Ночь, кино и секрет.

      — Эй, компадрэ! — взмах руки латиноса заставил Роланда остановиться.       Во-первых, парень был достаточно воспитанным, чтобы реагировать на чужое обращение, даже если оное было несколько фривольным. Во-вторых, пребывавший в добром расположении духа Эдуардо — уже само по себе «редкое природное явление», так что пропускать его не стоило.       — Что случилось? — вежливо отозвался механик группы, замерев у самого выхода из башни.       — Да я тут прихватил кое-что в прокате, — любитель панковского стиля небрежно мотнул головою куда-то вбок и вверх, видимо, намекая на общую комнату отдыха на втором этаже. — Не хочешь поучаствовать?       — М… ну… — замялся темнокожий, машинально растирая основание шеи. — Не то, чтобы я был против, просто…       — Просто нашему Ролли пора идти домой кушать печеньки, пить молочко и читать сказочки на ночь! — как чёрт из табакерки, появился перед друзьями Гарретт.       — Между прочим, я буду читать их младшим братьям! — с достоинством ответил парень, намеренно не замечая суть подколки.       — Надеешься, что Кейси вдохновится кем-нибудь из литературных персонажей? — со странной смесью умиления и скептицизма вскинул брови колясочник.       — Почему бы и нет? — пожал плечами собеседник.       — Мне кажется, Том Сойер или ГекльБерри подойдут отлично — у парня и так тормозов в голове не шибко мно…       — Эй! Не смей оскорблять моего брата! — Роланд упреждающе нацелился пальцем в грудь инвалида.       — Неужели, я так же во время споров выгляжу? — задумчиво протянул Эдуардо, обхватывая пальцами подбородок.       — Нет, что ты! — послышался со спины голос Кайли. И как только латинос обернулся к ней, добавила с изрядной долей яда в словах. — Ты гора-аздо хуже!       Горбоносый пренебрежительно фыркнул и опять обратился к напарникам:       — Ну, в общем, я так понимаю, что ты сегодня не можешь?       — Извини, — развёл руками Роланд в ответ. — Может, в другой раз? — и, не дожидаясь дальнейшего развития диалога, поспешил покинуть помещение.       — Может, тогда ты, Гарретт? — перевёл взгляд на колясочника латинос.       — Извини, дружище, — тот мигом вскинул перед собою ладони в защитном жесте. — И рад бы помочь, но меня, знаешь ли, ждёт час славы! — он патетически выпятил грудь. — Раз уж меня никак не заметят в качестве Охотника за Привидениями, так, может, хотя бы в качестве центрфорварда на матче паралимпийского чемпионата Нью-Йорка по баскетболу оценят?       — Фех! Я думал, играть в одной команде с «черепашками на колёсиках» — не предел твоих мечтаний! — чуть обиженно сложил руки на груди Эдуардо.       Хотя, конечно, злиться имело смысл лишь на самого себя. Миллер ведь действительно предупреждал друга о грядущих матчах, но эта информация ни на миг не задержалась в лохматой голове латиноса, видимо, не состыковавшись с его внутренним распорядком безделия ночного дежурства.       — Вообще-то, я приложил все усилия, чтобы меня в основную сборную штата взяли, — совершенно серьёзным тоном ответил спортсмен. — Но тут вылезли всякие идиоты-чиновники с ворохом каких-то бумаг и регламентов… Короче, не выгорело дело.       — Ну, не судьба значит, — скривился латинос, а потом как можно небрежнее отмахнулся. — Ладно уж, катись, давай, на свой стадион. Когда выведешь команду в финал — отдаришься парочкой билетов на вип-ложе.       — Парочкой? — не преминул подколоть приятеля Гарретт. — И что ж ты со вторым делать будешь? Попытаешься, как на наживку, поймать рыбку поизящнее, или сразу продашь, чтобы время зря не терять?       — Катись уже! — мрачно буркнул в ответ собеседник. Не то, чтобы чужие слова так уж сильно задели его, но надо же подыграть этому адреналиновому вихрю перед — ха-ха! — игрой?       — Есть, сэр! — дурашливо отсалютовал Гарретт, а потом, подавшись вперёд, громко шепнул другу. — Да не расстраивайся ты так, может, с кем другим фильмы свои посмотришь.       — Угу, с кем, например? — криво усмехнулся тот. — Игона из лаборатории атомным взрывом не вытащишь, Жанин честно предложила мне «поменяться», типа, она охотно посмотрит хоть рекламу переработки детских подгузников, если я в это время все декларации заполню и отчёты подошью. Да потом ещё и пригрозила, что если из-за меня они с Игоном хоть на пятнадцать минут на «свидание» в ресторан опоздают, она меня собственноручно музейным бластером зажарит.       — Воу! У Игона свидание? — оживился колясочник.       — Да, — вернувшаяся из подсобки Кайли неторопливо протирала руки какой-то ветошью. — Только он об этом ещё не знает.       Миллер гаденько захихикал.       — Интересно, какой формальный предлог Жанин придумала на этот раз? — вяло, ни к кому конкретно не обращаясь, спросил Эд.       — Я всё слышу! — донёсся откуда-то сверху голос бессменной секретарши.       — Жанин, ты звала? — почти тут же, тоже криком отозвался Игон.       — Нет, всё нормально! Просто мысли вслух!       Закончив хихикать, ребята переглянулись и зашушукались уже на полтона ниже.       — Как думаете, под венец нашего гениального учёного тоже потащат без его ведома? — хитро подмигнул напарникам Гарретт.       — А как же личная подпись на документах? — скептически фыркнул латинос, складывая руки на груди. — Думаете, всё равно не заподозрит?       — Ну… — задумчиво протянула Гриффин. — Если сказать ему, что это документ для получения небольшого гранта на исследование эктоплазмы… Кстати! — она озорно стрельнула глазками в сторону Риверы. — И откуда у вас столь обширные познания в бракосочетательных процессах, а?       — Ой-ой-ой! — передразнил Эд, для большей схожести даже качнув бёдрами. — Можно подумать, только непосредственным участникам известны подобные великие тайны! Знаешь ли, имел возможность полюбоваться с безопасного расстояния за всеми деталями ещё на свадьбе брата. Мне вот интереснее, откуда у вас не менее обширная практика подсовывания левых документов нашему витающему в облаках шефу.       Вместо ответа Кайли мило залилась румянцем и с независимым видом отвернулась в сторону.       — О! — оживился Ривера. Он всем телом развернулся к девушке, сделал шаг в её сторону и даже чуть развёл руки, словно готовясь ловить напарницу, вздумай она убежать. Во взгляде проскользнуло что-то хищное. — Неужели, кто-то столь противозаконным образом закрывал свои прогулы на занятиях? И как, лопух не догадался?       — Э-гхэм… — раздалось вежливое покашливание из-за спины латиноса. — Я не стал бы…       От звуков чужого голоса Эдуардо подскочил как ужаленный, да ещё и прямо в прыжке развернулся на сто восемьдесят, чтобы увидеть Игона Спенглера собственной персоной.       –…столь опрометчиво называть собственного работодателя «лопухом».       — Эм… ну… — заюлил Эд.       — Он в фигуральном смысле, — промурлыкала Жанин, мёртвой хваткой вцепившаяся в руку учёного и едва ли не трущаяся головой о его свитер. — Пойдём, а то опять всё пропустим!       — Минуту, — мужчина привычным жестом поправил очки на переносице и, чуть нахмурившись, посмотрел на Кайли. — К твоему сведению, я читаю со скоростью до шестисот слов в минуту, а пропуск физкультуры и химии допускаю в основном из-за наличия аналогичных нагрузок и заданий во время рабочих выездов, — и, многозначительно блеснув линзами, направился вместе со своей спутницей к выходу.       Основательно придавленные чужим интеллектом, Эдуардо и Кайли синхронно потупились. И лишь гад-Миллер тихонько посмеивался над коллегами в кулачок.       Пожалуй, пристыженные ребята в кои-то веки действительно занялись бы на дежурстве рабочими делами, но тут из-за закрывающейся двери донёсся голос Игона.       — Ты уверена, что там имеет место быть регулярное отключение электричества с последующим самовозгоранием ряда пищевых ингредиентов?       — Ну конечно! — «возмущённо-честным» тоном отозвалась Жанин, мол, как тебе вообще могло прийти в голову, что я тебя обманываю.       — Хм… странно, что нас до сих пор так никто и не вызвал. Возможно, это некий аналог Короля Ракшасов, но тот для переработки еды в эктоэнергию использовал пищеварительные процессы людей, хотя… — пролетело сквозь щель, и дверь захлопнулась.       Тут уж рассмеялись все.       — Интересно, на какой минуте до него дойдёт, что «самовозгорание пищевых ингредиентов при выключенном свете» — это фирменное каре ягнёнка, подаваемое в виде горящего факела? — утирая слёзы, спросил Гарретт.       — Мне интереснее, попытается ли он ПКЭ-счётчик вытащить, когда тележку с блюдом в их сторону покатят, — борясь с расползающимися в улыбке губами, подхватила шутку Кайли.       — Или станет он опрашивать официантов, когда со слов Жанин выяснится, что «конкретно в этом случае, похоже, никакие потусторонние силы задействованы не были», — добил Ривера, и все вновь рассмеялись.