Слышишь, как плачет душа?

      У Лёши Губанова началась алгебра. Парень вообще не любил математику и даже, когда нужно было учить таблицу умножения, он схитрил и не выучил. Когда папа Лёши пришёл проверять, то Алексей просто положил листочек с табличкой так, чтобы отец не видел и незаметно подглядывал. Конечно, некоторые темы он понимал, но всё же большую часть он не понимал. И именно сегодня была тема, которую Губанов, естественно не понял, поэтому просил дать списать у одной из одноклассниц. Алгебра пролетела незаметно. Как обычно, учительница задала домой много номеров и Лёша, как всегда, спишет решение с интернета.       Парень вышел в коридор и, как обычно, заметил там Вову. Лёша подошёл к нему и похлопал по плечу. Семенюк дёрнулся, шикнул и убрал руку Губанова со своего плеча. Алексей немного удивился, но понял, что, может, тот получил синяк на плече в какой-то из потасовок. — Кто-то в плечо ударил? — не удержался и спросил Лёша, на что Вова согласно кивнул.       По Семенюку было видно, что продолжать разговор или интересоваться Губановым он не намерен, так что Лёша хмыкнул и пошёл в свой класс, готовиться к уроку. Алексей всё же понимал, что всё так просто с этим парнем не будет.

