Magic in the Air

Тэхен ненавидит своих друзей. Он никогда не был любителем острых ощущений, но когда Чимин предложил отправиться в поездку в Мир Диснея на последнем году обучения в университете, Тэхён просто согласился на это. В конце концов, в парках развлечений есть много других вещей, кроме американских горок и аттракционов с углом падения в 90°, верно? Верно. Зная Тэхена со средней школы, Чимин и Намджун просто пожали плечами, понимая, что он знает на что идет. По правде говоря, он не возражал быть назначенным держателем сумок и прочих аксессуаров, в то время как Чимин и Намджун совершали все более впечатляющие поездки без него. Ему следовало бы лучше подумать, чем ожидать такого терпения от своего лучшего друга. Помимо Эпкота, Hollywood Studios были известны значительно менее плотной загруженностью поездов, чем два других парка, и все же, когда Тэхен проиграл (очень, очень неудачно) пари Чимину во время обеда, он должен был подвергнуться любому наказанию, выбранному им. Ошибка номер один. Возможно, ошибкой номер один было согласиться отправиться в эту поездку. В течение часа после оглашения его смертного приговора он обнаружил, что в предчувствии уставился на Башню Ужаса, а Чимин и Намджун рядом с ним не предоставляли никакой эмоциональной поддержки, и он чувствовал себя преданным. Он ненавидит своих друзей, если теперь может называть их так. Чимин хлопает его по плечу с намеком на добрые намерения: — Могло быть и хуже. Тэхену удается оторваться от Башни достаточно надолго, чтобы убить того взглядом: — Ты говоришь так, как будто ты не тот, кто заставляет меня делать это. — Я такого не говорил, — нахмурился Чимин, повернувшись лицом к брюнету. — The Rockin’ Rollercoaster находится буквально в сотне футов, если ты предпочитаешь разогнаться от нуля до шестидесяти менее чем за три секунды. Тэхен просто сглатывает, поворачиваясь лицом к длинной очереди людей перед ним. — Разве это справедливо? — скулит он, хотя и знает, что это спорный вопрос. — Тэ, Намджун-хен и я трижды ездили на этом буквально утром. Что может пойти не так? — очевидно, обращение к сострадательной стороне Чимина ни к чему не привело. Вместо этого Тэхен поворачивается к Намджуну: глаза большие и умоляющие, а нижняя губа выпячена и надута, чтобы положить конец всем страданиям. Отлично. Невозможно. Он уже может видеть, что решимость старшего падает. Намджун избавляется от наваждения, когда Чимин слегка шлепает его по затылку. — Эй, ничего из этого нельзя брать с собой! Тэхен просто раздраженно вздыхает и снимает свою сумку, чтобы отдать ее Чимину, проветривая потную на спине футболку, как только его руки освобождаются. — Просто сходи и ополосни лицо в туалете, — ворчит он, прежде чем добавить. — Я не хочу, чтобы ты так смотрел на меня. Чимин просто закатывает глаза и хватает Намджуна за руку, таща его в направлении ближайшего магазинчика. Намджун отворачивается, чтобы избавить Тэхена от сочувствующего и (почти) извиняющегося взгляда через плечо. Как только его друзья исчезают из виду, он снова оказывается лицом к лицу с этой поездкой и вздрагивает, услышав восторженные крики, раздающиеся над ним, трясясь от страха от осознания того, что это очень скоро станет его последней поездкой. — Эй, ты в порядке? — Тэхён подпрыгивает, не заметив присутствия кого-то позади себя в очереди. Он поворачивается лицом к незнакомцу и встречается с (прекрасным, посланным ему небесами) парнем, который выглядит примерно на его возраст. — Я… — Тэхён делает паузу. Он в порядке? Будет ли он когда-нибудь в порядке после этого? Ему может понадобиться терапия после того, как он переживет такой уровень стресса. Может быть, кардиолог. Он быстро приходит в себя и слегка кивает. — Да, у меня все хорошо. Думаю, просто немного нервничаю. Все идет по маслу. Незнакомец просто улыбается ему, он милый, такой красивый. — Да, я понял, — и Тэхён почти издает выдох облегчения прямо здесь, потому что судьба, возможно, вынудила Чимина суметь докинуть обертку в мусорку в нескольких футах от него и выиграть спор, возможно, подарила ему немного хренового лучшего друга, который запихнул его в эту смертельную ловушку в результате вышеупомянутого неповиновения бумажки физике, но она также подарила ему такого же доброго, столь же испуганного незнакомца, чтобы сопроводить его в могилу, которую он скоро встретит. — Твои друзья тоже оставили тебя? — с надеждой спрашивает Тэхён. Мужчина поправляет ободок Микки Мауса на голове и выглядит застенчивым, когда отвечает: — Скорее я их оставил. Это мой любимый аттракцион в Hollywood Studios, но никто из них не готов поехать со мной: боятся. Тэхен смотрит туда, куда движется взгляд парня, и видит трех других людей, сидящих на бордюре, болтающих между собой, и бледнеет. Два предательства за один день. Совершенно замечательно. Мало того, что он будет кричать, как гребаный ребенок в этом аду, в котором находятся реальные дети, он будет делать это, сидя рядом с этим очень красивым и, очевидно, смелым человеком, которого он только что встретил. По крайней мере, теперь Тэхену не придется беспокоиться о том, что он увидит его снова. Судьба действительно жестокая и беспощадная шлюха. Прекрасный ангелочек вытягивает его из задумчивости, протягивая руку перед собой. — Я Чонгук, кстати. Тэхен на мгновение смотрит на него безучастно, прежде чем протянуть руку, чтобы обхватить его собственной потной ладонью: — Тэхен.

