The Shadow's Embrence

— На самом деле не думал, что увижу тебя так скоро. Дэмиен не может видеть человека, который говорит с ним. Дэмиен плывет в черной пропасти. Он не может ничего чувствовать. Он не может пошевелить своим телом. Его конечности ощущаются несуществующими, как будто у него нет тела, для начала. Это просто, как - то, что он плавает в небытии, слушая человека, который разговаривал с ним. Дэмиен отдаленно отмечает, что он узнает голос, но он не мог точно определить человека, которому он принадлежал. — Что ты имеешь в виду? — Дэмиен спрашивает, хотя он не чувствует, что его рот следует за его словами. Он не чувствует, как его рот движется вообще. — Я имею в виду, что это еще не твое время. Помнишь, что я тебе сказал? Нет. — Я сказал, что ты не увидишь меня снова, если не сделаешь раннее погружение до смерти. Этот меч в твоем животе был смертельным, ты знаешь? Не ожидал тебя так скоро. — Дедушка…? — Это я, — голос эхом пронизывает темное пространство. — Приятно знать, что ты не забыл меня. — Как я мог забыть… — Дэмиен ответил. Он осознает, что каким-то образом он ищет в этом месте своего дедушку. Он не может найти человека, который разговаривал с ним. Там не было ничего. Как мог его дедушка видеть его? — Почему я не вижу тебя? — Хм, — звучит голос Томаса, вибрируя по бездне. — Как мне это выразить? Ты в состоянии между жизнью и смертью. — Я умер? Его дедушка смеется: — Нет. Я просто сказал, что ты в состоянии между жизнью в смерти. Все зависит от того, как ты хочешь того, что будет дальше. — О, — просто говорит Дэмиен, неуверенный в том, как он воспримет эту информацию. Он был ранен в живот, но он также победил своего деда. Рас не был мертв. Нет, Дэмиен так не думал. Конечно, у него было множество порезов, синяков и ожогов, но все, что сделал Дэмиен — это выбил деда из колеи. Дэмиен надеялся, что он может оставить судьбу своего деда своему отцу. В конце концов, Рас убил всех эльфов. Его отец заслужил решать судьбу убийцы целого народа. — Так что же это будет, малыш? — Хм... — Ты собираешься жить или нет? — Я не знаю, — признается Дэмиен, — здесь гораздо спокойнее… и я не думаю, что буду возражать снова увидеть бабушку… Большой раздраженный вздох сотрясает окружение Дэмиена. — Не говори мне, что ты сдаешься? Что-то содрогается в Дэмиене. — Я не сдаюсь, — фыркает он. — Конечно. Я знаю, что это твой выбор и все такое, но если ты все же перейдешь на эту сторону, я сразу же выгоню тебя! У тебя осталась жизнь, чтобы жить, и будь любезен, если ты больше не будешь расстраивать отца. Знаете, он очень волнуется. Я уверен, что твои братья и сестры тоже. — Ты думаешь, что они не будут злиться на меня? — Дэмиен спрашивает. — Почему они должны злится на тебя? — Я не знаю. Может быть, из-за меча в живот? — Это была не твоя вина. — Как бы я встретился с ними? — Дэмиен игнорирует предыдущие слова дедушки. Стыдно было, что его неуверенность накапливалась таким образом, что заставлял его обнажать свои переживания покойному дедушке. И все же, несмотря на это, ему нужно было выбраться. Ему нужно было услышать ответ от кого-то. — Они многое сделали для меня. Я только втянул их в этот огромный беспорядок. — Дэмиен, — голос его дедушки был покрыт нонсенским тоном. — Честно говоря, это не то, что ты думаешь, не так ли? — А если это так? — Тогда ты ошибаешься. Семья держится вместе. Разве ты не научился этому сейчас? — Я просто не хочу видеть их разочарованными ... — Они не будут разочарованы. Во всяком случае, они будут счастливы, что ты вернёшься. Поверьте мне. Разве не обязанность молодого поколения уважать и чтить своих предков? Уважай мои слова. — Думаю, я смогу сделать это, — смягчается Дэмиен — Хорошо, — говорит Томас. Дэмиен слышит, как его голос становится легче после того, как он неохотно соглашается. — Я собираюсь дать тебе небольшой толчок на этот раз. — Что? — голос Дэмиена ломается в вопросе. Томас игнорирует его, поскольку черная пропасть