Pretty woman walking down the street

      Кит ненавидел свою работу. Кит холодел под взглядами, которыми его внимательно провожали к двери, пропуская мимо ушей комментарии о том, что его были бы рады видеть во второй раз. Быстро хватая свои вещи, кое-как влезая в яркие джинсы, Кит выпрыгивал из пентхаусов и дорогих квартир, как только получал оплату.

У Кита не было выбора.

      Подработка в притоне не входила в планы студента, перебравшегося на юг Калифорнии для поступления в вуз. После семи подряд отказов в сетях быстрого питания и полного отсутствия хоть какой-нибудь наличности в карманах Кит сдался, направившись в ближайший бордель. Торговля телом была не в новинку для этих мест, поэтому никто не удивлялся, встречая на пороге дома совсем еще юного парня. Постепенно подработка сделалась обыденностью, принося хоть и не постоянный, но неплохой доход, на который можно было прожить в небольшом академическом городке, где и остановился Кит. Поначалу осознание того, что его тело теперь буквально товар, заставляло бежать по спине Коганэ табуны мурашек, но в конце концов юноша стал принимать свои ночные похождения не иначе как данность. Иного способа выживать у парня пока что не было, поэтому каждый раз выходя от очередного богатого папика или разбалованного сына оного же, Кит успокаивал себя тем, что всё заработанное идет на обучение, и скоро (на самом деле не скоро, но мысль о том, что впереди еще три года учебы, могла заставить Коганэ вскрыть себе вены) это всё закончится.       За полтора года ежедневный быт Кита превратился в сплошное месиво из ночных ублажений богачей и усердных зубрежек материала к ближайшему экзамену. Он не мог позволить себе учиться на тройки, это грозило потерей стипендии, которая порой одна спасала финансовое положение студента, если на иной работе не было каких-либо заказов.

***

      В этот день Кит хотел закончить свое обслуживание как можно скорее. Мужчина, пригласивший его, слишком часто забывался, чуть ли не насилуя парня. На теле Коганэ уже виднелись синяки, и тот был уверен, что на месте красных пятен, оставленных огромными лапами бугая, заказавшего на ночь его услуги, останутся гематомы, которые не скоро сойдут. Кит уже жалел, что не подписывал контракт о будущем половом акте, который планировался с каждым заказчиком, но, как говорится, деньги не пахнут. А в случае Кита — деньги ещё и не чувствовали боли. Конец заветного часа должен был наступить буквально через пару минут. Чуть ли не дрожа, даже не одеваясь толком, брюнет схватил две сотни, кинутые ему на тумбочку и вылетел из номера, захлопнув за собой дверь. Тело ныло и горело, прося неделю, а то и месяц отдыха. Прекрасно понимая, что будет на утро, Коганэ со стоном съехал на пол, уткнувшись лбом в собственные оголенные колени. В побоях и ссадинах он был больше похож на выгнанную из дома псину, которая чем-то не угодила нерадивым хозяевам. В лестничном пролёте приятно играла музыка, несмотря на поздний час. Красивые фикусы в массивных горшках стояли около каждой двери, приветливо приглашая в гости всякого забредшего на этаж посетителя. Кит был тут не в первый раз. Избалованные богачи въезжали и выезжали из апартаментов, не задерживаясь здесь надолго. Обычно это были холостяки, приехавшие для ведения бизнеса, или просто проезжающие мимо, либо семьянины, порядком уставшие от своих «жен-головомоек». Киту было все равно, стоят ли печати о браке в паспортах у его заказчиков, главное — наличие денежных средств.       Вздрогнув, Коганэ вырвался из раздумий, услышав на лестнице шаги. О, нет, нет, нет, не хватало ещё, чтобы его увидели в таком жалком состоянии. Чего доброго, вызовут полицию, и тогда проблем не оберешься. Кит ломанулся к лифту, истерично долбя по кнопке вызова. — Проклятая железка! — рыкнул парень, ударив кулаком по панели. Светящееся табло над створками ясно давало понять, что лифт на ночном техобслуживании. Шаги все приближались, эхом отдаваясь в полупустой голове Кита. Поняв, что другого выхода нет, он стал судорожно просовывать руки в рукава порванной благодаря его замечательному клиенту майки. Когда Коганэ продевал ногу в одну из штанин, послышался сдавленный ох. — Mi querido, вот это тебя потрепало знатно, конечно… — В подтверждение слов незнакомца со сбитого виска Кита потекла струйка алой крови. — Всё х-хорошо. Сэр, всё хорошо, — Кит сдавленно забормотал себе под нос, стараясь не смотреть на непрошенного гостя, боясь сгореть со стыда за свой внешний вид и ситуацию в целом. Он услышал, как зашелестела ткань пальто. Незнакомец что-то пытался найти в своих карманах. — Но ты весь в крови и синяках! Ты буквально еле стоишь! Может, тебя кто-то обидел? Мне следует вызвать поли… — Нет! Сэр! Только не полицию, прошу вас! — голос Кита сорвался на крик. Только сейчас он поднял глаза, в первый раз рассматривая того, кто стал невольным свидетелем его ночного позора. Высокий смуглый мужчина лет двадцати пяти. Судя по разрезу глаз и чертам лица — испанец. Кит невольно задержал дыхание, останавливаясь на глазах. В них не было агрессии, злобы, отвращения. Лишь волнение. Два голубых глаза уставились на юношу, сжавшегося в комок перед дверью, словно выброшенный котенок. Мужчина нахмурился и присел на корточки, озабоченно пытаясь осмотреть самого Кита. — В таком случае, ты пройдёшь со мной, потому что я не позволю никому в таком состоянии выходить на улицу. Oh dios mio, да кто же тебя мог так сильно искалечить! — Сэр, нет, прошу вас! — в который раз заладил Кит, чувствуя, как его лицо наливается румянцем. Поняв, что проблем с властями он все же избежал, парень немного расслабился, но сам факт того, что сейчас кто-то пытается ему помочь прийти в себя, только выводил его из равновесия. — Хватит называть меня сэром, твою мать! — выругался незнакомец, прикрыв на секунду лицо ладонями. — Я едва старше тебя! И богом клянусь, если ты сейчас не пойдешь ко мне и не позволишь обработать твои раны и ушибы, я точно вызову полицию. — Он встал с корточек и протянул Киту руку, чтобы помочь встать.       Поняв, что выбирать нужно меньшее зло из возможных, Коганэ все же принял помощь, поднимаясь с пола. Удивительно, но с другого ракурса его «спаситель» действительно выглядел не многим старше его самого. — Лэнс. Лэнс Макклейн, — в этот раз уже его спаситель протягивал руку для рукопожатия. Кит немного оторопел, смотря на протянутую ладонь, не до конца понимая, что от него хотят. — Не люблю приглашать в дом незнакомцев. Это не очень прилично, согласись? Так как тебя зовут? — О… Кит Коганэ, извини. Извините. — Кит все же протянул руку для ответа. Ладонь Макклейна была теплая и несоразмерно большая по сравнению с ладошкой самого парня. — Можно на «ты». Мой номер выше на два этажа, сможешь идти? — Да, смогу. Все не так уж плохо, как можно подумать, — Кит последовал примеру латиноса. Он достаточно долго изучал различные национальности в свое время и уже был почти уверен в происхождении Макклейна. — Я и вижу, как все хорошо. Прямо сейчас на олимпийские игры, — Лэнс хмыкнул, доставая ключи из своей сумки.

