Щёки

У каждого хоть раз в жизни возникала мысль, что какая-то часть тела является не идеальной. Кому-то не нравиться своя талия или ляжки слишком большие. Кто-то считает эталоном красоты огромные глаза, в пол лица,но никак не маленькие глазенки. А рост? Так для многих это самая больная тема. Низким быть плохо. В жизни до верхних полок в магазине не дотянуться, и самое херовое, что тебя в любой момент может не заметить какая-то дылда и сбить. А если ты являешься той самой дылдой, то вообще пиши-пропало. Обувь не найти на свою ногу, которая выглядит, как лапа медведя. Тупые шутки, типа «как там наверху погодка?» или «аккуратнее,не зацепись головой за ту верхнюю ветку». В общем, суть понятна, список может пополняться бесконечно. Сынкван считал себя вполне красивым молодым человеком. Рост средний, вес, вроде как, в норме, глаза не маленькие и небольшие, тело не выглядело как желе, подтянутое. Хансоль очень любил хёна и называл его своим ангелом. Но вот только в любой бочке мёда есть ложка(или даже ложечка) дёгтя. И для Сынквана этой самой ложечкой были его щёки. Пухлые и круглые щёки. Казалось бы, в чём проблема? Если твой парень любит тебя таким каким ты есть, то проблем вообще не должно возникать. Сынкван об этом и не думал, но вот только он начал замечать, что в круг общения младшего входят люди исключительно с впалыми щеками и выпирающими скулами. Крупица ревности зародилась в душе старшего. Вы только не подумайте, что Сынкван ревновал Хансоля к каждому, у которого имелись впалые щёки. Нет! Бред какой-то! Это самое и внушал себе Бу, когда видел, как Вернон разговаривает с очередным(-ой) красивым (-ой) парнем/девушкой. Хорошо. Все эти мысли Сынквана про щёки можно списать на его внутренних тараканов, которые есть в каждом. Но последний месяц Хансоль начал обращаться к старшему, как он сам сказал, милыми прозвищами. Ладно бы своим ангелом называл, согласиться можно, это мило. Но никак не булочка,пирожок и хомячок! Хорошо, первые два в расчет можно и не брать. Любовь Сынквана к сладкому настолько сильна, что никакой(читать, как самый восхитительный) Вернон её не разрушит. Но хомячок уже настораживает. К чему он это говорит? То, что Бу ест много? Или то, что у него огромные щёки, как у хомяка? Это остаётся загадкой, которую старший так или иначе пытается распутать. ХХХХХ Фирма «SVT Entertainment», в которой работают Бу и Чхве,заключила очередной удачный контракт. И в честь этого был организован корпоратив. Не пойти на него-грех. Или точнее так считал Вернон, но никак не Сынкван. Старший хотел бы в этот единственный выходной дома побыть наедине с любимым за просмотром какого-нибудь фильма. Но младшего повысили в должности, поэтому, если бы он не появился на этом корпоративе, это было бы неуважительно по отношению к директору Сынчолю, который всё это организовал. Ну, а что остаётся делать Сынквану? Только идти вместе с Хансолем, так как дома оставаться одному не хочется. Но кто же знал,что этот корпоратив станет последней каплей? Юн Джонхан–секретарь директора Чхве. Миниатюрный молодой человек. Каждый раз, входя в офис, все взгляды были прикованы к нему. Яркая улыбка, уверенная походка, расправленные плечи, вздёрнутый подбородок, одежда с иголочки. Весь вид говорил о его превосходстве. И прямо сейчас этот белобрысый заигрывал с Хансолем. Сначала Сынкван подумал, что перепил, но потом он понял, что ему нифига не кажется. Джонхан томно смотрел на Вернона, попивая из трубочки алкогольный коктейль, и смеялся очередной его шуточке. Джису пытался донести Сынквану что-то про финансовый отдел, который подкопался к нему насчёт отчётов. Бу правда пытался слушать,но взгляд то и дело переходит на «парочку». И точкой невозврата стало то, что Хансоль обнял Джонхана, что-то тихо рассказывая ему на ушко и улыбаясь так, как улыбался только старшему. Эта улыбка была только для Бу, принадлежала ему, и именно она была той, которая завоевала его сердце. В этот момент в голове Сынквана появилась пустота. Какой Джису и финансовый отдел? Какие там щёки и улыбки? ЕГО Хансоль обнимает другого парня на его глазах. Всё. Конец. Сынкван в прострации поднялся со своего места, поставив стакан с янтарной жидкостью на журнальный столик. Джису что-то говорил ему, просил остановиться. Но Бу не слышал. Он, не обращая ни на кого внимания, пошёл на выход. У него было чувство, что его предали. Выйдя из здания, он поймал такси и отправился домой. Через какое-то время на телефон начали приходить уведомления: От кого: Любимый❤ «Ты где?» Это сообщение остаётся проигнорированным. От кого: Любимый❤ «Я не могу тебя найти» «Разве моё местоположение волновало тебя, когда ты с этим белобрысым обжимался?»