Сопротивление бесполезно, блэт!

*** На дворе ночь. Все спят, но разве подругам до сна? Ну, одной было до него дело, а у другой иные планы в это время. В комнате Ксюши всегда царили тишина и покой, но не чистота и порядок. На рабочем столе лежали стопками бумаги с рисунками, Эйфелева башня из ластиков, забор из хорошо заточенных карандашей и множество аниме комиксов. На стуле небрежно лежали вещи, а вокруг него разноцветные носки. «Я уберусь когда время будет». Время появилось, но беспорядок таки ещё останется «на чай». В общем, сам обитатель сей джунглей был царь Ксюша. На данный момент в комнате был мрак, едва освящённый фонарным столбом на против, и было слышно тихое посапывание. А вот в доме на против, в доме Софико было всё почти наоборот: Покой никогда не отличался от тишины, ведь его там и след простыл, на рабочем столе криво лежал ноутбук и тихо вентелировал, несколько белых листов бумаги, парочка карандашей в стакане, два бокала с разными жидкостями вроде колы и малинового сока стоят уже почти неделю и полностью скрученная в три узла лампа. На троне императорском сидел только портфель, который симбиот короновал после той прогулки, а на спинке свисает на одном плече красная кофта. В этой комнате был свой император в костюме человека-павука, что сейчас свисает верх ногами с потолка с помощью соседа по телу /странно звучит, да? / — вот чо ты делаешь? — у Бэтсон слипались глаза — сейчас ночь, три часа. — я хочу гулять! — гаркнул симбиот будучи вне хосты — ночь — это наше время! Не успела Соф возразить, как паразит взял власть и выпрыгнул в окно. *** В это самое время, в пустыне проходила гонка, и среди чёрных машин был лишь один вишнёвый Aston Martin, что так угрожающе рычал. На стартовой линии объявилась женская фигура с поднятой рукой вверх. Как только она опустила её, гонщики дали по газам, да так, что девушку почти сносило ветром с места. Машины не хотели уступать никому первое место. Одна за другой летели в кювет оставляя только надежду на выживание. Но у этого зрелища есть зритель, и этот зритель не самый дружелюбный, точно так же, как и тот Астон Мартин, что больше всех привлёк его внимание. — Этот гонщик, походу, не знает страха! — сказало существо. Только самый зоркий мог увидеть, как в темноте что-то чёрное стремительно приближается к трассе с не добрыми намерениями. Диоксин несётся на ничего не подозревающего Мартина с невъебической скоростью, словно фашист с гранатой по склонам, и не успевает за своими ногами, язык, длинной в метр летит за ним и развивается на ветру. Вот наступает момент, которого все ждали: симбиот не смог перелететь булыжник и кувырком с горы полетел быстро сползая с хосты. Вот теперь с горы летит человек. — Ах. Ты. Падла. Склизкая! — Бэтсон кубарем катится по кочкам и выкрикивает оскорбления в адрес своего соседа. полёт над трассой и приземление вниз головой на крышу серого BMW. Идеально, не так ли? — хоба, — Диоксин зацепился как липучка за крышу, конечности развивались на ветру — я прилетел по твою жизнь, сукин сын! Вот кто, как не Диоксин, кусок демократического паразита, способен приклеется к впереди идущему гонщику с расстояния в пять метров, тем более последний поехал змейкой, пытаясь оторваться от смольной жижи. Симбиот заглянул в салон Мартина, но никого там не обнаружил — Кукуси.ки…— выражение его морды говорило «хуясе», когда приёмник, из которого до этого до носилась спокойная музыка, завизжал и резко дал по тормозам. ***