We do not choose our fate

      Чимин не может вспомнить с точностью, что было когда пришел Чонгук. Он только помнит его взволнованный крик и руки, успевшие предотвратить встречу с полом.       Еле-еле разлепив глаза, Пак понимает, что находится дома. Но Юнги нет рядом и это пугает парня. Точно также как и нет Тэхена с Чонгуком. Попытавшись привстать, парень понял, что сделал это зря. Живот скрутило с новой силой и омега почувствовал как по бедру начинает течь смазка. Аккуратно вернувшись в прежнее положение, Чимин закусил губу, чтобы не издавать стонов боли, которые так и рвались наружу. Внутри все стянуло и парень боялся даже пошевелиться, зная, что это может причинить ещё больший дискомфорт. Безумно хотелось почувствовать запах Юнги, увидеть его глаза, почувствовать его руки, услышать его успокаивающий голос. Ему сейчас так не хватает этого. Омега прямо изнывает от желания почувствовать альфу в себе. Течка только началась, а Чимин уже понимает, что не продержится без Юнги и часа. Такое происходит с ним, действительно, впервые. Обычно болевые ощущения приступают либо на второй, либо на третий день. А сейчас почему-то они появились в первый день, да ещё и с такой силой. Тело парня еле выдерживает такую сильную нагрузку.       Не выдержав, парень громко стонет, подгибая под себя ноги и тяжело дыша. Господи, такого и врагу не пожелаешь. Чимин всё-таки пересиливает себя и поднимается, пытаясь снова не упасть в обморок от боли. Посмотрев по сторонам, он ищет телефон. Альфы нет дома, омега бы смог почувствовать запах своего истинного хоть за километр. Так что сомневаться в том, что он находится здесь один не было смысла. Найдя злосчастный гаджет, Чимин быстро набирает номер своего парня и взволнованно шепчет ему три слова: «ты мне нужен», после которых слышит одинокие гудки. Пак молится, что не перепутал номер и что Мин скоро приедет.

***

      Взволнованно забежав в квартиру, Юнги бегом бросается в спальню. Он отошёл совсем ненадолго за блокаторами, которые сказал купить Чонгук, позвонивший ему и сказавший забрать их с кафешки. Мин тогда так сильно перепугался, увидев своего парня без сознания. Но Чон успокоил Мина, заверив, что с младшим все хорошо и объяснив это тем, что когда омега встречает своего истинного течка проходит намного болезненней и может нести такие последствия как болевой обморок. У него тоже было так с Кимом. — Малыш, ты как? — Юнги аккуратно подходит к кровати Пака, боясь сорваться. Ещё в подъезде он почувствовал этот сладкий, ни с чем несравнимый запах, который ещё сильнее усилился и, казалось, будто им пропитался весь воздух. Сдерживать себя было очень сложно ещё в машине. Как тут устоишь, когда перед тобой твой истинный течный омега. Такое вообще возможно?! — Ю-юнги… п-прошу помоги мне… — Чимин говорил это очень громко, пытаясь сдержать свои стоны. Было слишком больно. А от альфы пахло просто невероятно, что усиливало возбуждение парня. Он буквально тек, постоянно ворочаясь и пытаясь хоть как-то избежать противного зуда внизу. Ему нужен был альфа. Ему нужен был Мин. — Ты точно хочешь этого? — спросил обеспокоенный Юнги. У них были обнимашки, поцелуи, но до секса ещё никогда не доходило. Не пожалеет ли Чимин?.. — Д-да… я хочу т-тебя… — омега изнывал, желая получить поскорее разрядку и избавиться от этой тупой боли.       Больше и не надо слов, альфа накидывается на парня, целуя его в губы и прижимая хрупкое тельце к себе. Как же он давно этого ждал. В его жизни было достаточно омег, но никого и никогда он не хотел так, как Пака. С Чимином не хотелось быть грубым, его хотелось лелеять и дарить ему только наслаждение, выполняя любые его прихоти.       