Истинный Красный

Откровение 20, Стих 2. Он взял дракона, змия древнего, который есть диавол и сатана, и сковал его на тысячу лет,

      Ангелы, демоны, падшие ангелы… Именно они представляли Три Библейские Фракции, между которыми вечно вспыхивали войны. На протяжении многих сотен лет они сражались друг против друга и, казалось, что разногласия между ними никогда не закончатся. Однако, вскоре произошло событие, повергнувшее все фракции в ужас: вражда между двумя могущественными драконами приобрела невероятный масштаб. Красный Император Драконов, И Драйг Гох и Белая Императрица Драконов, Альбион Гвибер — два чрезвычайно сильных существа, мощь которых выходила за все разумные рамки, всегда вели ожесточенную борьбу друг с другом. Никто толком не мог объяснить, какова же была причина их конфликта, поэтому самой распространенной версией стала та, согласно которой драконы лишились рассудка из-за своей силы, а потому и впали в неистовство. Явившись на поле боя, драконы принялись сметать с пути всех тех, кто попадался им под лапу. Ангел или демон — между ними теперь не было разницы, ибо все они являлись для драконов лишь мухами, мешающими их битве. Сам Люцифер, являющийся лидером Демонов, попал под горячую руку и чуть было не лишился жизни. Таким образом, битва двух драконов стала причиной временного перемирия между Тремя Фракциями…       Но это лишь краткая предыстория, ибо главное действо началось немного позже. Долго продолжалась Великая Война… Силы всех трех сторон были сильно истощены, только их лидеры продолжали держаться. Видя, что другого выбора нет, Бог решил использовать свой козырь: Самаэля. В прошлом, именно Самаэль, обратившись в змея, обманом заставил Еву вкусить плод познания. Придя в ярость, Бог изгнал человечество из рая, а затем обрушил свою ненависть на падшего ангела. Он сотнями накладывал на Самаэля самые разные проклятия, в результате чего Самаэль стал живым олицетворением ненависти Бога по отношению к змеям и драконам. Скрепя сердце, Бог всё же решил прибегнуть к его помощи во время противостояния с Небесными Драконами. Верхняя часть туловища Самаэля была как у человека, а нижняя походила на змеиную. За его спиной виднелись тёмно-фиолетовые крылья, которые время от времени переливались оттенками черного. Самаэль был очень худой и на его серой коже были выгравированы самые разные проклятия. Всё его тело источало чёрную как смоль ауру, что вкупе с кровавыми слезами создавало очень пугающую картину. Одно его присутствие вселяло ужас в сердца воинов. Даже Небесные Драконы содрогнулись при взгляде на него.       «Божественный Убийца Драконов» — таков ему вскоре был присвоен титул. Видя в Самаэле угрозу, драконы моментально бросились на него, но путь им преградили Люцифер, Кезеф и Аф — сильнейшие воины трёх сторон. Из всех находящихся здесь солдат Небесного Воинства лишь Кезеф со своей разрушительной силой мог в одиночку противостоять Небесным Драконам, но даже ему победить их было не под силу. Вспышка ослепительной демонической энергии, огромная волна разрушительной силы света и столб мощнейшего пламени красного и черного цвета заставили двух драконов отступить. Этой небольшой заминки хватило для того, чтобы Бог успел отдать приказ Самаэлю. Колоссальное количество смоляной ауры вырвалось изо рта Самаэля. Чёрный туман вмиг окутал грозовое небо. Попав под действие атаки Самаэля, драконы одновременно издали яростный рёв и вновь бросились в атаку. Ударом своего хвоста Красный Император Драконов нанёс Люциферу тяжелейшие повреждения, а попытавшийся его атаковать Кезеф был заключен в ловушку: пространство вокруг него сжалось и вскоре он сам попал под атаку Белой Императрицы Драконов, лишившись обеих ног. Владыки Демонов, Херувимы, Серафимы и Лидеры Падших Ангелов ринулись в бой, но они вмиг были сметены ужасающей силой драконов.       Даже будучи ослабленными проклятием Самаэля, Небесные Драконы продолжили сражаться, унося жизни многих воинов. Стремясь покончить с Самаэлем, И Драйг Гох использовал свой сильнейший приём — «Уничтожающее Пламя Пылающего Ада». Струя мощнейшего пламени, что сжигало саму душу врага, вырвалась из пасти дракона, уничтожая всё вокруг. Многочисленные защитные барьеры Бога не были способны защитить от него. Лишь Аф, ангел, тело и душа которого представляли из себя сгустки пламени, сумел некоторое время противиться огненной атаке дракона. В тоже время воины, что смели коснуться чешуи Белой Императрицы, сразу же умирали от яда, корчась в страшнейших муках, пока их внутренние органы бесследно исчезают, а души разрушаются. Видя, что дело приняло скверный оборот, Богу не осталось выбора, кроме как снять с Самаэля оставшиеся печати. Он понимал, что его союзники также попадут под удар, но другого выбора не было. Яд Самаэля был смертелен для драконов и змей, но из-за того, что с него сняли все ограничения, даже демоны и ангелы стали падать замертво. Самаэль взмахнул своими крыльями и издал истошный рёв, испуская чудовищную ауру, что несла в себе сильнейшее проклятие.        Собравшись с последними силами, Аф заточил Самаэля и Небесных Драконов в огненный круг. Пламя Красного Императора Драконов Самаэль блокировал своим ядовитым туманом, а энергетические выстрелы Белой Императрицы он сбивал своей смоляной аурой. Будь на его месте кто-то другой, то он был бы уже трупом. Даже Боги были бы стёрты с лица Земли, если бы подставились под эти атаки. Но Самаэль, природный враг всех змееподобных существ, являлся страшнейшим сном для Небесных Драконов. Он не оставил И Драйг Гоху другого выбора, кроме как пойти в лобовую атаку. Самаэль принял атаку в лицо, выдержав мощный натиск Красного Императора Драконов, но получил серьёзный урон. Из его рта вырвалась густая чёрная кровь, которая, попав на тело дракона, обратилась в смертельный яд. Сопротивляясь ужасающей боли, И Драйг Гох ударом хвоста разрушил внутренние органы Самаэля, отправив того в полёт. Не желая отдавать первенство даже в такой ситуации, Белая Императрица Драконов взмахнула своей лапой и нанесла удар Самаэлю, лишив