***

      Кит шипел, сидя на столе в просторной кухне. Лэнс крутился рядом, словно юла, доставая из многочисленных шкафчиков бутылочки с известным только ему содержимым, и обрабатывал с их помощью все раны своего гостя, которые только находил. Казалось, он вообще считал своего спасенного чуть ли не членом семьи, уже совершенно не затыкаясь, беззаботно болтая буквально обо всем, о чём только можно было себе представить. Комичности ситуации придавал еще тот факт, что Макклейн заставил снять парня майку, и через крики и уговоры хотя бы закатать штаны до колен («Как будто я не видел, что у тебя там»). Кит сидел практически молча, изредка отвечая на вопросы, стараясь не зацикливаться на том, что его трогают две теплые довольно сильные руки, чей обладатель при более хорошем рассмотрении оказался чертовски горяч. Коганэ был падок на «сладеньких» мальчиков, если так можно было вообще назвать контингент тех, к кому изредка он попадал, но тут был просто потрясающий экземпляр. Пытаясь не замечать происходящего вокруг, Кит изучал обстановку квартиры. В помещениях часто фигурировали голубые тона. Лазурный диван, кресла в тон ему. Картины с видом моря были практически в каждой комнате, которая поддавалась обзору парня. Судя по всему, хоть это место и было предназначено для кратковременных остановок, Лэнс тут жил достаточно давно, чтобы успеть оборудовать помещения обители под свой стиль и вкус. Таких вещей точно не могло быть в основной комплектации номеров в этом доме.       Вскоре, довольно ухмыльнувшись, Макклейн наконец оглядел свою «работу». — Вроде бы всё. Я постарался обработать почти все ранки. Знаешь, Кит, в следующий раз не доводи до такого, что бы там это не было, — говоря это, Лэнс внезапно посерьезнел, видимо, все еще пытаясь выяснить причину таких повреждений на Ките. У самого парня рука бы не поднялась искалечить что-то настолько эстетичное и нежное. Тело Кита напоминало Лэнсу шёлк или хрупкий фарфор. Парень успел беззастенчиво изучить каждую ямочку и каждый кусочек оголённой плоти Коганэ, пока перекисью обрабатывал глубокие царапины на спине, руках, ногах, попутно вспоминая всех святых добрым словцом. — Сейчас довольно поздно. Я понимаю, что это звучит очень странно, особенно учитывая тот факт, что я тебя буквально заставил силой сюда прийти, но не хотел бы ты все же остаться тут на ночь? — Лэнс с опаской ждал реакции парня. — Извини, конечно, спасибо за всё, но нет, — спрыгнув со стола, Коганэ начал надевать рубашку. Предложение было заманчивым, слишком заманчивым, чтобы от него отказываться, но твою мать. Оставаться на ночь в квартире у практически незнакомца? А еще чего поумнее нельзя сделать? Особенно учитывая тот факт, что каждый вечер был у Кита распланирован благодаря всё той же работе. — Не пойми меня неправильно! — замахал руками Лэнс, готовясь уламывать гостя до последнего хотя бы на чашечку чая. — Каждый раз, когда моя mamá встречала кого-то, кто нуждался в помощи, она пыталась всеми силами оказать ему необходимую поддержку. У меня в доме часто бывали люди, поскользнувшиеся на льду, просто упавшие, потерявшие сознание. Я просто из долга чести не могу тебя так отпустить. Может, останешься хотя бы на чашечку чая, кофе? Что ты больше любишь? — слова Лэнса были пропитаны искренней заботой и волнением. Казалось бы, взрослый парень так нянчился с совершенно чужим ему человеком. Внезапно в животе у Кита заурчало, предательски выдав голодовку студента за весь этот день. — А еда есть? — Тихо спросил Кит, начиная снова краснеть, что только больше подпалило заботливость его спасителя. — Mi niño hambriento, конечно, подожди буквально минуту!       Макклейн бросился к холодильнику, доставая всё, что только возможно было достать: начиная с мороженого, а заканчивая лазаньей. Вскоре на столе появилось бесчисленное количество еды. Такого разнообразия Кит не видел с тех пор, как был на благотворительном празднике, который организовывал для приюта какой-то богатый бизнесмен, участвующий в выборах. Желудок свернулся в узел, требуя съесть все и сразу. — Если ты не съешь хотя бы половину от того, что я достал, то я самолично запихаю это в тебя, Кит.

