Слышишь, как плачет душа?

      В Москве было пасмурно, солнце вновь спряталось за тёмными тучами. Кажется, скоро должен был начаться дождь, но парням сейчас было не страшно, ибо они сидели в одном из местных кафе. Вова и Лёша ели салат, который заказал последний, и за всё время даже словечком не обмолвились. Губанов, конечно, пытался завести разговор, но Семенюк либо отвечал слишком кратко, либо просто не отвечал. Алексей понял, что без алкоголя дело не пойдёт, поэтому заказал два алкогольных коктейля.       Двух коктейлей явно не хватило, поэтому дальше алкоголь заказывал уже Вова. В ход пошло шампанское, вино и другие напитки. После пройденной бутылки вина, Владимир начал разговор, подшучивая и начиная немного приближаться к теме своей семейной проблемы. Лёша был благодарен ему за эту открытость и доверие, поэтому внимательно слушал и поддерживал разговор. Парни развлекались и, вроде, Семенюк даже немного забыл о своих проблемах, но Губанов решил, что сейчас самое время для важного разговора. — Вов, надеюсь, что ты всё-таки считаешь меня близким другом настолько, чтобы поведать мне о своих проблемах. Я поддержу тебя во всём, ты же знаешь, — начал Алексей и стал ждать ответа Владимира, который немного смутился, но всё-таки вздохнул и решил, что или сейчас, или никогда.       Семенюк начал рассказывать о своих проблемах начиная с девятого класса. Он начал свою историю с того, что отец не вернулся домой под вечер и пришёл почти под утро пьяным в стельку. Вову немного передёргивало, когда он останавливал рассказ и вспоминал события. Алексей понимал его, для него эта тема была действительно сложной. — Потом начался конфликт, а я, можно сказать, спрятался в своей комнате, пока они разбирались. Потом послышался крик моей мамы и я «героически» выбежал посмотреть, что же случилось. Оказывается, отец избивал мать, а после перешёл и на меня и избил. После этого я и начал забивать на учёбу. И вот, эти несколько лет отец почти всегда меня избивал и морально унижал, — Владимир закатил рукав, чтобы показать Лёше большое количество синяков и рубцов и продолжил рассказ, — И вчера, ну, после того, как я вернулся домой после ночёвки у тебя… Он, — Семенюк запнулся и Губанову показалось, что он вот-вот заплачет.       Лёша всё понял, кивнул и обнял Вову. Последний уткнулся ему в плечо, тихонько заревев. Кажется, он впервые за несколько лет нормально выговорился и разревелся. Именно в этот момент в сердце у Семенюка прокралось чувство привязанности, за которое он позже будет себя ненавидеть, но сейчас он хотел насладиться чувством спокойствия сполна. Рядом с Алексеем, Вова, хоть он и был характером погрубее, чувствовал себя, как за каменной стеной.       Парни ещё немного посидели в кафе и начали думать, что же дальше делать парню. Он же всё-таки взял деньги, поэтому мог снять номер в отеле, ведь не хотел стеснять Лёшу. Также Губанов спросил, будет ли Семенюк возвращаться домой, но тот грубо ответил, что не собирается возвращаться к тем, кто не волнуется за него. Они, доев свою еду и допив напитки, пошли по домам. Ну, как по домам, Вова пошёл в ближайший хостел, на который ему хватит денег. Конечно, он был не самым лучшим и даже не очень большим, но Семенюку было всё равно, лишь бы не возвращаться домой.       Номер Владимира в хостеле был маленьким, но зато уютным и чистым. Висели чистые шторы какого-то серого оттенка, как и цвет одеяла. Номер был выполнен в чёрных и белых тонах, ну, кроме ламината, который был рыжеватого оттенка. Стоял небольшой деревянный столик, кровать, шкаф для вещей и старый телевизор, который громоздился на столике. В целом, Вове понравилось, да и выбора особо не было, как и денег. Парень скинул рюкзак с вещами в шкаф, лёг на кровать и задумался.       Алексей, вернувшись домой, понял, что совсем забыл про школу и стал больше заботиться о Вове, чем о ней. Это немного насторожило так же и его маму, поэтому она стала задавать вопросы. Спросила женщина о том, почему сын прогуливает школу, на что Лёша ответил тем, что у него и у Семенюка заболели головы и животы, поэтому им разрешили пойти к врачу в медпункт, который находился за пару кварталов от школы, но их состояние ухудшилось, поэтому они вынуждены были пойти домой. На вопрос: «Ты что заболел?», Губанов сказал, что уже всё обошлось, но он всё ещё чувствует небольшую слабость. Мать сказала, что ему лучше хотя бы день отсидеть дома. Хоть она и была немного строгой, но за здоровье сына волновалась очень сильно, хоть в этой ситуации полностью ему не доверяла.       