He's my demon now

      «Я сказала Намжуну о кандидатуре на роль суррогатной матери для семьи Чхве. Намджун не принял. Он разозлился. Если быть еще точнее ‒ он был в ярости. Понять можно. Прозвучит меркантильно, но такой вариант выгоден всем сторонам. Семье Чхве ‒ ребенок и наследник корпорации. Клану Намджуна ‒ еще одна сферу влияния и дополнительные связи. Суррогатная мать ‒ … Не уверена, что мне стоит говорить, кто это. Она может хоть как-то повлиять на этот мир и оставить после себя хоть что-то, чем просто память о себе в своем окружении.

* * *

      Прошла уже неделя, Намджун не общается со мной, все еще не может остыть и принять предложенную кандидатуру. Не пьет мою кровь. Проводит время в библиотеке, что вампиры боятся туда заходить. Не хотят попасть под горячую руку ссоры «возлюбленных», если нас таковыми можно назвать. Я несколько раз встречалась с госпожой Чхве. Она, вроде, отошла от еще одной потери, но след пережитого остался на ее лице. Очень хочу, чтобы Намджун принял найденную суррогатную мать. Но вероятность очень мала. Я понимаю, почему. На его месте тоже бы отказала, но это ее выбор, ее желание.

* * *

      Он согласился. Выслушал все мои доводы об этой женщине. Видела, что против. Но согласился. Сказал, что обеспечит этой женщине достойный уход, найдет лучших врачей. Я была благодарна.

* * *

      Прошло несколько месяцев, и эта женщина забеременела. Искусственное оплодотворение. Госпожа Чхве, когда узнала, расплакалась и не могла остановить слова благодарности. В тот момент она была похожа не на бизнес-леди, не жену главы корпорации, не члена совета директоров, а самую обычную женщину, которая хочет быть любимой и иметь семью. Я искренне хотела ей помочь, поэтому и нашла такую же суррогатную мать. Господин Чхве несколько дней вел переговоры с Намджуном, они все договаривались о положениях договора. И только вчера его подписали, а я решила остаться в больнице рядом с этой женщиной. Хотела быть с ней рядом».       Поэтому она не называла имя суррогатной матери. Поэтому Намджун был зол. Мин Юнджи хотела родить ребенка, помочь чужой ей семье. В дневнике очень немного записей об этом периоде, она мало, что описывает. Скорее всего, она переписала эти страницы, вырвала и сожгла настоящие со своими мыслями и желаниями. Я не могу точно сказать, зачем ей нужно было это. Хотя, может, я привык видеть в действиях людей второй смысл. Может, она и не переписывала страницы. Может, Юнджи действительно хотела оставить после себя что-то, точнее, кого-то, раз жила в тени в клане вампиров и раз попросила меня, чтобы я позаботился о ее дочери и уберег от вампирского мира. Интересно только, как, раз семья Чхве тесно связана с нами? Да и я собираюсь вернуться в Италию, как передам полномочия главы клана Сомин. Она была ее близкая подруга. Надо ей рассказать об этой тайне. Сомин должна знать.       «Беременность проходит спокойно. Я постоянно рядом с женщиной, даже Намджун часто приходит. Только ради меня, не ради нее. Госпожа Чхве объявила о «беременности» и теперь живет в соседней палате. Подготовка к родам проходит хорошо. Я узнала, что будет девочка. Госпожа Чхве и не против, ей и не важен на пол ребенка. Выносить и родить здорово ‒ главное для нее. Да и для меня, потому что я переживаю за суррогатную мать.

