The Shadow's Embrence

Его мать голодна. Знаки легко обнаружить. Он видит ее голод по тому, как она облизывает губы, и как она больше не может сидеть на месте. Дэмиен задается вопросом, как долго его мать продержится без потребления теней. Он не замечал, как она покидает остров, чтобы охотиться. Сам остров не был хорошим местом кормления, так как он был до краев заполнен тенями в рабстве. Они были несъедобны, потому что каким- то образом их уже съели. Вот почему его дед никогда не голоден. Он постоянно питается тенями, которые ему подвластны. Однажды он видит, как она смотрит на Сансет, пока она скручивается у него на коленях, и он знает, что происходит у нее в голове. Он не допустит этого. Она тоже это знает. — Быстро привязываешься, как твой отец, — говорит она ему. Это не комплимент и не оскорбление. Это просто наблюдение, которое она делает, когда приходит к выводу, что Дэмиен не хотел отпускать своего компаньона-животного. Поглощение теней означало, что тело хозяина в конечном итоге окажется бессильным против любой формы магии. Все расы, животные и другие предметы обладали естественным иммунитетом к определенной магии, но это изменялось, как только тени покидали их. Другие побочные эффекты: потеря памяти, чувствительность к свету, депрессия и беспокойство. Можно подумать, что у Дэмиена будут такие побочные эффекты после осознания, что у него нет тени. Он полагает, что это особый случай, потому что родиться без неё – это не то, что ее съесть. Помимо постоянного перемещения его матери, в их камере довольно тихо. Дэмиен проводит большую часть своего времени, лаская Сансет, чтобы успокоить свои нервы и чувства . После того, как он бросил горсть своего собственного беспокойства о его окончательной кончине через его принудительную связь, он получил почти мгновенный ответ с другой стороны своего так называемого «пакта». Грейсон послал ему столько же беспокойства, что и Дэмиен. Чувство было настолько подавляющим, что ему потребовалось больше времени, чем он хотел восстановить самообладание. Затем всю оставшуюся ночь после рассвета Дэмиен не чувствовал ничего, кроме попыток Грейсона успокоиться. Так было до сегодняшнего вечера. Дэмиен начинает задумываться, не было ли хорошей идеей вытащить Сансет из своей комнаты. Он неспособен кормить ее или давать ей воду. Никто не пришел, чтобы дать еду, поэтому он не мог поделиться с ней. Никто не посещает. Никто, пока темная фигура не потянет себя по полу. Дэмиен может видеть его лицо при тусклом свете свечи. Он узнает это в одно мгновение из-за рта, который он сформировал на своем лице. Тень была точно такой же, которой было поручено осмотреться в его комнате. — Не… достойно…— повторяет слова, сказанные им в тот день. Дэмиен игнорирует его попытки говорить и удивляется его появлению. Тени не сохраняли черты лица, которые они копировали у других, более суток. То, что эта тень должна держать свою попытку у рта, сбивало с толку. Это было против всего, что он знал. Его мать говорит, напоминая Дэмиену, что она также видит то, что он видит: — Никакой другой тени не было, если ей не поручено заменить свечу. Дэмиен встает со своего места возле стены и подходит к решетке камеры. Он внимательно смотрит на тень, пытаясь истолковать ее действия. Он не может найти разумного заключения. Все, что ему удается сделать, это: — Что привело тебя сюда? Он надеется, что тень не для того, чтобы сопроводить его до гибели. Тень вытаскивает объект. Дэмиен видит, что это ключ к его свободе. — Передай, — требует он, высунув руку из решетки камеры, но тень не двигается, чтобы подчиниться. Он стоит там. Ожидание. Интерес Талии растет и она становится рядом с Дэмиеном. Тень поднимает руку так, что ключ нависает над свечами. Ключ имеет малейшую тень, которая отражается на стене за развевающимся пламенем свечи. —Он насмехается над нами? — его мать бормочет. Дэмиен копается во всех мыслях и затем понимает. Он не дразнить их. Он показывает им то, что Дэмиен знает, на что он способен. Дэмиен фокусирует взгляд на тени ключа. Она не отвечает сразу. Ни одна тень никогда не отвечала на его призыв, так как тень его матери освободила его. Однако, с интенсивной концентрацией, он заставляет тень ключа подчиниться. Она исчезает со стены, поднимаясь по полу и поднимаясь по руке и обретает начальную форму в его руке. Мать смотрит на него так, словно у него выросла вторая голова. — Это… — шепчет она. — невозможно. Дэмиен смотрит на нее вопросительно. — Конечно, мы можем поглотить тени всех вещей, но сделать ее пригодной для использования объектом…? Это невозможно. Ключ в его руке доказывает обратное. Дэмиен не теряет времени. Он протягивает руку через решетку и пытается правильно вставить ключ в замочную скважину. Требуется несколько попыток, но затем он слышит удовлетворяющий щелчок, которого он ждал. Камера открывается, и Дэмиен уже может почувствовать свободу, которую, как он знает, он получит. — Мы должны идти. Сейчас, — говорит он. — Да. Мы не должны сидеть сложа руки, — говорит его мать, все еще потрясенная предыдущим событием. Дэмиен хорошо знал подземелья. Он был здесь много раз, наблюдая за столкновениями своей матери с заключенными. Вот почему он ведет их вверх по лестнице в широкий зал, который в конечном итоге приведет к внутреннему двору. Тени, которые выполняют одни и те же задачи каждый день, останавливаются, чтобы посмотреть на них. Возможно, это потому, что они знают, что Дэмиену не следует свободно бродить, или, может быть, это из-за тени, преследующей их. Тот, чей рот иногда повторяет все, что говорит Дэмиен. Или возможно это было из-за взрыва, который они слышат. — На нас напали ?! — Нет, — говорит его мать. — Это дело твоего отца. — Он здесь? — Никто другой не может зайти так далеко. — У него нет шансов против дедушки! —Дэмиен высказывает свое мнение. — Ты будешь удивлен.