Моя милая Альпака

«Это невыносимо», — именно эта фраза мелькает в моей голове по сто раз на дню всю последнюю неделю. — Эта… Альпака раздражает меня все сильнее. Ее нерешительность и вечное нытье доводит до чертиков любого, что уж говорить о таком нетерпеливом мне, — проговорил я на выдохе уставшим голосом. — Хахаха, — Лёха обожает мои страдания и сейчас прямо торжествует, наблюдая за моим дергающимся глазом, — а ты думал, будет легко за молоденькой телочкой присматривать? Скажи спасибо, что она не фрик какой, а симпотная девчуля. — Это вообще никак не спасает ситуацию, чел. — По моему, ты преувеличиваешь, — Алексей соизволил успокоиться и адекватно, без смешка, поговорить со мной. — Да какое там. Попробовал бы ты перечитать все ее ебанутые кривые переписки с подружками о том, какая охренительная задница была у того парня в трамвае. Или вот ещё, — бегло прошёлся мышкой по экрану и открыл последний открытый альпакой фанфик, судорожно демонстрируя сие чудо коллеге. Лёха неспешно прошёлся по первым пяти абзацам, затем ещё пятнадцати. Я уже было устал ждать пока он дочитает, но вдруг, мой друг резко и очень громко заржал на весь офис. — АХАХА. БЛЯ, ЭТО ПРЕКРАС…мгммм. — Тише ты, — резко прикрыв ладонью его губы, я прекратил поток ржача. — Придурок, да я бы радовался на твоём месте, — все ещё хихикая, но уже более спокойно заговорил Лёха. — Работая, читать такие перлы от малолеток. Да тут сплошной мем. Сук, до слез. — Ты бесполезен. Ладно, проехали, — выдохнул я, сдувая мешающие пряди волос. — Крокодилыч, давай-ка после работы в бар забежим? — Лёша как всегда придумывает приключения на свою задницу. — Знаю я твое «в бар забежим». В прошлый раз нам выговор от начальства был за то, что нас словили полицейские и в обезьяннике оставили на ночь. — Да бля, Гена, по дружески ведь прошу, — сверкая глазками, умолял Лёха. — Ладно, — я скривился, отодвигая радостного коллегу. Я смотрел вслед сероглазому брюнету и задумался. Какой же он дурак. Вообще, Лёха крутой парень — привлекательный, смышлёный, весёлый и просто замечательный друг, который поможет в трудную минуту. Но это его легкомыслие и в некоторых случаях наивность... Вот например, в «прошлый раз» все начиналось, как простой поход в баню с пацанами, а закончилось как мальчишник в Берлине. Сначала Леша захотел выпить, затем ещё выпить, потом ему захотелось как в анекдотах «снять девочек», но то ли из-за его тупой башки, то ли алкоголь вообще лишил его возможности внятно говорить. В общем, вместо девочек к нам приехали мальчики. Да не какие-нибудь, а самые что не на есть настоящие *******. Кхм, то есть трансгендеры в вызывающих нарядах. Половина нашей компании, будучи вне состояния адекватно анализировать происходящее, активно начала приставать к новоприбывшим «пассиям», а вторая, все те, кто ещё не успел набухаться, поспешила этих полудурков останавливать. Все бы ничего, но после осознания парочка идиотов решила это постыдство (в виде парней в розовых платьях и на высочайших каблучках) прекратить и вызвать ментов. В ту же секунду я перевел взгляд на медленно уползающего Алексея. Похоже, он сразу предугадал весь надвигающийся пиздец и решил свалить. Пьяная голова не справлялась с вполне работающими конечностями, и Лёха с неловким грохотом покинул комнату. Я последовал за ним. Продвигаясь по слабоосвещенному коридору, я набирал номер такси, а мой друг, виляя ногами, направлялся к шкафчикам с вещами, по пути не забыв зайти в душ. Он всегда отличался своей порядочностью и соблюдением правил. Ну, по крайней мере, в некоторых аспектах. Неряшливо напялив рубашку и кожанку я подбежал к пьяному Лёхе и доходчиво объяснил, что на улице ждёт такси, которое отвезёт нас домой, но бушующий дух не покинул его. «Я поеду только к мосту и больше никуда». Что ж, проветрится не помешает. Ладно его рвота на моих штанах и на мосту, ладно его рвение спрыгнуть за позор, который он ребятам устроил. Я терпел. Но когда Леша в самый последний момент приказал водиле поехать обратно в баню, я реально взбесился. Если бы не крики водителя, тело моего лучшего друга давно сгнило бы в могиле, а на надгробии я попросил написать «Мой лучший друг проломил мне голову дверкой автомобиля за то, что я заказал