***

— Слушай, Кит. А сколько тебе лет? — Лэнс немного наклонил голову набок, следя за жующим парнем, сидящим напротив. Отвлекать это чудное создание от еды ужасно не хотелось, но узнать о том, кто же попал к нему в дом, все же было интересно. — Мне 20. Скоро вроде бы даже 21, но я не особо уверен, — Кит говорил абсолютную правду, но это немного обескуражило шатена. — Как это — не уверен? Ты забыл о своём дне рождения? — он непонимающе поднял бровь, немного хмурясь.       Кит вздохнул, положив на край тарелки вилку. — Сейчас будет грустная, неинтересная история одного сироты. Родители погибли при крушении самолёта. Мать сопровождала отца, и они оба подорвались в воздухе из-за какой-то неисправности в двигателях. Мне было четыре. По крайней мере, мне так сказали в детдоме. Документы были утеряны руководством, а единственное, что я помню — день рождения был весной. Вот и вся загадка. — О боже, Кит, прости, пожалуйста, — парень посерьезнел. — Мне не следовало этого спрашивать. — Ничего страшного. Я привык, тем более… — Стоп, то есть, ты никогда не праздновал свой день рождения? — Лэнс ахнул, прикрыв ладонью рот. Для его семьи этот праздник был чуть ли не священным. — Мои родители всегда старались сделать мне самое запоминающееся торжество. Нас много в семье, и поэтому скучно не было никогда. Я обещаю, что когда-то у тебя обязательно будет праздник.       Кит хмыкнул, посмеиваясь внутри себя. Оптимизм Лэнса был чем-то странным и до невозможности приятным. Кит не привык к такой заботе. Кит сам по себе. Сильный, независимый. Все как в известном анекдоте. Только кошки нет.       На столе ближе к середине появилась бутылка какого-то дорогого вина. Через час она была уже на треть выпита. Не сказать, что Кит питал особую страсть к алкоголю, но отказать улыбающемуся Макклейну было просто невозможно. Казалось, что сейчас голубоглазый сам его напоит и изнасилует. — Лэнс, можно один вопрос личного характера? — Кит немного расхрабрился под действием вина, но ему действительно было интересно. — Только если после этого ты ответишь на мой личный вопрос, — Кит кивнул. Это было весьма справедливо. — Хорошо. Откуда у тебя все это? Ты довольно молодой. Ты говорил… Двадцать четыре? В таком месте живут люди весьма и весьма обеспеченные, поверь мне, я знаю. Так откуда все это? — Коганэ обвел взглядом квартиру, опять разглядывая причудливые скульптуры в виде волн и замечая новые картины. Надо будет спросить, отчего такая любовь к морю. — Тут ничего странного нет, если честно. Моя близкая подруга потеряла отца и мать, практически, как и ты. Но в сознательном возрасте. Со временем все наследство перешло к ней в руки, и она организовала большую космическую экспедицию, где была задействована часть моих сил. В свое время она хорошо отблагодарила меня, так что… Я стараюсь до сих пор помогать ей с исследованиями, плюс ко всему, я являюсь представителем ее фонда помощи юным гениям. Езжу по стране, ищу дарования, которые могут помочь её экспедициям, — Макклейн пожал плечами, смотря куда-то за брюнета.       Коганэ кивнул, давая понять, что всё уяснил. Наверно, прекрасно было иметь таких друзей. Людей, которые бы поддержали в трудную минуту, не пускали бы на самотек все те проблемы, которые накопились за много-много лет. Вместо друзей у Кита были книги. Иногда хорошая история или рассказ могли поддержать не хуже приятеля, хотя грустно было осознавать, что бумагу не обнимешь, не подержишь за руку, не расскажешь ей свои проблемы и не выслушаешь совет, в конце то концов. — А теперь мой вопрос. Кит, откуда эти царапины? Почему ты тут оказался? — Лэнс перевёл взгляд на брюнета, который тут же закрыл лицо руками, примерно осознавая, что сейчас будет. Всё. Пришло время его окончательного позора. Здравствуйте. Вы пустили в дом почти профессиональную шлюху! До свидания. Сюрприз? Не подавитесь от счастья. — Тебе не понравится правда, Лэнс. Ты уверен, что хотел бы её знать? — На все сто процентов. — Это. Это моя работа. Я делаю вещи… довольно неприличные вещи за деньги, Лэнс. Только не думай, пожалуйста, что это от хорошей жизни, или из-за какого-то неадекватного желания. Просто это единственный способ не умереть от голода. Когда ты не видишь перед собой буквально никакого спасения, когда альтернатива грозит тебе лишь голодом или обморожением на улице выбирать не приходится. Я пойму, если ты теперь меня прогонишь, или что-то типа того, — Кит скрестил руки на груди, вздохнув и уставившись на мыски своих носков. — Оу, чел, я ни за что не прогоню тебя из-за такого! Просто ты выглядишь довольно образованным, с тобой есть что обсудить, о чем поговорить. Ты же такой интересный! — Лэнс выпаливал фразы одну за другой, практически не останавливаясь.       Он? Интересный? Такие слова были чуждыми и необычными для Кита, который всю свою жизнь слышал лишь недовольство со стороны людей, с которыми имел счастье разговаривать. Нет, он не был хулиганом, не был нелюдимым «ублюдком». Кит был очень замкнут, и такое поведение чаще всего трактовалось окружающими как нежелание общаться (или даже что похуже). С Лэнсом всё вокруг казалось намного проще, легче. Слова не нужно было из себя вытаскивать щипцами, с кислой улыбкой втюхивая окружающим. Кит не чувствовал себя зажатым в клетке социума, как это обычно было в прошлых школах или в вузе. Отчасти Кит и выбрал работу в борделе из-за того, что клиенту не обязательно расспрашивать: как тебя зовут, сколько лет и тому подобное. — Это наверно… приятно слышать? — Первый раз за весь вечер на губах Кита заиграла слабая улыбка.       Внезапно лицо Лэнса резко изменилось, за одну секунду показав больше десяти эмоций. Он резко встал со своего стула, чуть не уронив его же на пол. — Кит, Кит, Кит, Кит! У меня к тебе предложение всей твоей жизни! Правда, не руки и сердца, но по значимости почти такое же. Ты не хочешь работать у меня? — Что? Это как? Я должен буду быть ночью у т-тебя? — от неожиданности из рук Коганэ выпала вилка, которую он взял буквально секунду назад. — Нет, нет. Ты меня неправильно понял. Мне просто очень жаль видеть тебя в таком положении. Я могу ошибаться конечно, но мне кажется, что эта работа совершенно тебе не по душе. Может, ты хочешь работать у меня помощником? Это не особо сложно, просто надо уметь работать с калькулятором, иногда помнить некоторые встречи. Я обещаю, что буду платить столько, сколько тебе потребуется! — Лэнс потряс за плечи ошарашенного гостя, пытаясь добиться хоть какой-то реакции. — Но разве я смогу помогать тебе с этим? Тем более, у меня учеба! Я же не могу просто вот так всё это бросить.  — Ты же сам мне говорил, что учишься практически заочно. В любом случае, у тебя будет много свободного времени, чтобы готовиться к экзаменам. Если хочешь, я даже буду помогать.        Возможность выбраться из этого круга зависимости зажглась перед Китом, словно маяк в туманный день пред кораблем. Иметь нормальную работу? На более выгодных условиях? С одной стороны — не будет постоянных страхов, не будет побоев. Но можно ли довериться Лэнсу? Он знает этого парня буквально пару часов, и, хоть за это время никаких подозрений или опасений не было, даже наоборот, его, можно сказать, спасли, Кит все равно задумался. Всё было слишком внезапно и слишком хорошо. — Ты точно уверен, что я справлюсь со всеми задачами? Я действительно не ручаюсь за то, смогу ли быть хорошим ассистентом для тебя. — Я больше чем уверен, что не ошибся в выборе. Honestamente. Так что, по рукам?       Лэнс с надеждой взглянул на своего потенциального будущего работника. Подумав еще секунду, Кит кивнул, сразу же пожалев о своем решении из-за того, что моментально оказался в объятьях своего спасителя. (А может быть, и не пожалел.)