того руки. Её «Уменьшение» сработало, но не нанесло Самаэлю должного урона. Воплощение ненависти бога обвило туловище Альбион Гвибер своим хвостом. — Отец, такими темпами, даже Самаэль долго не продержится! — обеспокоенно сказал Михаил, подлетев к Богу. — Знаю, сын мой. Мы должны помочь ему, но предупреждаю: его ядовитая аура теперь действует и на нас. К тому же, драконы пришли в ярость и всякий, кто окажется у них на пути будет уничтожен. — Проклятье, где этот идиот Израэль, когда он нам так нужен?! — проворчал Абалим, взмахивая своим копьём. — Ладно, плевать! Я сам с этим справлюсь! «Перегрев»       Доспехи, которые были одеты на его тело, ярко засияли и от них стал идти пар. Все воины ощутили резкую перемену в температуре. Огненный Страж Рая, Абалим, поднял своё копьё и ринулся в бой. Ему потребовалось много сил, чтобы преодолеть барьер Афа и не превратиться в пепел. Пользуясь тем, что драконы были заняты Самаэлем, Абалим на огромной скорости влетел в И Драйг Гоха, вонзая своё полыхающее копьё ему в шею. Произошёл мощный огненный взрыв, но когда ангел увидел, что на теле дракона не было и царапины, он проскрежетал зубами и обрушил на Красного Императора Драконов шквал сокрушительных атак. Несмотря на проклятие, И Драйг Гох двигался быстро и, превзойдя Абалима в скорости, он широко раскрыл свою пасть и раскусил ангела надвое. Накаленная до предела броня Абалима была словно тонкой корочкой. В это время Самаэль сдавливал тело Белой Императрицы Драконов. Её яд негативно действовал как на физическую оболочку Самаэля, так и на духовную. Впрочем, это можно сказать и о «Божественном Убийце Драконов». Видя, что Абалим пал, Михаил создал гигантское копьё света и швырнул его прямо в И Драйг Гоха. Дракон яростно зарычал и с легкостью отбил атаку. Собравшись с силами, Альбион Гвибер стряхнула с себя Самаэля и ударом крыла отправила того в полёт. — Всем войскам, атакуйте драконов, пока они ослаблены! — проревел Люцифер, не обращая внимание на ужасные раны. — Ну же, это наш шанс! Самаэль не сможет сдерживать их вечно! — Как скажете, Владыка! — закричали демоны и принялись исполнять приказ. — Братья, покажем же силу нашего Небесного Воинства! — поднял руку Михаил, создавая в руках оружие света. — Да! — поддержали его ангелы. — Что же, значит и нам придётся выложиться на полную… Думаю, сейчас наиболее подходящий момент, для того чтобы использовать его. — хрустнул шеей Азазель, материализуя в руках самурайский клинок. — «Пылающий Клинок Света и Тьмы»! — Ого, это же тот легендарный меч! — Когда я был на небесах, я слышал о нём, но я не думал, что это правда! — Кх, заткнитесь, ублюдки! Ещё одно слово про «Пылающий Клинок Света и Тьмы» и я лично швырну вас в пасти драконов! — раздраженно крикнул Азазель, атакуя огненным слэшом.       Ослабив барьер, Аф позволил воинам трех сторон войти в него. Началась самая что ни на есть, крупномасштабная ''бомбежка''. Залпы демонической энергии и света беспорядочно летали из стороны в сторону. Два Небесных Дракона вновь сцепились с Самаэлем, на помощь которому пришёл сам Бог. Он всячески защищал Самаэля от атак, сам подставляясь под них. Сильнейшие удары обоих драконов могли сокрушить любого, но благодаря особому чуду, Бог смог сдерживать их натиск. Вены вздулись на его лбу, а его тело увеличилось в размерах, выделяя колоссальное количество святой ауры. Ударом кулака он отбросил от себя И Драйг Гоха, а затем в лоб принял столкновение с Альбион Гвибер. Из его рта потекла золотая кровь, но он даже и не думал отступать. На помощь отцу поспешил тяжелораненый Кезеф, которому удалось пробить защиту Белой Императрицы Драконов своей разрушительной силой света. Не остались в стороне и Владыки Демонов. Вельзевул обрушил на драконов рой ядовитых пчел, а Левиафан атаковал их сгустками воды под невероятным давлением. Вскоре к битве присоединился и ангел солнца — Израэль. Он сильно отличался по характеру от других ангелов, но зато в силе ему не было равных. Чем ярче сияло Солнце, тем сильнее он становился.       Если бы он всегда сражался всерьёз, то вполне бы мог сравниться в силе с Кезефом или даже превзойти его. Уже долгое время Израэль отсутствовал и никто толком не знал куда он делся. Лишь одному Богу было известно где пропадает этот могучий воин. Небесное Воинство обрадовалось его приходу, но вместе с тем, все были крайне удивлены, увидев в каком плачевном состоянии находится ангел солнца: у него отсутствовали левая нога и правая рука, а также не хватало одного глаза. Из десяти великолепных крыльев осталось лишь пять, на месте остальных же были какие-то странные, пылающие в пламени отростки. Увидев возвращение Израэля, Бог удовлетворенно хмыкнул: ему удалось продержаться! Однако, битва с Небесными Драконами всё ещё в самом разгаре и отвлекаться не стоит! Создав в руке большой сгусток пламени, напоминающий миниатюрное солнце, Израэль атаковал им Небесных Драконов. Своей особой способностью Белая Императрица Драконов отразила атаку, вернув её обратно отправителю. Это, впрочем, не помешало Израэлю вновь её атаковать. Это сражение было самым кровопролитным в истории и завершилось оно спустя очень долгое время. В нём погибли все Владыки Демонов и их приближенные, а также большая часть Херувимов. Лишь падшие ангелы смогли избежать потерь среди своих Лидеров. — Мы справились, отец! — восторженно сказал Михаил, когда битва завершилась. — Ты прав, сын мой… Гуха! Впрочем, это не отменяет того факта, что мы понесли ужасные потери. Думаю, это было моё последнее сражение… — устало сказал истекающий кровью Бог, рухнув на колени. — Отец! — Михаил тут же бросился к нему, но Бог остановил его жестом руки. — Драконы бессмертны. Если мы не запечатаем души Небесных Драконов, то они переродятся и вновь устроят кровавую бойню. Я… Я должен не допустить этого. — харкая кровью, сказал Бог. — Я навечно заточу их в особые тюрьмы из которых они не смогут сбежать. Михаил, тебе я поручаю следить за Раем. Не подведи меня. — Я сделаю всё что в моих силах! — Отлично. Что же, тогда я приступаю…

