Ночь красной луны

Тсуна давно понял, что из этой поездки не выйдет ничего хорошего. Ему с лихвой хватило прошлогодней, где его сонного Мукуро сцапал в лесу и чуть не изнасиловал у ближайшего дерева. Ситуацию разрешил вовремя подоспевший Гокудера, который спасался от Ямамото – желания бейсболиста явно мало чем отличались от желаний президента совета, потому что Хаято пришел в ярость. Тогда студенты имели счастье два полных дня лицезреть дражайшего мистера аля «секс-символ мира всего» с шикарнейшим цветущим фингалом, ибо тональник с собой в лес никто взять не удосужился. Вот и в этот раз Тсуна предчувствовал нечто такое, только в этот раз кандидатов на его зад было на порядок больше. - Тсуна, хватит мечтать! Затаскивай свою задницу в автобус! – уже и Гокудера туда же. Пожалел бы его, что ли, а то только и делает, что строит их с Ямамото, как заботливая мамашка. - Да-да, - Тсуна покорно забирается в автобус, на ходу стаскивая с плеч тяжелый дорожный рюкзак. Места остались только в конце автобуса, куда и двинулся нетерпеливый Гокудера, за руку таща шатена. Савада не сопротивлялся, тихо радуясь, что не будет сидеть впереди. Там вольготно расположился ненавистный Кидо – сенсей и его любимчики – Тсуну бы сожрали без хлеба, и никакой Гокудера ему не помог бы. - Тсунаеши! Со мной рядом есть место! – хитро улыбаясь и приветливо помахивая ручкой, пропел Мукуро. - Да ни за что! Я лучше в проходе посижу, - прошипел сквозь плотно стиснутые зубы шатен. - Ну Кёеея, - послышалось знакомое нытье на соседнем от явно расстроенного отказом президента сиденье. - Конь, нет, я сказал. Сваливай, - Тсуна тихо хихикнул, поражаясь стальным нервам этого отмороженного красавца по имени Хибари Кёя. Дино состроил такие глазки, что даже у самого бесчувственного должно было оттаять сердце. - Кёя, ну пожалуйста, - продолжает скулить на ухо брюнету Каваллоне. – Я не хочу сидеть один-одинешенек! - Конь, а я спать хочу, - фыркнул Хибари, отворачиваясь к окну и прикрывая глаза. - Дино – сан, - Тсуна с широкой улыбкой позвал тут же повернувшегося к нему блондина. – Там есть еще одно свободное двойное сиденье. Чего вы его уламываете? Можем сесть вместе. - А я, пожалуй, соглашусь, - Дино солнечно улыбнулся, поднимаясь на ноги и проходя вслед за Тсуной на свободное место. Их проводили недовольным взглядом и тихим нутряным рычанием. Каваллоне прям пятой точкой чувствовал, что огребет от Хибари по полной программе, но устоять перед соблазном было выше его сил. К тому же было очень интересно, насколько сильно брюнет заинтересовался парнишкой. - Дино - сан, закиньте и мою сумку тоже, - шатен замечает, что блондин перетаскивает на багажной полке свой рюкзак поближе к их сиденью, и мило улыбается. - Пожалуйста. - Без проблем, Тсуна, - Дино перехватывает доверенный ему рюкзак и замахивается им на багажную полку, некстати вспоминая, что раньше это делал Хибари. Отвлеченная мысль способствовала пробуждению врожденной неуклюжести - рюкзак, закинутый лишь на одну треть, начал опасно крениться обратно и непременно звезданулся бы прямо на блондинистую макушку, но его ловким движением закинули и запихнули подальше, чтобы при резком торможении или повороте рюкзак не свалился. Дино печально вздохнул, опускаясь на свое место, а Тсуна пораженно моргал. Он не успел уловить момент, когда Хибари поднялся с места и его пальцы коснулись плащевой ткани рюкзака. Шатен понял, что брюнет стоит на ногах, когда тот уже запихнул несчастное битком забитое существо и садился обратно, снова обращая свой холодный взор в окно. - Что за нечеловеческая скорость? - тихо пробормотал Савада, помотав головой в ответ на вопросительный взгляд Дино. Всю дорогу они беспечно проболтали, игнорируя любые факторы извне, то бишь недовольное сопение Мукуро. Хибари же, явно и открыто наплевав на парочку, мирно спал, тоже игнорируя вторжение в свое личное пространство. Вообще Кёя казался Тсуне странным, и он расспрашивал Дино в основном о брюнете. Тот охотно делился с ближним своими переживаниями, что Хибари его и за человека-то не считает, окрестив Конем и намертво прицепившись к этому