***

      Кит нервничал, стоя перед большим зеркалом в примерочной. Из-за того, что ему скоро придется сопровождать Лэнса на довольно важные мероприятия, было решено купить парню классический костюм. Конечно, увидев сам магазин и прикинув, насколько заоблачные цены в нем, Кит сразу же сказал, что против такой идеи, но переубедить Макклейна было практически невозможно.       Коганэ с неуверенностью крутился перед отражением, пытаясь понять, идёт ли ему вообще, или нет. Осознание того, что на нём сейчас вещи дороже всего его гардероба, то и дело заставляло Кита нервно сглатывать и поправлять галстук. Нет, определенно, черный облегающий костюм подходил ему по всем параметрам, но что-то явно было не так. — Ну, и как тебе? — он отодвинул занавеску, с интересом уставившись на шатена. Лэнс драматично ахнул, прижав руку к сердцу. — Querido, Кит, ты похож на самого прекрасного принца из самой прекрасной сказки! — Макклейн подошел к парню, смахивая несуществующие пылинки с его плеч. Кит действительно выглядел сногсшибательно в классике. Красиво подчеркнутая узкая талия наряду с тонкими ногами перевоплощали Кита в светского льва, только-только вышедшего с приёма. — Мне все равно кажется, что что-то не так, — Кит снова нервно поправил галстук ярко-красного оттенка, который ему подобрал лично Лэнс.       Внезапно взгляд Макклейна упал на платочки, которые были выставлены в витрине в углу магазина. Да, это было именно то, что нужно. Через минуту Лэнс уже аккуратно поправлял такой же ярко-красный платок в тон галстуку, располагающийся в кармашке пиджака. Киту невообразимо шёл этот цвет, будто Коганэ сам был маленьким огоньком, осветившим жизнь Лэнса.       Покупка была оплачена, Кит успокоен тем, что это никак не навредит бюджету Лэнса, а пакеты погружены в машину, и вскоре они оказались дома. До деловой встречи, к которой и велись приготовления, оставалось чуть больше часа.       Войдя в комнату, брюнет тяжело опустился на диван, уже ясно себе представляя всё то «счастье», которое необходимо будет пережить в ближайший вечер. — Лэнс, а вдруг что-то пойдет не так? Я же не имею понятия даже о части этикета, правилам которого следует там придерживаться!       Лэнс усмехнулся, попутно снимая с себя пиджак. Он прекрасно помнил свои ранние выходы в свет. К сожалению, их нельзя было назвать успешными. В свой первый раз он чуть не отправил устрицу на коленки собственной попутчицы, после долго извиняясь за это недоразумение.       Несмотря на это, он почему-то был полностью уверен в силах своего коллеги (теперь уже). Возможно, потому что встреча должна была пройти в достаточно непринужденной обстановке в обычном городском ресторане, где устрицы в принципе не подавались. А может быть из-за того, что Кит был довольно смышленым парнем и, казалось бы, мог выкрутиться из любой ситуации. — Всё будет отлично. Я тебе обещаю. Мы просто мило поболтаем с самим директором и его женой. Поверь, они тебя не обидят. Тем более, нам нужно же обмыть твою покупку! — Лэнс обнадеживающе улыбнулся Киту, усаживаясь рядом.       Сам новоиспеченный помощник не особо разделял оптимизма своего «босса». Общение всегда было слабой стороной Коганэ, о которой он прекрасно знал, хотя осознание того, что рядом будет Лэнс, вселяло небольшую надежду.       Спустя некоторое время внизу послышались гудки. Пора было выходить.