─○●○─

      Охх… Как же башка болит… Чёрт, даже не могу вспомнить, что предшествовало этому отвратительному пробуждению… Я медленно открыл глаза и увидел перед собой белое пространство. Эмм… Что за… Как-то странно я себя чувствую. Будто бы тело стало очень легким, да и… Я чувствую свои конечности, но… Стоп, почему я не чувствую сердцебиения? Да и где я вообще чёрт возьми?! Я огляделся. Передо мной было всё то же белое пространство, у которого, казалось, совершенно нет границ. Я поднял свои руки и убедился в том, что могу их рассмотреть. Хмм… Странно. Очень странно. Будто бы надел очки VR. Такова что ли смерть? Эмм… Или же это чистилище? В Рай я явно не попаду, да и в Ад по идее не должен. Так где же я? Ээй, аууу! Есть кто живой? Я попробовал закричать, но испытал такое чувство, будто бы своим собственным голосом подавился. Ни ответа, ни эха не последовало. Внезапно неподалёку от меня появилось яркое сияние. Оно было красного… Нет, алого цвета. По форме это сияние напоминало осколки разбитого зеркала. Что это? Как здесь это появилось? Движимый любопытством, я приблизился. Ого, получается, я хожу по воздуху! Нет, всё же называть пустоту воздухом не совсем корректно.       Подойдя ближе, я заметил, что эти осколки стали переливаться, в результате чего они стали напоминать градиент. Внимательно приглядевшись, я смог различить в этих осколках мелькающие изображения, которые мгновенно ускользали от моего взора. Это… Северное сияние с антенной TV? Еле как я смог различить силуэты двух громадных ящеров, которые сражались с крылатыми людьми. Какого хрена… Что это за фигня?! Я даже не могу толком описать ситуацию в которую попал! Я аккуратно вытянул вперёд руку и коснулся этого сияния. Это было громадной ошибкой. Вмиг я потерял контроль над своим телом, а мой разум стал туманным. На меня нахлынула страшная головная боль, от которой я чуть было не сошёл с ума. Аааа! Бл*ть, что за ху*ня?! Моя голова! Твою дивизию, как же это больно! Спустя несколько секунд меня будто поразила молния. Я широко раскрыл глаза и передо мной стали мелькать картины каких-то событий. Ангелы, демоны и падшие ангелы схлестнулись в ожесточенной борьбе между собой. Но вскоре явились драконы, которые стали уничтожать всё вокруг себя. Аааргх, бл*, что я несу?! Я будто бы говорю не своим голосом! С*ка, как же мне больно! Теперь мне захотелось умереть по-настоящему! Я этого не выдержу! Эта боль гораздо хуже смерти!       Я сжался в комок, крепко держась за голову. Великая Война Трёх Фракций… Небесные Драконы, что стали их врагами, повергнув Библейскую Мифологию в полнейший хаос… Откуда… Откуда у меня в голове эти воспоминания?! Ааа, убирайся из моей головы! Ящер, передо мною появился громадный ящер! Его чешуя была красного цвета, а глаза походили на изумруды. Нет, не смотри на меня! Пошёл вон, ублюдок! Нет, не подходи ко мне… Неееееет! Я истошно заорал, чуть было не лишившись сознания. Проклятье, я хочу отрубиться! Я хочу сдохнуть! Такими темпами моя голова скоро взорвется! Целый фейерверк воспоминаний заполонил мой разум. И Драйг Гох, вечный соперник Белой Императрицы Драконов… Я… Я знаю его! Нет, это полнейшая чушь! Это не мои воспоминания! Я впервые слышу это имя! Бл*дь, да когда же эта х*йня прекратится?! Кто-нибудь, умоляю вас, спасите меня! Я хочу чтобы этот кошмар закончился! Эти глаза, эта страшная морда! Она смотрит на меня! Она пытается со мной заговорить! Аааа! Чёрт, чёрт, чёрт! Зачем я прикоснулся к этому проклятому сиянию! П-постойте, мне кажется, или что-то изменилось? Красный дракон исчез, но вместо него появился белый. Ооо чёрт, мне не нравиться его взгляд! Он что, летит прямо на меня?       Э-эй! Не вздумай! Я знаю карате! Сволочь, я же сказал, не трогай меня! Я вскочил на ноги и пытался бежать, но у меня ничего не выходило. Дракон летел прямо на меня. Эй, что за херня?! Где мои руки? Что стало с моим телом? Я перевел свой взгляд вниз и обнаружил, что моё тело вдруг стало походить на драконье. Эй, это что, шутки? Ха-ха-ха… Это с*ка не смешно! Как, как мне ходить? Я не хочу столкнуть… Аааа! Бл*! Громадный белый дракон влетел прямо в меня. Я не почувствовал боли от столкновения с ним, но зато моя голова чуть было не лопнула. Ах ты ублюдок! Сейчас я покажу тебе, где раки зимуют! Ты у меня узнаешь, что значит иметь дело с… С кем? Что я вообще несу?! Неужели я сошёл с ума? Ааа, опять! Не успел я толком ничего понять, как белый дракон растворился, а моё тело вновь стало обычным. Это точно не сон, это самый настоящий п*здец! Так, надо срочно успокоиться… Вдох, выдох, вдох… Библейский Бог! Стоп, о ком это я? Об Иисусе что ли? Он… Это ведь он заточил меня сюда? Хах, неужели я умер из-за прихоти бога?! Нет, это всего лишь шутка! Самаэль, аргх, его проклятие нанесло ужасный урон моей душе! Я… Опять, опять эта жгучая боль! Что, что мне нужно сделать, чтобы она прекратилась?! Эм, ведь был сейчас синдром Туретта, верно? Ай, ладно, ладно, я понял!       Прошло… Я не знаю, сколько времени прошло… Сейчас лежал на спине в пустом белом пространстве. Боль в голове недавно прекратилась, но я всё ещё не мог от неё отойти. Я… Я нихрена не понял… У меня голове застряло следующее имя: Красный Император Драконов И Драйг Гох. Я всё ещё не понимаю, что здесь бл*ть происходит! Какого чёрта, почему я вынужден торчать здесь и мириться с этой ужасной головной болью? Кто я? Зачем я здесь? Эй, вы! Ублюдки, что сослали меня сюда! Живо отвечайте почему именно я! Я вновь закричал в пустоту, но ответа не последовало. Ха-ха… Это невыносимо. Торчать здесь… Я больше не выдержу… Пусть головная боль прекратилась, она может вернуться в любой момент. Я… Я не хочу вновь испытать этого! Надо срочно выбираться из этой задницы! Я вскочил на ноги и побежал вперёд… Или же назад? Нет, я точно бежал влево! Аааа! Опять, опять мой разум разрывается! Я глянул вниз и понял, что всё это время лишь беспомощно барахтался в воздухе. Что… Что мне надо сделать, чтобы выбраться отсюда?! Эй, Идраг Лох, или как там тебя? Почему я помню только твоё имя? Что это были за драконы?! Как они здесь появились и куда потом исчезли? Ну же, давай! Я жду ответа! Не молчи, сволочь, я знаю, что ты как-то с этим связан!       Я немного приподнял голову и мне открылся вид на расплывчатое изображение, принявшее форму осколков. Ха-ха-ха! Ну неет, со мной это херня снова не прокатит! Моё любопытство стоило мне огромной цены, так что сейчас я рисковать не собираюсь. Пусть себе там висит в воздухе, я не собираюсь обращать на него внимания. Но что, если… Д-да, не стоит отметать этот вариант… Что, если именно эти осколки содержат ответы, на необходимые мне вопросы? Я… Я не хочу вновь испытать ту невыносимую боль, но у меня нет выбора. Вдруг я узнаю способ выбраться отсюда. У меня нет иного выбора, кроме как рискнуть! Пока я собирался с мыслями осколки стали медленно исчезать. Э-эй, куда это вы? Стойте, я должен вас коснуться! Еле как я всё же добрался до них. Ну-с, была не была. Я сделал глубокий вдох и коснулся сияния. Аааа! Бл*дь, бл*дь, бл*дь! Как же это, мать его больно! Это просто невыносимая боль! Я почувствовал удушение и, рухнув на колени, принялся откашливаться. Я… Я подавился собственной слюной… Ха-ха… Внезапно передо мной появилась картина сражения двух драконов. Один был красного цвета, а второй белого. Это… И есть Идраг Лох… Драйггох… Короче тот хрен, имя которого засело в моей голове. Драконы наносили друг другу удары, пытаясь убить противника.       Выглядит… Довольно реалистично. Не успел я собраться с мыслями, как вдруг изображение исчезло, а меня снова поразила головная боль. При этом всё моё тело словно засунули внутрь вулкана. Я… Я полыхал изнутри… Мои руки тряслись, а взгляд метался из стороны в стороны. Ха-ха… Какого чёрта… Откуда… Откуда такое дикое желание убивать? Не знаю почему, но я внезапно почувствовал сильное желание убивать. Я хотел… Я хотел этими руками схватиться за чьё-нибудь горло и… И… Нет, это… Это ненормально! Или нормально? О чём я вообще говорю? Белый… Когда я сказал это вслух, мой разум снова помутился. Я с ненавистью стал глядеть на окружающее меня пространство. Белый… Белый цвет… Ненавижу… Ненавижу! Я уничтожу этот белый цвет! Что, что я такое несу? Разве это — я? Откуда во мне появилась ненависть к белому цвету? Причём он здесь вообще? Ааа! Чем больше думаю о нём, тем сильнее боль! Это было ошибкой! Оочень большой ошибкой! Зря я понадеялся на удачу! В итоге мне стало ещё хуже… За что… За что я так страдаю? Кто в этом виноват?! Кто бы это ни был, я… Я обязательно найду его! Не знаю как, но я выберусь отсюда и вырву глотку той мрази, что засунула меня сюда! Этот бастард пожалеет, что связался со мной! И этот белый цвет… Я ОКРАШУ ВЕСЬ МИР В АЛЫЙ!

