Та, которую я искал тысячу лет

      Деймон был уверен, что вся эта история просто какая-то уже совсем не смешная шутка. Ну, а как ещё это объяснить? Вампиры не могу иметь детей! Тем более ведьм. По крайней мере он придерживался такого мнения вплоть до того, как попал в прошлое. Он понял, что тогда произошло. И как вообще Давина появилась на свет. И сказать, что Сальваторе был поражён, ничего не сказать. Клэр использовала заклинание предков, то самое, которое её предки применили, когда хотели иметь здоровых детей.       Из размышлений его вырвал голос Елены, и он повернулся к ней. У них были похожие голоса, совсем чуть-чуть. Деймон всегда знал, что Клэр не была его соулом, да и Кэтрин тоже. Дей никогда не видел тату Пирс, хотя казалось, как такое возможно? Оказывается, очень просто.       — Какое первое испытание? — спросила Гилберт, посмотрев на своего парня.       — Что-то связанное с кровью, она должна будет пролить свою и чужую кровь, — ответил Деймон, вставая с дивана, — Оно должно проходить на закате, перед полнолунием.       — Она должна будет убить человека? — на выдохе произнесла Елена, Дей кивнул, — Думаешь: справится?       — Я не знаю…       И он правда не знал. От Давины Клэр можно ожидать всё, что угодно. Она как ураган, который может быть в затишье, а потом как нагрянет. На себе испытал пару дней назад. Если сказать, что их отношения налаживаются, значит сказать правду. Оба пытаются найти то, что их соединяет, кроме её матери. И такие пересечения всё-таки находятся.       Елена же думала о том, где сейчас Стефан с Кэтрин. Конечно же она не доверяла ей. Почему это она должна это делать? Та разрушила их отношения с младшим братом, ну, по крайней мере, романтические уж точно. Насчёт дружеских Гилберт ещё не уверена, не успела побыть с ним другом, так как он сразу сбежал. И конечно же это не понравилось ей, но ничего другого, как ждать его возвращения, ей не оставалось, тем более в тот момент свалились другие проблемы, над решением которых приходилось думать круглосуточно.       Деймон хотел что-то спросить у девушки, но в дверь постучали, и пара переглянулась. Они гостей не ждали, по крайне мере ближайшие два часа уж точно. Все были заняты своими делами, да и подготовка к первому испытанию уже должна была вот-вот начаться. Деймон со скоростью вампира переместился к двери и распахнул её. Тот, кого он увидел перед собой, ошибся дверью. Наверняка. Ну, а как ещё объяснить, что делает Кол Майклсон перед его дверью?       — Хм, — пробормотал Сальваторе, смотря на Первородного, — Давина…       — Я не к ней, — отмахнулся тот, проходя в дом без приглашения, а Дей вздохнул про себя: «Ну да, проходи, тебе всегда рады», — Я хотел о ней поговорить, — он прошептал это так тихо, что Деймону показалось, что ему послышалось, но вампирский слух никогда не подводил его, — У тебя есть что-то выпить?        — Мм? — Деймон посмотрел на него своими синими глазами и кивнул в сторону гостиной, и направился туда же.       Елена непонимающе смотрела на него, а тот лишь пожал плечами. А что сказать то? Он сам не понимает, что происходит.       — Я пойду. Кэролайн звонила, им нужна помощь, — проговорила Елена, держа в руках телефон, тем самым говоря, что только что говорила с Кэр. Направляясь к выходу, Гилберт остановилась около своего парня и легко поцеловала его, что-то прошептав. Тот кивнул, и когда девушка ушла, то снова повернулся к вампиру, который уже, как у себя дома, наливал себе и ему в стаканы алкогольный напиток.       — Так о чем ты хочешь поговорить? — спросил Деймон, подходя к нему.       — Не о чём, а о ком. О Давине. Я не знаю, что происходит. Когда мы только познакомились, то она ненавидела меня, когда мы были в прошлом — она дала шанс нашим отношениям, а теперь, когда мы вернулись, она отталкивает меня. Наши разговоры ограничиваются: «Привет», «Как дела?», «Пока». Ты её отец. Может объяснишь, что с твоей дочерью не так?       Всё это Кол выдал на одном дыхание, а потом залпом выпил содержимое стакана, поморщившись. Деймон смотрел на него и пытался переварить услышанное. Это давалось с трудом, так как сейчас у него в голове полный бардак, и всё, что он сейчас хочет, так это лечь в кровать и уснуть, но, кажется, в ближайшее время ему это не удастся.       Но он знал, что происходит с Ди. Она боится. Боится потерять всё, что ей сейчас так дорого. И Кол становится одним из этих дорогих людей.       — Она может умереть, то есть мы можем потерять её.       — Я это и без тебя знаю, я способствовал этому, если ты не забыл, — фыркнул Кол, закатив глаза, — Что-то новое можешь мне сказать?       — Ты ей нравишься, даже очень. И она боится тебя потерять. Она боится, что ты будешь страдать из-за того, что она умрёт.       — Мы все боимся. Но с другими она общается, — всё ещё не понимал Майклсон.       — Но ты — не другие, Майклсон! Ты её вторая половинка. Если она умрёт, часть тебя тоже умрёт. Ты не будешь таким, как прежде. Всё для тебя изменится. Ты понимаешь? Когда твой соулмёт погибает, жизнь превращается в чёрно-белое кино. И зная тебя, оно для тебя станет чисто чёрным. Поэтому она сводит ваще общение на нет, чтобы ваша связь не выросла ещё больше, — вздохнул Деймон и почти пересказал всё, что Ди говорила ему позапрошлой ночью, когда он вывел её на откровенный разговор.       — То есть эта девчонка делает мне больно сейчас, чтобы не было больно потом? — нахмурился Кол, и Дей всплеснул руками, подтверждая его догадку.       — Бинго!       — Идиотка. Спасибо!       И он вылетел из дома Сальваторе, оставляя того одного.       — Не лучший для тебя кандидат, дочка.