***

— Серьёзно? Я и подумать не мог, что у вас такое прекрасное чувство юмора! — Лэнс мило скалил зубы, обсыпая комплиментами директора и его жену.       С первого взгляда Кит понял, что эти люди не вызывали у него доверия. Довольно полный, почти лысый директор со своей молоденькой женой уже ждали их за столиком. Обмен любезностями состоялся, а после данного момента весь разговор был очень натянут. Кит краем глаза замечал и реакцию Лэнса, который тоже, судя по всему, не был теперь особо рад встрече. Было видно, что директора интересовали только деньги. Явные косые взгляды в сторону папки, лежащей рядом с локтем Лэнса только подтверждали его теорию. Помимо того, Элина — жена того самого директора, с удвоенным рвением строила глазки Когане, все глубже и глубже открывая свое внушительное декольте. — Вы так и не рассказали нам о своем спутнике! — девушка опять широко улыбнулась Киту, пожирая его взглядом. Лэнс замечал это, он был вовсе не в восторге от поведения юной особы, хотя и не мог понять толком, что же заставляло его так возмущаться. — Кит — мой друг, а с недавних пор ещё и помощник. Он любезно согласился подсобить мне с некоторыми делами. Сами понимаете, такая ответственность, да еще и на одном человеке. — Как интере-е-есно… — Элина томно вздохнула, с неохотой переключаясь на своего мужа, которого, кажется, совсем не волновало поведение собственной жены. — Милый, я тоже хочу себе помощника! Мне так иногда сложно тащить все покупки из магазинов, что аж руки отваливаются! — Обязательно, дорогая. Как только мы закончим все дела с мистером Макклейном, подпишем нужные бумаги, сразу же отправимся на поиски, — мужчина вновь кивнул в сторону папки, которую Кит инстинктивно прикрыл своим локтем.       Лэнс опять улыбнулся, внезапно беря Кита за предплечье:  — Как я думаю, мне с моим партнёром нужно в последний раз все обсудить. Прошу нас простить, — они вместе немного отошли от столика, и Лэнс взволнованно взглянул на Коганэ. — Мне кажется, тут что-то не чисто. Всё выглядит слишком подозрительно. Ты что-то замечал?  — Я заметил, что Элина хочет меня съесть, это во-первых, а во-вторых, у меня аналогичное ощущение. Всё это слишком стра… Лэнс! Лэнс, не шевелись! Они только что подменили бумаги! В твоей папке!       Кит специально встал так, чтобы иметь возможность видеть их столик вместе с бумагами. Как видимо, не зря. Пышногрудая красавица, бросив короткий взгляд в их сторону, молниеносно поменяла бумаги, находившиеся в папке. — Боже, ты уверен? Кит, надо что-то делать, dios mío, я даже не знаю, что! — Лэнс был одновременно и зол из-за такой откровенной наглости, и счастлив, что не попал в такую ужасную ситуацию. Внезапно Кит ухмыльнулся. — Знаешь, чему я научился на своей работе? Отвлекать внимание. У тебя будет около минуты, чтобы подложить копию папки из кейса и подписать все документы. А потом уже ничего не докажут. — И как ты это сделаешь, Кит? Мы же буквально у них на виду! — Увидишь, — Кит расстегнул верхнюю пуговицу костюма и ослабил галстук. Представление начиналось прямо сейчас. Они вернулись на свои места, и юноша сразу же отодвинул от себя тарелку в сторону Лэнса. — Мы согласны. Давайте в честь этого выпьем еще по бокальчику? Надо же отпраздновать наш договор, — Кит улыбался так, как будто он был с очередным клиентом. До Лэнса начало немного доходить. О боже, он собирается совратить Элину, чтобы отвлечь внимание пары! Макклейн немного усмехнулся, решив подыграть своему помощнику. — Полностью согласен! Скрепим союз прекрасным бордо, — план Кита сработал на все сто. Предыдущие пять бокалов явно плохо повлияли на организм директора, который, извинившись, удалился в уборную. — Дорогая Элина, где же вы научились так профессионально разбивать мужские сердца? Клянусь, если бы я встретил вас раньше, вы бы и не взглянули в сторону вашего нынешнего мужа, — Кит продолжал очаровательно улыбаться, немного протянув руку девушке.       Удивительно, но всё прокатило. Красавица явно не была одарена шибким умом, так что сразу купилась на представление. — Ахах, Кит, вы меня смущаете! — она кокетливо убрала волосы за спину, опять выставляя все свои прелести напоказ. В свою очередь Кит расстегнул еще одну пуговицу на рубашке. — Как же тут жарко, вы согласны? Мне кажется, это все, потому что рядом такая обворожительная особа…       Лэнс не мог прийти в себя. Видеть Кита таким было очень странно, и мало того, немного возбуждающе… Кит явно входил в роль, постепенно отвлекая внимание Элины. Нужно было действовать. С трудом оторвав взгляд от партнёра, который чуть ли уже не лежал на столе, пододвинувшись к девушке, Лэнс быстро поменял папки. Благо дело, они были полностью идентичны. Немного пнув в бок Коганэ, давая понять, что дело окончено, Лэнс откинулся на спинку стула, пытаясь привести в порядок собственное дыхание.       В тот же момент появился явно довольный директор. Договор наконец-то был подписан, и Лэнс откровенно был готов расцеловать Кита за то, что не попался на уловку двух мошенников.       Садясь в машину, Макклейн дико рассмеялся, скидывая с себя пиджак. Кит немного улыбнулся, присаживаясь рядом. Он так и не застегнул две пуговицы, мало того, сделав еще и хвостик. Такой растрепанный, возбуждённый действием алкоголя и игры, он был чертовски горяч. — Это было весело. Видел бы ты его лицо, с которым он подписывал документы на «своих» условиях. Я дома почитаю, что он там мне предложил. В любом случае, Кит, я так тебе благодарен.       Коганэ в свою очередь лишь смутился, с улыбкой наблюдая за счастливым Лэнсом: — Ну не зря же я столько времени убил на прошлой работе. Вот — пригодилось. Да и потом, я же твой помощник. Тем более, теперь они будут знать, с кем имеют дело.        В окнах машины проплывал ночной город, яркими пятнами отражаясь в глазах смотрящих. Каждый думал о своём. Впереди было что-то значимое. Что-то невероятное.