прозвищу. Также Тсуна узнал, что брюнет был первой любовью Дино - уж больно трепетно рассказывал Каваллоне про спящего сейчас парня. - Но ты не подумай, Тсуна, - почти тут же сказал блондин. - Я его давно разлюбил. То чувство, наверное, даже любовью и не было, так, привязанность. Вообще очень сложно любить такого самовлюбленного эгоиста, как Кёя. Он замечает только то, что хочет видеть, остальное ему по боку. И он совершенно не умеет любить. Тсуна никак не отреагировал, но мысленно поставил галочки: держаться от Хибари Кёи еще дальше, чем планировалось изначально. С ледяными принцами он не готов иметь что-либо общее. Со слов Дино вообще рисовался такой неплохой портрет чудовища. Ну, или маньяка-социопата. Что-то из двух. - Тсуна, опять замечтался? - Гокудера мрачно смотрит на приятеля. Шатен пискнул и пихнул в бок задремавшего к концу поездки Дино. Блондин пробормотал какую-то сонную ахинею, сладко причмокнул и подложил руки под голову. Тсуна буквально слышал, как внутри Хаято все вскипает: блондин свирепо скрипнул зубами и отвесил Каваллоне щедрый подзатыльник. - Я сказал, подъем! - рыкнул Гокудера. - Приехали уже, лошадка, - более спокойно пояснил пепельноволосый, встретившись с карими глазами хнычущего Дино - тот считал себя несправедливо обиженным и дул губы, потирая макушку. - Давайте выбирайтесь. Кидо - сенсей ждать долго не будет, особенно тебя, Тсуна. - Понял я, сейчас иду, - Тсуна неохотно выбирается, чуть не рухнув на секунду переставшего дышать Дино, и приподнимается на носочки, силясь хоть носом дотянуться до багажной полки. - Помочь, зверек? - Савада подпрыгивает от неожиданности и краснеет, смутившись от близости столь яростно обсуждаемого ранее объекта. Не дай боже, если Хибари слышал хоть крупицу их разговора - подумает еще, что Тсуна в него влюбился, а Дино сильно достанется за распускание языка. - Если тебе не сложно, - робко кивает он, потупив взгляд и в сотый раз проклиная свой маленький рост. Брюнет тихо хмыкнул и быстро стащил с полки многострадальный рюкзак, отдавая его владельцу. - Надеюсь, ты там мечтал обо мне, - щеки вновь обжигает румянец. Он слишком близко. Тсуна отчаянно цепляется за ручку рюкзака, не в силах пошевелиться. По непонятной причине тело словно одеревенело, что-то внутри него сворачивается уютным клубком, признавая Хибари хозяином и тихо млея от сильной тяжелой руки на поясе и горячего дыхания на шее. Тсуна приходит в себя, только лишь тогда, когда Хибари отходит от него, как ни в чем не бывало направляясь к выходу и даже не обернувшись. Юноша машинально идет следом, сохраняя приличное расстояние и не замечая сосредоточенного теплого шоколадного взгляда. В отличие от порядком прифигевшего шатена, Каваллоне прекрасно заметил, как жадно Кёя вдыхал его запах, практически зарываясь носом в встрепанные каштановые волосы и быстро, едва уловимо облизываясь. Да уж, добыча очень вкусная, отрицать это невозможно, но блондин прямо видит, как безупречная маска сдержанности и равнодушия на лице брюнета трещит по швам, замещаясь желанием поскорее получить свою добычу. Если зверь в Хибари пробудится раньше, чем он сможет одуматься и потерять интерес к мальчишке, то не поздоровится всем. А этого допускать нельзя. Уж Дино-то знает. *** - Тупое создание, кто так колья-то вбивает?! Положи молоток на место и не позорься! - Бейсбольный придурок, пошевели своей одинокой извилиной! Это кол, а не бита! Используй его по назначению или я тебя сейчас на него посажу! Примерно в таком духе проходило обустройство лагеря на большой опушке леса. Как они добрались до этой плеши дьявола, Тсуна помнил смутно, на пару с Дино спотыкаясь о каждый корешок и проделав носом не одну борозду во влажной, пахнущей хвоей земле. За ними можно было что-нибудь сеять, вот честно. - Савада, ты знаешь, что с этим делать? - чисто из врожденной вежливости поинтересовался Хибари, минут пять наблюдая за рассеянно вертящим кол юношей. - Если нет, то положи на землю и не мешай мне. - Но Хибари... Будет нечестно, если только ты будешь ставить палатку, - Тсуну это все жутко смущало, и идея совместного проживания с