The Shadow's Embrence

Дэмиен думал, что знает свою мать. — Ты стал неуклюжим, — гладко говорит она, сбивая его с ног. Он приземляется на землю настолько сильно, что теряет дыхание. Его телу требуется несколько секунд, чтобы включиться в работу и догнать свой гоночный ум. — Это то, что происходит, когда ты пренебрегаешь тренировками. — У меня было мало возможностей тренироваться, — выплевывает Дэмиен. Его мать забрала его опять под свою опеку всего день назад. Когда она выразила интерес к проверке мастерства Дэмиена, мальчик позаботился о том, чтобы спрятать своего маленького котенка в своей комнате. — Дело не только в этом. Ты отвлечён. Она готова драться и дает Дэмиену время встать с пола. Она терпеливо ждет, когда он сделает следующий шаг, и Дэмиен не разочаровывает свою мать. Он подпрыгивает, выставляя правую ногу в сторону Талии. Никакого удара не происходит, так как его мать перехватывает ногу . — Скажи мне, что это изводит твой разум. Следующим шагом является освобождение его пойманной конечности. Вот почему он оттягивает ногу назад так далеко, как может, и прижимает пяткой к ее бедренной кости. Он делает все это и сильно прижимается к ней. Она отступает на шаг, но этого недостаточно, чтобы застать ее врасплох. — Я обеспокоен, — признается Дэмиен. — И у меня много вопросов. Уголок губ его матери изогнулся в легкой улыбке. — Тебе нужно только спросить. Дэмиен не упустил бы этот шанс. Его мать тоже не дает упустить свои шансы. Она быстро бросается вперед и наносит удар. Дэмиен использует свой низкий рост и проскальзывает под рукой. — Почему я никогда не знал о наследии моего отца? — Я не хотела, чтобы ты ставил под сомнение твою позицию наследника престола деда. У твоего отца также есть место, которое нужно заполнить. Я не хотела, чтобы тебе представили такой вариант, — говорит Талия нейтральным тоном. Дэмиен не может сказать, что она чувствует, даже когда она отклоняет удар, который он нацеливал в ее подбородок. — Даже если это мое право по рождению? — говорит Дэмиен между стиснутыми зубами. Она отклоняет еще один из его ударов с внешней стороны ее запястья. — Для начала тебе повезло, что тебя считают достойным кандидатом на должность дедушки. Гибриды – это табу в нашей семье. Дэмиен знал это. Это было невысказанное, большую часть времени, но будучи смешанной крови не было верно для Аль Гула. Это одна из причин, по которой дядя Дэмиена, человек по имени Душан Аль Гул, был изгнан из семьи. — Если бы твой дедушка не уважал твоего отца, все было бы иначе, — объясняет его мать. Дэмиен наносит еще один удар, и его мать снова отклоняет его. Она делает это ради его удара, пока, наконец , он не ударит ее, переключившись на противоположный кулак. Он падает на ее щеку в пятне. — Я не хочу так его называть, — говорит Дэмиен. Его мать переводит взгляд на Дэмиена после столкновения его кулака. Дэмиен начинает свою атаку еще раз. Талия хватает его за руку и бросает через плечо. — Твои решения принадлежат тебе, — соглашается его мать. Дэмиен остается смотреть на потолок, а его мать возвышается над ним. Дэмиен чувствует капельки пота на лбу. Ей было легко с ним. — Ты говорила, — Дэмиен заявляет. Его мать поднимает бровь. — Ты говорила с людьми за пределами нашей семьи. Он видит это. Это просто вспышка, но он замечает это. Колебание. Прямо сквозь ее глаза. — Кто тебе это сказал? — Человек, который называет себя моим отцом, дурак, который крутится вокруг него, и человек по имени Джейсон. Его мать застывает. Затем она хмурится: — Джейсон? Джейсон Тодд? — У него белая прядь волос. — Он что-нибудь сказал? — Он много чего сказал, — отвечает Дэмиен. — Он сказал что-нибудь, что заставило чувствовать себя странно? Дэмиен помнит. Смутно. Он вспоминает, как Джейсон говорил ему что-то, что звучало как бред: —Он сказал что-то, чего я не мог понять. Это звучало так, будто на английском говорят задом наперед. Его мать вдыхает. Громко. Затем ее глаза опускаются на ноги, и она что-то ищет. — Вот почему я не могла... — замолкает она в раздумьях. Дэмиен вскочил в неожиданном интересе. Его мать, показывающая такие эмоции, была для нее не типичной и не обычной. Для нее быть обеспокоенным тем, что он сказал, было редкостью. — Не могла что? — он спрашивает требовательным голосом. — Следить за тобой, — заканчивает она. Дэмиен сужает глаза. — Он видел связь между тобой и мной. Он избавился от нее. — Он сказал, что тень у меня не моя, — осторожно говорит Дэмиен. Его мать закрывает глаза, словно ей больно. Должно быть, это было эмоционально. Он не мог знать. Она была так же, как его дедушка. Дэмиен не знает, почему она присела до его уровня глаз. Он не знает, почему она берет его на руки или почему она так крепко его держит. Ее рука опирается на его затылок, сохраняя твердость и неподвижность. — Мой маленький, — шепчет она. — У тебя не было тени с тех пор, как ты родился. Сказать, что эта новая информация не была разрушительной для жизни, было бы полной ложью. Дэмиен не думает. Дэмиен не может думать. Его разум пуст и пуст. Ему требуется некоторое время, чтобы сформировать какое-либо слово. — Нет… тени…? Как это может быть? Он является Тенью. Он является частью семьи Аль Гул. Семья темных отражений всех вещей. У каждого из них по пятам следовала тень. Дэмиен думал, что он тоже является Тенью; думал с детства, до этого момента. «Твоя тень даже не твоя», — говорит голос Джейсона в голове эхом. Как он вообще жил? — Тогда почему ты ...? — Дэмиен умолкает. Его мать крепче сжимается. — Я не могу сказать, — шепчет она. Почему твоя тень была со мной тогда? Дэмиен хочет спросить. Он бы спросил другие вещи. Он спросил бы, откуда она знает Джейсона, потребовал бы правильного объяснения, почему она разговаривала с теми, кто не был членом семьи Аль Гул, и почему ее тень полностью захватила его разум. Ничего не выходит. Он молчит, даже когда его мать провожает его в свою комнату. Он молчит, когда тени обыскивают его комнату в интересах деда. Он молчит, пока не услышит короткое мяуканье. Его глаза поднимаются и смотрят на тень, которая держит его котенка за шею. — Отпусти ее! — он быстро встает с постели. Тень смотрит на него, но у неё нет лица. И тогда на её лице образуется небольшая линия. Дэмиен видел это раньше. Все тени имитировали то, что они видели, а эта копировала рот. — Не ... достойно… — медленно говорит тень, указывая на котенка в руке. — Моя, — рычит Дэмиен. — Навсегда. Он топает вперед и вырывает котенка из рук тени. Он держит ее близко к своей груди, где он чувствовал, что она принадлежала ему. Близко к нему. Нигде более. — Вы ... не ... — шепчет тень. Дэмиен снова смотрит на тень и задается вопросом, что его дед видел в таких слугах. Они не были умными. Они только копировали то, что видели, а затем забывали всю полученную ​​информацию, когда солнце садилось. Но они все еще были тенями. И они были настоящими.