Однажды

Вдох. Девушка будто выныривает из воды, истерично наполняя лёгкие воздухом, словно рыбешка, которую вернули в воду. Она хватается ручками за плечи, сжимая какую-то ткань. Выровнять дыхание не получалось, паника вновь и вновь возвращалась к ней. Все тело предательски дрожит, и она сжимает кулачки, пытаясь успокоить себя, но с каждым вздохом истерика все сильнее проситься наружу. Не осмелюсь сказать, сколько прошло времени. Пара минут или час- не важно. Наконец Тина открыла глаза. Тьма, непроглядная тьма окружала её. Девушка зажмурилась, протирая ручками глазки, надеясь, что она просто не до конца проснулась. Но нет. Светлее не становилось. Она оглянулась, тряхнув кнопой волос, пытаясь рассмотреть что-то в толще черноты, но у неё не получалось. Сил не было, она просто сидела на коленях и сжимала белое платье, которое волнами спадало на все такой же чёрный пол. Да, ей было страшно. Это место пугало своей масштабностью, любой шорох казался в сто раз громче, что говорило о необъятности этого места. А вокруг ничего. Все тело безумно тяжёлое, казалось, чтобы поднять голову, нужно приложить в пять раз больше усилий. Но она не пыталась. Девушка согнулась пополам, пытаясь не всхлипывать от текущих слёз. Вдруг позади неё послышались громкие шаги. Тяжёлые, словно этот <<Кто-то>> весил тонну. Он уверенно шел к ней, шаги становились все громче. Глаза девушки были в слезах, и она не смогла разглядеть мутный силуэт. Она стирает капли, пытаясь увидеть хоть что-то. Тьма сделала своё дело, её зрение не сразу отреагировало на движущийся объект впереди. Но фокус вернулся. Певица замерла. Возможно от испуга, возможно от шока. В её голове было как минимум миллион мыслей, но вслух она смогла произнести только его имя. Тихо, хрипло, но произнесла, смотря в те самые зелёные глаза, которые пленили её с самого начала, с первого их разговора. И все эти годы она мечтала только об этом, снова увидеть его, снова обнять и почувствовать его заботу, его нежные руки на себе. Она резко попыталась встать, разворачивая своё непослушное тело. Но поднявшись, она снова падала, ноги не хотели держать её. Однако она снова и снова вставала, пытаясь удержаться за нить равновесия. Наконец она поднялась с колен и на трясущихся ногах попыталась подойти к нему. Но с каждым её шагом он отдалялся, не давая приблизиться. Не выдержав, она попыталась побежать, но сделала хуже для себя. Платье запуталось в ногах, и она упала на расстоянии вытянутой руки от него. Лёжа на холодном, словно кафельном полу, она подняла голову, без возможности поднять тело. Её трясло, как будто знобило, хотя она давно не чувствовала ничего. Одну лишь боль. И опять слёзы. Зачем? Зачем ей сейчас притворяться и быть сильной? Разве есть перед кем? Девушка отчаянно взглянула вперёд. Он стоял на месте, смотря на нее, но даже не пытаясь помочь. <<А когда меня не будет рядом, кто поможет тебе встать?>> И снова она- маленькая девочка, играющая во дворе. Деревья одеты в яркие костюмы, осень. Солнышко светит, согревая землю, что успела остыть за ночь. Малая бежит, не смотря под ноги, держа в руках куклу, которую ей недавно сшила мама. Она так увлечена своей игрой, что не замечает, как уже летит на землю, споткнувшись о камень. Игрушка отлетает в сторону, а девочка испуганно смотрит по сторонам, ища отца. Он стоял рядом, смотря на неё. Она уже собиралась разреветься, но услышала строгий голос над собой. <<Поднимайся, Таня. Учись справляться с падениями сама.>> Тогда она не знала второго смысла его слов. Он скрывался в тени все детство, и лишь потом, с началом творческой карьеры, она поняла. С самого детства её учили быть сильной. Самостоятельной. Не нуждаться в помощи. И она жила с этим убеждением, что сможет все сама, а после Его ухода эта мысль въедалась все сильнее в светлую головушку. Она снова вернулась взглядом к нему. Приложив немало усилий, у девушки получилось принять сидячее положение, опираясь руками, не решаясь встать. Тишина нагнетала, голубоглазая устала слышать лишь себя и задала вопрос. -Где мы?