Родная кровь .

      Гарри, осторожно отодвинул в сторону сестру, и пошёл к ближе к дому. Ему казалось, что он слышит чей-то тихий стон и шёпот -"Помоги!" — Гарри, пожалуйста, не ходи туда, — прошептала Анжелика. — Ангел, кто-то зовёт на помощь. Неужели, ты не слышишь? — не оборачиваясь, мальчик продолжал двигаться к крыльцу. — Нет, не слышу, я ничего не слышу, — уже в полный голос сказала Анжелика, — это ты у нас слышишь разные голоса, а я простая маленькая ведьма и не отличаюсь от других никакими необычными способностями. — Ангел, прости! Я не хотел тебя обидеть. Ну какая же ты простая, ты же Ангел! Ты настоящий АНГЕЛ! …Но мне необходимо туда зайти. Я не знаю почему, но меня тянет туда и… Кто-то или что-то просит о помощи. — Может это какая-нибудь змея, застряла между поломанных досок и зовёт на помощь? — Нет, это не змея. Я перестал понимать змеиный язык. — Как так? А как же твоя Куфия? — Я отпустил её. Ещё дома отпустил. Ты подожди меня здесь… — он поднялся по скрипучим ступенькам на крыльцо и толкнул дверь рукой. Она, так же как и калитка, со скрипом открылась, — ну я пошёл, жди тут. — Ага! Как же! Жди тут! Чтобы мне потом родители голову снесли, если с тобой что-то случится? Жди меня, я с тобой. — Она легко взбежала на ступеньки и только хотела пойти за братом, который уже зашёл в дом, как дверь, прямо перед её носом, захлопнулась, оставив её на крыльце, а Гарри в доме. Анжелика начала колотить кулачками в дверь, толкать её, крича: — Гарри, открой! Слышишь, открой мне дверь, впусти меня! — Не могу, — раздался голос брата из-за двери, — не поддаётся. Жди меня там. Я скоро.       Анжелика соскочила с крыльца и побежала к окну, чтобы заглянуть в него, но оно, как и все остальные окна, было закрыто густо разросшимися кустами колючего шиповника, и пробраться сквозь него не было возможности. Она стала обходить дом вокруг, стараясь найти какую-нибудь лазейку, но весь первый этаж был запутан в зарослях кустарников и лиан. Тогда девочка вернулась обратно и начала рассматривать таблички, пытаясь хоть что-то прочитать на них. На некоторых можно было разобрать отдельные буквы, но из них невозможно сложить слово, тем более если знаешь английский язык не в совершенстве, а в простой разговорной речи . Но на нескольких, видимо совсем недавних, можно было прочитать: "Гарри, мы с тобой!", "Спасибо тебе, Гарри, за наш мир!", "Гарри Поттер, мы ждём тебя в школе!", и всё подобное этому, а рядом с табличками, в густой и мокрой, после вчерашнего дождя, траве, она заметила детские игрушки, книжки и даже одежду. Анжелика не стала поднимать их, родители строго учили, — не трогать незнакомые вещи и не соваться в незнакомые места, но, видимо, для Гарри эти наставления проскочили мимо ушей.       Прислонившись спиной к хлипким перилам крыльца, Анжелика стала вспоминать то время, когда папа принёс к ним домой маленькое, испуганное, зеленоглазое чудо в облике мальчика. Она тогда была уже большая, ей через два месяца исполнялось пять лет и девочка всеми силами, вместе с мамой, взялась вытаскивать этого заморыша из жуткого состояния, в котором он находился по вине тех людей с которыми ему довелось жить. Папа ничего не утаил от маленькой дочери, он знал, что она всё поймёт и примет его племянника, как родного брата. И девочка приняла его, он стал для неё не просто братом, он стал её необходимостью, её воздухом, её жизнью, таким же, как и мама с папой. Когда они с папой отправились к забайкальским шаманам, Анжелика не находила себе места всю эту неделю, она целыми днями сидела под любимым деревом брата и читала его любимые книги. Когда наступала ночь, то с разрешения мамы, ложилась спать в комнате Гарри на его кровать. Так ей было легче пережить волнение и разлуку с братом. А когда она увидела его, полуживого, на руках у отца, то думала, что сейчас сама умрёт на месте, даже сердце остановилось на мгновение, но папа увидев её состояние, тут же сказал, что Гарри жив, просто в обмороке и всё будет хорошо. Потом Анжелика целые сутки просидела у его кровати, даже еду ей приносили в комнату брата. А теперь вот опять она не знает что делать. Родители появятся не раньше обеда, а сейчас и десяти часов, наверное, нет. Уже прошло минут пятнадцать как Гарри исчез за дверью этого дома. Что он там делает? Девочка встала и приложила ухо к двери, но там была тишина.        Она чуть успела отойти от двери как та распахнулась, в проёме стоял довольный и улыбающийся Гарри: — Ангел, это мой дом! — С воодушевлением произнёс он, — мой дом, представляешь?! У меня есть свой дом, он звал меня, он меня принял! Он ранен, но живой. Пойдём со мной, — мальчик протянул руку сестре, — пойдём, не бойся, давай руку.       