─○●○─

Полуостров Троада. XIII век до нашей эры. — Эй, Кирик, давай к нам! Мы с Медонтом наловили немного рыбы. Угощайся! — Сочту за честь, Клоний!       Ответив сыну Алектора, Кирик присел на небольшой камень. Медонт и Клоний развели небольшой костер и жарили рыбу. Вот уже десять лет прошло, с тех пор как греки окружили Трою. Много воды утекло с тех пор… Всё началось с момента свадьбы героя Пелея и нереиды Фетиды, ещё не родившемуся сыну которой богиня правосудия Фемида предрекла, что он превзойдёт своего отца, явились все олимпийские боги, кроме богини раздора Эриды; не получив приглашения, последняя подбросила среди пирующих золотое яблоко Гесперид с надписью: «Прекраснейшей», за это звание последовал спор между богинями Герой, Афиной и Афродитой. Они попросили Зевса рассудить их. Но тот не хотел отдавать предпочтение какой-то из них, потому что самой прекрасной считал свою Афродиту, но Гера приходилась ему царствующей супругой и сестрой, а Афина — дочерью. Тогда он отдал суд сыну царя Трои Приама — Парису, считавшемуся самым красивым мужчиной. Парис отдал предпочтение богине любви, потому что та пообещала ему любовь прекраснейшей в мире женщины — Елены. Вот только Парис не учел того, что Елена являлась супругой царя Менелая.       Менелай радушно принял гостя, но вынужден был отплыть на Крит, чтобы похоронить своего деда Катрея. Афродита влюбила Елену в Париса, и та отплыла с ним, взяв с собой сокровища Менелая и рабынь Эфру и Климену. Такого оскорбления Менелай вытерпеть не мог. Спартанцы всегда были скоры на расправу, а Менелай выделялся особой жестокостью. Царь Менелай решил отомстить Парису и вместе со своим братом Агамемноном стал собирать под своим знаменем героев, дабы пойти на Трою войной. Многие Великие Герои стали на их сторону: Аякс Старший, Аякс Младший, Одиссей и прочие. Тем не менее, на стороне трои были такие ребята как Эней и Гектор. Последний особо выделялся даже на фоне остальных героев. Десять лет греки пытались захватить Трою, но у них ничего не получалось. Казалось, будто бы город находится под защитой самих богов. В сегодняшнем бою обе стороны понесли серьёзные потери, но греки были истощены гораздо сильнее: сказывались последствия моровой язвы. Несмотря на предсказания Калханта, греки постепенно стали терять свою веру в победу. Моральный дух армии заметно упал и даже несмотря на численное преимущество, войско троянцев под командованием Гектора успешно отбивало все атаки. — Интересно, сколько мы ещё будет торчать под этими стенами… — тяжело вздохнул Медонт, наслаждаясь рыбой. — Думаю, скоро всё решится. Не забывай о том, что на нашей стороне сам Ахилл. — улыбнулся Клиний. — Тем более, что у врага осталось не так уж и много владельцев Священных Механизмов. — Что же, здесь ты прав. К слову о Священных Механизмах… — сказал Медонт, взглянув на Кирика. — «Усиливающий Механизм»… Не дай ему выйти из-под контроля, иначе он принесет смерть как нам, так и врагам. — Знаю. Не хочу хвастать, но я заметно отличаюсь от прошлых носителей Красного Императора Драконов. — высокомерно улыбнулся Кирик. — Я полностью контролирую эту силу, так что вам не о чем беспокоиться. — Хотелось бы верить. — хмыкнул Медонт, продолжив трапезничать. — Тревога, тревога! Враг атакует! — громкий крик заставил троицу бросить недоеденную рыбу и приготовиться к бою. — Ну, за дело! — ухмыльнулся Кирик, материализуя латную перчатку. — Я покажу им силу одного из тринадцати Лонгинов!       Лагерь греков находился недалеко от моря и был обнесен крупными защитными стенами. Под предводительством Гектора троянцы решили атаковать греков, пока те не оправились после болезни. Защитники лагеря храбро сражались, целый час сдерживая натиск ударного отряда. Но как только Гектор использовал своё копьё, которое обладало невероятной разрушительной силой, защита пала и троянцы ворвались внутрь. Навстречу им вышла шеренга знаменитых греческих героев, среди которых и затесался Кирик. Позади них стояли маги и оракулы, которые готовили свои заклинания, дабы обрушить их на неприятеля. Впрочем, Гектор тоже оказался не лыком шит и захватил с собой два отряда лучников, большая часть которых владела Священными Механизмами. Между защитниками лагеря и нападавшими началось масштабное сражение. Сражаясь в первых рядах, Кирик поразил многих героев. Каждые десять секунд его сила увеличивалась вдвое, что позволяло ему на равных сражаться даже с несколькими воинами одновременно. Лучники Гектора атаковали греков своими стрелами, несшими в себе природные элементы. Огненные, ледяные, а также ядовитые стрелы поразили многих солдат Агамемнона. Вскоре оракулы и маги наложили на греков защитные заклинания и те вновь перехватили инициативу.       Увлеченный битвой, Кирик не заметил, как вместе с другими воинами оказался в плотных тисках неприятеля. Стоявший рядом с ним воин взмахнул рукой и поднял тени врагов. Создания, которым нипочём были физические атаки, мгновенно набросились на троянцев. Впрочем, длилось это недолго. Скоро повелителя теней поразила стрела белого света, пущенная из лука троянца. Кирик ловко орудовал своим мечом, запросто парируя атаки выступившего против него Деифоба. Вскоре к нему присоединился Аскалаф и они оба принялись теснить троянца, нанося ему серьёзные ранения. Однако, чем больше ран получал Деифоб, тем сильнее он становился. Когда Аскалаф рассёк ему грудь, Деифоб, взревев словно дикий зверь, сделал смертоносный выпад и нанёс противнику удар прямо в сердце. Заливаясь кровью, Аскалаф рухнул замертво. Видя, как его товарищ пал, Кирик разозлился и обрушил на Деифоб град смертоносных ударов, который троянцу лишь чудом удалось пережить. Кирик поднял руку чтобы нанести последний удар, но тут в бой вмешался Гектор. Своим копьём он остановил меч Кирика и ударил того ногой в живот. Кирик согнулся пополам, но выстоял, после чего атаковал Гектора. Царю Трои удалось заблокировать все атаки Кирика, после чего он пинком ноги отправил того в полёт.       Кирик быстро оправился от удара и вскочив на ноги, с ужасом обнаружил, что троянцы теснят греков. Агенор, сын Антенора, своею пикой сразил Клония, а Медонта и других воинов окружил многочисленный отряд под предводительством Энея. Кирик моментально поспешил на помощь другу, сразив по пути нескольких героев. Используя два меча, Медонт храбро сражался, отправляя на перерождение многих воинов Энея. Рассердившись, предок Ромула и Рема сам вступил в бой. Он достал из ножен свой меч, которым сразил более сотни врагов. Увидев это действие, Медонт побледнел, но не отступил. Его союзники изо всех сил отбивались, но силы были слишком неравны. Греки падали один за другим и вскоре Медонт остался один. Кирик отчаянно бежал на помощь другу, но путь ему преградили Полидамант и Месфл. В руках могучего Полдиаманта появилась бронзовая дубина, а Месфл создал в руке шар огня. Цокнув языком, Кирик сконцентрировал всю мощь в ногах и перепрыгнул врагов. В тоже время Медонт противостоял Энею. Удары последнего вытягивали из Медонта силу, в результате чего грек вскоре не смог оказать Энею должного сопротивления и, пропустив удар, рухнул замертво. — Ублюдок, так это ты! — закричал Кирик, увидев, как за спиной Энея появились голубые крылья. — Нынешний владелец «Божественного Разделения»! — О, мы всё же встретились, Красный Император Драконов. — злобно ухмыльнулся Эней. — Ты, я так полагаю, хочешь отомстить за смерть друга? — Если знаешь, зачем тогда спрашиваешь! — Кирик мгновенно сократил расстояние между ними и атаковал Энея. — Что же, видимо от судьбы нам не убежать. — вздохнул Эней, заблокировав удар. — Ну что же, я, пожалуй, немного с тобой поиграю. — Не смей недооценивать меня! — Кирик ловко вывернул меч и его кулак встретился с лицом Энея. — Гуха! Ах ты ж… Ладно, сейчас я тебя уничтожу! — раздраженно сказал Эней, вытирая кровь и обрушивая на грека смертоносную серию ударов. — А ты неплохо двигаешься… Впрочем… — «Деление!» — раздался женский голос из крыльев. — Аргх! — проскрипел зубами Кирик, когда часть его сил испарилась. — «Усиление!» — вторил грубый бас из перчатки. — Получай! — Эней нанёс горизонтальный удар и рассёк Кирику грудь. — Кха! — изо рта грека вырвалась кровь, а сам он рухнул на колени. — Ну что, будут последние слова? — Не знаю… Тебе ведь отвечать на этот вопрос! — оскалился Кирик, совершив быстрый выпад и пронзив левой плечо Энея. — Кх… Кха! — Эней отбросил от себя Кирика. — А ты назойливый… — О-отступаем! Ахиллес идёт! Ахиллес идёт! — вдруг завопили троянцы и обратились в бегство. — Что? Зачем?! Не отступать, победа почти за нами! — закричал Эней, но войско его не послушало. — Гррр… Ладно, позже с тобой разберусь! Эй, уходим!       