______________________________________________

Тэхен постигает правду о том, что ожидание — это худшая часть. Он стоит в очереди уже сорок пять минут, продвинувшись лишь на пять шагов. С каждой секундой Тэхен чувствует нарастающее волнение в животе и обнаруживает, что борется с каждым побуждением просто убежать. Он продолжает проверять свой телефон на предмет сообщений от Чимина или Намджуна, только чтобы увидеть экран блокировки без каких-либо уведомлений. Предатели. По крайней мере, у него есть Чонгук. Милый, милый Чонгуки, которого он знает всего тридцать минут, но Тэхён уверен, что хотя бы он его не покинет. За короткое время, проведенное вместе, Тэхён узнал, что Чонгук – произведение искусства, которое работает неполный рабочий день в качестве спасателя, имеет старшего брата по имени Чонхен и фанатеет от Overwatch. Это действительно восхитительно, когда лицо младшего загорается, когда тот узнает, что Тэхен разделяет его любовь к вышеупомянутому. Он почти достаточно очарователен, чтобы забыть о том, что их ожидает в начале этой очереди. Почти. Чонгук уверяет его, что ожидание поездки, пусть и долгое, совсем не будет ощущаться. Тэхен просто смотрит на грозное здание и надеется, что он прав.

______________________________________________

— Любимая принцесса? — Рапунцель, — без колебаний отвечает Тэхён. Легко, второго варианта просто не дано. Чонгук смотрит на него с легким неодобрением. Тэхен хмурится. — Что? Кажется, будто он пытается сохранить свое лицо нейтральным, прежде чем поясняет: — Не пойми меня неправильно, Рапунцель великолепная. Невероятная. Задиристая, — он делает паузу, чтобы его слова усвоились. — Но как она может быть твоей любимицей, когда есть Мерида? Озадаченный Тэхен моргает дважды. — Мерида даже не принцесса Диснея! Она из Пиксар! Чонгук выглядит абсолютно обиженным. — Пиксар принадлежит Диснею. — Это не значит, что это одно и то же! Если ты не заметил, это Мир Диснея, мудак! — восклицает Тэхён, раздраженно указывая на их окружение. — Парк по «Истории Игрушек» буквально находится в Hollywood Studios. — Это делает Вуди и Базза тоже принцессами Дисней? — спрашивает Тэхён, совершенно не собираясь позволять младшему ответить. Он с триумфом скрещивает руки на груди. — Да, я так не думаю. Они на мгновение стоят, просто уставившись друг на друга, прежде чем рассыпаться в смехе. Спустя тридцать секунд Тэхен выпрямляется из согнувшегося положения и вытирает влагу с шеи, внезапно очень посерьезнев. — Нет, серьезно, ты же пошутил про Мериду?