-спросила она, даже не пытаясь делать голос громким, так как просто не могла. Но в этой адской тишине, где слышны только её тяжёлые вздохи, даже её хрип казался громким, словно тишина отражала голос, заставляя его лететь в обратном направлении, не давая рассеяться в бесконечном мраке,-Почему мы здесь? Снова повисла тишина. Почти глухая, разве что дыхание девушки резало слух. -Прошло три года, Тина. Ты далеко не маленькая девочка. У тебя был сын, у тебя была любовь, у тебя было все. Сколько можно?-говорил он. Нет, он не кричал. Кричала его душа. Слова кружились в воздухе вокруг девушки, а она просто не понимала,-Почему же ты делаешь больно всем, включая себя?- он смотрел прямо в красные от слез глаза Кароль,-Ты сделала больно тому, кто был с тобой, несмотря на твой характер. Таких людей, поверь мне, мало. Из-за этого у тебя отняли сына, а ты не смогла работать, как клялась мне. Почему? Да потому что ты сдалась,-грубо отчеканил он последнюю фразу. Из всей речи девушка успела схватить не очень много. -Я...-уже было твёрдо начала она, но поняла, что не сможет продолжить также,-я так устала,-закончила она шёпотом, снова ощущая безумную слабость,- прости,- еле слышно добавила она, Зачем?-всхлипывала она,-Зачем ты мне это говоришь? Ты же понимаешь, что делаешь мне больно! Её крик так бы и остался лишь эхом, если бы его (эхо) не перебили. --Чтобы ты поняла, что не должна сдаваться! И вдали, из ниоткуда появляется белый лучик света. Являясь надеждой, он все увеличивается и увеличивается, ослепляя девушку. Но она продолжала смотреть туда, вглядываясь в белое пятно, к которому зрение ещё не успело привыкнуть. И, словно из дыма, в белой одежде, навстречу ей вышли одновременно её любовь, её страдание, мужчина её мечты, а в целом- ее сын. Flashback Кухня большого загородного дома. Девушка наблюдает за маленькими снежинками, падающими на её цветочные клумбы. Тина смотрит то на них, то вдаль, пытаясь отвлечься от криков позади неё. В этой суматохе ей сложно понять, что делать. Невозможно думать, когда на тебя сыпятся бесконечные оскорбления по типу: <<Какая ты безответственная мать!>> или <<На кого Вова оставил сына?>>. А что она может сделать? Он ушёл, оставив с ним именно её, значит, она и должна быть с ним, но как доказать это матери погибшего, ведь сильно любит своего ненаглядного сыночка и внука? Он умер, ушёл, но продолжает напоминать о себе во снах, весь этот дом напоминает девушке о былых временах. А она не может отпустить. <<Просто забудь, его больше нет, нет! Он мёртв, он больше не вернётся!>>-кричали все. А ей больно, больно это понимать. Проще помнить, жить воспоминаниями, не возвращаясь в суровую реальность. Можно ли смириться со смертью, если не веришь в неё? <<Это не настоящее, не будущее, не прошлое. Это навсегда. Это бесконечно...>> Женщина лет пятидесяти заходит на кухню, зло смотря на девушку. Она бросает какую-то папку на стол, но Кароль даже ухом не повела. Она что-то говорит, кричит, но для блондинки её нет. Для неё вообще никого больше нет. Маленький мальчик спускается на первый этаж, испуганно смотря на маму и бабушку. -Женечка!-крикнул старшая, подбегая к нему,-Я же сказала тебе собираться! -Куда ты его забираешь?-будто очнулась девушка, смотря старыми глазами. -Проснулась?-съехидничала она,-он поедет со мной. Ты не можешь обеспечить его ни вниманием, ни заботой. Кем у тебя он вырастет? Женечка,-она снова обратилась к внуку,-скажи маме, что сказал мне,-настаивала она. Малыш глубоко вдохнул. Маленькие ручки тряслись, он упорно не хотел смотреть в глаза матери. Нет, он не мог разбить её до конца. Он знал, что сделает ей больно, но понимал, что по-другому никак. Нет выхода... Это был единственный путь. Мальчик собрался с мыслями и сказал то, что от него ждала бабушка. -Я... начал он, но голос дрожал. Красные, заплаканные глаза Тины с надеждой смотрели на сына. Он продолжил,-Бабушка, ты права. Мне будет лучше с вами. Слова были словно выстрел для девушки. Эмоции захлестнули её. Она не заметила, с какой болью далось ему это предложение. Не увидела, слепо поверив. Старшая забрала малыша, а голубоглазая так и осталась сидеть на полу, грустно улыбаясь, думая о прошлом, забывая о настоящем, касаясь из стороны в сторону. Flashback is over Она смотрела на сына и не могла поверить, что снова видит его. Вот он, стоит перед ней, все такой же, каким и был. Зеленые глаза малого, такие же, как и у отца, пленили голубые матери, а она пыталась найти в них ответ на свой вопрос. Но не находила. Они молча смотрели друг на друга, словно не виделись вечность. А для неё эти месяцы и были вечностью. -Пойдём домой, мама?