Правитель своей судьбы

Клэри проснулась, когда птицы уже весело щебетали, а солнце будило своими яркими лучами. Девушка легла на другой бок и накрыла голову подушкой, отгораживая себя от внешнего мира. Ей и здесь хорошо, в тепле и покое. Распахнулась дверь и как ураган влетела Лили. Ее хвостик смешно распушился от бега. – Ты всё еще спишь? – спросила она и удивленно вскинула брови. Голос подруги доносился до Клэри приглушенным. Охотница уже снова засыпала, когда Лили скинула с нее одеяло и убрала подушку. Клэри перевернулась на живот и уткнулась лицом в матрас. Казалось, никто и ничто не могло разлучить ее со сном. Но Лили была настроена решительно. Она потянула Клэри за ногу, стягивая с кровати. Рыжая сначала ничего не поняла, но потом вскрикнула и попыталась зацепиться хоть за что-нибудь. Под руку попалась только простыня. Это никак не могло спасти ее от падения. Девушка свалилась на пол под громкий хохот Лили, потерла ушибленную ногу и широко зевнула. Глаза были открыты, а сама она еще спала. – Клэри! – позвала ее Лили. – Во сколько ты вчера легла? Она будто не услышала вопроса, положила тяжелую от мыслей и недавнего сна голову на свое плечо и снова закрыла глаза. Лили увидела на тумбочке альбом с новым рисунком. Это был набросок здания лондонского Института. – Ты что рисовала всю ночь? Ты ведь знала, что сегодня бал! Нам уже нужно готовиться, а ты еще не позавтракала. Через десять минут начинается обед! Миссис Моргенштерн будет недовольна, если ты и на него не придешь. Клэри кивнула головой и продолжила сидеть на полу. – Всё! Я зову твою мать! Пусть она сама разбирается! – отчаялась Лили, но тут произошло чудо. Клэри открыла сначала один, потом второй глаз, подтянулась и сладко зевнула уже в четвертый или пятый раз. – Сейчас встану, – произнесла Клэри и действительно встала. – А который час? Лили подставила к ее лицу наручные часы и недовольно проворчала: – Уже почти два часа дня! Ты совершенно не щадишь своих служанок! У нас осталось три часа, чтобы собрать тебя к празднику. У Клэри округлились глаза. Неужели она до утра просидела за рисованием и проспала девять часов? Такое бывало с ней очень редко. Это всё Джонатан виноват. Клэри подумала, что обед можно пропустить, потому что она не чувствовала вселенский голод. Да и Джослин все равно упрекнет за пропущенный завтрак. Поэтому она пошла в ванную и кинула служанке: – Зови остальных. Будем делать из меня красотку, ну или что-то вроде того. Лили усмехнулась и выбежала из покоев.

***

Клэри потратила час на водные процедуры, на приведение волос и кожи в порядок. Три девушки суетились над ней и летали по комнате, словно стрекозы. Одна делала маски на лицо, другая – маникюр, третья – педикюр. И это хорошо, потому что сама Клэри не привела бы себя в божеский вид за такой короткий срок. Максимум, что она сделала бы – натянула платье. Девушка просто доверилась профессионалам, расслабилась под их твердой рукой. Она готова была не просто наслаждаться проворными пальцами девушек, а мурлыкать от наслаждения (как бы пошло это не звучало). Клэри уже отвыкла от того, что все с ней носятся как с младенцем, который сам ничего не умеет делать. И это в какой-то мере ей нравилось. Но иногда внутренний голос говорил: «Ты что, сама не можешь себя обслужить?», и приходил стыд. Прошел еще час. Девушки весело о чем-то разговаривали, но Клэри не уловила главную мысль и перестала слушать. Они уже были на втором этапе создания образа, то есть занимались прической и макияжем. Дверь открылась. Клэри подумала, что это Лили решила проверить, как продвигаются дела, но совершенно неожиданно в ее покои влетел взбудораженный и злой Джонатан. Она посмотрела на него через зеркало, потому что ей нельзя было шевелиться и удивленно спросила: – Почему ты здесь? Ты ведь говорил, что придешь к балу? Джонатан облизал сухие губы и произнес: – Бал через час. Считай, что я очень пунктуален и не хотел опоздать. Девушки, прошу нас оставить, – это звучало строго, но тактично. Они без возражений отложили свои кисточки, а также другие принадлежности и просеменили к выходу, аккуратно закрыв дверь. Клэри развернулась на стуле и, столкнувшись с такими же разъярёнными глазами, начала отчитывать его: – Джон, у меня осталось мало времени, чтобы подготовиться в балу! Катастрофически мало! Говори скорее, что хотел, и проваливай. Парень открыл рот, чтобы