______________________________________________

Примерно через час Тэхен пытается позвонить Чимину, только чтобы его переправили на голосовую почту. — Этот мелкий… — ворчит он, прежде чем остановить себя, услышав тон своего сообщения. Он сбрасывает звонок, прежде чем получает возможность оставить сообщение, сунув свой мобильный телефон обратно в карман шорт. — Все в порядке? — спрашивает Чонгук, обеспокоенно вскидывая брови. Тэхен вздыхает. — Я просто пытался позвонить своему другу, чтобы дать ему знать, что я все еще в очереди, — после чего он корчит лицо. — Но он, должно быть, очень занят. Чонгук, кажется, завоевывает его расположение, просто освещая улыбкой его путь. — Ничто так не подчеркивает опыт Диснея, как минет в общественном туалете, да? Тэхен внимательно следит за Чонгуком и не может решить, шутит тот или нет.

______________________________________________

Ко второму часу они наконец-то добираются до Башни. Тэхен стонет, когда он видит искривленную очередь, изгибающуюся по периметру помещения, в которое они только что вошли. — Ты шутишь, что ли? Снова ждать? — После этого нужно пойти еще пару комнат, — это все, что говорит Чонгук, когда Тэхен издает еще один раздраженный стон, Чонгук просто изгибает бровь. — Ты пришел в Мир Диснея, не желая стоять в очереди? Тэхен чувствует, что его щеки краснеют, и бормочет: — Я просто хочу уже покончить с этим. Чонгук открывает рот, чтобы ответить, но его прерывает звон телефона Тэхена. Брюнет агрессивно вытаскивает его и нажимает «ответить». — Пак Чимин, тебе лучше найти чертово оправдание на то, почему ты проигнорировал мой звонок. Тэхен слышит широкую ухмылку в голосе своего друга, когда тот отвечает: — А ты действительно хочешь знать? — Это не смешно, Чимин, — предупреждает он, бросая взгляд на Чонгука, который сейчас идет вдоль стены, любуясь украшениями. — Ты отправляешь меня в эту поездку, как какое-то сраное наказание за то, что я не поверил, что ты можешь добросить обертку от еды в мусорное ведро задом наперед с расстояния в десять футов, и наказание это заключается в том, чтобы оставить меня в самой длинной очереди в мире, ведущей в самую страшную смертельной ловушку в мире, а затем не отвечаешь на мой звонок в пользу… Чимин спешит его перебить. — Тебе бы стало легче, Тэ? Похоже, у тебя все хорошо, если твой горячий собеседник, о котором ты писал, является каким-либо показателем, — уши Тэхена становятся красными, и он снова смотрит на Чонгука, чтобы убедиться, что он не подслушал их разговор. — Слушай, я не собираюсь заставлять тебя ехать на этом аттракционе, — сказал он Тэхену, в чьих глазах отразилось облегчение, — но ты действительно позволишь своим страхам остановить тебя? Отстанешь от этого парня? Это же самое счастливое место на Земле, самое волшебное, ну и прочее и прочее. Наслаждаешься собой, да? С этим словами Чимин вешает трубку. Тэхен знает, что он мог бы уйти, если бы он действительно хотел. Никто не держит пистолет приставленным к его голове, но он знает, что Чимин и Намджун, несомненно, предоставят ему неприятности. Также он понимает, что если оставит Чонгука здесь, то позволит страху снова избавить его от еще одного захватывающего опыта. Тэхен чувствует прилив храбрости, и его решимость укрепляется. Но что, если эта поездка убьет его? Он умрет от страха, рядом с самым красивым человеком, который когда-либо ходил по Земле. Чимин, кстати, упомянул что-то о магии. Тэхен пристально смотрит на профиль Чонгука, когда они переходят в следующую комнату. Действительно магия.