***

      Вова вздохнул, вспоминая недавние события. На него опять наехали те же парни, но теперь вне территории школы и теперь уже некому было их разнять. Они неплохо так потрепали Семенюка, вот поэтому синяков на теле прибавилось, например, то же плечо, которое иногда всё ещё ныло.       А вот недавно он даже изменил своё отношение к Лёше Губанову. Раньше он считал его неинтересным, как и всех других учеников, но совсем немного пообщавшись с ним понял, что в его вере в людей ещё не всё потеряно. Алексей был заинтересован Владимиром даже сильнее, чем его собственная мать. Чаще всего её беспокоило только своё собственное здоровье. Вова заслуженно мог считать Лёшу своим знакомым. Да, статус друга у этого парня, который почти ни с кем не дружил с девятого класса, заслужить сложно.       Так же пошли слухи о том, что одиннадцатый «А» и «Б» хотят объединить в один класс. Часть учеников была против, некоторым было всё равно, а оставшаяся часть не понимала, почему эти классы не объединили в начале года и промедлили с этим. Вова принадлежал ко вторым. Он вообще не интересовался жизнью школы.       Прозвенел звонок и Семенюк, чисто для вида, пошёл на урок. У него была география, которую он ненавидел всем сердцем, даже больше, чем другие предметы, потому что её вела директриса и Вова должен быть пай-мальчиком на этом уроке. Парень должен избежать исключения из школы, хоть он и ненавидит это место и этих людей.       Вдруг на уроке у парня зазвонил телефон. Вова встрепенулся и сказал учительнице, что ему нужно ответить на важный звонок от матери. И он даже не соврал, ведь по голосу узнал свою мать. — Вова, сыночек, мне очень жаль, что я сейчас бросаю тебя с ним одного, но у твоей бабушки был микроинсульт и за ней нужно ухаживать, — Семенюк, честно говоря, охуел от такого заявления, — Я знаю, ты в шоке, но я вернусь так скоро, как только смогу. Пожалуйста, не выводи отца сильнее обычного, ты же знаешь, что может случиться. И если будет спрашивать, то скажи, что я у мамы, целую, — протараторила женщина и бросила трубку.       Его мать в первый раз бросает его вот так, ничего не сказав заранее, а просто позвонив. Ужасное настроение Вовы испортилось ещё больше. Ему придётся идти домой к, как всегда, пьяному отцу, который, скорее всего, будет взбешён тем, что матери дома нет. Желание сидеть на уроках и избегать исключения у него пропало. Как хорошо, что Семенюк не носит портфель и может спокойно уйти. По пути к выходу, ему встретился Лёша, который, вероятнее всего, ходил в туалет. — Семенюк? Опять решил уроки прогулять? Или случилось что? — удивлённо взглянул на него Губанов и замер возле него. — О, Лёха. Возможно ты можешь мне помочь, — Вова не любил просить помощи у других, но возвращаться домой он не хотел, учитывая, что у отца может быть ужасное настроение из-за отсутствия матери, — Можно у тебя перекантоваться один день? У меня небольшие проблемы в семье.       Алексей был удивлён, а потом сиял, вероятно, от счастья. Впервые Вова попросил его о чем-то. Конечно, Лёша не ожидал, что их отношения настолько скоро станут лучше, учитывая характер и открытость Семенюка. Губанову было неловко отказывать, поэтому он согласился помочь и сказал, что Вова может его подождать и тогда они вместе пойдут к нему.       Лёша отпросился у учительницы пойти домой, ибо у него болит голова и живот. Это было легко, ведь Губанов никогда не нарушал правил и не врал учителям. Собрав книжки и тетради в портфель, парень вышел в коридор, в котором его ждал Вова. Семенюк удивился тому, что Лёша ему не отказал и даже соврал учительнице. Да и сам Алексей удивился не меньше.       Мальчики вышли из школы и Алёша, как любила ласково называть его мама, повёл своего нового знакомого к себе домой. Он волновался только за реакцию матери, когда та узнает, что в их квартире будет ночевать самый бедовый мальчик в школе. По дороге к дому Лёши, парни не промолвили ни словечка, потому что один из них не хотел говорить, а другой боялся завести разговор.       И вот, наконец-то, парни дошли до нужного подъезда и зашли в квартиру. Вова заметил, что в доме Лёши было уютно и чисто. Всё было на своих местах, а на полках не было даже пылинки. В доме же у Вовы чаще всего был бардак и неприятная атмосфера вместе с запахом алкоголя. Парни разулись и Губанов сказал, что Семенюк может пока что подождать в его комнате или в гостиной. Так же он спросил, будет ли Вова чай, на что тот согласно кивнул.       Вова не стал наглеть и сел на диван в гостиной. Ему нравилось, что Лёша так любезен с ним, будто его мамочка, когда Семенюк был ещё ребёнком. Губанов с такими успехами мог бы вполне быстро заполучить звание друга, ведь он был приятным и добрым человеком. Кажется, он даже стал возвращать парню доверие к людям. Алексей сделал парням чай и принёс его в гостиную. — Так, а теперь рассказывай, что случилось. Во всех подробностях, ведь я всё-таки взял тебя к себе и ты можешь мне доверять, — Лёша сделал невозмутимую гримасу и отпил чаю из чашки.       Вова задумался, ведь он же не может просто взять и рассказать, что дома его ждёт пьяный отец, который будет его избивать и унижать. Всё-таки он не хотел врать Лёше, но и открываться полностью не было желания. Это было бы не похоже на него. — Случился небольшой конфликт с отцом, когда мать уехала к бабушке, — ответил Семенюк, не соврав, но и не раскрыв все свои тайны, — И пока что я не хочу туда возвращаться, потому что мы сильно повздорили.       Губанов решил больше не донимать Вову расспросами, потому что по его виду было понятно, что ему неприятна эта тема. Вместо разговоров Алексей предложил посмотреть фильм, на что Владимир согласился. Быстро найдя комедийный фильм в интернете, парни начали его смотреть, иногда подшучивая над игрой актёров и смеясь с некоторых моментов.       Через несколько часов, после просмотра фильма, домой пришла мама Лёши. Женщина не знала, что у них гость, поэтому была удивлена, когда увидела Вову Семенюка, сидящего рядом со своим сыном. Вова поздоровался с женщиной и ему стало немного неловко. — Лёша? — мама Губанова была обурена тем, что её сын даже не сказал, что к нему придёт школьный друг. Женщина вздохнула и по-доброму взглянула на Алексея, — Ну, наконец-то, Алёшка, я уже думала, что у тебя друзей в школе нет. Познакомишь? — Конечно, мам, это Вова Семенюк. Он из параллельного класса и он будет ночевать у нас сегодня, — Губанов натянуто улыбнулся и молился Богу, чтобы мать не начала на него кричать при его новом друге. — На пару слов, Алексей, — Лёше стало страшно, ведь взгляд матери не говорил не о чём хорошем.       Вова вздохнул. Он не хотел приносить Лёше проблем, ведь парень был так добр к нему, как никто другой. Семенюку стало неловко. А вот Лёше стало немного страшно, когда он увидел грозный взгляд матери. Женщина сказала, что сыну стоит рассказывать ей о таком заранее. Конечно же, она его отругала, но не выгонять же гостя. Губанов объяснил матери, что Семенюк его «лучший друг» и сейчас он поругался с отцом и женщине пришлось смягчиться и всё-таки смириться.