На сей раз грекам удалось отбиться благодаря Патроклу, одевшему доспехи Ахиллеса и вооружившемуся его копьём, но они понесли серьёзные потери. Патрокл возглавил преследование, а оставшиеся воины принялись расчищать поле битвы от трупов. Исцелившись благодаря оракулу, Кирик отправился собирать оружие, оставленное врагом. Тем же вечером выжившие из отряда Патрокла воины рассказали о том, что их предводитель и несколько других героев пали у городских стен, но унесли жизни многих врагов, включая Пирехма и храброго Сарпедона, который приходился сыном самому Зевсу. Состоялись похороны героев, на которых Ахилл заявил, что собирается атаковать Трою следующим утром. Был на тех похоронах и Кирик, оплакивающий Клония и Медонта. После смерти близкого друга Ахилл перестал упрямиться и стал сотрудничать с Агамемноном. На следующее утро воинство под предводительством Агамемнона собралось под стенами Трои. Надев выкованные Гефестом доспехи, Ахиллес в одиночку ринулся вперёд и начал битву, сметая врагов на своём пути. Подобно вихрю он уничтожал троянцев, которые не могли пробить его защиту. Вслед за Ахиллом в битву вступил Кирик, движимый целью отомстить за павших товарищей.       У ворот их встретил Гектор, который вёл за собой троянцев. Ахиллес и Гектор тут же схлестнулись в смертоносной схватке. Ни один из воинов не мог к ним приблизиться, поэтому их битва вскоре стала походить на дуэль. Аякс Старший использовал свой великолепный щит, которым он отразил все магические снаряды, коими стражники стен пытались уничтожить греков. Ахиллес ловко орудовал своим смертоносным копьём, наконечник которого запросто разрушил доспехи Гектора, но принц Трои храбро продолжал наступать. Их бой затянулся более чем на три часа и за это время ни один из воинов не посмел вмешаться. Вскоре Гектора стала одолевать усталость и его движения стали медленными и нескоординированными. Ахиллес же, которого в детстве окунули в воды Стикса, походил на машину, выносливость которой, казалось, была безгранична. Гектор же, будучи обычным человеком, не смог сопротивляться напору неутомимого Ахиллеса и стал пропускать удары. Сначала это были лишь небольшие порезы на его теле, но вскоре Гектор получил раны куда большей степени тяжести. Всё это в конечном итоге привело к тому, что Ахилл вонзил своё копьё ему в лодыжку, повергнув Гектора на землю. Принц Трои попытался встать, но Ахиллес достал меч и мгновенно вонзил его в живот Гектора. — Прошу тебя лишь, об одном… Кха… — молвил раненный Гектор. — Пусть победитель позволит воздать поверженным все подобающие почести. — Клятв между львом и человеком быть не может. — отрезал Ахиллес и умертвил царевича, пронзив его сердце. — Отлично, Гектор повержен! Троя теперь наша! — Вперёд, за Ахиллом!       Воины радостно взревели, а их боевой дух возрос. Греки принялись теснить троянцев, которые, увидев смерть предводителя, стали сдавать позиции. Астеропей вызвался противостоять Ахиллесу, чтобы дать время своим воинам на отступление. Он легко превзошёл в бою Ахилла и даже смог его ранить, но тут вмешался Кирик, атаковавший Астеропея со спины. Ахиллес воспользовался этим и поразил противника. Греки вошли в город. Что тут только началось! Крики, слёзы отчаяния, мольбы о пощаде — жители города пытались спастись, но греки безжалостно обрывали их жизни. У них был лишь один приказ: сравнять город с землей, чтобы другим повадно не было. Вся аттика должна узреть гнев Менелая! Троянские мужи храбро обороняли свои дома, но вскоре и их сопротивление было сломлено. Их матери, сестры, невесты, жены, дочери — все они подверглись жестоким унижениям. Были впрочем и братья у этих мужей, походили на дев прекрасных, в результате чего и они подверглись растерзанию определенной группой людей… Не отвлекаясь на уничтожение города, Кирик вместе с Ахиллом и ударным отрядом бежали во дворец. На их пути вставали бравые защитники Трои, но все они падали замертво, пораженные копьём Ахиллеса. — Гмм… Проклятье, почему никто не помог Гектору?! Какого чёрта Астеропей был так нелепо повержен? Где его звёздный папаша, когда он так нужен?! — ругался Парис, сидя во дворце. — Чёрт, этот проклятый Ахилл… До сегодняшнего дня мне удавалось менять ход событий не давая грекам взять Трою штурмом, но сила Кармы Телоса не безгранична… И что мне теперь делать? — Ахиллес — это только половина проблемы. Да будет тебе известно, на стороне врага есть Красный Император Драконов. Если он придёт в ярость, то в режиме «Джаггернаут Драйва» он запросто сравняет Трою с землей. — сказал Эней. — Даже для меня не будет возможным сдержать его, не пожертвовав собственной жизнью. — Дерьмо… Придётся оставить город. Другого выбора нет. Надо чтобы кто-то задержал Ахилла и прочих. — Парис взглянув на Энея. — Могу я рассчитывать на твою помощь? Моя Карма Телоса уже не обладает былой властью над событиями, но будь уверен — удача тебя в бою не покинет. — Хорошо, но ты должен знать, что и награда которую ты мне обещал, должна быть соответствующей. — улыбнулся Эней. — Помимо этого ты должен выделить мне свой лучший гарнизон войск. — Как скажешь. — махнул рукой Парис. — Рассчитываю на тебя. — Я тебя не подведу. — Эней сделал поклон, после чего удалился. *** — Эней, выходи, я знаю что ты здесь! — кричал Кирик, ударом меча поражая вражеского военачальника. — Красный Император Драконов… Готовься повторить судьбу своих предшественников! — Кирик поднял свой взор и увидел Энея, парившего в небе. — Кх, у тебя ничего не выйдет! — ответил грек, блокируя удар троянца.       Эней принялся наносить колющие атаки своим мечом, от которого Кирику пришлось уворачиваться, не имя шанса на контратаку. Своими ударами вытягивал из Кирика силу, в результате его напор усиливался. Мысленно отругав себя за слабость, Кирик громко закричал и теперь уже Энею пришлось уйти в глухую оборону. Кирик обрушивал на врага множество смертоносных ударов и ему даже удалось поразить лодыжку Энея. Парируя атаки противника, Кирик совмещал сражение на мечах с рукопашным боем. Свободной рукой он бил противника по лицу. Ударом кулака он сломал Энею нос, а затем ударил его в живот, отбросив от себя. Эней впечатался в стену, после чего взмыл в небо и, спикировав на грека, ранил того в плечо. Хотя рана и была глубокая, Кирик не обратил на неё внимания, продолжив битву. Позади носителей Небесных Драконов разгорелась не менее ожесточенная битва: Ахиллес в одиночку разгромил переднюю шеренгу воинов и, добравшись до лучников, принялся кромсать их налево и направо. Вскоре, однако, его пыл охладила стрела, выпущенная Парисом. Используя силу Кармы Телоса, троянец смог обойти неуязвимость Ахилла и заставить стрелу попасть именно в его пятку. Сын Фетиды испытал ужасную боль, но не пал: он мгновенно ответил Парису, запустив в него своё копьё. — Кх, ладно, остальное за Энеем. Я своё дело сделал. — проворчал Парис, которому удалось пережить атаку Ахилла лишь благодаря Карме Телоса. — Ладно, пора бы уже стереть твоё существование. — сказал Эней, тело которого окутала плотная голубая аура. — «Крушитель Баланса»! — Что за… Это, это невозможно! Пробудить «Крушитель Баланса» у Лонгина — это немыслимо! — запаниковал Кирик.       Ничего не ответив греку, Эней мгновенно сократил расстояние между ними. Его меч покрыла плотная аура и троянец вмиг уничтожил защиту Кирика, нанеся тому серьёзные повреждения. Кирик попытался контратаковать, но скорость Энея была уже на совершенно другом уровне. Троянец с легкостью увернулся от атаки и пинком раздробил греку несколько костей. Густая кровь брызнула изо рта Кирика, а сам он рухнул на колени. Он тяжело дышал, а вся его сила была вытянута Энеем. Кирик всё ещё не мог прийти в себя из-за мысли о том, что врагу удалось пробудить «Крушитель Баланса». Теперь, у него не осталось никаких шансов на победу. Отчаяние охватило разум Кирика. Вместе с ужасом, его тело стало наполняться яростью и злобой. Грек с ненавистью взглянул на Энея, заносящего меч над его головой. Разум Кирика стал туманным и ему почудилось, что какие-то голоса шепчут ему что-то. Он попытался прислушаться. Грубый голос шептал ему сладкие речи, а вторили ему прочие, более низкие голоса. Тело грека вмиг наполнилось неизвестной энергией. Кирику казалось, что мир вокруг него застыл. Его руки дрожали, а сердцебиение участилось. Басистый голос, который был ему знаком, нашёптывал слова, которые сводили грека с ума. Отринув всё, Кирик начал произносить запретное заклинание.

