Родная кровь .

      Четверо мужчин вошли в дом и устало уселись в кресла. Блэк всё это время держал на руках старого домовика. — Ну вот один крестраж нашли. Что дальше? — спросил Люпин. — Дальше будем искать второй — медальон, — ответил ему Новиков, — Верховный говорил, что Том спрятал его в какой-то пещере неподалёку от места, где находился приют, в котором он жил в детстве. А этот, — он достал из походного рюкзака коробочку с кольцом и повертел её в руках, — а этот надо отправить Бессмертному. Северус, ты не поможешь мне найти главпочтамт в Лондоне? Там есть невидимое отделение для корреспонденции волшебников? — Помогу. Я знаю, где он находится. Но добираться до него будем маггловским способом. Я не знаю его координаты для аппарации, - ответил зельевар. — Ну, а я сейчас отправлюсь в Блэк Хаус, надо привести этого беднягу в норму, — поднимаясь с кресла сказал Блэк. — Снейп, я открою камин для вас, если что, связывайтесь. — Я с тобой, — поднялся и оборотень, — если ты, конечно, не против. — Рем, ну как я могу быть против друга. Пойдём, вместе не так жутко будет находиться в том доме. — Вообще-то это твоё родовое гнездо, — сказал с усмешкой Снейп. — Ага, родовое. Только я не был в нём чёртову уйму времени. Не знаю, что меня там ждёт, — грустно ответил Блэк, мужчины пожали друг другу руки, — Я напишу мальчикам письмо, отправишь? — попросил он Романа. — Хочешь чтобы отправил вместе с посылкой? — спросил тот. — Нет, позже. Мне надо многое им сказать и не наспех. — Хорошо, как будешь готов, дашь знать. — Роман ещё раз пожал руку другу своей погибшей сестры. — Если хочешь, давай посетим Годрикову впадину, — предложил он. — О! Я тоже хочу, — сказал Люпин, — мы же даже не были на их похоронах. — Давайте договоримся на завтра, если вы ничем не заняты. — Да чем мы можем быть заняты? — взволнованно воскликнул Сириус, он и сам хотел отправиться туда, как можно скорее. Посмотреть, что с домом и побывать на могиле дорогих друзей. — Снейп, камин будет открыт для вас, жду завтра утром в Блэк Хаусе. — Хорошо, договорились, — ответил зельевар, ему тоже хотелось побывать на могиле любимой женщины, но он хотел сделать это один. И почему раньше это ему даже в голову не приходило?       Блэк Хаус встретил своего хозяина и его друга мрачной тишиной. Он и раньше-то не был приветлив и дружелюбен, так же как и люди, когда-то жившие в нём, а сейчас от всех стен, потолка и пола тянуло могильной тоской и безысходностью. — Добро пожаловать в Блэк Хаус, — стараясь быть весёлым, произнёс Сириус, приглашая своего друга в дом.       Они прошли в темную прихожую дома и зажгли на палочках свет, который осветил полное запустение помещения. — Сын, это ты? — послышался женский властный голос с одной из стен.       Сириус посветил в ту сторону палочкой. На стене висел портрет красивой женщины в чёрной одежде. Она печальными чёрными, нарисованными глазами, смотрела на вошедшего, почти седого, с потухшим взглядом голубых глаз, мужчину, которого помнила совсем ещё мальчишкой, бесшабашным, упрямым, но дорогим материнскому сердцу мальчишкой, всегда с задорным и весёлым взглядом и, с неисчерпаемым чувством юмора. — Мама, — мужчина поставил эльфа на пол и подошёл к портрету, — мама, простите меня, я всегда был идиотом, а в тот раз особенно, - он склонил голову в покаянии, перед женщиной, которая дала ему жизнь и, из его глаз самопроизвольно потекли слёзы. У женщины на портрете тоже по щекам катились слёзы, она протянула руку к сыну, но не смогла дотронуться до него. — Надеюсь, ты получил хороший урок, что надо сперва думать, а потом что-то делать? — спросила она. — О, да! Это был не просто хороший урок — это был жестокий урок. Мне его хватит на всю оставшуюся жизнь, — смиренно ответил, почти весь седой, молодой мужчина. — А это, я так понимаю, твой друг — оборотень? — Да, мама, это мой друг, Ремус Люпин. — А это что за эльф? Ты его притащил из Азкабана? — Нет, мама, не из Азкабана, но там где мы его нашли было ненамного лучше, чем в тюрьме. Мы его подобрали в одном заброшенном доме, в нём полно тёмной магии. Я хочу сделать ему перерождение на нашем Родовом камне и использовать его остаточную магию для восстановления дома. Вы же не против этого обряда? — Ты принял титул Лорда? — Да, мама, принял. Предки посчитали меня достойным, — упрямо вскинув голову вверх, Лорд Блэк посмотрел на мать. — Что ж, сын, я только рада, что Род Блэк не исчезнет окончательно. Иди, занимайся делами, можешь позвать Кикимера, этот старый плут где-то прячется в доме. Потом придёшь и расскажешь мне обо всем, что было и что сейчас происходит.       