сказать что-то, но опять закрыл. Он не знал, как выразить свое негодование и гнев, подошел ближе и сверху вниз посмотрел на нее. Взгляд был красноречивее слов. Клэри стало неуютно. Ей хотелось оттолкнуть брата, но она держалась до последнего под его негласной атакой. – Не хочешь ничего мне сказать? – произнес он сквозь зубы. Клэри отпрянула. Она скрывала от брата только то, что нацелена на пост Инквизитора. Как он мог узнать об этом? Мать бы ему ничего не сказала, а она единственная, кто мог проболтаться. Клэри решила прикинуться дурочкой. – Я не понимаю, о чем ты, – произнесла она, неумело скрывая волнение. Себастьян кивнул с усмешкой, что указывало на его недоверие, и отошел от сестры, направляясь к окну. Сложив руки в замок за спиной, он застыл и разглядывал мир за окном, будто его сейчас ничего не интересовало кроме этого. – Уже через час я должна выйти к гостям, но ты, видимо, хочешь, чтобы все подумали, с каким убожеством живет Джонатан Моргенштерн под одной крышей? – съязвила Клэри, больше не в силах ждать разоблачения. – Если ты выйдешь вот так, все женихи разбегутся? Ты этого боишься? – насмешливо произнес Джонатан, даже не повернувшись к ней. Клэри опешила. Какие еще женихи? Что он несет? Она встала со стула, подошла к нему и развернула к себе. – Что всё это значит? Скажи прямо! – с недовольством произнесла она. Джонатан вскинул брови, а потом как-то странно на нее посмотрел. – Разве ты не в курсе? – Клэри помотала головой. Ее терпение было на исходе. Чего же она не знала? Джонатан с запалом начал рассказывать: – Хотел заглянуть к родителям перед балом, чтобы сообщить о своем прибытии, и случайно услышал их интересный разговор. Отец говорил матери, что тебе рано выходить замуж. Мама яростно защищала свою позицию: «Клэри уже пора подобрать избранника,» и все в таком духе. Они долго ругались, но отец в конце концов уступил. Клэри стояла с открытым ртом и не могла вымолвить и слова. – Сегодняшний бал — это не праздник в честь твоего возвращения, – продолжал брат. – Через час здесь будут сновать женишки, которые хотят получить тебя, все твое богатство и престижный титул. Разве ты этого хочешь? Они не заметили, как распахнулась дверь и зашла Джослин с гордо поднятой головой. Женщина подозрительно взглянула на парочку и тут же поняла по лицу Клэри, что та уже всё знает. Глаза девушки готовы были воспламениться от гнева, если бы были способны на это. – Так и знала, что ты подслушивал, – обратилась Джослин к сыну, а затем к дочери: – Клэри, я хотела тебе сказать об этом… – Когда? – резко перебила ее девушка. Она была настолько поражена и разгневана, что казалось, из ушей скоро пойдет пар. – Когда ты хотела рассказать, мамуль? Когда я шла бы к алтарю в белом платье? Когда я нарожала бы тебе внуков? Ты с ума сошла!? Джослин предполагала, что будет такая реакция. Она держалась спокойно, впрочем, как и всегда. – Джонатан, выйди за дверь, пожалуйста, – попросила она. Охотник сжал кулаки, с ровной спиной подошел к матери и шепнул ей на ухо, чтобы Клэри не услышала: – Ты что-то скрываешь. У тебя есть какой-то план, в котором ты используешь Клэри. – Ты проницателен, сын, – уже громче ответила Джослин. – Мой план состоит в том, чтобы устроить жизнь Клэри наилучшим образом. Я пригласила самых достойных сумеречных охотников со всего мира, и всё ради нее. Клэри должна быть счастливой, и ты желай ей того же. – Я тебе не верю, – сузив глаза, сказал парень, обошел мать и, громко хлопнув дверью, покинул комнату. Клэри смотрела на Джослин и ждала объяснений. Еще никогда она так не разочаровывалась в матери. Мама для нее всегда была сравнима с богиней правосудия, верности, мудрости и правды. Все хорошие качества собрались в одном человеке (строгость можно опустить). Но этот идеальный образ стал рушиться из-за одной нелепой ситуации, которую в данный момент Клэри считала концом света. Джослин собрала мысли в кучу, чтобы безболезненно донести суть всех сложностей. – Присядь, – приказала она, но Клэри даже не пошевелилась. – Что ж тогда, пожалуй, начнем с самого главного, – выдержав паузу, женщина продолжила: – Ты должна выйти замуж за одного из тех мужчин, которых я подобрала тебе. И возражения не принимаются, потому что это поможет в достижении власти. Сейчас я всё объясню. Ты была права, недавно назвав себя маленькой девочкой. Такой тебя и видит вся знать сумеречного