ледяным принцем его по-прежнему не впечатляла, но совесть тоже надо иметь. Даже Мукуро, которому поручили заботу обо всех организационных вопросах, вручив в подмогу двух старост, и тот периодически подбегал к воюющему с кольями Каваллоне. - Если хочешь помочь, то расправь это безобразие, - брюнет ткнул зажатым в руке колом на смятую палатку темного синего цвета. - Узнаю, кто ее так сложил - забью до смерти. Тут не разберешься, где край, где середина. - Хорошо, - шатен счастливо улыбался, принявшись за работу. Ему нужно было занять руки, а складывание палатки в надлежащий вид позволяло еще и за "напарником" наблюдать. Тут Тсуна снова впал в ступор: Хибари решительно проталкивал колья в податливую землю без использования каких-либо подручных средств. Со всех сторон слышались методичные постукивания молотками и ругань сквозь зубы, а этот просто втолкнул колышки в землю, слегка прихлопнув ладонью и все. Тсуна не удержался и подошел ближе, ради эксперимента подергав ближайший к нему колышек. Ага, похоже, вытащить эти штуки сможет только сам Хибари, потому что с первого взгляда вбито на смерть. - Ты сделал, что я просил? - Кея потянулся и расстегнул верхние пуговицы рубашки, обнажая выпирающие ключицы. Поймав себя на том, что безбожно пялится на брюнета, Тсуна поспешно закивал. - Я ее расправил, но так и не понял, зачем нам колья. Это же сборная палатка, - юноша указал на валяющуюся рядом схему сбора. - Чтоб не удуло при первом же ветре, - Хибари деловито осмотрел разложенные прутики и скомандовал: - Держи с той стороны, будем собирать. Спустя пятнадцать минут сбора Тсуна подумал, что один в жизни не собрал бы эту штуковину, уж больно хитроумным было переплетение тонких металлических прутиков. Когда же палатка была собрана и установлена на нужное место, Хибари на примере одного колышка показал, как привязывать палатку, и дальше целиком и полностью наслаждался лицезрением чужой работы. Во-первых, разлегшийся на траве и пыхтящий Тсунаеши; во-вторых, кроющий на все лады бедного Коня Мукуро; в-третьих, еще с десяток невезучих личностей, и кольев-то толком не вбивших. Что взять с травоядных. - Хибари, помоги Дино - сану, - неожиданно попросил Тсуна, твердо посмотрев в сощуренные серо-голубые глаза. - А то Мукуро его доконает. - Поцелуй меня, - усмехнулся брюнет, с наслаждением отмечая расширяющиеся зрачки в карамельных глазах. - Тогда я ему помогу. - Это шантаж! - возмутился Савада, отворачиваясь и пряча румянец. - Именно, - Хибари было интересно. Но мальчишка явно не собирался радовать его прикосновением своих губ, потому что снова улегся на живот и принялся увлеченно закручивать веревку вокруг последнего столбика. Хмыкнув, Кея присел рядом на корточки и медленно, осторожно просчитывая каждое движение, коснулся губами мгновенно заалевшей щеки шатена. Тсуна отпрянул, с испугом уставившись на поднявшегося брюнета. Хибари беспечно подтянул узкие брюки и направился на спасение своего ученика от свирепствующего Мукуро. *** - Сегодня вы предоставлены сами себе, - начал говорить Кидо – сенсей, когда палатки были установлены, а великовозрастные «ребятишки» усажены вокруг импровизированного на скорую руку костра и накормлены. Даже самые громкие предпочли самостоятельно заткнуться, едва заслышали голос преподавателя. Пока старик вел себя мирно, лучше не нарываться и не будить в нем зверя. – Можете мотаться по лесу сколько угодно, хоть на всю ночь упритесь, но только помните – в десять вечера официальный отбой. К палаткам я вас не привязываю. Если вас сожрут в лесу – сами виноваты. - Вы как всегда добры, - не удержался от ехидного мурлыканья Мукуро. Кидо мрачно уставился на своего самого нелюбимого ученика и продолжил: - Рокудо, если тебя слопают первым, я лично тебя похороню. - Спасибо, обойдусь и без такой чести, - помахал рукой президент. – Да и кто нас тут съест? От стоявшей тут ругани даже птицы разлетелись. - Волкам без разницы, - загробным голосом протянул учитель. Мукуро громко рассмеялся. - Кидо – сенсей, очень вас прошу, не портите отдых своими рассказами про оборотней. В зубах уже завязло, - парень поднялся