«Я тот, кто вот-вот пробудится, »

«Один из двух Небесных Драконов, обладающий принципами превосходства украденными у Бога»

«Я смеюсь над «бесконечностью», и горюю о «мечте»

«Я стану Красным Драконом Превосходства»

«Я погружу вас в глубины алого чистилища!»

«ДЖАГГЕРНАУТ ДРАЙВ!»

      Стоило Кирику закончить читать заклинание, как колоссальное количество ауры высвободилось из его тела. С телом грека стали происходить метаморфозы. Руки и ноги стали выгибаться под неведомым углом, кожа стала краснеть и вскоре она больше походила на чешую. Шея стала более толстой и вытянулась вперёд. Голова перестала быть человечьей — она стала походить на драконью. Тело стало увеличиваться в размерах. Оно уже не было человечьим. Ростом Кирик стал около пяти метров. Его позвоночник вывернулся и стал преображаться, в результате чего у грека появился длинный хвост. Чешуйки срастались друг с другом, образуя латную броню красного как кровь цвета. Броня стала походить на органическую. Ноги превратились в задние лапы, а руки — в передние. Из-за спины выросли массивные крылья, а посередине груди образовался змеиный глаз зеленого цвета, который вскоре прикрыли латные пластины. Спустя несколько мгновений на месте Кирика стоял пятиметровый красный дракон, изумрудные глаза которого сияли пугающим светом. Эней застыл от ужаса, глядя на монстра перед собою. Его тело дрожало от страха, но он смог взять себя в руки и попытался атаковать первым. Меч троянца сломался об плотный чешуйчатый доспех дракона, а сам он попал под удар массивной лапы. — Проклятье… Он всё же сделал это… Хотя я и предполагал подобное, но я не могу до конца поверить в то, что сопляк, не пробудивший даже «Крушитель Баланса» сможет использовать этот режим! — воскликнул Эней. — Наконец-то! Я снова свободен! Покуда горит жалкий огонёк жизни этого пацана, я буду вдоволь наслаждаться своей свободой! — зарычал дракон. — Белая! Как же мне повезло, что я встретил тебя так быстро! Ха-ха-ха, готовься! — «Чёрт, у него действительно крыша поехала…» — раздался женский голос из крыльев. — «Эй, если не хочешь умереть, уходи отсюда, да поскорее!» — Сам знаю! — проворчал Эней, уворачиваясь от атак дракона. — Эй-эй-эй, ты куда?! Я же только начал! — грубо смеялся дракон. — НЕ ДУМАЙ, ЧТО СМОЖЕШЬ СБЕЖАТЬ ОТ МЕНЯ ТАК ПРОСТО!