Дэмиена медленно начинает заполняться светом. Огни начинаются как маленькие пятнышки, пока они не становятся все больше и больше до такой степени, что они почти поглощают всю тьму вокруг. Дэмиену потребовалось всего несколько секунд, чтобы распознать эту сцену как мечту, за исключением того, что Рам обычно была там. Несколько вещей ударил его сразу. Чувства. Боли. Болезненность его мышц является еще одним бодрствующим фактором. Они дергаются, когда он пытается поднять тяжелые веки. Казалось, что его ресницы весят за десять фунтов, но этого было недостаточно, чтобы остановить Дэмиена. Он вкладывает всю свою маленькую энергию, чтобы открыть глаза. Его успех быстр и ослепителен. Свет, который задерживался на потолке, оказался для него слишком сильным. Вот почему он сразу же закрыл глаза, сжав руки в кулаки в ответ на внезапное напряжение. За исключением того, что только одна рука становится кулаком, потому что другая, казалось, оказалась в ловушке в какой-то узкой тюрьме. Что-то еще в комнате с ним мешает, когда он дергается. — Дэми? — хриплый голос устало шепчет с проблеском надежды. Грейсон. Ой. Что бы он подумал? Дэмиен больше не мог чувствовать то, что чувствовал Грейсон. Дэмиен снова открывает глаза. Его взгляд переместился на тело рядом с кроватью. Да. Он в кровати. Комната выглядит его с первого взгляда. Он не знал, как его доставили в это место с крыши больницы, но ... подождите секунду ... он был на крыше больницы ... у него, вероятно, была самая быстрая неотложная помощь, известная человеку. Его отец казался влиятельным человеком, поэтому Дэмиен не стал бы упускать из виду то, что касается его личной жизни. Было бы бесполезно, если бы все узнали, что он наследник человека, который напал на Готэма. Дэмиен поднимается, но сразу же откидывает голову на подушку. Его желудок был абсолютным кошмаром. Нервы там кричали на него, чтобы немного отдохнуть. Он не мог позволить себе двигаться. Не с перевязанной раной на животе, кричащей на него. — Дэмиен! — Грейсон кричит от радости. Дэмиен вздрагивает от звука. Грейсон видит это и мгновенно успокаивается: — Извини. Просто ... ты не спишь! Дэмиен ворчит в подтверждении. Да. Теперь он не спал. Затем Грейсон хмурится. — Ты не должен двигаться! И знаешь ли ты, сколько неприятностей ты нам всем дал? Ты знаешь, как сильно я переживаю за тебя? Интересно было бы, проснулся бы ты или нет. Грейсон продолжает и продолжает, но он все время не отпускает руку Дэмиена. Дэмиен отворачивает голову, не заботясь о том, чтобы держать зрительный контакт со своим братом. Все, что он говорил, было достаточно, чтобы вызвать острое чувство в его груди. Он действительно хотел бы, чтобы он не доставил своей семье так много проблем. Казалось, его почти смерть также доставила им проблемы. — Дэмиен, — болтовня его брата останавливается в заявлении имени. — Ты принадлежишь нам. Не уходи от нас в ближайшее время, хорошо? Дэмиен нерешительно оглядывается на своего брата. Необработанные эмоции на лице его брата поразили Дэмиена. Ему не нужен был договор, чтобы понять, как Грейсон сейчас себя чувствует. — Прости, — шепчет Дэмиен. Плечи Грейсона опускаются: — Нет, нет, я не это имел в виду. Я не ищу извинений. Я тот, кому следует извиниться. Просто… просто скажи мне, что ты в порядке? Ну, его рана как ад, но его связь с Грейсоном больше не болит. Говоря о том, почему нарушенное соглашение не повлияло на его старшего брата? Дэмиен не помнит, чтобы Грейсон казался ослабленным или что-то в этом роде. — Я в порядке, — хмыкает Дэмиен, слегка сдвигаясь. Малейшее движение заставляет его рану вспыхнуть от боли, что дает ему хорошее представление о том, как долго он будет оставаться в постели. Он мог бы использовать некоторые обезболивающие. Это действительно поможет. Честно. Его раны не единственная вещь, о которой он до боли знает. Дэмиен может чувствовать, как большой палец Грейсона скользит по его костяшкам в гипнотизирующем движении. Дэмиен