Конец этого и следующих дней парни не общались, потому что были погружены в свои проблемы. Вова думал, как бы ему найти хорошую подработку, чтобы он смог платить за номер, а позже, может, снять какую-нибудь дешёвую квартирку и, возможно, взяться за учёбу, чтобы избежать исключения. А вот Лёша был занят новыми темами по геометрии, алгебре и химии, которые он пропустил из-за Семенюка и всё никак, хоть убей, не мог их понять. До вечера вторника он учил эти темы, чтобы понимать хоть что-то, а когда наконец-то понял, то сразу же лёг спать.       Утро среды было самым обычным днём для Лёши, ведь он, как всегда, опаздывал в школу, поэтому торопился и нервничал. Кое-как собравшись и взяв портфель, Губанов буквально побежал в школу, потому что до начала урока оставалось всего пятнадцать минут, а бежать ему где-то десять, а, может, и больше. По дороге в школу парень замазал свою штанину брюк в грязи. Тёплая погода в конце зимы ему была не очень-то и по душе. Солнце, конечно, приятно грело, но большое количество луж и грязи он ненавидел. К школе он прибежал на удивление быстро, поэтому даже успел несколько минут отдышаться перед тем, как начался урок.       Вова же немного опоздал, но учительница лишь вздохнула и сказала, чтобы он быстрее садился на своё место и готовился к уроку. Семенюк уже давно определился, что будет сидеть с Лёшей. Всё же за это, хоть и короткое время, парни очень сильно сблизились и Вова мог бы даже сказать, что ему немного нравится Губанов. «Конечно, не в смысле, как парень», — стал ловить себя на таких мыслях Вова, потому что Алексей ставился к нему всё добрее и лучше, но, увы, для себя самого небольшую симпатию он скрыть не сможет. И вот, кажется, Владимир только избавился от одной проблемы в виде отца, как теперь вновь попал в новую в виде симпатии к другу. — Вов, что-то случилось? Просто ты так на меня пялишься, — прошептал Лёша, немного удивляясь и смотря на соседа по парте.       Семенюк и сам не заметил того, что пока он погрузился в свои «чертоги разума», его взгляд был направлен прямо на Алексея. Сказав правду о том, что он просто задумался, Вова отвернулся и сделал вид будто слушает учительницу физики. Губанов хмыкнул и начал рисовать какие-то каракули карандашом в тетради. У парней пока что было не очень много общих тем для общения, но Вова был уверен, что они позже это исправят. Это был его первый нормальный друг за несколько лет и он не собирался просто так терять свой шанс сблизиться.       Судьба, по мнению Владимира, была немного жестокой. Ведь с самого начала ему вообще не был интересен какой-то парень из параллельного класса, а теперь думает, как бы поскорее вытащить Лёху погулять. Наверное, даже сам Губанов будет удивлён его предложению погулять, потому что изначально Вова даже не всегда поддерживал разговор. Хотя, возможно, это было просто из-за того, что были проблемы в семье, а сейчас они, вроде как, пропали. — Семенюк, куда ты отвлёкся? Думаешь, что физика тебе не понадобится? — сделала замечание парню учительница и вновь продолжила рассказывать новую тему. — Ты тоже не понимаешь физику? — спросил Лёша, усмехнувшись.       Вова кратко ответил, что да, не понимает и засмотрелся на улыбку друга. Для друзей же свойственно смотреть на друг друга, да? Или же Владимир просто придумывает для себя нелепые отмазки, чтобы не признавать свою, хоть и небольшую, но симпатию. Губанов покосился на соседа по парте, но не придал этому значения, вдруг он просто задумался о своих проблемах и забыл отвести взгляд.       Физика прошла довольно быстро и Семенюку даже не написали замечание в дневник за то, что он шушукался с Лёшей. Следующим уроком была физкультура, которую парни решили прогулять из-за того, что они не взяли сменную обувь. Ну, как парни решили… Решил всё же Вова, потому что его привычки прогуливать уроки и баловаться на уроках всё ещё никуда не делись. Идеей для того, куда можно потратить время урока стала идея пойти покурить и прогуляться по школьному двору. Вариант с покурить Лёша не поддержал, поэтому убедил Семенюка просто немного прогуляться и вернуться в класс. Губанову и самому не было понятно, как он согласился прогулять, учитывая его характер, но когда он посмотрел на весёлую мордашку Вовы, то просто не смог отказать.