-спросил Женя, снова заставляя мать захлебываться слезами. Она так долго мечтала услышать эти слова, кто бы знал. Она уже хотела броситься в объятия сына, но остановила себя. Помнила о его словах, но в тоже время безумно хотела вернуться. Обернувшись, она все ещё видела мужа. Она столько времени мечтала снова прикоснуться к нему, почувствовать его сильные руки, хотела в последний раз сделать это, но её остановил Его голос. -Сделаешь это, уже не сможешь вернуться. Выбор. Одно из двух. Два любимых мужчины, за возможность быть с которыми она бы отдала все на свете. И что же выбрать? Кого? Ни один из них не говорит ни слова. Молчат. Дают ей возможность выбрать самой. Оба верят в верное решение. Девушка вертит головой от мужа к сыну, от сына к мужу, но не может выбрать. Опустив голову, она прошептала: -Не могу... И казалось бы, вот он, конец, но нет. -Я не хотел говорить те слова,-все же сказал Женя,- бабушка сказала, что у меня нет выбора. Мы ждём тебя. Он,-мальчик выделил местоимение,- ждёт тебя. Тина, обессилевшая от истерики, посмотрела на сына. Сделала выбор, но не смогла просто так. -Я не по попрощалась с тобой,-прошептала она, смотря мужу в глаза, такие же карие и чистые, как и у сына,-прошу, дай в последний раз коснуться тебя,-шёпот, похожий на мольбу. Тяжёлый вздох. Мужчина оказался рядом с Тиной, обнимая её. Такой знакомый запах, до боли пьянящий рассудок. Одновременно такой горький и такой сладкий. Она чувствовала его руку на своём затылке, которая медленно гладит длинные медовые волосы. Так спокойно и хорошо... -Я отпускаю тебя,-с улыбкой шептала она, смотря в родные глаза и отпуская из объятий. Она взяла сына за руку, идя в свет. -Ты все же нарушила правило, за что поплатишься. Но после любой ночи наступает рассвет, верно? А однажды он придёт к ней во сне. Старенькая, но счастливая, она встретит его. Взяв его за руку, ей снова станет двадцать. Он проведёт её в светлое, беззаботное существование, но это будет через много, много, много лет. Раз, два. три... Время идёт, проходят часы. Минута за минутой, час за часом, а она все ещё не приходит в себя. Все еще находится в этом мёртвом, непробудном сне, словно героиня сказки. Жаль что целуй- не целуй, она не проснётся. -Она очень слаба,- говорили они,- нет смысла держать её здесь, мы просто тратим время, а вы деньги. Ну и пусть. Не жалко денег, но пока есть мизерный шанс- он не упустит его. Все качали головами. Только он один сидел рядом, держа за ледяную руку. Ворох приборов пищал около кровати, некоторые из которых иногда зловеще замолкали, но потом опять возвращались в работу. Это пугало, и он прислушивался к ее слабому дыханию и биению сердца. И как же спокойно становилось, когда он слышал глухие удары о грудную клетку. -Ты сильная. Не слушай никого, малышка. Возвращайся ко мне. Обед. Прошло уже достаточно времени с момента их приезда в больницу, а она до сих пор без сознания. Но сколько бы времени не прошло, он готов ждать. Он не смирится со словами врачей. Она выкарабкается, а он сделает все, чтобы это произошло как можно скорее. Почти сутки он сидит рядом, разговаривая с ней. Он массирует её каменные пальчики, разгоняя кровь в будто мёртвых кистях. К её <<целой>> руке подведено по меньшей мере с десяток трубочек, приборы показывают разные цифры, понятные только существам в белых халатак. Из часа в час одно и тоже. И слишком непонятный исход. А в голове лишь одна мысль. <<Она должна, она будет жить>>. И нет второго. Эта уверенность держит его здесь. Верит, что вот, сейчас, она проснётся, откроет лазурные глазки, улыбнётся ласковой улыбкой, так, как не умеет никто другой. Когда он снова открыл глаза, за окном уже садилось солнце. Он лежал, уткнувшись в маленькую ладошку носом, опираясь ногами о нижнюю стенку кровати, чтобы не съехать вниз. Но проснулся он не от нежного белого света луны, что светил в глаза. Толи во сне, толи наяву, он услышал