулась и сняла чужие руки со своего лица. — Пойдём на кухню? Есть хочется. — Дженни? — Манобан слегка приподнялась, опираясь на локти — Мне… мне сейчас некуда идти, и… — она в очередной раз прикусила губу. — Лисааа, ну ты глупышка! — Ким прыгнула на Лалису, изогнув спину подобно кошке, от чего та снова упала на кровать. — Ты серьезно думала что я тебя отпущу? Ну ты даёшь! Приятно. Приятно отдаёт в области сердца, заставляя его биться чаще обычного. Даже если это сон, как только Лиса проснётся, она запишет его в свой блокнот и будет перечитывать каждый день, широко улыбаясь. Девушке плевать где сейчас родители, что они её ищут и паникуют. Пусть. Они это заслужили. «Противная дрянь» и «позор семьи» ушла из их дома навсегда, оставляя только воспоминания. А хорошие или плохие, решать маме и отцу придётся самим. Манобан надевает на себя просторную футболку, пахнущую Дженни, которая сама протянула ей свой элемент одежды. На кухне, Лиса спрашивает: «Можно ли я все приготовлю?» в ответ получая одобрительный кивок. Блондинка начинает завязывать на тонкой талии фартук, но Ким перехватывает её руки, делая это сама, попутно опаляя чужую шею горячим дыханием, от которого крышу сносит и узел возбуждения затягивает внизу живота. — Лис, а как Минхо с его компашкой тогда узнали о твоих чувствах ко мне? — не отрываясь от сахарной шейки, томно спрашивает брюнетка. — Я… не знаю. — затягивая воздух и тут же его выпуская отвечает Лалиса. И сейчас это абсолютно её не волнует, ведь человек в которого она влюблена до потери памяти сейчас стоит прямо за спиной, нежно обнимая за пояс и урывается носиком в её волосы. — Я люблю тебя. — слышится сзади и тут же ноги подкашиваются от нахлынувшего удовольствия. Лиса поворачивает голову и встречается губами с Дженни, вплетая их обоих в поцелуй. — Я тоже люблю тебя… люблю до безумия и буду любить. — отрываясь на секунду, проговаривает блондинка, тут же прилипая обратно к карамельным устам. Ким полностью поворачивает девушку к себе и приподнимает за упругие ягодицы, усаживая на стол. Запускает руку под футболку, чувствуя пожар чужого тела и сжимает полушарие груди, ловя протяжный стон прямо в губы. Лалиса распадается на миллионы атомов, плавится под нежными касаниями и чувствует как лёгкий разряд тока пробегается по коже сверху вниз. Она обвивает ногами талию брюнетки и крепко прижимает к себе. Хочется ближе, дольше, приятнее. Манобан вспоминает себя в начале учебного года, когда она безумно нервничала из-за новой обстановки, но увидев Ким, разум сразу улетучился в никуда и внимание обострилось только на черноволосой, прекрасной девушке, с пухлыми щечками и белоснежной улыбкой. Но из мыслей, блондинку выбивает звонок в дверь. Она испуганно посмотрела на Дженни, в ответ получая тот же взгляд. — Это кто ещё? — озадаченно спрашивает темноволосая, вытаскивая руку из-под футболки Лисы и направляется к двери, взглянув в глазок. — Лиис? Это кажется к тебе… — брюнетка поворачивается к девушке с тревогой в глазах и продолжает: — Мне кажется, стоит с ними поговорить, Лиса. Озадаченная Манобан спрыгивает со стола и идёт к Ким, останавливаясь возле неё. — Думаю, ты права — начинает она — Я поговорю с ними. Блондинка открывает дверь, видя перед собой запыханных родителей. Что и следовало ожидать. — Лалиса, доченька, хвала богам, мы тебя нашли! — мать подбегает к дочери с целью обнять, но та молча отодвигает ее от себя. — Мам, пап, уходите — с равнодушным видом говорит светловолосая — Заведите нового ребёнка, который не будет для вас позором — девушка берет ручку двери и перед тем как закрыть ее добавляет: — Удачи.

Прощайте