Юнги хочется до дрожи в пальцах, до звёздочек в глазах. Пак изнывает от желания почувствовать наконец альфу внутри себя. Поэтому всеми способами пытается ему дать зелёный решающий свет. Чимин начинает первым снимать дрожащими руками с Мина его блузку, хотя получается это всё-таки неуклюже. Но альфа не даёт этого сделать и укладывает омегу обратно на кровать, поднимая его руки над головой и держа их одной рукой. Наклоняясь, он снова начинает терзать губы парня, слыша громкие стоны и чувствуя как парень под ним ворочается. Голос Чимина такой высокий и нежный, хочется слушать его вечно, включая на перемотку. Наконец, Юнги снимает с Пака толстовку и спускается вниз, начиная целовать его шею и ставить багровые отметины, показывая этим, что этот омега занят и принадлежит только ему. Как только руки парня освободились, он впился своими маленькими коготками в спину альфе, закатывая глаза и выгибаясь в спине. Спускаясь все ниже, Мин начинает снимать с омеги нижнее белье с джинсами, которые трещат по швам, и одновременно с этим поглаживая живот Пака. — Ю-юнги… ах… п-подожди, — парень чувствует на своих сосках горячие губы и руки альфы и краснеет. Ему очень приятно, но почему-то стыдно. То, что он перед Мином без одежды, а тот ещё полностью одет, сильно смущает и даже обижает парня. Чимин протестующе стонет, пытаясь всё-таки снять с него рубашку. Дрожащими руками он всё-таки находит мелкие пуговицы и старается их расстегнуть. Видя старания бедного омеги, альфа всё-таки отстраняется и, вопреки ожиданиям Пака, просто срывает с себя рубашку, оставляя после нее мелкие пуговички на кровати, которые больно впиваются в кожу и оставляют маленькие кругленькие следы. Чимину даже стало на секунду страшно, но он успокоился, когда Мин продолжил спускаться ниже, целуя уже живот и выпирающие тазобедренные косточки. Казалось, что уже все тело парня было в красных отметинах и засосах, начинающих багроветь и заметно выделяться на светло-молочной коже омеги. — Ты такой сладкий, — прохрипел альфа, поднимаясь и вновь начиная целовать красные от поцелуев губы парня, но уже грубее, засасывая и играясь с языком омеги. — Слишком сладкий. Не могу остановиться, — Мин нежно начал спускаться вниз, боясь все же напугать парня. Хотя вроде кроме возбуждения и смущения Чимин больше ничего не испытывает.       Взяв в руки возбужденный орган Пака, Мин начал целовать бедра парня, немного прикусывая их и ставя засосы. По комнате с новой силой разлетелись громкие стоны омеги, который пытался скрыть свое пунцовое лицо руками. Ему никогда не было так приятно и стыдно одновременно. Хотелось спрятаться ото всех и не показываться. Альфе, видимо, не понравилось это и он убрал руки Чимина с его лица, заставляя посмотреть на себя. Парень покраснел ещё больше, но взгляд не отвел, боясь ослушаться Юнги. — А-ах… Ю-юнги, Ч-что ты д-делаешь?! — простонал удивленный Пак, когда Мин взял его орган в рот. Попытки отодвинуть альфу не увенчались успехом. Казалось бы, покраснеть ещё больше некуда, но видимо у него такого предела нет. Окончательно расслабившись и получая удовольствие от действий Мина, омега вдруг почувствовал палец, сначала просто упирающийся, а потом и начинающий медленно входить в него, растягивая стенки ануса и заставляя сердце Чимина биться ещё быстрее. Омега зажмурился от непривычных движений, но не отодвинулся, сжимая палец внутри себя. Второй тоже вошёл достаточно легко, всё-таки во время течки с этим проблем не должно быть. Как