Но старого домовика семьи Блэк Кикимера, Сириус дозваться не смог. Решив потом поискать его в доме, он взял на руки эльфа, всё это время стоявшего покорно и почти не шевелившегося, и кивнув головой другу, приглашая идти за ним, отправился по лестнице ведущей в подземелья дома. Там находились ритуальный зал и родовой камень семьи Блэк. Как ни странно, но этот зал был единственным чистым помещением во всём доме. Или сама магия дома следила за этим, или же старый эльф, хотя без разрешения хозяина дома, даже домовик не может войти в этот зал. Значит Магия дома!       В помещении перед залом на вешалках висели чистые ритуальные платья, и стояли лохани с чистой водой. Лорд Блэк и его друг, разделись догола и произвели омовение всего тела, а потом надев на себя серые, созданные волшебством, без единого шва и из простой ткани, ритуальные платья, вошли в святая святых всех волшебных домов. Эльфа, Сириус держал на руках, с него тоже сняли грязную тряпку, в которую он был одет, а его самого помыли в воде. Прежде чем проводить обряд с эльфом, Блэк должен был напоить камень своей кровью и магией, поэтому он отдал домовика Ремусу, а сам подошёл к чёрному камню — ониксу, и взяв в руки ритуальный стилет сделанный гоблинами ещё на заре зарождения Рода, полоснул им по левой ладони, кровь сначала брызнула из глубокой раны, и окропила весь камень, а потом полилась ручьём, Сириус полоснул по другой ладони и из неё тоже кровь брызнула фонтаном. Мужчина приложил обе ладони к камню и тот стал впитывать кровь хозяина, а Сириус начал читать мантры вхождения в Главу Рода. Чем больше впитывал крови в себя камень, тем больше менялся его цвет, и через несколько минут вместо чёрного оникса, на постаменте лежал кроваво-красный рубин. Одновременно менялась и внешность самого хозяина, несмотря на то, что он пролил много крови, его лицо перестало отдавать болезненной желтизной и приняло нормальный цвет, из глаз исчезла затравленность загнанного зверя, а его взгляд стал более уверенным и властным, как и положено Лорду и Главе семьи. И даже стала исчезать седина из, некогда тёмно-каштановых, волос. Ремус с радостным изумлением смотрел на своего друга, и у него на глазах появились слёзы. Как он раньше любил этого парня, и не только как друга. Но об этом никто не должен знать, он — оборотень, тёмная тварь, а таким нет счастья с любимым человеком.       Когда камень полностью напитаться кровью и магией хозяина и стал переливаться красными бликами, Сириус подошёл к Люпину, взял у него из рук эльфа, замершего от страха и не смевший даже вздохнуть. Лорд Блэк поставил его на ноги рядом с мерцающим камнем и спросил: — Эльф по имени Снупи, бывший домовик исчезнувшей семьи Мракс, согласен ли ты на перерождение для службы Роду Блэк? — Согласен, — проскрипел эльф.       Сириус спросил его три раза и три раза Снупи ответил, что согласен. Тогда Глава семьи Блэк, не предупреждая, с одного раза отсёк голову эльфу ритуальным стилетом. Она покатилась под постамент, на котором находился родовой камень, а из отверстия, что образовалось в теле эльфа стала выходить субстанция, напоминающая чёрный дым и этот дым начал растекаться по ритуальному залу, просачиваться в отверстия в стенах и потолке, наполняя дом магией эльфа. Когда струйка дыма стала уменьшаться, из отверстия в теле эльфа появилась новая голова, с удивлённо расширенными синими глазами и небольшим, похожим на человеческий, носом. И на глазах хозяина дома и его друга эльф стал меняться, он стал немного выше ростом, потому что распрямилась спина, руки и ноги стали более пропорциональны телу, на котором появилось новое красное полотенце с гербом Рода Блэк. Рот и уши эльфа стали соразмерны голове и туловищу. Осталось только дать новое имя эльфу и принять его на службу, дав немного своей крови и магии. Сириус присел на корточки около обновленного эльфа и спросил: — Как ты хочешь чтобы тебя называли? Или хочешь оставить прежнее имя? — Как пожелает хозяин, — смиренно ответил эльф, чистым голосом. — Ладно, пусть пока остаётся прежнее имя. Эльф по имени Снупи, будешь ли ты служить семье и Роду Блэк честно и добросовестно? — Да, хозяин! Я буду служить честно и добросовестно семье и Роду Блэк, — повторил слова нового хозяина эльф.       