"Скандал"

***

Ким Тэхён не сахар, но и ты не так проста. Ты дерзкая девчонка, что учится на сплошные пятёрки. Вы дружите с самого детства и знаете всё друг про друга. Знаете, и поэтому терпеть не можете общество друг друга, но несмотря на это, для родителей делаете вид, словно вы не разлей вода парочка братанов. — Тэ, ты помнишь про ужин у твоих родителей? — ты выкуриваешь последнюю сигарету из пачки, а Ким тебя взглядом сверлит, ему не нравится, что ты вредишь своему здоровью, но послушно стоит рядом. — Давай сегодня без скандалов, — Киму надоело, что вы устраиваете спектакль, а потом вызверяетесь друг на друга за абсолютный пустяк. Ссоры у вас уже как должное, он кричит на тебя, а ты упрекаешь в ответ. Ты не знаешь, что в такие моменты в его штанах становится так тесно, что хочется просто трахнуть тебя на этом чёртовом столе. Свалить с него всё и вжать тебя так сильно, чтобы и пискнуть не смогла. Вот и сейчас так, ты возмущаешься на него за сказанную фразу, а он терпит. До скрежета зубов и белых костяшек рук терпит. — Давай устроим скандал, — Тэхён просто молниеносно приближается к тебе, впивается в губы, чувствуя вкус твоего клубничного бальзама для губ. — Ты в край охренел, — ты дышишь тяжело, почти стонешь, потому что Ким целуется крышесносно. Ты руками в его грудь упираешься, пытаешься оттолкнуть, но тебя лишь сильнее к горячему телу прижимают. Тебе некуда бежать, ты в ловушке. Сама пришла к мышеловке, а Тэ словно твой кусочек сыра. Такой желаемый, но опасно для жизни связываться с ним, особенно сейчас, когда его губы целуют твою шею, а ты не сдерживаешь тихих стонов. Тебе всегда хотелось узнать, каковы на вкус губы, что каждый раз тебе говорят колкие слова, раня точно в сердце. Дрожь по всему телу и покалывания искусанных губ… Когда вы выйдете отсюда, вас обязательно отругают, и ещё как, но сейчас вы не беспокоитесь. Ким раскладывает твоё тело на его столе, прямо так, как он и желал это сделать. Его стояк упирается тебе в ягодицы, и ты чувствуешь, как Тэхён еле ощутимо трётся о тебя, рыча в затылок. Твоё тело разряд тока пробирает, когда ты чувствуешь, как горячая плоть, что уже сочится естественной смазкой, трётся о твою промежность, выбивая кислород из лёгких. Поступательные движения делают своё дело, и ты медленно, но верно слабеешь. Тебе хочется, чтобы он уже трахнул тебя так жестоко, чтобы шлепки тел разносились по дому эхом. Он аккуратно входит в тебя через хлопковую ткань твоего белья одной головкой, моча и без того уже намокшую ткань. Ты стонешь так несдержанно, что Киму приходится заткнуть тебе рот рукой. Намотав твои волосы на кулак, заставив прогнуться и отодвинув рукой тонкую ткань, он резким движением входит на всю длину. От такого приятного, но всё же немного болезненного ощущения ты кусаешь губы до крови. Стоны сдерживать пытаешься, позволяя лишь небольшому мычанию комнату заполнить. — В тебе так мокро, — он трахает жёстко, даже очень. Разрывает тебя от ощущения заполненности и кайфует от приятной дрожи по собственному телу. Он готов уже кончить, но хочется, чтобы это сделала первой ты. Он срывается на зверский ритм, со всей силы тебя в стол втрахивает. Хочет, чтобы это чувство навеки продлилось, ведь не знал, что ты так хороша. Вы росли и видели изменения тел. Твои аппетитные формы сводили парней с ума, чему ты только радовалась. Ты видела, как Ким ревнует, думает, что виду не подаёт, но ты знаешь каждое его выражение лица, всю его мимику наизусть запомнила. Даже сейчас, стоя спиной, знаешь, что он ухмыляется победе над тобой. Ты как кукла в его руках, он руководит тобой как хочет, и его от осознания такого ещё больше кроет. — Хватит, Тэ, я больше не выдержу, — ты хрипишь уже севшим голосом. Вот-вот и ты кончишь, но парень словно издевается, то ускоряясь, то замедляясь, оттягивает момент и собственной разрядки. Ты умираешь, ещё немного и ты точно на пол рухнешь. Ноги ужасно трясутся, и ты уже лежишь самовольно на лакированном столе из тёмного дерева. — Я уже на пределе, — шепчет Тэ в самое ухо, вызывая у тебя табун мурашек. Узел в животе завязался до предела и с лёгким покалыванием лопается, и ты стонешь сладко, произнося имя друга детства. — Ах, Т\И, — парень кончает тебе на бёдра и валится на пол без возможности даже немного шевельнуться. Ты пару секунд в прострации лежишь на холодном дереве, пытаясь шум в ушах унять. И, придя в себя, валишься следом на пол. — В следующий раз я устрою настоящий скандал, Ким Тэхён, а сейчас у меня на это просто сил нет. Ты глаза блаженно прикрываешь, прохладу голой кожей ловя, остужая разгорячённое тело — Готов с тобой ругаться всю жизнь, — Ким к тебе прижимается, не давя на тебя, боясь, что сбежишь. — Ты идиот. — Я знаю, — Ким улыбается во все 32, для него слово «идиот» как признание в любви, и он ликует.