только альфа задел какую-то точку внутри, Чимин чуть ли не подпрыгнул от удовольствия на кровати, почти до хруста выгибаясь в спине. Слишком много нереальных ощущений. — Х-хен п-перестань… я-я с-сейчас к-конч… — но договорить омега не успел, с громким криком изливаясь в рот альфы, который все проглотил ещё и облизнулся, заставляя щёчки парня полыхать пламенем. Юнги продолжил растягивать Пака, вставляя в него уже три пальца, которые входили в него уже свободно, почти не доставляя ему дискомфорт. Поднимаясь он начал снова целовать омегу, играясь с его языком и оттягивая нижнюю губу. Чимин снова возбудился, начиная вертеться на кровати. Его тело желало не пальцев внутри себя, а чего-то большего, а точнее самого Юнги. Видимо прочитав мысли омеги, альфа вытащил свои пальцы и снял последнюю вещь, которая была одета на нем. — Я буду осторожен, — пообещал альфа, увидев страх в глазах Чимина. С одной стороны, Паку очень хотелось почувствовать внутри себя Юнги, а с другой он очень сильно боялся. Боялся вновь почувствовать ту боль, которая была в его неудачный первый раз. Тем более размер альфы выглядел очень внушающее, намного больше трёх пальцев и члена того мерзавца. — Я-я г-готов, — вздохнул омега, страх все равно ещё остался, да и в своих словах он не был уверен, но Пак очень долго этого ждал, а значит потерпит ради них. Чимин и не заметил как альфа приблизился к нему и начал целовать парня. Очень нежно, поглаживая правую сторону бедра и аккуратно входя в растянутое колечко мышц. Почувствовав как Пак сжимается, альфа приподнялся заставляя посмотреть того в свои глаза и шепча разные глупости на красное ушко. Чимин сначала отводил взгляд, стесняясь такого тесного контакта, но когда Мин вошёл в него полностью, задевая чувствительную точку, парень выгнулся дугой и простонал ему прямо в губы. Кивнув и давая свободу действий своему парню, омега ни капельки не пожалел. Он не чувствовал боли, только наслаждение, даруемое любимым человеком. — Ааа-ах… Ю-юнги… е-еще тааа-ам, — Чимин не успевал нормально дышать, постоянно срываясь на крики и стоны. Альфа совсем обезумел, вбиваясь в омегу все быстрее и быстрее, выбивая из него последние здравые мысли.       По комнате разносились пошлые шлепки двух тел друг о друга, громкие стоны и рычания вперемешку с хрипом и скрипом кровати. Она, казалось бы, после такой жаркой ночи срочно будет нуждаться в чинке. Чимин уже практически сорвал голос, издавая стоны фальцетом, а то и выше. Альфа выбил из него все силы. Руки Чимина, цеплялись за широкие плечи Мина, как за спасательный круг, оставляя после себя кровавые следы, напоминающие лунки. Вбиваясь в молодое тело ещё быстрее, чувствуя скорую разрядку и дрожащее тело под собой, Юнги берет в руку член парня, водя по нему в такт своим движениям. Первый не выдерживает и изливается прямо в руку Мина Чимин, издавая при этом полустон-полухрип. Делая последние толчки, альфа наклоняется и впивается выступившими клыками в шею омеги, ставя метку и одновременно с этим изливаясь в парня, формируя сцепку. Ложась на спину и переворачивая на себя уставшего парня, Юнги в последний раз целует его и щекочет своим носом щеку. Парень весь раскрасневшийся, в засосах и красных отметинах, мокрый, уставший, но от этого не менее красивый. Даже в таком состоянии он выглядит просто потрясающе. — Я люблю тебя, — зевая в шею альфы, говорит смущенный омега, прямо и засыпая в руках Мина. — Знал бы ты как я тебя люблю, мое сокровище, — проговаривает Мин, поглаживая вспотевшую спину омеги. Но тот уже не слышит, находясь в мире сновидений.