* * *

      Роды пришли неожиданно. Врачи, госпожа Чхве, я и суррогатная мать были готовы к ним, но никто не ожидал, что первыми отойдут воды в четыре утра и только потом будут схватки. Я плохо помню, что было, я помогала, была моральной поддержкой. Госпожа Чхве не отходила тоже. Намджун и господин Чхве приехали чуть позже. Родилась красивая девочка с цепкими и умными глазами. Удивительно, что уже в свои первые несколько часов она рассматривала мир, как будто пыталась запомнить его, а потом собиралась анализировать. Я не могла оторвать от нее взгляда… Суррогатная мать была счастлива, но она попросила убрать от нее ребенка. За ним ухаживала в основном я или госпожа Чхве. Женщина привыкала к материнству».       Цепкие и умные глаза. Красивая. Мне правда интересно, какой она выросла. Сколько уже прошло? Лет двадцать? Честно, помня Юнджи, я точно могу сказать, что ее дочь должна быть такой же красивой и такой же умной. Может, даже более смелее. Хотелось бы видеть ее таковой. Я разузнал об этом господине Чхве, его корпорации и семье. Чхве Минъюй официально как несколько лет объявлена наследницей корпорацией и уже готовится к семейному бизнесу, учась в Сеульском национальном. Судя по предоставленной информации, многие однокурсники ее недолюбливают, но ей все равно на их мнение и сплетни и прорывает себе место под солнцем. Истинная дочь своей матери. Я, узнав это пару дней назад, только и могу, что усмехнуться. У меня есть ее фотография, но я не могу перевернуть ее и посмотреть. Ощущение, что касаюсь того, чего не должен, что не должен узнавать это таким образом.       Спускаюсь в гостиную, а потом на улицу, на свежий воздух. Наслаждаюсь тишиной и ночным небом без звезд. Раньше их было так много, но сейчас увидеть хоть одну ‒ редкость. К бриллианту проще прикоснуться. Слышу позади шаги. Знаю ‒ это Сомин. Вампирша молча останавливается рядом и тоже смотрит в небо.       ‒ Я помню день, когда тот мужчина приходил, ‒ говорит о первой встрече с господином Чхве в этом особняке. ‒ Как он был связан с Намджуном и Юнджи?       «Суррогатная мать уехала сразу же, как оправилась после родов. Госпожа Чхве вернулась в семейный особняк, а я с Намджуном ‒ в обитель вампиров. Шутка. Или нет? Я решила начать отдыхать, наслаждаться жизнью. Ощущение, что скоро оно может закончиться. Намджун тоже начал меньше заниматься делами. Сказал, что все важное он уже решил, а конфликт с Розами пока затих. Я бы хотела обратить внимание на внутренний голос, что что-то подозрительно тихо, но мне хочется просто пожить и насладиться жизнью. Не важно, сколько это займет. День, месяц, год, пять. Я с Намджуном, и это главное. Госпожа Чхве иногда зовет нас на ужины и позволяет побыть с малышкой. Она такая… я не могу подобрать слов. Лучшая».       Они спокойно жили восемнадцать лет. Точно это знаю. Она консультировала семью Чхве, помогала с психологическими проблемами, направляла своего ребенка, у которой из-за статуса возникали некоторые конфликты со сверстниками. Я приезжал в этот их счастливый период еще один раз. В последний, если быть точнее, до того, как все произошло. Намджун укрыл правду, как о беременности Юнджи, так и о некоторых конфликтах с Розами. Он не говорил о них даже ей. Молчал. Улыбался. Скрывал. Мой брат был очень проницательным и расчетливым, видел ситуацию на несколько шагов вперед. Я не знаю и уже никогда не узнаю, почему он не устранил проблемы на корню. Я узнал об этом только благодаря сессиям Сомин, которая разговаривала и сближала остатки конфликтующих кланов. Она передала их слова о частях планов, который готовил новоназначенный глава Роз. Мелкий пацан, ничего не смыслящий в политике и экономике, как минимум. Самая последняя гнида всего вампирского мира.       ‒ Я спрашиваю, как этот мужчина был связан с Намджуном и Юнджи? ‒ вновь повторяет свой вопрос Сомин, заглядывая мне в глаза. Она хочет найти ответ в них, но я уже давно научился утаивать свои мысли, не выдавая их через мимику, взгляд или слова. Но все же что-то нашла, раз произносит: ‒ Трагично. Я никогда не спрашивала, но в каких вы были отношениях?       ‒ Случайно знакомые.       ‒ И все? ‒ скептически поднимает бровь.       ‒ И тот, с кем она в последний раз разговаривала. И тот, кто помог ей умереть.       ‒ Тебе она нравилась, ‒ не задает вопрос, констатирует. ‒ Но это уже не имеет значения. Кто этот мужчина?       ‒ Один из тех, кто связан с кланом, кто сотрудничает с нами в обмен на помощь. Двадцать лет назад им надо было укрепить позиции в своей нише. Им нужен был наследник, но жена этого человека не могла выносить и родить ребенка. Юнджи вызвалась стать суррогатной матерью. Она родила девочку.       ‒ Которой сейчас достанется целая корпорация! ‒ изумляется Сомин. ‒ Как…?       ‒ Я не знаю. Ни Намджун, ни ее дневник не рассказывали об этом. Точнее, что именно она была роженицей. Узнал, когда господин Чхве пришел, ‒ делаю небольшую паузу. Хоть я уже давно принял действительность такой, какой она была, но озвучить ее было странно. ‒ Юнджи попросила меня позаботиться о ней. Сделать так, чтобы она была вдали от вампиров.       ‒ Это возможно?       ‒ Нет, ‒ качаю головой. ‒ Единственный вариант, чтобы она как можно меньше соприкасалась с ним. Хотя бы не была связана романтическими или дружескими отношениями с вампирами.       ‒ А если она уже…?       ‒ Маловероятно, но нельзя исключать такой шанс. Уверен, в клане не все вампиры. Доходит информация о случаях нападений, совпадающих по нашему почерку.       ‒ Мне назначить встречу с ними? ‒ деликатно решает Сомин.       ‒ Да, ‒ киваю. ‒ Пригласи их всех на неофициальный ужин. И обязательное условие, чтобы Чхве Минъюй была на нем.       ‒ Само собой, ‒ усмехается и возвращается в особняк. А я остаюсь на еще какое-то время на прохладном воздухе, пытаясь найти в темном небе хоть одну звезду и запечатлеть ее в своем сознании.       Я не хотел признавать это, но она была мне симпатична, интересна. Но я бы никогда не предал брата. Тем более, я слишком занят и всегда веду двойную игру. В последние полтора века не могу позволить себе иметь человека при себе. Слишком большие риски.