***

      Просыпаясь, Кит каждый раз на секунду забывался, удивляясь, почему он не в своей каморке в общежитии, а в просторной, большой, светлой квартире. Постепенно Кит привыкнул к тому, что на завтрак не лапша быстрого приготовления или подгоревшая овсянка, а какой-нибудь салат с хлопьями, много фруктов, молоко, сок. Для Лэнса всё это давно уже было обыденностью, и он откровенно радовался, видя в глазах своего сожителя удивление и восторг.       После первой встречи с высокопоставленными особами Киту стало намного легче: он уже без стеснения участвовал в светских разговорах, не боялся перепутать вилку для десерта и для дополнительного блюда. Всё оказалось намного проще, в сравнении с тем, что ожидал парень. Лэнс гордился своим учеником, всё чаще оставляя Кита рядом, при этом полностью договорившись о заочных занятиях. В вузе с радостью согласились, при условии того, что Макклейн будет их представителем на международных площадках. Учитывая уровень успеваемости Кита, уговорить преподавателей было еще легче. Макклейн полностью доверял своему помощнику при разборе бумаг, при переговорах с важными персонами. Однажды, когда Лэнса внезапно одолела простуда, Кит даже самостоятельно вел переговоры с одной уважаемой фирмой, с блеском заключив весьма выгодный контракт.       Помимо бесконечных встреч они неплохо проводили время вместе. Брюнет показал Макклейну самые отдаленные, самые тихие, и от этого самые прелестные части города. Он часто приходил туда просто расслабиться, привести мысли в порядок, или отдохнуть от шума общежития, где хотя бы десять минут тишины были чудом. Учитывая физико-математическую направленность их обучения, в комнатах вечно что-то взрывалось, рушилось, пищало и выло. Последнее чаще всего заставляло Коганэ сбегать.       Макклейн тоже не оставался в долгу. Хоть из-за жёсткого графика он и не мог себе позволить поехать в другую страну, чтобы показать самые популярные достопримечательности, которые по словам Кита тот видел только на картинках, но совместные прогулки по парку аттракционов не были редким явлением. Детство его помощника было вовсе не радужным, и Лэнс старался всеми силами восполнить этот пробел в его жизни. Они по пять раз, пока уже самому Киту не делалось дурно, катались на американских горках. Семь или восемь попыток было потрачено на то, чтобы выиграть у какого-то шарлатана игрушку в виде бегемота, которая безумно понравилась Коганэ.       Однажды, сразу же после очередной сложной встречи, Кит повел Лэнса на крышу одного здания, обещая показать нечто невероятное. — Santos, это действительно просто великолепно! — шатен с полуоткрытым ртом смотрел на город, освещенный лучами заходящего солнца. Всё вокруг было покрыто золотыми и розовыми лучами, превращая простой серый пейзаж в сказочное королевство. Всё потихоньку затихало, и лишь изредка тишина прерывалась возгласами людей внизу или сигналами автомобилей. — Знаешь, я еще никому не показывал это место. Тут были самые прекрасные закаты, которые я когда-либо встречал в своей жизни. Даже если небо покроется облаками, здесь всё равно будет прекрасный вид, всегда заставляющий меня задумываться о чем-то таком… Внеземном, — Кит уселся на самый край крыши, жестом приглашая сесть рядом. — Вокруг нас сотни планет и галактик, Лэнс. Каждая — часть одной большой вселенной, которая объединила всех нас. Мне нравится думать о том, что мы тоже, как эти звезды. Каждый человек — часть единого целого.       Юноша замолчал, переводя дыхание. После его слов повисла звенящая тишина, но не такая, которая обычно бывала при неудобных разговорах или признаниях. Лэнс всё понимал, Кит знал это. Иначе просто бы не доверил настолько сокровенные мысли.       Макклейн сидел рядом, смотря на закат. Он действительно проникся тем, что сейчас услышал. Это нельзя было передать словами, но где-то в глубине души он всегда знал, что во вселенной они далеко не одни. Приятно было осознавать, что рядом с ним сидел человек, понимающий это.       Лэнс украдкой взглянул на Кита. За всё это время он стал настоящей частью его жизни. Неотъемлемой частью. Можно ли было надеяться, что он стал таким же человеком для самого Коганэ?.. — Пойдем, наверное, — брюнет нарушил тишину, вставая с парапета. — Кит, это был самый прекрасный закат, который я видел. А поверь, я их видел достаточно, чтобы сравнить. Спасибо. Это… — Лэнс поднялся тоже, оказываясь буквально в десяти сантиметрах от парня, — это воодушевляет. Когда ты в постоянном стрессе, находишь буквально по две минуты в день на то, чтобы вообще вспомнить, кто ты такой, ты просто иногда забываешь о мирских ценностях, на которых строится этот мир. Порой стоит отдалиться от обычного темпа жизни, просто вспомнив, что мы все обычные люди, которым необходимо чувство счастья. Кит, спасибо, что напомнил мне, как прекрасна на самом деле моя жизнь.       На пару секунд парни просто замерли, смотря друг другу в глаза. Первым отмер Кит, легонько улыбнувшись: — Я рад, что тебе понравилось.

***

      Вечером Кит по обыкновению читал, удобно расположившись в своем излюбленном кресле. Часы-ходики, которые по историям Лэнса передавались в их семье из поколения в поколение, мирно тикали на стене, показывая уже время близкое к полуночи. — Да… Да… Не знаю, возможно, через месяц, когда улажу все свои дела…. Квартира? Я же ее не покупал, так что это наименьшая проблема…       Кит прислушался. Очевидно было, что Макклейн разговаривал с кем-то по телефону. Но при чем тут квартира? — …Наверно, следует нанять какую-то машину, вещей то много…       Сердце Кита совершило сальто. Лэнс хотел уехать из города. И это было очевидно. Через пару минут шатен закончил разговор, входя в комнату. — Кит, мне нужно тебя… — он резко замолчал, прикрыв ладонью рот. Кит притворился спящим, чтобы сейчас избежать ненужных расспросов, прекрасно понимая, что сейчас не время для ссор и выяснений отношений. Это выбор Лэнса.       Парень улыбнулся, решив отложить разговор на завтрашний вечер. Накрыв пледом Коганэ, он вышел из комнаты.       Кит не мог остановить слезы.