______________________________________________

Примерно во время третьего часа ожидания Тэхен отчаянно желает понять, как он вообще смог набраться столько непоколебимой смелости два помещения назад. Теперь он и Чонгук стоят плечом к плечу в последнем отрезке очереди, наблюдая за тем, как двери «лифта» открываются и закрываются, периодически позволяя людям входить и выходить. Тэхен наблюдает не моргающим взглядом, с тревогой качаясь на каблуках. Чонгук смотрит на него. — Ух ты, — говорит он, но в его голосе нет осуждения, он не дразнит. — Ты действительно нервничаешь, да? Тэхен не поворачивается к нему, просто обхватывает себя руками вокруг тела. — Я знаю, что это глупо. Аттракцион безопасный, мы не умрем, я знаю это. Но... я не знаю. Полагаю, я не знаю, почему мне страшно, — признается он, слабо пожав плечами. — Да, хорошо, я думаю, что перспектива запуска в воздух на сто пятьдесят футов заставляет тебя чувствовать себя так, — шутит Чонгук. Тэхен не находит это смешным. — Ты можешь уйти, если хочешь, — Тэхён вздрагивает, поворачиваясь лицом к младшему, когда они приближаются к началу очереди. Если бы не мягкий тон его голоса, Тэхён не уверен, что вообще заметил бы, что Чонгук говорил. — Тот факт, что ты собираешься вообще ехать, сам по себе делает тебя невероятно смелым, — глаза Тэхёна сканируют лицо Чонгука на предмет насмешки или осуждения, но находят только искреннюю заботу. Ворота открываются перед ними, и внезапно они оказываются на другой стороне, размещаясь на цветных цифрах перед дверями лифта. Тэхен качает головой, прежде чем понимает, что уже не может передумать, и он чувствует, как Чонгук сжимает теплыми пальцами его собственные. Он стискивает руку Чонгука, когда поворачивается лицом вперед. Вдох. Выдох. Он сможет сделать это. По крайней мере, это то, что он говорит себе, пока не оказывается на одном из передних мест аттракциона… Чонгук отпускает его руку достаточно надолго, чтобы надежно пристегнуть себя, и Тэхён делает то же самое, стараясь изо всех сил не дышать три раза в секунду. Как только планка щелкает по его коленям, он снова тянется к руке Чонгука, напрягается, когда перед ними закрываются двери, и они остаются в темноте. Тэхен прячет лицо в плечо парня, и это длится так долго, что он чувствует смущение из-за своей трусости. — Эй, эй, — шепчет Чонгук, и Тэхён дрожит от ощущения дыхания на своем ухе. — Лифт просто собирается подняться на нужный уровень, окей? Ничего сумасшедшего. Тэхен благодарно кивает, открывая глаза, но опираясь головой в твердое плечо Чонгука. Конечно же, они медленно поднимаются на второй уровень, и двери распахиваются, открывая их взору большое помещение. — Это не так уж и плохо, — нерешительно признается Тэхен, когда они продвигаются вперед по трассе. Он поднимает голову, чтобы взглянуть на младшего, который выглядит ошеломляюще в свете рассеянного освещения, а темные глаза сверкают, отражая свет. Чонгук откидывается, чтобы прошептать: — Теперь она везет нас к фасаду здания, чтобы мы могли подняться выше. Тэхен зарывает голову в тепло соединения шеи и плеч Чонгука, надежно обхватив руками его левый бицепс. — Хэй, — говорит Чонгук, нежный и терпеливый, как и все это время. — Эй, посмотри на меня, — Тэхен просто поднимает голову, чтобы посмотреть на приближающий его к смерти просвет. Когда он видит, как двери начинают открываться, он чувствует руку на своей щеке, и вдруг их лица оказываются на расстоянии всего лишь нескольких сантиметров. Тэхен вздрагивает, чувствуя, как лифт встал на месте, и Чонгук пользуется этой возможностью, чтобы сократить расстояние между ними. Поцелуй легкий и полный поддержки. Губы Чонгука, безусловно, такие же мягкие, какими они и выглядят, даже если они потрескались от мягкой летней жары. Это длится так же кратко, как можно было бы ожидать от поцелуя между двумя друзьями, которые встретились только три часа назад, и потому, что Тэхён чувствует, как двери за ними закрываются, после чего он вынужден отодвинуться, когда их буквально расцепляет, поднимая вверх и резко отправляя в свободное падение, под пугающие крики Тэхена, заглушающие смех Чонгука. Он чувствует невесомость и невероятную тяжесть одновременно, и его живот переворачивается от давления, когда они снова движутся вверх. Тэхен по-прежнему крепко держится за руку Чонгука и зажмуривает глаза. Увидев свет, он открывает их, глупо