─○●○─

Рим. 410 год.       Тяжелые времена настали для Римской Империи. Она стала медленно уходить в закат из-за тщеславия и жадности своих правителей, которые стремились захватить как можно больше земель. Всё это вскоре привело к тому, что по всей империи стали происходить восстания. Вкупе с бесконечными нападениями варваров, это вылилось в настоящий кошмар. Нынешний император Римской Империи — Флавий Гонорий Август, был всё ещё ребенком, но ребенком испорченным и развращенным властью. Поверив каким-то нелепым слухам он приказал казнить Стилихона, талантливого полководца, который, можно сказать, был надеждой Рима. Кто-то из сената как бы невзначай упомянул о том, что Стилихон хочет захватить власть. Испугавшись этого, Гонорий моментально избавился от него. Гениальный вояка погиб и вместе с ним пала и вера в спасение. Вестготы под предводительством Алариха грозились сравнять Рим с землей, но городу удалось откупиться. Однако, спустя два года Аларих вернулся и вновь потребовал выкуп. Гонорий пришёл в бешенство и в грубой форме отказал варварам, отдав на съедение свиньям посла. Император приказал воеводе Гаэрте готовиться к обороне города, а сам отправил письма своим союзникам, надеясь на их помощь. Рассвирепевший Аларих отдал приказ штурмовать город.       В стане Алариха имелся шаман, который, пользуясь силой своего Священного Механизма, смог склонить на сторону одного из министров Гонория. Он пообещал ему щедрую награду и римлянин согласился. Маний Акселий — так звали предателя, использовал своё «Ночное Отражение», дабы провернуть хитроумный план. Когда наступила ночь, его сила достигла пика и он бесшумно перебил весь дозор, после чего открыл ворота в город. На следующее утро жители Рима проснулись уже в полыхающих домах. Элитное воинство Алариха состояло из тысячи могучих воинов, которые являлись берсерками. Алхимики использовали особые эликсиры, которые увеличивали силу воинов, взамен забирая рассудок, а маги накладывали на них защитные заклинания. Безумные, но в тоже время чрезвычайно сильные воины запросто расправлялись с врагами. Им нипочем были ранения, даже когда они лишались сердца, они продолжали сражаться. Сам Аларих был владельцем Лонгина «Творец Уничтожения». Он создавал ужасных монстров, которые одним ударом сносили дома и повергали римское воинство в бегство. Несмотря на это, под умелым командованием Гаэрты они смогли отбить первую волну. Была в том заслуга и сына Гаэрты Сервия, который ударами своего топора раскалывал землю.       Сервий являлся владельцем Лонгина под названием «Регулус Немея». Он принимал форму топора, которым Сервий сокрушал врагов. Никто не мог противостоять силе этого оружия, внутри которого был заключен один из немейских львов. Именно с таким чудищем сражался Геракл в начале своего геройского пути. Благодаря Сервию было отбито и несколько других атак, но вскоре храбрец пал от рук берсерков, перед смертью успев сразить более сотни оных. Варвары медленно, но уверенно продвигались в глубь города, оттесняя римлян. Луций Макрий — один из центурионов, а по совместительству и Красный Император Драконов, сумел вместе со своими воинами отстоять целый квартал, в котором располагались важные стратегические объекты. Прошла неделя. Варвары уже захватили 1/3 Рима и лишь благодаря стойкости центурия Луция, римляне сумели замедлить передвижение ещё сильнее. Луций в раннем возрасте пробудил «Крушитель Баланса», а потому смог воспользоваться им во время нападения вестготов. Своими ударами он запросто мог свалить гигантов, поэтому даже берсерки опасались его. Луций голыми руками разрывал на части монстров, созданных «Творцом Уничтожения».       Во время очередного сражения, одному из берсерков удалось зацепить Луция, опрокинув его на землю. Его тут же окружили прочие воины, а также монстры. Казалось бы, что вот, настал твой конец, Луций Макрий! Но центурион не собирался сдаваться так просто. Его тело окутала плотная красная аура, повергшая в ужас захватчиков. Луций мигом восстановил броню и за менее чем десять минут сразил всех воинов Алариха. Последний, будучи пораженным силой Луция, стал просить о помощи короля гуннов Доната, владевшего силой Исчезающего Дракона. Тот согласился и сказал Алариху ждать своего прибытия. Впрочем, скоро произошёл непредвиденный случай. Маний Акселий ночью напал на Луция, серьёзного его ранив. Предателю удалось скрыться, а истощенный затяжными битвами Луций пал жертвой проклятия. Пока его исцеляли, вестготы захватили более ¾ Рима. Маний Акселий, который всегда завидовал Луцию, был рад услышать, что семьи многих вояк были захвачены в плен. Он приказал привести к себе родных Луция, после чего надругался над его женой, обесчестил дочь, а сестру отдал на растерзание своим солдатам, казнив при этом её жениха. Узнавший об этом Луций пришёл в ярость и, не дожидаясь окончательного выздоровления, в одиночку отправился мстить предателю.       К тому времени ненависть и злоба Драйга на весь мир немного поутихли. Эпохи сменяли друг друга, а он всё бушевал да бушевал. Вскоре ему перестали доставлять удовольствие смерти его носителей и прочих людей. Первым человеком, которого он усиленно не толкал к смерти, стал Александр Македонский. Во многом всё же была заслуга не самого Александра, а его учителя Аристотеля, научившего будущего Короля Завоевателей пользоваться силой «Усиливающего Механизма». Уроки Аристотеля были для Драйга словно визитами к психологу. Мудрый философ был хорошим собеседником и Драйг действительно был опечален его скорой смертью от рук Белого Императора Драконов, коим являлся один из высокопоставленных генералов персидской армии. Прошло более пятиста лет и родился Луций — второй человек, которого дракон мог назвать напарником. Много подвигов совершили они, укрепив свою связь. И вот, когда трагедия пришла в дом Луция, Драйг не стал оставаться в стороне. Он даровал напарнику огромную силу, благодаря которой тот сумел отомстить Манию. Однако, вскоре ситуация вышла из-под контроля. Дракон вновь ощутил вкус отчаяния и злобы, которыми была пропитана душа Луция. Поддавшись негативным эмоциям, которые плотной пеленой затмили разум, Драйг вынудил Луция использовать «Джаггернаут Драйв», обрекая всё живое на гибель…