***

      Лэнс был волшебством. Волшебством, внезапно появившимся в жизни Кита.       Парень не понимал, почему. Почему всё вокруг вдруг стало сиять абсолютно другими красками. Даже обычный просмотр кино с Макклейном превращался в самый настоящий анализ происходящего на экране, что чертовски доставляло Киту. Всё вокруг становилось ярче и красивее рядом с шатеном. Казалось, что он внезапно начал принимать галлюциногены, которые подростки горстями глотали на вписках в домах у друг друга.       Он не влюблялся. Он никогда в жизни не чувствовал ничего подобного по отношению к кому-то. Целый рой бабочек в животе устраивал бунт каждый раз, когда Кит смотрел на то, как Лэнс готовит еду, убирается, разговаривает по телефону. Это было слишком. Это было чересчур. Неужели он так влип?       Все разрушилось в мгновение ока. Конечно, Лэнс бы когда-нибудь уехал, бросил бы Кита. Он не мог надеяться на чудо, они были не в блятской сказке, и Кит не был Золушкой, чтобы Лэнс, очертя голову, гонялся за ним по всему королевству. Да, конечно, сто раз богатый бизнесмен из приличной семьи, с отличными друзьями, с огромным потенциалом свяжет свою жизнь с второсортной шлюхой. У Лэнса впереди столько новых открытий, столько счастливых моментов, в которые Кит просто не вписывается, как детская мазня не вписывается в картины Леонардо да Винчи. Он был чужд миру того, в ком видел собственный мир. Ну уж нет. Кит каждый раз отдавал Лэнсу часть своей души, уже не контролируя свои действия. Если Коганэ и суждено разбить сердце, он сделает это самостоятельно. Он не будет ждать приглашения выехать с квартиры.       Юноша носился по квартире, собирая свои небогатые пожитки, которые успел уже разбросать. Удивительно, как один человек мог оставить столько своих следов, живя где-то буквально месяц. Зубная щетка, майка одна, майка вторая. Казалось, Кит прожил здесь всю свою жизнь.       Спустя некоторое время парень стоял на пороге, осматривая в последний раз всё вокруг. Было ощущение, что вся их встреча действительно являлась всего лишь иллюзией. Ни внезапного спасения на лестничной клетке, ни совместных приготовлений еды, ни ночных киномарафонов, которые так любил Лэнс. Не было ничего, что могло бы напоминать о Ките Коганэ и Лэнсе Макклейне вместе. Пора было уходить.       Кит тяжело вздохнул, сжав ключи в руке буквально до белых костяшек. Либо сейчас, либо никогда. Дверь хлопнула. Кит не знал, когда он сможет забыть о том, что совершил секунду назад.

***

      Что-то было определенно не так. Лэнс заметил это сразу же, войдя внутрь. На привычном месте не было темных очков-авиаторов, принадлежавших Киту. На журнальном столике не было кипы пухлых тетрадей, содержание которых вгоняло Лэнса в дрожь. В глазах потемнело, сердцебиение резко участилось, в горле пересохло. Он ушел. Он просто испарился, не оставив буквально ни-че-го! — Кит… Кит, Кит, Кит. Зачем? Почему? — Лэнс носился по комнате, в ярости сбивая красивые фарфоровые вазы, усеивая осколками мягкие паласы и паркет. На пол летели тарелки, стаканы, картины, подушки. Содержимое ящиков постигла та же участь, и ножи с вилками больно царапали ступни Макклейна, оставляя подчас глубокие царапины на нежной коже.       Что могло пойти не так? Что он сделал неправильно? В какой момент Кит просто решил забрать все свои вещи и уйти, скрыться, не оставив и следа в его жизни? Лэнс опустился на пол, глуша в груди вырывающиеся стоны. Отвратительный комок злости, ненависти, грусти и отчаяния не хотел пропадать, а всё рос, рос, заполняя всё пространство груди парня. Неужели все было зря? Хотелось рыдать, крушить всех и вся вокруг от осознания того, что Кит пропал.       Парень спрятал лицо в ладони, пытаясь совладать с внутренним монстром. Он прекрасно понимал, что не в праве решать за Коганэ: где ему жить, с кем ему жить, с кем общаться, чем в конце концов зарабатывать на жизнь. Но твою мать, Лэнс уже не мог представитть своё существование без этого замкнутого, тихого, но от того не менее прекрасного человека. Кит был всем. Он был морем, солнцем, ветром, ебаным в о з д у х о м для него. Шатен всхлипнул, утирая нос. Отлично, он еще и умудрился лицо порезать. На рукаве рубашки проступали кровавые пятна, расползаясь по белоснежной материи страшными красными полосами. Это было до крайности смешно. Лэнс опять вспомнил, как обрабатывал порезы на теле Кита. На его спине, шее, груди. Все блятское тело Кита было одним цельным шедевром. Даже в тот момент, когда было покрыто отвратительными гематомами и ушибами.       Отрицать влюбленность уже не было ни сил, ни желания, ни возможности. Он влип. Влип по уши в Кита Коганэ. Макклейн, ты встретил любовь всей своей жизни. Встретил, и сразу же потерял. И хер ты себе это простишь теперь.