мира. Но если под руку с тобой будет идти мужчина, который уже добился некоторых высот, состоялся как человек и как сумеречный охотник, которого все уважают, то велика вероятность, что власть будет удержана. А это нам и нужно. Поняла? Возмущению Клэри не было предела. Шпильки, которые служанки успели воткнуть в волосы, стали страшно впиваться в голову и приносить боль. Но слова матери вонзались в ее сознанье словно толстые иглы, раздирая радужные представления о будущем. Кого она обманывала, когда думала, что всё обойдется без обмана и интриг. Клэри чувствовала, как вместе с матерью они летят в пропасть. Они опустились на такое дно, что оттуда трудно будет выбраться. – Мама, ты точно сошла с ума, – шепотом произнесла девушка со слезами в уголках глаз. – Ты не представляешь, какой это сложный для меня шаг. Неужели нельзя обойтись без этого? Я не хочу достаться какому-нибудь властолюбивому эгоисту. Он будет управлять и мной, и всем сумеречным миром. – Мы этого не допустим. Ты можешь положиться на меня. Всё будет хорошо, – произнесла Джослин, подошла к дочери и заключила в крепкие материнские объятья, которые в детстве спасали Клэри от всех бед. – А теперь спрячь свои слезы и подними голову, будущий Инквизитор. Клэри усмехнулась и вытерла пальцами скатившуюся слезу. Она не представляла, что из этого выйдет. Будущее смазалось, надежды на спокойную жизнь рухнули. Любовь теперь ей будет только сниться. Фиктивный брак – это первое испытание, но не последнее. Нужно все вытерпеть и спасти свою семью.

***

Ровно пять вечера. Почти все гости были в сборе. Сам Инквизитор уже восседал на своем троне и со скучающим видом разглядывал новых прибывших. Он, как и Джослин, постоянно поглядывал на часы. Клэри должна появиться с минуты на минуту. Но время летело, а ее всё не было. Джослин нервно постукивала пальцами по подлокотнику и поглядывала в зал. Все было украшено живыми цветами, столы ломились от закусок, а вино лилось рекой. Впрочем, как и всегда в этом дворце во время крупных празднеств. Для инквизиторской семьи это не было чем-то необычным. Джослин искала глазами потенциальных женихов для Клэри и немного разочаровалась, когда не заметила в гуще толпы своего фаворита. Но она точно помнила, что отправила приглашение в нью-йоркский Институт. Он должен прийти, потому что для Клэри это идеальный вариант. Молодой и красивый, занимающий пост главы Института, имеющий славу великолепного война и политика. И этому талантливому парню всего двадцать четыре года! Внезапно тяжелые двери на втором этаже открылись, и в нежно голубом платье показалась Клэри. Дворецкий объявил: – Дамы и господа, поприветствуйте дочь Инквизитора – Клариссу Моргенштерн! Огромное помещение наполнилось гулом хлопков, резавшим слух Клэри. Она гордо подняла голову, как это делала мать, и плавно спустилась с лестницы к гостям, которые организовали для нее проход. Все они, перебивая друг друга, с поклоном говорили ей: «Здравствуйте! Добрый вечер! Мое почтение! Спасибо за приглашение!» Но Клэри еле кивала головой и старалась не смотреть им в глаза. Она все еще волновалась и боялась встретиться взглядом с «будущим мужем», хотя это было неизбежно. Ей придется с кем-нибудь пообщаться. Наконец, она преодолела толпу и поклонилась отцу, затем матери. Валентин встал со своего места, с широкой улыбкой приблизился к ней, оставил на лбу легкий поцелуй и, встав рядом, обратился к народу: – Моя любимая дочь вернулась домой с новыми силами, идеями и целями. Она готова воплотить их в жизнь. Мы собрались здесь, чтобы поддержать Клариссу и отпраздновать ее возвращение. Так давайте же поднимем за это бокалы! Слуга поднес красное вино Валентину и Клэри. Гости что-то прокричали в ответ отцу, но девушка не хотела слышать, потому что единственным ее желанием было поскорее убраться отсюда в свои покои, снять платье, туфли, шпильки, лечь на кровать и забыть этот день. Но в данный момент такое счастье невозможно, ведь она присутствовала в зале всего пять минут. Для приличия нужно постоять здесь хотя бы часик. Клэри отпила немного вина. Сладкая прохладная жидкость остудила ее голову. Кажется, вино будет ее верным спутником на этом вечере. Джослин отвела Клэри в сторону, чтобы начать свою операцию по нахождению жениха для своей дочери. – Мама, здесь столько мужчин, – пугливо съежилась Клэри. – Как мне выбрать одного? Я не