- хотел было написать Сынкван, но сдержался. От кого: Любимый❤ «Джису сказал что ты уехал? Что-то произошло?» Дальше последовал звонок, который Бу сбросил, и выключил телефон. Слёзы подступали к его глазам, но они пробились только тогда, когда он закрыл дверь квартиры. Их общей квартиры. Они жили в ней около года. Хорошая и недорогая двушка, которую молодые люди снимали у женщины средних лет. Всё здесь было родным для Сынквана. Фотографии на полочке в гостиной, диван усыпанный декоративными подушками. Кухня,на которой Вернон решил впервые приготовить пирог, чтобы порадовать старшего. В итоге, чуть не спалил духовку. Потом они вместе отмывали запачканные поверхности под недовольное ворчание старшего. Но самым родным местом была спальня. Двуспальная кровать, на которой они могли часами обниматься и целоваться. Недалеко стояли два кресла. Часто по вечерам парочка сидела в них. Сынкван читал книги, а Хансоль был поглощён ноутбуком. Но даже в эти моменты, они держались за руки. Им не нужны были слова. Только прикосновения. Когда на улице была сильная гроза, которую так боялся Бу, младший всегда обнимал его, успокаивая, так как знал, что объятья и прикосновения будут лучше любых слов. Вспоминая все счастливые моменты с младшим, Сынкван сел на диван притянул коленки к груди и тихо плакал. Почему он обнимался с ним? Зачем ТАК улыбался? Из-за того, что в Бу всё-таки есть какие-то недостатки, а Джонхан идеален? Вскоре из прихожей послышался хлопок двери и звук удара ключей о тумбочку. Сынкван почувствовал, что диван рядом с ним прогнулся под тяжестью, а на плечи легли чужие руки, обнимая. Полилась новая порция слёз. Так они просидели несколько минут, покачиваясь из стороны в сторону, пока тихие всхлипы Бу не прекратились. — Что случилось?— в ответ тишина.— Ну, Булочка, скажи, пожалуйста. Я же волнуюсь. Вот почему опять «Булочка»?! Всё, сейчас рванёт. —Да ты задолбал меня со своей булочкой!—отталкивая от себя младшего и вскакивая с дивана, прорычал младший осипшим от слёз голосом.— Как ты мог? Вот скажи мне, как ты мог обжиматься с этой белобрысой заразой?! Если я тебя больше не устраиваю, и ты меня больше не любишь, мог бы сразу же сказать, а не изменять мне на моих же глазах,— последние слова Сынкван еле выговорил, наружу снова полезли всхлипы. Он ведь даже не представлял, как день прожить без младшего, а не то что целую жизнь. Хансоль с минуту переваривал в своей не совсем трезвой голове эту информацию. Какие объятья? Что за белобрысый? А потом до него дошло, и его бросило в ужас от того, что мог напридумывать его ангел. — Боже,ты всё не так понял,— промолвил младший, пытаясь подойти к старшему, который стоял в метре от него, покачиваясь. — А как я должен был всё это понять? Как не увижу тебя во время работы, ты всё время с Джонханом болтаешь, смеёшься, улыбаешься ему. Как я должен реагировать на то, что мой парень ходит с другим, а ко мне охладел? — Я тебе сейчас всё объясню,— всё-таки усадив рядом с собой Сынквана, начал младший.— Во-первых, у меня нет ничего с Джонхан. У нас сугубо рабочие отношения. Он мне сейчас помогает разобраться с моими новыми обязанностями. Он мне не нравиться, я люблю только тебя. А если не веришь, то спроси у Джонхана, он сам уже не свободен. Он с директором встречается,— после этих слов Сынкван в недоумении посмотрел на Хансоля. Ведь директор Чхве запрещал отношения на работе, да и, вроде как, если верить СМИ, у него девушка была.— Я знаю о чём ты сейчас думаешь. Сам в шоке был, когда застукал их у босса в кабинете.— Сынкван пристыженно опустил взгляд.— Во-вторых, Ангел, ты же знаешь, что из-за этого повышения я жутко устаю. И именно поэтому не могу уделять тебе должное внимание. Прости. Сынквану было настолько стыдно перед младшим, что всё его лицо и шея стали краснее помидора. Он понимал, что зря усомнился в любви младшего и повел себя, как ревнивая истеричка. Но кое-что всё-таки осталось неизведанным... — А щёки? — Какие щёки?— Хансоль был в недоумении. —Ну, мои щёки. Они ведь у меня большие, пухлые и круглые. И скулы почти не выпирают... —Ангел мой, ты же знаешь, что я люблю тебя. А твои щёки-это самое прекрасное, что я видел в жизни после твоих глаз и губ,— и в подтверждение своим словам Хансоль притянул к себе Сынквана и начал целовать его лицо. Сначала поцелуи-бабочки опустились на глаза и щёки, которые были солоноватые из-за слёз. Потом губы Вернона коснулись чужих, немного искусанных и обветренных. Поцелуй был нежным, неторопливым, можно даже сказать невинным. Сынкван чувствовал, что прямо сейчас расплавиться от прикосновений младшего, который одной рукой обнимал его, а второй придерживал за щеку. Бу понял, что снова стал счастливым. Рядом с Хансолем невозможно по-другому. ХХХХХ Какао с зефирками, мягкий тёплый плед, шерстяные носки, дешёвая американская комедия и трепетные поцелуи Вернона—вот что нужно Сынквану до полного счастье в вечер воскресенья.