Амбивалентность

Свой первый кайф Жека словил не тогда, когда единственный раз попробовал героин. Нет, совсем другие ощущения, куда острее и крепче, чем «приход», они с пацанами испытали в тот раз, когда в полутемном подвале «наказывали» выскочку-следачку, грозившуюся закрыть их всех за крупную кражу. Никто из них тогда даже не понял, как эта стерва вычислила, кто обнес умотавшего за границу соседа, но факт оставался фактом: она не только точно об этом знала, но и собиралась доложить начальству о своих подозрениях. А учитывая, какой «послужной список» тянулся за этой троицей еще со времен учета в ПДН… Было ясно, что ничем хорошим это не закончится, тем более что самому младшему, Ярику, уже стукнуло шестнадцать, и ему грозила колония для малолеток. А Жека и Кит вообще схлопотали бы по полной программе — с разницей в два месяца им уже исполнилось по восемнадцать… За решетку никто из них не хотел. Тогда-то Кит, наглотавшийся «колес», и озвучил дерзкую идею: запугать эту сучку так, чтобы она и пикнуть не посмела что-нибудь об их участии в том деле. Немного помявшись, остальные все-таки согласились — другого выхода не было все равно. Ярик, как самый младший и безобидный с виду, прибежал к этой стерве с перепуганной физиономией и залепетал что-то о том, что очень раскаивается, боится и не хочет в тюрьму, поэтому готов сдать остальных. В доказательство своих намерений согласился показать, в каком подвале спрятаны краденые вещи — и привел следачку в расселенный заброшенный дом, где их уже ждали Жека и Кит… …       — Расскажешь кому — на куски порежу, — с жутким оскалом пообещал Кит напоследок, когда они уходили из заброшки, оставляя эту стерву еле живой. А той же ночью Жека и Кит наведались в подвал еще раз, прихватив канистру бензина — и теперь следов не осталось в самом прямом смысле слова. Дело о краже так и заглохло, толком не раскрутившись — новый следователь, сонный мужик с перегаром, не стал даже вникать в суть произошедшего, спихнув папку в архив. Сосед еще какое-то время побегал в отдел с возмущенными воплями, но вскоре выдохся — и дело было забыто. А вот забыть, как кайфанул в тот раз, расписывая по полной девку в ментовской форме, Жека так и не смог…

***

Щукин перезвонил где-то через полчаса.       — Может, все-таки расскажешь, зачем тебе это? — спросил настороженно, шелестя какими-то документами.       — Надо, — скупо отозвался Ткачев, меньше всего желая вдаваться в подробности. — Ну так что, ты узнал или нет?       — Узнал, — после паузы все-таки отозвался Константин. Похоже, сомневался, правильно ли поступает, выполняя просьбу вместо того, чтобы бежать докладывать Зиминой. — У этого типа, точнее, у его матери, есть дача, от отца осталась, развалюха на шести сотках в глуши, от Москвы так просто не добраться.       — Я понял, — перебил Ткачев. — Адрес есть?       — Есть. Пиши…