в баню несколько трансвеститов». Его позыв совести настолько удивил, что мне стало интересно: что же будет дальше. И честное слово, лучше бы оставил этого придурка и поехал домой, потому что в бане, как и ожидалось, уже поджидали менты. Что было дальше объяснять нет смысла, но упомянуть о публичном раскаянии Алексея все-таки стоит. Он вошёл в здание с подготовленными к наручникам руками и жалостливо вопил что-то вроде: «Я виновен. Плохой из меня снимальщик шлюх. Господа мусора, я правда не знал что приедут эти педики». Сказать, что в холле воцарилась тишина — ничего не сказать, ведь я даже в бухом виде услышал писк комарика под потолком. А потом, после пятнадцатиминутного смеха всего здания, нас всех забрали в участок. Мораль такова — не бухай с Алексеем, когда у него шило в жопе начинает вертеться. И, несмотря на весь день порицаний этого дрянного мальчишки, я все же сижу здесь, в посредственном, но дешёвом баре, вместе со своим закадычным другом. Черт бы его побрал. На часах уже десять вечера, а в руке литровая кружка холодного пива. Я ещё раз окинул взглядом помещение. Бар выглядит так обычно, что уже через пару дней я бы и не вспомнил о нем. Тусклое освещение, мягкие диванчики у стен и высокие столики посреди зала, классическая деревянная барная стойка и не вычурный молчаливый бармен, постоянно вытирающий и без того чистые стаканы. На стене возле входа в туалет я заметил доску с множеством фотографий с посетителями и бумажками с номерами или пожеланиями. Если б не чучела животных в другом конце зала, остался этот бар скучным и невзрачным. Но головы безобидных, испуганных животных нагнетали и дарили мне некий дискомфорт. — Вот черт, — негромко стукнул напитком по стойке. — Что уже случилось? — Алексей как можно раздраженнее отреагировал на шум и посмотрел аккурат в то же место, куда ещё мгновенье назад смотрел и я, — Вот черт. — Кому понадобилось делать из головы альпаки чучело? Вроде среди охотников нет особой почести за убийство домашнего скота. — Тебя только альпака смутила? Да тут почти все звери какие-то… — приятель презрительно отвернулся, попивая свой напиток. Повторив действие Леши, я неспешно поднялся, попутно сняв с кресла куртку, и кивнул: «Я покурить». Я вяло поднимался по лестнице, пока какой-то придурок не толкнул меня плечом и едва не выбил из равновесия. Пару лет физических тренировок и быстрая реакция спасли от падения с лестницы. Поток грязного городского воздуха взбодрил мой разум, а тело дрожью отреагировало на холод и сырость. На автомате поджег противные сигареты и слегка прищурился, затягивая первую порцию дыма. Вдалеке слышался вой сирены скорой помощи, а где-то, в нескольких кварталах, автомобили настойчиво гудели в пробке. Покрасневшие от холода пальцы, достали телефон из кармана кожаной куртки. Я посмотрел на время: без пяти одиннадцать... По привычке осмотрелся и. Ох черт. Как можно спокойнее я затушил сигарету и бросился обратно в бар. — Альпака тут, — немного запыхавшись сказал другу. — Да да, ты показывал чучела. Ужасно, — не обращая на меня внимания, Леша строил глазки одной из официанток. — Нет же, — ткнул пальцем в его плече, — Амелия, за которой мне поручили присматривать. Она идёт сюда. Алексей недоверчиво вскинул бровь, но спустя пару секунд напрягся и его лицо вытянулось в удивлении. — Вот черт, — Лёха тут же опустил глаза и прикрыл лицо ладонью. — Лёш? Ты дебил? — Что? — почти шепотом спросил он. — Она нас не знает, чего ты прячешься? — я коротко засмеялся, мягко ударив себя по лбу, а затем этой же рукой протер глаза. — Бля, точно. — Значит так, — продолжая разговор спокойным голосом, вынудил Алексея расслабиться, — Не смотри в ее сторону, веди себя естественно, продолжай флиртовать с той блондинкой и наслаждайся напитком. Не думаю, что она подсядет к нам. — Эм. Крокодилыч, не смотри назад, — друг сжал зубы в напряжённой улыбке, но даже это смешное выражение лица не остановило мое подсознание от необдуманного поступка. Да, Альпака села на соседний стул и ожидающе постукивала ногтями по стойке. Взглянув на ее надутые губки я, как ошпаренный, отвернулся обратно. Тихо посмеиваясь, Алексей выдавил: «Ну дурак», а затем по моей просьбе продолжил пить обновленный виски.