Амбивалентность

      — Ир, ну и что ты теперь будешь делать? — Измайлова покрутила в руках пустой бокал, вздохнула, но наливать больше не стала, вместо этого вытянула из коробки конфету. Ирина нашла на подоконнике сигареты, закурила, невесело хмыкнула.       — Ну а что я могу, Лен? Проверка идет полным ходом, повезет, если этим и ограничится, а то Бекетов мне намекал, что вообще могут уволить… А, — с досадой махнула рукой с зажатой в ней сигаретой, — надоело все… Устала я, Лен. Пусть они тут сами возятся… А я вот думаю махнуть на море, отдохнуть, развеяться… Давно хотела, да и с Сашкой надо как-то контакт наладить, а то он дома сутками не бывает, то у мамы торчит, то у друзей каких-то… Видеться почти перестали, ладно хоть на звонки отвечает. Измайлова, перестав слушать подругу, уставилась на задравшийся рукав домашней рубашки, из-под которого на запястье виднелась внушительная красноватая полоса.       — Ир, это… это что такое, Ир?.. — пробормотала, бесцеремонно перехватив тонкую, совсем ледяную руку. Полковник, вздрогнув, торопливо одернула рукав и взглянула с неприкрытой досадой.       — Если я скажу, что это следы бурной личной жизни — отстанешь?       — Личной… чего? Ир, ты че несешь-то вообще? Зимина выразительно закатила глаза.       — Лен, ну ты как маленькая, честное слово! Че я тебе, все объяснять должна? Лена, наконец-то врубившись, о чем толкует начальница, глупо залилась краской.       — Ну, блин, Зям, ты даешь, — выдавила, разливая вино. — Слушай, он у тебя не маньяк случайно? Полковник только как-то странно усмехнулась, тоже потянувшись к бокалу. А Лена, украдкой разглядывая ее, решила, что непременно дознается, что это за таинственный мужик появился вдруг у начальницы.

***

Контрастом с южными сочными красками и палящим солнцем Москва встретила обыденной серостью и нудным мелким дождем. Сашка, немного оттаявший за время совместного отпуска, сразу же заторопился к каким-то друзьям, а Ира, тоскливо глядя на неразобранные чемоданы, поняла, что не в силах оставаться в квартире одна. Вызвала такси и поехала в отдел — узнать последние новости. Измайлова, не отрываясь от каких-то протоколов, безрадостно сообщила, что никаких подвижек ни в одном из дел не предвидится, а уж дело об убийстве семьи Васильевых следак из СК заочно записал в висяки. УСБ вовсю шныряет по отделу, выискивая себе легкую добычу, так что нормально работать попросту невозможно, Климов пытается как-то навести порядок не только в отделе, но и в районе, но получается слабо — все-таки в обязанности начальника входит не только непосредственное руководство, но и дипломатия, и политика, а опыта во всех этих играх у Климова маловато. Раздраженно закурив прямо на крыльце отдела, Ирина мрачно думала, что при таких раскладах развал отдела более чем вероятен. А ведь что-то такое она однажды уже проходила… Тяжело громыхнула входная дверь, на крыльце показался Ткачев. Старательно избегая смотреть на нее, сухо бросил:       — Ирина Сергеевна, есть разговор.