на ноги, стащив у Дино с прутика остывающую печеную картофелину, и отправился в лес, насвистывая легкомысленную мелодию себе под нос. Тсуна его прекрасно понимал, да и многие сидящие здесь молчаливо согласились с президентом – порядком раздражают постоянные толки на одну и ту же тему. Только вот не все обладали достаточной смелостью, чтобы так открыто об этом говорить. Всего-то два человека на весь институт: Рокудо Мукуро и Савада Тсунаеши. - Советую сходить на озеро, но не купаться, - закрыв глаза на выходку студента, продолжил преподаватель. – Завтра все вместе пойдем. - А где это озеро? – тут же оживились бойкие второкурсники. - Сами ищите, - фыркнул мужчина, попивая водичку из бутылки. На него тут же накинусь студенты с воплями и требованиями немедленно подробно расписать путь до озера, но Кидо только отмахивался. Тсуна устало закатил глаза, уткнувшись лбом в плечо Гокудеры. До вечера надо просто дожить. *** - Хибари, я не помеша… Хибари? – Тсуна заполз в палатку, но своего вынужденного соседа не обнаружил, хотя был уверен, что общество сокурсников тот покинул еще давно. – Ой, ну и хорошо, одному спокойнее будет, - шатен резво раскрутил выданный футон и улегся, устраиваясь поудобнее. За день он вымотался, так еще и Гокудера потащил его и Ямамото в лес, исследовать окрестности. Блондину очень хотелось найти озеро, но поиски не увенчались успехом, потому что парни нашли куст каких-то съедобных ягод и слишком увлеклись их поеданием. За что получили подзатыльники и беспорядочный поток ругани из-за потраченного в пустую времени. Гокудера явно не хотел оставаться в лесу после захода солнца, поэтому он резво развернул парней и буквально выпихнул их в лагерь, игнорируя скулеж и подколы. И вот теперь Тсуна сполна почувствовал усталость, тело приятно заломило, а ноздри щекотал свежий запах леса. Что еще нужно для счастья? Вокруг тишина, спокойствие… Шатен резко распахнул глаза и сел на футоне, оглядываясь. На дисплее наручных часов одиннадцать ночи, а Хибари не вернулся. До Тсуны с ужасом доходит, что один в палатке он не уснет. По телу пробегает дрожь, он ерзает и опасливо оглядывается по сторонам. К Гокудере с Ямамото бежать очень не хочется, а то помешает еще. Выход оставался только один – идти искать Хибари. Неохотно выползая из палатки, Тсуна проклинал все на свете, потому что показывать так откровенно свою слабость не хотелось, тем более этому ледяному принцу. Чувствовалось, что потом ему это аукнется, но оставаться одному в палатке было еще страшнее. Откуда у него вообще возникла такая фобия, Савада и сам диву давался. Лесная атмосфера, что ли, так действует?.. На свежем воздухе стало немного легче, но страх непонятного одиночества все еще остался. Прохладный воздух приятно остужал тело, продувая забитые всяким хламом мозги. Под ногами тихо шуршала опавшая редкая листва, Тсуна ступал крайне осторожно, чтобы не оступиться, да и про змей он помнил. Мало ли какая гадюка на свой страх и риск заползет в их лагерь. Вокруг так хорошо и мирно, что впору начинать бить панику, потому что все слишком спокойно. Как будто натянута невидимая перепонка, отделяющая весь шум внешнего мира и создающая вакуум. Шатен забирается все дальше в лес, туда, где они с Гокудерой не были. Изредка на стволах деревьев мелькают зеленоватые огоньки светлячков, трещат невидимые в темноте насекомые. Тсуна вздрагивает, когда до слуха доносится отголосок чьего-то тихого вскрика. Он напряженно замирает, прислушиваясь и пытаясь понять, где находится источник звука. Теперь Тсунаеши старается передвигаться еще бесшумнее, придерживаясь руками за стволы деревьев и медленно переставляя ноги в светлых кроссовках. Пройдя еще метров тридцать, Тсуна пробирается сквозь густой колючий кустарник и пораженно застывает на месте. Его взгляду открылась освещенный лунным светом берег кристально чистого лесного озера. Наверняка того самого, о котором говорил Кидо – сенсей. Ровная лунная дорожка стелется по темной водной глади, белоснежные, отражающие свет своими нежными лепестками кувшинки у берега и два мечущихся силуэта. Тсуна присматривается и поспешно