Белые лилии

      Белые лилии — смерть… Я принес их тебе в понедельник. Твои любимые… В наш последний понедельник. Твои небесные глаза вспыхнули, и в них снова поселилась радость и воля к жизни, где, казалось, ей уже нет места. Так оно и было… Я смотрю на эти белые соцветия, и они с тихим шорохом опадают на темную полированную поверхность стола. Тебя не стало в пятницу, утром, а бутоны, закрытые, по-прежнему расцветают. Им плевать, что твоя жизнь прервалась, закончилась для тебя, для меня… А запах твоего ухода витает в комнате, поглощает меня всецело. Я стремлюсь к тебе, хочу… Хочу быть рядом всегда, сейчас. Я не могу выкинуть букет — напоминание, что ты ещё со мной, дышишь. Я все ещё согреваю своим дыханием твои холодные пальчики. Растираю и ставлю горячую пластиковую бутылку, укрываю одеялом. Стараюсь украсть и отодвинуть финал, который прописан давно, ещё три года назад. Я верил и верила ты, он не придет и это не для нас… Для нас существует только жизнь — земная. Простая земная жизнь со своими радостями, печалями и счастьем… Счастьем, которого у меня уже не будет. Оно покинуло меня вместе с твоим последним утренним вдохом. Еще накануне, вечером ты говорила со мной, а теперь… Я боролся до конца: безумно делал искусственное дыхание и мои попытки вдохнуть в твое мертвое тело искру рассвета, вырывались обратно, и мне казалось, ты вернулась, дышишь! Хотя бы на день, на час, но побудешь со мной ещё… Самую малость! Я не мог поверить, что всё закончилось и мне остается сделать то, что мы обговорили ранее. Твой последний путь…       Сегодня, спустя девять дней, я получил в ритуальном агентстве твой прах. Небольшая серая мраморная урна в черном пластиковом пакете. Передо мной то, что осталось от тебя: прямоугольный ящик со скупыми инициалами и датами на металлической пластине. Рождение-смерть! А жизнь только небольшая черточка. В ней главное — прожитые на земле годы. А лилии до сих пор со мной. Они тихим шорохом опадают на темную полированную поверхность стола. Она вся усеяна коричневыми и скрученными лепестками. Я не могу больше смотреть на них: хватаю мертвый букет и отправляю в недолгий полет морозной ночи. Запускаю пальцы в волосы и сажусь на постель, где ты ушла навсегда. Открытое окно продолжает приносить с собой свежий воздух, вымывает аромат ушедшей жизни из комнаты, но не из моей души… Меня подбрасывает, и я захлопываю раму:       «Я не смогу без запаха нашей смерти…»       Якоря больше нет…       Поздним вечером я вхожу в квартиру с новым букетом белых лилий.       С губ тихим шелестом срываются слова:       — Потерпи до весны, родная…,— снимаю с урны накинутый платок и прикладываю ладонь к холодному мрамору.