Сириус немного надавил на почти затянувшуюся рану на своей ладони и прислонил ладонь к губам эльфа, тот жадно присосался к живительному источнику своего существования. Так у Рода Блэк появился новый домовик, который незамедлительно приступил к исполнению своих обязанностей.       Сириус и Ремус убирали в ритуальном зале, бытовыми чарами пользоваться в ритуальном зале было нельзя и они мыли всё вручную: и стены, и пол, и даже потолок, а потом обмывались сами и переодевались в свою одежду. За это время Снупи успел приготовить нехитрый обед из того, что нашёл в кладовой дома. Макароны с овощами и чай с сахаром. Молодые маги с удовольствием съели всё что предложил им домовик, и сели на диван отдохнуть. Слишком много было сегодня приключений. — Хочу сделать капитальный ремонт в доме. Обновить всё и поменять мебель, — сказал Сириус, — наверное, надо будет нанять гоблинов. Они всё делают качественно и быстро. — А куда тебе торопиться? — поинтересовался его друг. — Как куда? — вскинув удивленно, изящно очерченную бровь, воскликнул Блэк, — Чтобы к приезду мальчиков дом прилично выглядел. — К приезду мальчиков? Ты хочешь забрать ребят у Новиковых? — Конечно, они же дети наших друзей! А я ещё и крёстный Гарри, а так как крёстный Эдварда недееспособен, то и его крёстный тоже. Мы проводили такой обряд, что если один не сможет быть с мальчиками, то другой его заменяет полностью, как и положено крёстному и наставнику. Ты чего так удивился? Рем, разве ты не хочешь, чтобы они жили с нами? — Конечно хочу, только не уверен, захотят ли этого мальчики и, отдадут ли их Новиковы! — Думаешь могут воспротивиться? Но я же их крёстный! — вскочил с дивана Блэк и взволнованно забегал по комнате. — Ты всего лишь — крёстный, а Роман — их родной дядя! Они его знают и привыкли к нему, а тебя ещё ни разу не видели! — всё больше разбивал радужные мечты анимага, прагматичный оборотень. — Ты погоди, не психуй. Сначала познакомься с мальчиками, пообщайся с ними. Пусть они к тебе привыкнут, а потом только ставь вопрос о том, чтобы забрать их сюда. Да и пока здесь властвует Дамблдор, я не думаю что будет правильным забирать их из России. Там, по крайней мере, они в безопасности. — Да, Рем, ты как всегда прав, — успокаиваясь, Сириус опять сел на диван рядом с другом. — Вот опять я, не думая о последствиях, кидаюсь в крайности. Как только закончим с крестражами, напрошусь с Романом в Россию. Поживу там с ними. А в доме на это время ремонт закажу. Всё равно его надо делать. Сам видишь, в каком он состоянии. — Ну вот и хорошо, — обнимая друга за плечи, произнёс оборотень, — а пока расскажи мне, что же всё-таки на самом деле произошло, что вы с Сохатым решили сменить хранителя? — Да я сам не понимаю, что на нас нашло. Мы перед этим сильно с ним поругались из-за Эдди. Зачем он отдал малыша Дамблдору? Сказал, что директор подозревает, что мальчик родился сквибом! Ну не дурак ли?! Ну даже если и сквиб, то что, надо отказываться от ребёнка?! Лили всё время плакала, но Сохатый упёрся своими рогами, истинно что — олень! " Директор только проверит на наличие магического ядра. " — говорил он. А мантию-невидимку зачем отдал? Знали ведь, что находятся в опасности! Ну в общем мы здорово поскандалили тогда, я как обычно психанул и уехал на мотоцикле, когда немного отошёл, вернулся назад, но попасть в дом уже не смог. Тогда я понял, что они сменили хранителя. А на кого? Тебя не было тогда в Англии, где ты был? — А меня за месяц до происшествия, Дамблдор отправил в Албанию. Навести мосты к местным оборотням. Я почти два месяца шатался по их лесам, нет в Албании оборотней, по крайней мере, я никого не нашёл, а когда вернулся, то всё уже произошло. Я же не знал как было на самом