Неуверенно Анжелика взялась за руку брата и он втянул её во внутрь дома. Внутри помещение отличалось от того дома, в который вселилась их семья и планировкой, и самой атмосферой. Он был пропитан магией и до сих пор не утратил своего волшебства. В комнате, в которую завёл её Гарри, был высокий, на всю стену камин. И это было основное различие между домами. На полу возле камина, лежал небольшой коврик тёмно-коричневого цвета, а напротив стоял широкий диван. На стенах висели снимки людей, которые весело улыбались и приветливо махали им руками. Гарри подвёл её к этой стене: — Ангел, смотри, это мои мама и папа, — показывая на один снимок, на котором молодая пара в свадебных одеждах, улыбаясь друг друга кружились под только им слышимую музыку. — Откуда знаешь, что это они? — Рассматривая красивую, ярко-рыжую со светящимися от счастья, зелёными, такими же как у папы и у самого Гарри, глазами, в белоснежном длинном платье и её партнёра, с чёрными, кудрявыми и длинными, завязанными сзади в хвост, волосами и тёмными глазами, которых он не сводил со своей спутницы. Он был одет в старинную, на взгляд продвинутой российской молодёжи, одежду. Но видимо она его не стесняла и он чувствовал себя в ней комфортно. Ещё на его носу были надеты круглые очки . — Они же похожи на меня! — воскликнул Гарри, удивлённый такому вопросу, — это же видно. — Скорее ты на них похож, — улыбаясь, довольному и взволнованному брату, сказала девочка, — а вот твоя мама, как две капли воды похожа на нашего папу. Заметил? — Ага, заметил. Здесь есть ещё снимки. Смотри целый альбом свадебных колдографий, — он потащил сестру к дивану на котором лежал, большой в кожаном переплёте, альбом, — давай, садись на диван, посмотрим.       Они с ногами забрались на диван и стали рассматривать снимки. Главными на них были молодые и счастливые родители Гарри, но было много и других, и молодых, и пожилых людей. Все они радостно улыбались детям со снимков и махали руками. — Гарри, тебя ничего не настораживает в этих людях? — Спросила через какое-то время Анжелика. — Что ты имеешь ввиду? — Смотри, на этих снимках, везде рядом с твоим отцом трётся один и тот же молодой парень, по видимости, это его лучший друг. А рядом с твоей мамой, постоянно одна и та же девушка, она, наверное, её подруга. Видишь? — Ну вижу? И что не так? Должны же были быть у них друзья? — Вот об этом я и говорю. Должны же были быть у них друзья. Почему же, когда ты остался один, они тебя не взяли к себе, а отдали этим жестоким людям? Гарри задумался. Он раньше даже не рассматривал такой вариант. — Может с ними тоже что-нибудь случилось? — неуверенно ответил мальчик. — Может быть… — протянула Анжелика, — давай возьмём его с собой и покажем маме с папой? — Нет! — резко, захлопывая альбом, сказал Гарри, — извини, но ничего отсюда выносить нельзя. Я их лучше самих сюда приведу. …Да, так будет лучше, и отец посмотрит, что можно сделать с домом. Можно ли его восстановить. А теперь пойдём, а то, если они вернулись, влетит нам по первое число. — А ты был наверху? — Нет, побоялся. — И правильно сделал. Мало ли что там. Со взрослыми придём позже. Гарри согласно кивнул головой.       Когда они вышли из дома и Гарри закрыл за собой дверь, он погладил её ладошкой: — Не волнуйся, я ещё приду. Теперь я тебя не оставлю. — Гарри, посмотри, что я нашла, когда ждала тебя здесь. — Анжелика показала на землю. — Игрушки? Книги? Одежда? — Рассматривая всё это, удивлялся мальчик. — Зачем? — Тут ещё есть надписи, которые можно прочитать. Гарри посмотрел на таблички, на которые указала сестра и вообще впал в ступор. — И на фига всё это…? — спросил он сестру. Та пожала плечами: — Наверное, благодарные фанаты мальчика, который выжил, понаписали всё это. Ты же пропал и никто не знал, как найти тебя, вот и приносили сюда… — Как на могилу… — добавил Гарри. — Кто знает, может и так, — мудро рассудила девочка, — ладно, пойдём, а то я от волнения есть захотела. — Я тоже хочу есть. Пошли, — Гарри взял за руку сестру и они вышли за калитку. — Гарри, смотри, — прошептала Анжелика, показывая глазами на стоявшую недалеко от них старую женщину, она не сводила маленьких , бесцветных глаз с мальчика. — Добрый день, — поздоровался с ней Гарри, но та ничего не ответила и продолжала пристально вглядываться в него. А потом подняла палку, на которую опиралась двумя руками и сказала скрипучим голосом: — Сходи туда, — она указала палкой вперёд, — они там. — Куда сходить? Кто там? — Попытался что-то выяснить Гарри, но старуха уже повернулась и уходила от них прочь мелкими, но быстрыми шагами. Гарри уже хотел побежать за ней и узнать о чём она говорит, но Анжелика схватила его за руку и остановила: — Я поняла, что она имеет ввиду. Там, в той стороне, по-видимому, кладбище и там похоронены твои родители. Она поняла, кто ты! — Но как? — Не знаю, давай оставим это на потом. Кушать очень хочется. — Хорошо, потом, так потом. Дети побежали к дому, родителей ещё не было и они, помогая друг другу, залезли назад через окно и закрыли его на засов, как будто всё время сидели дома. Анжелика пошла в кухню разогревать обед, который им оставила мама, а Гарри в три прыжка проскочил через ступеньки лестницы и забежал в свою комнату. Он подошёл к окну и отодвинул занавески: — Ангел, — закричал он, зовя сестру, — Ангел, иди сюда, скорее! Прибежала запыхавшаяся девочка: — Гарри, что случилось? — Иди сюда, к окну, — позвал её брат, — смотри, — и показал на улицу. Анжелика посмотрела туда, куда указывала рука брата… На месте, где должен был находиться дом, в котором они только что побывали, было небольшое озеро, заросшее ивняком…