голос. Её голос. Парень что-то прохрипел, вглядываясь в бледное личико. Девушка насупилась, будто ей что-то не нравится, вороча головой в разные стороны, шевеля потрескавшимися губами. Сначала парень ничего не понял. Он крепче сжал её руку, с волнением бегая глазами по палате. Из этого состояния его вывел громкий писк приборов, такой ровный и громкий, что казалось, его слышит вся больница. Возможно, это было специально сделано для того, чтобы врачи услышали отовсюду оповещение о состоянии пациента. Но никто не приходит. Писк продолжался, а врачей не было и не было. Потап уже собирался выбежать в коридор и звать на помощь, но дверь в палату открыла быстрее, чем он успел встать с места. В палату вошла девушка, на вид лет тридцати- не больше. Она взволновано посмотрела на лежащую в кровати, и спустя пару секунд облегченно вздохнула, заметив, в чем дело. Молодой человек не понимал её спокойствия, громкий писк бил по ушам и означал то, что пульса нет. -Что с ней?- хрипло спросил он, готовясь падать ей в ноги, лишь бы она спасла его девочку, а не стояла камнем и бездействовала. А она лишь улыбнулась, подходя к кровати. Она поправила проводки на груди Кароль, после чего пульс вернулся в относительную норму. -Расслабьтесь, Алексей,- мило сказала она, садясь на стул рядом. Девушка записала несколько показателей в папку и уже собиралась уходить, но остановилась, увидев движение блондинки. Блондинка снова зажмурилась, недовольно мыча. Леша хотел подойти ближе, но врач остановила его. Она внимательно смотрела на девушку, ожидая, что будет дальше. -Что происходит?-подал голос Леша. Он нервно трепал край рубашки, а глаза не находили места. Девушка ещё шире улыбнулась, снова записывая что-то в папке. -Возобновляется мозговая активность. Это чудо, ей становится лучше, Алексей. После этой фразы Потап снова посмотрел на Тину. Она снова начала жмуриться и в итоге приоткрыла глаза, заставив убийцу немного улыбнуться. Врач встала со стула, уступая место парню. -Будьте рядом с ней сейчас. Если что, я в кабинете напротив,-сказала она и вышла, оставив пару в немом молчании, в серых и тёмных стенах. Тина пришла в себя. Стоило её глазам окончательно открыться, как голову пронзила резкая боль. Девушка тихо застонала от боли, в надежде, что это поможет избавиться от неприятного чувства. Парень присел ближе. -Мала, ты как? Нежный голос заставил её обратить внимание на Потапенко, но головокружение только увеличилось от поворота головой. В полумраке, освещаемом только уличными фонарями, сиянье голубых глаз девушки стало ещё заметнее, а карие глаза парня, казалось, потемнели ещё больше. Во взгляде обоих читался один и тот же вопрос, на который ни одни из них не знал ответа. -Зачем?-прошептал он, пересаживаясь на койку, стараясь не сильно прогибать под собой матрац. Ответа не последовало. Кароль увела взгляд, фокусируясь на белом окне, за которым моросил дождь, пытаясь отвлечься от боли во всем теле, думая рад вопросом парня. Девушка вглядывалась в маленькие капли, которые липли к более большим, создавая ручьи, стекающие вниз. На секунду она забыла о присутствии Леши, пытаясь вспомнить свой сон. Детали вылетели из её головы, она помнила все лишь обрывками, осколками. Потапенко очень напрягло её поведение. Она отвернулась и не моргала, вдумчиво следя за каплями дождя. Он взял её за руку, который раз за эту ночь, поднося сжатый кулачок к своим губам. Немногим выше находились бинты, скрывающие всю руку до локтя. -Тина?- словно гром раздался голос парня над девушкой, хотя и говорил он негромко. Девушка встряхнула головой, собирая мысли,- ты в порядке? -Я не понимаю,-прошептала блонда, осознавая, что голоса нет. Многочисленные истерики дают о себе знать, связки просто не выдержали столько криков и слёз. Девушка попытались причислить горло, но кроме хрипов ничего не вышло. Она взглянула на тумбочку, и увидев стакан воды попыталась привстать, но опираться на руки было невыносимо больно, и певица вновь опала на подушку, недовольно мыча от неприятных ощущений. Потап покачал головой. Он нежно приобнял блондинку за талию, помогая ей привстать. Он делал все медленно, ведь знал, что девушке нельзя делать резких движений. Леша