***

      Элайджа сидел в кабинете, перечитывая дневник Клео, когда в комнату ворвался его брат. «Ворвался» — именно то слово, которое описывает Кола в данный момент. Его глаза горели, а губы шевелились, но не произносили ни звука. Это заинтриговало Эла, и тот, отложив тетрадь, внимательно посмотрел на брата.       — Ты что-то хотел? — после нескольких минут молчаний, спросил Элайджа.       — Ты не знаешь, где Давина?       — Она, вроде, в лесу с Хейли и Бонни, — ответил тот, отводя в сторону глаза, — А что?       — Мне нужно с ней поговорить, — вздохнул Кол, опускаясь в кресло.       — А это не может подождать?       — Нет.       И так же без всякого предупреждения вылетел из комнаты. А Майклосону оставалось лишь сидеть и хлопать глазами, думая, чем он это заслужил такую семейку, которая врывается в его личное пространство и мешает его планам.       — Бежать надо. Да.

***

      Давина была уверена, что если она будет избегать Кола, тягучее чувство внизу живота уйдёт. Но нет, она ошиблась. Оно всё росло и росло с каждым днём, с каждым её взглядом на него. Ведьмочка думала, что любовь — это что-то хорошее, что-то волшебное и не должно быть так больно. Её отец, который оказался её дядей, всегда говорил: «Любовь бывает разной, милая. И я люблю тебя, как никто не будет тебя любить, так умеют только любить отцы» Тогда он даже не подозревал, что его малышка сможет отгадать тайну своей матери и найти своего биологического отца. И когда Давина сказала, что нашла, Пол был в шоке, и это ещё мягко сказано.       Пол боялся, что Ди будет отстраняться от него, что возненавидит, но этого не произошло, они продолжали видеться, говорить на разные темы и быть как отец и дочь, но теперь между ними стоял Деймон. И Пол всё прекрасно понимал. Он любил Давину и желал ей только самого лучшего, и если все эти люди смогут сделать её счастливой, то он отойдёт на второй план. Но когда Клэр узнал, что они затеили, то был категорически против. Ну потому что это слишком опасно! Она может умереть! — было его аргументом.       Они так и не пришли к единому мнению, но Пол всё равно помогал, чем мог, хоть и не одобрял.       Клэр сидела на траве, её глаза были закрыты, а сама она пыталась успокоиться. Бонни ушла за нужными травами, а Хейли позвонил Элайджа, и девушка, сказав, что скоро вернётся, ушла. В последнее время, она не любила находится одна, ей казалось, что тишина вокруг неё её просто убьёт. Когда Давина согласилась пройти все эти испытания, она не думала, что это будет так сложно, хотя девушка ещё даже не прошла первое.       — Давина! — раздался голос, и Клэр резко открыла глаза, поворачиваясь в ту сторону, откуда он исходил.       — Майклсон, — прошипела Дав себе под нос, но забыла, что у того идеальный слух, — Чёрт.       — Опять начинаем фамильярничать? — хмыкнул он, садясь напротив неё, — Это мы потом обсудим. А сейчас расскажи, почему ты сидишь на траве, когда тебе надо успокоиться? В этом помогает хорошо алкоголь.       — Мне шестнадцать, придурок. И я спокойна, — закатила глаза Давина, даже не подозревая о том, что сейчас задумал Кол.       — Один стакан ничего не изменит. И ты не спокойна, дорогуша, — Кол придвинулся к ней ближе, вставая на колени. Его правая рука потянулась к её щеке, нежно прикасаясь к коже и поглаживая ее. Ведьма затаила дыхание, она боялась пошевелиться. Как же давно девушка хотела почувствовать эти руки, но так боялась. Боялась непонятно чего. — Малышка, ты не читала о соулмётах столько, сколько я и моя семья. Мы первородные вампиры, первые в своём роде. Когда истинные половинки встречаются, то их связывает нить, и с каждым их моментом, будь он счастливый или грустный, эта нить растёт. А также мы можем чувствовать то, что чувствует связанный с нами человек.       — А что, если я чувствую к тебе влечение только потому, что это чувствуешь ты? — прошептала Клэр, смотря в его карие глаза. Она не могла поверить, что произнесла это. — Что, если ты мне не нравишься так, как должен нравится?       — Это не так работает, Давина Клэр, — выдохнул Кол, прикусывая губу и бегая взглядом по такому идеальному лицу.       Как же она не поймёт, что он всё равно найдёт вход в её сердце? И это произойдёт совсем скоро. А может это вообще уже произошло. Кол Майклсон всегда добивался того, чего хотел, а сейчас, да и последние пару месяцев, он безумно желал Давину, чёртову недоведьмочку, Клэр, с такими волшебными каре-зелёными глазами и переливающимися на свету безумно вкусно пахнущими волосами.       Вампир не выдержал зрительного контакта и наклонился вперёд, целуя жадно целуя губы. Так, будто она больше этого не позволит. Он обхватил одной рукой её талию, поднимая девушку на колени. Вторая рука всё ещё покоилась на щеке, но она медленно спускалась на шею, чуть жёстче хватая хрупкую девушку. По началу Давина сопротивлялась, пыталась вырываться из крепких объятий Кола, но тот был слишком силён. И тогда она отдалась этой страсти, которая наполняла её с каждым его прикосновением, а тягость рассеивалась.       Это было слишком волшебно, чтобы быть реальностью. Его прикосновения были нежными, не такими, как его губы — жёсткие и нетерпящие отказ. Кол нежно поглаживал спину Ди, лишь немного приподняв футболку. Она не спала ночами, боясь, что её желания приснятся в сладком сне. Но ещё больше боялась того, что всё это будет происходить с ней наяву.       — Ко-ол, стой, остановись, — резко сказала Давина, толкая парня в грудь, но тот лишь промычал что-то нечленораздельное и продолжил целовать шею, — Майклсон!       — Что? Что не так? — вскинул брови Кол, смотря на девушку.       — Это произойдёт не так, — качнула головой Клэр, и тут заметила искры в его глазах.       — Но это произойдёт? То есть, ты не собираешься умирать?       — Ни за что. Я собираюсь ещё помучить тебя.       — О, Боги, мучай меня сколько твоей душеньки угодно, коварная ты женщина!