отскакивает за широкий ствол ближайшего дерева. В двух быстрых тенях он без особого труда узнает Хибари и Дино, застывших, словно в боевых стойках. Почему-то Тсуна не решается окликнуть их сразу, появился некий азарт проследить за ними. И спустя пару мгновений Савада понимает, что не пожалеет о своем решении. Хибари срывается с места первым, молниеносно нанося четкие точные удары. Дино с трудом ныряет под выброшенную вперед руку, пытаясь ребром ладони хлестнуть брюнета по шее. Тот ловко ставит блок, сжимая чужое запястья в тонких пальцах и отбрасывая от себя руку, как какого-то мелкого зверька. Дино выдыхает, пропустив удар в живот, и сгибается, подставляя спину под беспощадную ладонь. Рухнув на колени, Каваллоне резво перекатывается, делая подсечку. Хибари подпрыгивает, задним сальто уходя от последующего быстрого удара кулаком. Для Дино желательно не позволить брюнету удачно приземлиться на обе ноги и развернуться к нему корпусом, но он не успевает, Кёя слишком быстр для него. Хибари бьет с ноги в корпус, отталкивая от себя парня еще дальше, давая себе простор. Череда ударов и блоков, быстрая смена позиций. Похоже, Дино не успевает предугадать намерений соперника, иначе бы успел отреагировать – Хибари ловко делает подсечку, валя блондина с ног, и упирается ему коленом в грудь, с ехидной улыбкой что-то проговаривая. Дино добродушно смеется, спихивая с себя брюнета и поднимаясь на ноги. Тсуна робко выглядывает из своего убежища и тут же снова юркает обратно, потому что Каваллоне явно нацелился на возвращение в лагерь. Только сейчас, просмотрев весь поединок от начала до конца, Тсуна заметил, что оба парня по пояс обнаженные, а рубашки сиротливо валяются на зеленой траве. Взгляд непроизвольно задерживается на крепких телах, скользяще оценивая литые мышцы и мягкий тон кожи. А у Дино еще и татуировка на весь левый бок… Шатен вздрагивает, когда мимо него, насвистывая и накидывая рубашку на плечи, проходит Каваллоне, беспечно смотря лишь вперед и не оборачиваясь по сторонам. Тсуна сильнее вжимается в дерево, сгорая от желания на мгновение слиться с шершавой корой. Когда спина блондина скрылась за кустами и молодым гибким подлеском, Савада позволил себе расслабиться и облегченно выдохнуть. Пожалуй, слишком громко выдохнуть. - Зверек, что ты здесь делаешь? – юноша пискнул и во все глаза уставился на бесшумно подошедшего Хибари. Про себя, непонятно с какой целью Тсуна отмечает, что после такой впечатляющей драки Кёя даже не вспотел. - Я-я тебя искал, - тихо ответил Тсуна, стараясь лишний раз не смотреть на брюнета. Матовая, чуть загорелая кожа отражает лунный свет, крепкие грудные плиты, к которым неосознанно хочется прикоснуться, проведя прохладным пальцем, оставляя мурашки, и спуститься ниже, очерчивая кубики пресса… Тсуна сглатывает и поспешно опускает взгляд на траву под ногами. Что за странные и безумные мысли лезут в голову?! - Вот уж не ожидал. Боишься спать один? – с легкой усмешкой на губах спрашивает Хибари, изящным движением накидывая на плечи белоснежный хлопок рубашки. - Какая разница? – Тсуна краснеет и отворачивается, мысленно припоминая путь до палатки. Ему совсем не хочется зависеть от брюнета еще и в этом. – Пошли уже скорее, почти час ночи. - Ладно-ладно, - хмыкнул Кёя, тихо ступая позади мальчишки. – Кстати, ты что-нибудь видел? - А? – Тсуна рассеянно повернулся, снова заливаясь краской. Парень так и не потрудился застегнуть рубашку и теперь походил на какого-нибудь античного бога с идеальным телом. – Н-нет, ничего такого. - Это хорошо, - кивнул брюнет. Дальнейший путь до палатки они прошли молча, прислушиваясь лишь к шорохам ночного леса. Забравшись в палатку, Савада сразу юркнул под тонкое одеяло, с головой накрываясь и бурча что-то себе под нос. - Спокойной ночи, зверек, - Хибари позволил себе улыбнуться, потрепав каштановые волосы на торчащей из-под одеяла макушке. Тсунаеши вздрогнул, но ответное пожелание все же пробормотал. А через пару минут, чувствуя где-то рядом тепло чужого тела, Савада уже спал мертвецким сном, не замечая обращенного на него голодного звериного взгляда…