полагая и надеясь, что их поездка подошла к концу. Чего он не ожидает увидеть, так это панорамы всего парка, открывшуюся перед ними, и он чувствует, взгляд Чонгука на его удивленном лице, поворачиваясь к нему. Щеки Чонгука окрашены в розовый цвет адреналином, а его радостная улыбка красивее, чем вид перед ними. Тэхен почти уступает каждому его стремлению сократить разрыв между ними и снова поцеловать. Прежде чем он может развить эту идею, момент уходит, и они снова падают. Когда они останавливаются (наконец, черт, наконец), Тэхен отпускает свою смертельную хватку с руки Чонгука и полностью садится на свое место. Двери открываются, и Чонгук поворачивается к нему с этой ослепительной улыбкой. — Это было не так плохо, не так ли? Тэхен дуется, краснеет и смотрит в сторону. Он следует за Чонгуком, и эта проклятая поездка действительно, должно быть, унесла его в другое измерение, потому что когда он поднимает взгляд, Чонгук стоит там, протянув руку, чтобы помочь ему сойти с трассы. Чертов принц Диснея или что-то в этом роде. Тэхен берется за предложенную руку, и, когда они выбираются из лифта, Чонгук просто регулирует свою хватку так, что их пальцы переплетаются. Когда они выходят из здания, их соединенные руки раскачиваются между ними. Тэхен толкает дверь и встречает летнюю жару и ослепительный дневной свет — резкий контраст со свежей поездкой и темнотой. Когда его глаза приспосабливаются к внезапной яркости, он замечает Намджуна и Чимина, сидящих вместе на скамейке на другой стороне асфальтированной дороги и делящих мороженое. Тэхен дергает Чонгука за руку, этим движением призывая следовать за ним. — Я хочу, чтобы ты встретился с моими друзьями. Когда они приближаются, Чимин замечает их руки и с любопытством поднимает брови на вид Тэхен. — Кто это у нас тут? — спрашивает он с появляющейся улыбкой на губах. — Это, — говорит Тэхён с лучезарной улыбкой, — это Чонгуки. Я встретил его в очереди, и нет, я не скажу вам спасибо, ребята, — Чонгук машет рукой сидящей парочке. — Эй! — возмущенно восклицает Чимин. — Я думаю, что ты имеешь в виду, что очень-очень благодарен нам. Мы те, кто заставил тебя отправиться в эту поездку. Похоже, все сошлось довольно неплохо для вас обоих, — заканчивает он, показывая, на их ладони, все еще соединенные между собой. Кажется, они вспоминают, где находятся, одновременно расцепляя руки и яростно краснея. Тэхен вытирает потную ладонь о переднюю часть шорт и игнорирует зуд в пальцах от желания снова протянуть руку и зажать ладонь Чонгука в его собственной. — Я должен... вероятно, вернуться к своим друзьям, — неловко говорит Чонгук, избегая зрительного контакта, когда отступает назад. Тэхен выдыхает маленькое «о», игнорируя разочарование, поселяющееся глубоко в его желудке, когда он наблюдает, как Чонгук движется туда, где собрались его друзья. Намджун просто приятно улыбается. — Хорошо провел время? Он поворачивается к нему лицом: — Да, на самом деле. Это было... не так плохо, как я думал. Его лицо краснеет от воспоминаний о том, как губы Чонгука двигаются напротив его собственных, о том, как его сердце быстро стучит в груди, и улыбается. Он сразу же выбрасывает эти мысли из головы. — Готов идти? — спрашивает он вместо этого, вытаскивая карту, торчащую из сумки Чимина. Он разворачивает ее, и его друзья идут впереди, отдав ему вещи. Он поворачивается, чтобы переориентироваться по карте. — Тэхен! Его голова поднимается, и он видит, как бегом к нему движется ни кто иной, как Чонгук… Тэхен улыбается почти с облегчением. — Уже соскучился по мне… Он резко прерван Чонгуком, обхватившим его щеки и поцеловавшим его с впечатляющей грацией и заботой, учитывая силу, с которой они столкнулись. Тэхен позволяет карте упасть на тротуар, когда обнимает шею Чонгука, запуская руку в его растрепанные ветром волосы. Тэхен отдаленно замечает, как Чонгук кладет маленький кусочек бумаги в карман его шорт, когда они отстраняются. — Давай встретимся снова? Тэхен просто молча кивает, когда младший поворачивается на каблуках, чтобы уйти. Он возвращается туда, где его друзья смотрят на него с открытыми ртами, ошеломленно стоя в тишине. Тэхен знает, что это продлилось недолго, уже ожидая, множество вопросов, которые Чимин будет задавать ему на пути к следующей горке. На этот раз он смотрит на отступающую фигуру Чонгука с совершенно другим чувством. Да, действительно магия.