не уверен, такой жест для его удобства или для его старшего брата. — Что случилось с моим дедом? — Дэмиен спрашивает. Грейсон выглядел так, словно знал, что такой вопрос придет. Он нервно улыбается: — Ну, он под стражей Патруля. — Ты имеешь в виду, что он не умер? Он был так уверен, что его отцу уже суждено было убить. С другой стороны, он никогда не видел, чтобы его отец убил кого-либо и не упомянул о желании сделать это. Дэмиен знает, что, в отличие от своего отца, он мог бы покончить с дедом, не задумываясь. Человек был слишком опасен, чтобы остаться в живых. — Ну, я думаю, в некотором смысле, — говорит Грейсон. Что это значит? — Он довольно быстро стареет. Мы думаем, что это потому, что он некоторое время не использовал Яму Лазаря. — Ты предполагаешь, что он может умереть от старости? — Дэмиен спрашивает. Что за бесчестие к деду. Человек всегда выражал свое желание умереть в славной битве, а не в естественном старении. Дэмиену не пришлось бы беспокоиться о такой вещи, поскольку у эльфов, казалось, была долгая продолжительность жизни. Аль Гулсы теневые ходоки, с другой стороны ... они жили только немного дольше, чем человек. — Да. Это возможно. — Хм, — раздумывает Дэмиен, уже не разочарованный отсутствием действий окружающих. Их разговор обрывается, когда дверь открывается после двух быстрых стуков. Тим входит, открывая рот, как будто чтобы что-то сказать. Он быстро останавливается, когда видит, что Дэмиен проснулся. — Дэмиен! Ты проснулся! — он говорит. — Я заметил, — рычит Дэмиен. Шум. Почему все должны быть такими шумными? — Оставайся там! Я позову всех остальных! Ну, он не мог никуда двигаться. Тим в волнении выбегает из комнаты, как пони, выпущенный на пастбище. Тим верен своему слову, когда говорит, что он приведет всех остальных. Вся семья заканчивает тем, что появляется в его комнате один за другим. Дэмиен наблюдает, как Джейсон прибывает первым, а его отец - вслед за Барбарой и Кассандрой. Альфред и Стефани приходят последними. Кассандра говорит первой: — У меня есть кое-что твое. Дэмиен замечает, что у нее есть охапка чего-то. Предмет, находящийся в ее руках, открывается ему только тогда, когда она кладет оранжевый шарик пуха на его грудь. Касс старается не класть котенка на живот Дэмиена. Он втайне благодарит ее за внимание. — Сансет, — радуется он. Она в порядке. Она здесь. Она здесь! Котенок мяукает в ответ. Счастливый. Теплый. — Спасибо, — Дэмиен задыхается от своих слов. Он пытался звучать нормально, но его эмоции снова одолевали его. Он поднимает руку, чтобы нежно похлопать своего друга-животного по голове. Закат толкает голову в ладонь в любовном ответе. — Брат, — фыркает Джейсон. — Я думал, ты умрешь там. — Мне понадобится большее, чтобы убить меня, — говорит Дэмиен Джейсону. — Очевидно, — быстро говорит Джейсон. Дэмиен делает вид, что не видит легкую улыбку на губах Джейсона. Он не часто видит это выражение на лице своего брата. Это так странно, что он сделал это сейчас. Дэмиен смотрит в сторону, где его отец стоит прямо позади Грейсона. Сансет в этот момент свернулся клубком на груди Дэмиена. Он старается не обращать внимания на вес ее тела на своей груди, сосредоточившись на неизменном взгляде отца. Дэмиен знал, что он получит ругань. Грейсон сделал это. Его отец тоже. Его отец доказывает, что он неправ. — Все кончено, Дэмиен. Ты сделал это. Мы в безопасности. Он не думал, что слова будут такими впечатляющими. Слезы, которые образуются в уголках его глаз, абсолютно постыдны, и Дэмиен пытается скрыть их, подняв запястье, чтобы стереть их. Как он мог даже думать, что может умереть и оставить всех этих людей позади? — Мы все рады, что ты с нами, Дэмиен, — добавляет Барбара в своих мыслях. Дэмиен смотрит на них. По очереди. Он никогда не скажет этого снова до конца своей жизни, или, по крайней мере, так он себе говорит. Он считает, что допустимо позволить себе этот один слабый момент перед его семьей. — Я тоже счастлив.