деле, поэтому и поверил директору. Ты прости меня, Бродяга, но я действительно верил, что это ты выдал Сохатого и Лили. Нет, не специально, может тебя напоили зельями или ещё что. Ну не мог я тогда подумать на Питера. А директор знал, что Поттеры сменили хранителя? — Конечно знал, он же им устанавливал ФИДЕЛИУС. — А что же Фрэнк? Он же крёстный Эдди? — А Фрэнк вообще подрался с Сохатым. Он заявил ему, что заберёт мальчика к себе и будет растить его вместе со своим сыном. Но я, на всякий случай, поставил следилки на калитку и входную дверь в их дом. От проникновения посторонних, это чисто блэковские разработки, — заметив заинтересованный взгляд друга, жадного до всего нового, объяснил Сириус. — И когда они обе сработали, то рванул в Годрикову впадину, но… было уже поздно! И Джеймс, и Лили были уже мертвы, а мальчиков не было. Ни Гарри, ни Эдди. И…я не знаю что со мной произошло, но дальше я ничего не помню. Только смутно помню, что видел Хагрида, тот мне чего-то говорил про Питера, и… всё. Когда очнулся, то сидел уже в камере Азкабана. И ко мне никто не приходил в течении всего заключения, кроме охранников, приносящих еду, да дементоров по ночам. Я только помнил, что виноват в смерти своих друзей. Кто мне это внушил, думаю вопрос риторический, — печально закончил свой рассказ Сириус. — Ну, а сейчас, ты что-нибудь вспоминаешь про тот день? Дело в том, что ты говоришь, когда ты приехал к Поттерам, Джеймс и Лили были уже мертвы, а мальчиков не было. А до этого мальчики были вместе? Я имею ввиду, оба? В доме? — Ну да, Лили же поставила Сохатому условие: или он возвращает Эдди домой, или она уходит от него и забирает Гарри. В это утро Джеймс привёз малыша назад. А в чём проблема? — А проблема в том, мой дорогой друг, что всё так запутано, что не разберёшь, где правда, а где сплошное враньё. Когда я вернулся из, так называемой командировки, и узнал что произошло, я тут же рванул к Дамблдору, узнать, что случилось и где дети. Он меня тогда уверил, что Эдди приболел и Лили с Сохатым отправили его к какой-то своей родственнице, чтобы он не заразил Гарри. И поэтому его в доме в тот момент не было, а был только один Гарри. Он-то и уничтожил Лорда, а сам получив в лоб Аваду, остался жив. И что он находится вместе с братом у той же родственницы. Я же не знаю всех ваших родственников. А про тебя сказал уверенно, что именно ты выдал тайну дома Поттеров Лорду. Я не хотел этому верить, но он показал мне копию протокола твоего допроса с применением сыворотки правды. Тогда я ушёл к магглам. Не хотел больше жить с волшебниками. — Да-а-а, — протянул Блэк, — здорово он нас всех запутал. Но хорошо, что всё почти закончилось. Найдём все якоря и займёмся самим Дамблдором. Я ему никогда не прощу смерть Сохатого и Лили, а так же того, как жили мои крестники. — А что произошло с Лонгботтомами? — Да там тоже тёмная история. Леди Августа и сама толком ничего не знает. В этот день она с внуком отправилась в гости к племяннику, а когда вернулась домой, то уже никого не застала. И только на следующий день ей сообщили, что её сын и невестка в больнице, в невменяемом состоянии. А-то, что их пытали именно Лейстренджи, ей сказал Дамблдор. — Тебе не кажется, что он слишком много про всё это знает? — спросил друга Ремус. — Ещё как кажется! Да я просто уверен в том, что именно он во всём этом и замешан, — ответил Сириус. Тут он заметил своего нового домовика, топчущегося около двери, — Снупи? Ты чего хотел? — Хозяин, я нашел в кладовке эльфа. — Эльфа? Ты имеешь ввиду, Кикимера? — домовик неуверенно пожал плечами, откуда он может знать, как зовут этого эльфа. — Где он? Тащи его сюда! — воскликнул Блэк.       Через секунду на столе лежал старый, почти растворившийся, кусок эктоплазмы, ещё сохранивший формы живого существа. — Кикимер, старина, что это с тобой? — участливо спросил своего старого домовика Лорд Блэк. Эльф открыл глаза и посмотрел на него, потом произнёс чуть слышно: — Мерзкий мальчишка вернулся, но сердце хозяюшки разбито. Кикимер плохой эльф, не смог сберечь хозяйку, но Кикимер сохранил медальон молодого хозяина… — Бродяга, посмотри, у него на шее висит медальон похожий на тот, что мы ищем, — сказал Люпин…