успею познакомиться и хорошо узнать даже десяти человек. – Доверься мне. Я знаю каждого претендента в этом зале. Я подскажу тебе. Милая, присмотрись к тому мужчине, – начала женщина. – Это Фрэдерик Эшдаун. Состоит в совете у твоего отца, но не поддерживает его идеи. Мы с ним много беседовали на тему того, как можно остановить Валентина. Думаю, он был бы прекрасным партнером в управлении властью. – А еще он Клэри в отцы годится. Ну или в дяди, – раздался за спиной чей-то звонкий, но уверенный голосок. – Ты готова стать мачехой для двух его сыновей? – Лили? – обернувшись, удивилась Джослин и с укором посмотрела на нее. – Твои комментарии неуместны. Прошу, займись своими делами. – Нет, мам, пусть останется. Я хочу знать о претендентах всё, – возразила Клэри, и Лили, одобрительно улыбнувшись, встала по другую сторону от девушки. – Учти, то что знает Лили – это сплетни, а они в большинстве случаев являются чистой ложью, – строго сказала мать, презрительно зыркнув на подругу своей дочери. – Но из пустого места они не появляются, – защитила Клэри служанку и стала разглядывать толпу. Вдруг двери, из которых несколько минут назад вышла Клэри, открылись и появилась целая делегация, состоящая из женщины, девушки и двух молодых парней. Один из них сильно выделялся на фоне черноволосых охотников. Честно говоря, только он и зацепил ее внимание, как рыбку на крючок. Она смотрела на него и не могла отвести взгляд от уверенной, чуть наглой походки. В этом парне была какая-то внутренняя притягательность и обаяние, которое Клэри чувствовала даже на расстоянии в несколько метров. И, конечно, она не могла заметить его приторную красоту, но она бы не скривилось от такой сладости. – Ну наконец-то, – облегченно прошептала Джослин. Клэри подозрительно посмотрела на нее и продолжила наблюдать за тем парнем. – Кто это, мам? – О, Клэри, это семья Лайтвудов, очень почетная и знатная в сумеречном мире, – с восторгом произнесла Джослин. – Признаться честно, я уже давно присматривалась к тому черноволосому красавцу. Я мечтала, чтобы вы когда-нибудь встретились. Это Александр Лайтвуд – глава нью-йоркского Института. Клэри с неохотой перевела взгляд на того самого Александра и сразу же ощутила холод от всех его движений, от ледяных глаз. И этот холод не был приятным. Он был колким, отталкивающим. Создавалось впечатление, что его заставили прийти сюда. Да, он был красивым, даже загадочным, но все портила эта прохлада, тянувшаяся от него к Клэри через весь зал. – Девочка моя, он лучшее, что я могу тебе посоветовать, – прощебетала Джослин. – Он будет тебе опорой и защитой, я знаю. – А еще все говорят, что он гей, – посмеялась Лили. Клэри округлила глаза, а затем гневно посмотрела на мать. – Это всё вранье, – спокойно сказала Джослин. – Александр был в отношениях с девушкой несколько лет, потом расстался с ней и до сих пор свободен. Не правда ли, нам повезло? – Его часто видят в обществе Магнуса Бейна – верховного мага Бруклина, – не отступала Лили. – Считают, что они скрывают свои отношения. Клэри покачала головой и все же спросила: – А кто тот светлый парень? Джослин нахмурилась и строго ответила: – Клэри, сосредоточь внимание на Александре. Тот охотник не стоит твоего внимания. Клэри обреченно посмотрела на Лили, поняв, что от матери ничего не добьется. Подруга без колебаний выложила информацию, которую знала: – Говорят, что он приемный сын Лайтвудов, лучший охотник современности. Убил столько демонов, сколько нам и не снилось. Клэри восторженно посмотрела на блондина и вздохнула. Кажется, она нашла себе избранника на всю жизнь. Джослин покосилась на дочь и сказала: – О нет, я знаю этот взгляд. Только не говори, что тебе понравился этот неотесанный охотник. У него нет ни высокого статуса, ни богатства, и я уверена, умом он не блистает. – Да как ты можешь такое говорить, ничего не зная о человеке! – вспыхнула Клэри. Благо ее никто не услышал, потому что все гости были заняты разговорами и едой. Неожиданно Клэри увидела, как Джонатан остановился возле семьи Лайтвуд и крепко жал руку каждого охотника, потом поцеловал руки дам и начал о чем-то оживленно с ними разговаривать. Любопытство с новой силой посетило Моргенштерн, и она уверенно пошла туда же. – Клэри, ты куда? – спросила Джослин, нахмурив брови. Словно издеваясь над матерью, она ответила так: – Пойду познакомлюсь с будущим мужем.