Он неисправим или нет и любовь меняет людей?

— Олесь, как давно вы с бабушкой должны были встретиться? — Да уже давно, мам. — Ну и где нам ее искать? — Не знаю, мам. Мы стоим под юбкой колхозницы Мухиной, совершенно не понимая, где сейчас может быть мама, а главное — как же ее нам найти, совершенно не имя возможности с ней связаться. Внутри меня клубок беспокойства постепенно растет, медленно, но уверенно превращаясь в панику. Я закрываю глаза и глубоко вдыхаю. Ненадолго задержав дыхание, я медленно выдыхаю. Я в положении и мне нельзя нервничать. Чувствую, как паника начинает медленно отступать. Неожиданно раздался звонок телефона и я схватила его, надеясь, что это мама нашла способ позвонить. Но на дисплее высвечивалось — Ольга. Я очень люблю подругу, но сейчас мне было крайне не до нее. — Оль, я потом тебе перезвоню. Мама потерялась. Я… Договорить мне Оля не дала: — Мама нашлась. — Как? Где? — В Угличе. Она случайно села не на тот корабль. Смогла дозвониться до мэрии. Сейчас скину номер капитана, не убивай ее только. — Я попробую. Спасибо, Оль. — Ленок, какие могут быть проблемы? Ты сама-то там как? — Да видишь же. Ни минуты покоя. То мама, то Олеся разводится. Сплошные переживания. — Подруга, ты не нервничай так. Тебе вредно. — Да знаю, Оль. Но что я могу сделать? — Женю помочь попроси. Ладно, звони матери, я тебе потом позвоню. — Да. Пока, Оль. Сбрасываю трубку и сообщаю Лесе, что бабушка нашлась. Не успеваю дорасказать куда ее унесло течением, как на телефон приходит смска. Открываю ее и набираю номер, присланный Олей. Гудок… Еще гудок… После четвертого, наконец, снимают трубку. Когда мама закончила свой рассказ, приказываю ей по прибытию к пристани встать и стоять соляным столбом, а затем разъеденяю нас, но лишь за тем, чтобы позвонить Жене. Ответил он, как всегда, быстро. — Да, Лен? — Женька. Маму в Углич занесло каким-то ветром. Я поеду за ней. — Где ты находишься? Я пришлю водителя. Твердый, уверенный голос за которым едва различима тревога. — Под юбкой колхозницы Мухиной. — Стой там. Водитель скоро подъедет. И, Лен, не нервничай пожалуйста… Он не договорил фразу, видимо вокруг люди. Но я поняла, что он имел ввиду. Он переживает за меня и за ребенка. Очень. — Да помню я, Женька. Но сам видишь — мама. — Мама… Лен, давай я приеду как освобожусь. Мы поедем, прогуляемся, переночуем в гостинице и завтра с утра домой? — Нет, Жень. Я домой хочу. — Ну хорошо. Я буду ждать тебя. — Люблю. — И я тебя, — услышала я тихое до того, как Женя сбросил вызов. Через тридцать минут подъехал обещанный Женей водитель, и мы направились в Углич за мамой. Я очень надеюсь, что хоть раз в жизни она меня послушается и дождется на пристани, а не найдет себе новое приключение на свою шляпку. Не хотелось бы ее по всему Угличу искать.