***

      Прошла неделя с тех пор, как Кит убежал из квартиры. Он опять жил в общежитии, не обращая внимания на насмешливые взгляды своих сокурсников. Еще бы, весть о том, что Кит теперь водил дружбу с самыми влиятельными людьми города, разлетелась быстрее ветра. Так как он всё равно ещё числился на заочном обучении, имея в своем распоряжении достаточное количество времени, Коганэ смог с горем пополам устроиться в какое-то кафе официантом. Заведение находилось прямо в том доме, на крыше которого они с Лэнсом встретили свой последний закат. Каждый раз оканчивая работу, Кит поднимался туда, не в силах оставить воспоминания, связанные с этим местом. Он сидел тут, пока не становилось совсем холодно или темно, и только тогда шёл к себе домой. В один момент лишившись всех красок, мир вокруг уже не мог быть таким ярким. Казалось, каждая деталь напоминала ему о голубоглазом юноше, однажды спасшим его перекисью водорода и йодом. Не было и дня, когда бы он не вспоминал их совместное времяпрепровождение. Бабочки внутри погибали каждый раз, как Коганэ опять садился на парапет этой самой крыши, вспоминая их разговор о вселенных. Казалось, что этот своеобразный мазохизм приносит Киту какое-то особое удовлетворение. Возможно, он когда-нибудь и забыл бы Макклейна, но сейчас парень готов был так мучиться всю свою жизнь, лишь бы не потерять осколки их совместного прошлого.       Лэнс мотался из одного конца города в другой, безуспешно пытаясь отыскать хотя бы маленькую зацепку, которая указала бы ему на местоположение Кита. Каждый гребаный раз он ничего не находил, от безысходности уже думая, что всё ему приснилось. Кит иллюзией сопровождал его везде и всюду, куда бы он не пошёл. Поиск по университету не дал никакой пользы, ведь Кит должен был появляться там очень редко, а общежитие оказалось слишком хаотичным местом. Лэнс проторчал у входа три дня, дежуря практически круглосуточно, пытаясь отыскать хотя бы намёки на присутствие Коганэ, но так ничего и не добился. Другие студенты уже начали подтрунивать над несчастным юношей, не особо понимая цель его розысков. Казалось, никто не знал ученика по имени Кит Коганэ. Это было не удивительно, ведь судя по рассказам самого брюнета, он мало с кем общался. Лэнс готов был даже звонить в полицию, но здравый смысл говорил, что это до добра не доведет. Кит стал частью его жизни. Вытащил его эмоции и чувства наружу, позволяя передохнуть от вечной суеты и нервозности. Каждый день был как будто запрограммирован на удачу, если рядом с Лэнсом был брюнет. Теперь же всего этого не было. Очередная рутина стала заново поглощать Макклейна, постепенно затягивая в сети повседневности. Казалось, выхода не было.       Оставался только один возможный вариант. Если он не сработает, значит, ничего уже не поможет.       Лэнс сделал шаг вперёд, открыв тяжёлую железную дверь. Кит был там. Он был на той самой крыше, где они вместе встречали закат. Сердце Лэнса забилось во сто крат быстрее, пытаясь вырваться из грудной клетки. — Кит! Кит, боже, ты тут!       Коганэ резко повернулся, стараясь не упасть с парапета. Бабочки в животе устроили бунт, трепыхаясь, стараясь вырваться на волю. Он был тут, он был рядом. Макклейн, словно чудо, стоял перед ним, часто дыша и взволнованно откидывая назад волосы. — Ты?! Но как…       Вместо ответа Макклейн ринулся вперёд, садясь на корточки перед брюнетом — Я так долго тебя искал, парень. Ты не представляешь, как долго! — он положил руки на плечи к Киту дабы удостовериться, что всё это на самом деле реальность и происходит прямо здесь и сейчас. Отсутствие Коганэ растянуло одну маленькую неделю на целый месяц, по ощущениям парня. — Ты сначала говоришь, что хочешь уехать, бросить этот город, бросить… меня. А теперь ищешь меня? — Кит ошарашенно смотрел на Макклейна, сидящего впереди. В голове не умещался тот факт, что они сейчас опять были вместе. Ему хотелось и ударить, и обнять этого чертового придурка, который, казалось, совершенно не понимал чужих чувств. — Ты из-за этого убежал? Maldito, Кит, я хотел пригласить тебя с собой! Если бы ты согласился, мы бы вместе уехали отсюда. Неужели ты не понимаешь, что я бы тебя уже не бросил?       Лэнс с придыханием сбивчиво пытался ещё что-то говорить, но Коганэ просто уже ничего не слышал. Каким же он был придурком! Из-за глупого недопонимания поломать все отношения с человеком, в которого успел втрескаться по уши. — Так… Ты не хотел уезжать один? — Нет, Кит, я бы ни за что не совершил такого глупого поступ…       Юноша не дал Лэнсу договорить, мягко поцеловав его в губы. Казалось, время для обоих остановилось и больше не хотело идти. Целый фейерверк эмоций и чувств полыхал в груди обоих, не собираясь затухать еще очень долго. — Я согласен. Согласен, Лэнс, — юноша мягко улыбнулся, глядя на расцветающую улыбку на лице шатена. Следующий поцелуй был более чувственным, и Киту пришлось ухватиться за талию Макклейна, чтобы не свалиться вниз. — Я думал, тебя не будет интересовать такой человек, как я, — Коганэ посерьёзнел, немного отодвигаясь от Макклейна, внимательно смотря тому в глаза. Серьезно, если бы ему сказали покончить жизнь самоубийством, он бы утопился в них. — Ты единственный человек, который меня сейчас интересует, и будет интересовать.       Шатен поцеловал Кита в кончик носа, нежно зарываясь рукой в мягкие длинные волосы.       Кит не мог осознать полностью весь тот спектр эмоций, который сейчас испытывал, но он был полностью уверен, что готов провести всю оставшуюся жизнь так — сидя на холодном бетоне, под порывами прохладного ветерка, в объятьях Лэнса.       Закат опять заливал всё вокруг нежными розово-золотыми лучами. Двое сидели на крыше самого прекрасного здания в самый прекрасный вечер их жизни. И ничего уже не могло этому помешать.