поправил подушку и усадил ее так, чтобы она находилась в полусидячем положении, а также, чтобы ей было удобно. Сопротивления со стороны девушки не было. Она подняла дрожащую руку, а согнуть её оказалось сложно из-за бинта. Алексей не мог утверждать, но девушке явно стало лучше. Живительная влага подействовала лучше всяких лекарств, на щеках девушки появился даже какой-никакой румянец. А тем временем минутная стрелка все бегала и бегала по циферблату, отмеряя полночь. Небо приобрело свои яркие пятна, вырисовывая силуэты созвездий. Из окна были видны тени деревьев, и кому-то с плохим зрением могло показаться, что это силуэт человека. Тонкие ветки- руки, а нижние ветки- черное платье, и если не всматриваться, то действительно можно напугаться. -Ляг со мной,-прозвучала просьба от девушки, чего парень уж точно не ожидал. -Чего?-Переспросил он, не веря в то, что он только что услышал. -Я хочу, чтобы ты лег со мной,- сказала она почти шёпотом. Это прозвучало так невинно, так по-детски, что отказать ей было невозможно. Она подвинулась, но не успела и моргнуть, как оказалась в тёплых объятиях. В безумно знакомых, сильных руках. Она прилегла на его плече, а он в то же время укрыл их обоих белой простыней, которая здесь называется одеялом, хорошо укутывая девушку. От неожиданной смены температуры, ведь так было намного теплее, тело девушки покрылось стаей мурашек. -Ты замерзла,- установил факт он, сжимая маленькую ладошку. -Мне намного теплее,-прошептала она, сильнее прижимаясь к мужчине,-я скучала... Улыбка дрогнула на губах двоих. Кароль блаженно прикрыла глаза, чувствуя невероятное спокойствие, защиту, как-бы нелепо не звучало это в данной ситуации. Она вдыхала запах его одеколона, и было такое чувство, будто он не изменился за этот год. Будто не было этих тяжёлых двенадцати месяцев, казавшихся одним днем, долгим-долгим днем. На душе было слишком спокойно и легко, будто она лежит не с убийцей в одной постели, а с кем-то очень родным. -Что ты чувствовала?- раздался голос парня. Девушка непонятливо посмотрела на него, взглядом будто прося повторить вопрос,- что ты чувствовала, когда умирала? Он убил так много невинных людей, которые могли прожить долгую, счастливую жизнь. Он хотел узнать, что же все они чувствовали? Люди, кровь которых до сих пор на его руках. Вопрос на некоторое время поставил её в ступор. Что ответить? Немного замявшись, она тяжело вздохнула, продумывая ответ. -Ничего. Наверное... Свободу. Будто меня ничего не держит здесь... На этих словах она задумалась. Вспомнила, кто заставил её вернуться. -Женя!-крикнула она, насколько это было возможно, и одновременно с этим попыталась встать, вырываясь из тёплых объятий,- он ждет меня, я должна забрать его! Внезапный шум в ушах от резкого подъёма и темнота в глазах заставили её остаться на месте, пока парень не притянул её назад. -Ну, ребенок, куда же ты?- Леша прижал её макушку к своим губам, успокаивая дрожащее создание,-мы заберем его. Завтра же. -Я должна вернуть его домой... Какая же я безответственная мать,-шептала она, прижимаясь к парню. Он все так же пытался успокоить её, но второй рукой крепко прижимал её к себе за талию, дабы она не повторила попытку бегства. Девушка начала клевать носом, но глаза не закрывала, намереваясь задать последний вопрос,- Леша... почему ты не убил меня? Все это время парень смотрел в стену, лишь слушая девушку, пытаясь не смотреть в её тусклые глаза. Он бы объяснил ей, если бы знал сам, почему это сделал. Точнее, почему не сделал. Почему бросил нож? Почему помчался с ней в больницу, каждый километр заставляя себя думать, что она в любом случае жива, в то время как её тело теряло все больше и больше крови. -Я не знаю, Тина. Я не знаю, почему не оставил тебя там, в гниющих цветах. Почему не убил тебя, когда ты потеряла сознание. Но когда я вез тебя сюда, я сказал себе, что ты будешь жить. Ты будешь жить, хоть и большой ценой, но я сделаю так, чтобы тебя никто не тронул. Потап с упоением смотрел на девушку, которая спокойно спала у него под боком. Ей, видимо, снилось что-то хорошее, ведь на лице была милая улыбка. Ночь укутывала в свои объятия, и парень, взглянув на часы, уснул рядом с ней.