Не все из нас монстры

Он любил его так, как люди любят зло, потому что оно приводит их в восторг и заставляет трепетать их души. Энн Райс. «Царица Проклятых»

***

Пригород — идеальное место для такого, как я. Эти тихие улочки, будто погружённые в вечный покой. Домики, расположенные так близко друг к другу, с аккуратно постриженным газоном и яркими кустами цветов. И люди. Такие умиротворённые и счастливые. Я омерзителен для этого места. Помню как переехал сюда сотню лет назад, помню кипящую жизнь здешних мест. Вечерние посиделки соседей и друзей, постоянные мероприятия на каждый праздник в году. Все это так не подходило мне. Новые соседи тут явно пользовались спросом. Помню как в первый же день ко мне пришло около пяти семей. Одна из них была из того самого заветного дома, в котором поселилась моя слабость, моя уязвимость, моя загробная жизнь. Я жил здесь 274 года, 250 из них провёл в гордом одиночестве, но вот оставшиеся 24… Твои родители переехали сюда из-за тебя, считали, что для малыша такая атмосфера будет полезна. Ох уж эти новые способы воспитания детей. Они перебрались в бывший дом семьи Хьюстнов, который быстро стал пристанищем для мистера и миссис Айеро. В моей голове всегда всплывают моменты нашей с тобой первой встречи: ты был ещё младенцем, маленьким и хрупким. Таким беспомощным и беззащитным, что твоя мама, в буквальном смысле, сдувала с тебя пылинки. Годы шли и ты рос. Время стало для меня чём-то осязаемым. Я помню каждый Хэллоуин, когда твои родители водили тебя по дворам за конфетами. В два года они одели тебя в костюм котёнка, ненавижу котов, но ты был слишком милым. В пять лет твой наряд был более осмысленным — костюм супергероя. Именно тогда я подарил тебе комикс, твой первый комикс. Мне всегда нравилось думать о том, что именно благодаря мне ты начал их коллекционировать. Твой отец бросил вас, когда тебе было семь. Я видел разбитые глаза твоей матери и ее никчемные попытки заглушить боль крепким алкоголем. Это было странно, но я отвел тебя в первый класс. Совершенно чужой твоей семье человек, просто дружелюбный сосед, пришедший на помощь, когда она так нужна была. Она погибла. Твоя мать скончалась спустя три недели после твоего десятилетия. Возможно ты даже и не помнишь, что сам вызвал медиков, но ты точно навсегда запомнил ее похороны. Я тогда подошел к тебе, предложил купить мороженого, когда все это кончится, но твоя бабушка была против. Она всегда была против. Против всего. Когда ее грубые руки тащили тебя домой, ты упал. Рассек бровь. Было очень много крови для вас, для людей. Но даже такое маленькое ее количество для меня, утягивало сильнее чем галлоны бардовой жидкости тысячи человек. В моей голове всплывает тот скандал, за ночь перед днем всех святых. Я был там, видел как твоя бабушка снова назвала тебя тупоголовым, как снова отругала за все мелочи. А ты лишь тихо ушел в комнату. В свой пятнадцатый Хэллоуин ты не надел костюма, не пришел за конфетами, не ушел на школьные танцы. Ты уехал. Я помню как тогда подумал: сбежал ли ты? И вправду сбежал. Сбежал, оставив только записку, в которой корявым почерком были нарисованы завитки, напоминающие буквы. Твоя бабушка просто выбросила ее в мусорное ведро, а сама выставила дом на продажу. Никто не искал тебя, потому что не было того, кто мог найти. Я до сих пор не помню, почему был так зол. Почему перевернул все вверх ногами. Моя агрессия была опасна не только для окружающих, но и для меня самого. В моих силах тогда было сделать так, чтобы ваш дом оставался непроданным. Я столько людей там перепугал, но всегда знал, что делаю это не зря. Даже когда заставлял их сердца почти останавливаться от страха и босыми ногами бежать из этого жилья. Шесть. Ровно столько Хэллоуинов тебя не было. Ровно столько Хэллоуинов я смотрел в окно на опрятный, но такой пустой дом напротив. Ровно столько Хэллоуинов я ждал. Я хорошо помню тот день. Молодой парень в белой футболке и незастегнутой серой рубашке, переступая с ноги на ногу, стоял возле вашего дома. «Вряд ли захотите купить его» — сказал я. «А он и так мой» — ответил ты. Я всегда приглядывал за тобой, Фрэнки. Всегда был рядом. Теперь будь рядом и ты, пожалуйста.