─○●○─

Орлеан. 29 апреля 1429 год.       Осада Орлеана длилась около года и за это время Французская Армия понесла значительные потери, однако, их боевой дух даже и не думал падать. Сказывалось присутствие на поле боя «Посланницы Бога» — Жанны Д’арк, которая руководила войском. Жанна родилась в деревне Домреми на границе Шампани и Лотарингии в семье обедневших дворян. В 13 лет к ней явился Архангел Михаил, даровавший девочке своё благословение, а также рассказавший ей о том, какой силой она владеет. Когда Жанне исполнилось 16 лет, она отправилась к капитану города Вокулёр Роберу де Бодрикуру и объявила о том, что желает завершить войну, став военачальницей. Капитан высмеял Жанну и она была вынуждена вернуться в деревню, однако через год повторила свою попытку. На этот раз капитан, поражённый её настойчивостью, был более внимателен, а когда девушка точно предсказала печальный для французов исход «Селёдочной битвы» под стенами Орлеана, согласился дать ей людей, чтобы она смогла направиться к королю, а также снабдил её всем необходимым. К ней также присоединились рыцари Жан де Мец и Бертран де Пуланжи, ставшие для Жанны близкими друзьями. Одиннадцать дней Жанна и её спутники потратили на то, чтобы прибыть в резиденцию короля.       К этому времени Жанна успела расцвести. Если раньше она была просто симпатичной деревенской девочкой, то сейчас красота Жанны была просто необычайна. Все, кто проходил мимо, сразу же оглядывались, дабы чуть дольше поглядеть на неё. Её светлые волосы идеально сочетались с ясными глаза цвета сапфира. Пышный бюст, тонкая талия и стройные бёдра, а также фарфоровая кожа — при взгляде на неё создавалось впечатление, что Жанна является самой настоящей принцессой. Единственное, что не соответствовало её образу — это потрепанная мальчишеская одежда, полученная от капитана рыцарей. Но даже в ней она всё ещё была прекрасна. Узнав, что прекрасная дева просит приёма, Карл удивился и тут же распорядился привести эту деву к нему. Когда вошла Жанна, Карл даже присвистнул, за что получил подзатыльник от жены. Вдобавок два парня, стоящих позади девушки, походили на бандитов с большой дороги и имели очень жуткий взгляд, от которого даже король с королевой поёжились. Жанна рассказала королю о своем видении и попросила войска для того, чтобы снять осаду Орлеана. Кашлянув, Карл попросил Жанну отойти вместе с ним в сторону. Никто так и не узнал, о чём они тогда говорили.       Хотя Карл и был человеком легкомысленным, он становился серьезен, когда дело касалось религии или страны. Назваться «Посланником Бога» может каждый, но не каждый сможет быть им. Он попросил Жанну доказать её слова. Девушка согласилась и прошла испытание благодаря своему священному механизму. После увиденного все сомнения Карла исчезли и он решился передать в её руки командование войсками и назначил Жанну главнокомандующим. Ведущие французские военачальники Этьен де Виньоль по прозвищу Ла Гир, Потон де Сентрайль и граф Дюнуа, из последних сил отбивавший английские атаки в Орлеане, должны были пойти под её командование. Начальником её штаба стал принц Алансонский. Он был большим патриотом и готов был отдать жизнь за свою страну, однако, была у него и тёмная сторона. Принц очень любил совращать монахинь, что давали Богу обет безбрачия. Либо монахини предавались похоти, а на их лицах появлялся экстаз, либо они с ненавистью в глазах медленно погружались в пучину отчаяния. Принца устраивало и то и другое. Впрочем, это не мешало ему быть храбрым воином, сражавшимся против англичан. Он владел священным механизмом, позволяющим создавать небольшие сгустки огня.       В бою принц Алансонский умело использовал свою способность, выходя победителем из множества битв. Как только он впервые увидел Жанну, то сразу же решил, что хочет ею овладеть. К сожалению для него, девушка не обращала внимания на его ухаживания, что очень расстраивало и злило принца. Тогда он решил воспользоваться своим служебным положением и добротой девушки. Но Жан де Мец, близкий друг Жанны, раскрыл его коварный план, за что позже поплатился жизнью. Пользуясь своей властью, принц обставил всё так, будто бы рыцарь доблестно пал в бою. Принц Алансонский надеялся, что это поможет ему сблизиться с Жанной, однако, он просчитался. После смерти Жана де Меца, дружеские отношения между Бертраном и Жанной переросли во взаимную любовь, хотя раньше она была односторонней. Видя, что все без толку, принц оставил свои попытки и полностью переключился на штурм Орлеана. Когда французам удалось войти в город, их за собой вёли Бертран и Жанна. Пушечные ядра не могли пробить защитные барьеры, создаваемые Жанной, в результате чего потери среди французов были чрезвычайно низкими. Используя «Крушитель Баланса», Бертран прорывался вперёд: ружья врага были бесполезны против его брони. — Эй, Драйг, скажи… Что из себя представляет «Джаггернаут Драйв»? — поинтересовался Бертран, вырубая англичан. — «Нечто очень ужасное… Тебя переполняет сила, от которой ты пьянеешь. Тебе кажется, что ты сильнее самого Бога. Пока ты наслаждаешься своим превосходством, твоя жизнь быстро угасает» — мрачно ответил дракон. — Бррр… Не хотелось бы мне случайно его активировать. — вздрогнул юноша. — «Как бы это ни было, это не отменяет того факта, что все мои носители кончали одинаково. Будь то Бальзард или же Эльша — все они в конечном итоге обезумели и погибли, а проклятие Усиливающего Механизма поглотило их души» — Мда, печальная история… Надеюсь, со мной такого не случится. — беззаботно ответил Бертран, подавая знак войскам. — Я ведь всё же отцом скоро стану… — «Погоди… Что?» — Ну, мы ведь с Жанной уже не раз этим занимались. А я, будучи особо метким, всегда сливал внутрь. — самодовольно сказал парень. — «Охх, какой же ты балбес…» — сделал фейспалм Драйг. — Интересно, в каком там году первые презервативы придумали? — Слушай, а Белый Император Драконов… Он силён? — «Белая? Аха-ха-ха! Не смеши меня, если в чём она и сильна, так это в получении пинков под зад. Уже и вспомнить не могу, сколько раз её носители бежали от меня, не желая подыхать от Крушителя Лонгина» — грубо рассмеялся дракон. — Мне кажется мы не о том говорим… — глупо улыбнулся Бертран, закончив с захватом опорного пункта. — «Кстати, у меня для тебя совет есть. Никогда не позволяй ярости и гневу затуманить тебе разум. Стоит тебе допустить хотя бы одну ошибку, как всё будет кончено» — серьёзным голосом сказал Драйг. — «Если это произойдет, то велик шанс того, что проклятие активируется и ты умрёшь» — Что же, ясно. — кивнул головой юноша. — Бертран! Ты отлично справился! — подбежала к парню Жанна. — Не ранен? Может мне стоит исцелить тебя? — Ха-ха, не стоит так за меня волноваться, Жанетта. — улыбнулся Бертран, обнимания девушку. — Я-я ж-же просила не называть меня так! — покраснела Жанна. — Хм… Тогда как насчёт «Жанна Девственница»? — Благодаря тебе, я уже не так уж и невинна… — пробурчала блондинка, отводя в сторону взгляд. — «Эй, мне кажется, сейчас не совсем подходящее время для ваших любовных игр. Нет, я, конечно, понимаю, война, любовь и все дела… Но не воркуйте вы перед солдатами! Эти кретины себе уже штаны намочили!» — грубо прервал парочку Драйг, а сам подумал. — Кх, чёртовы нормалфаги! Бертран, сволочь! Самому только семнадцать стукнуло, а ты уже гнездо вьёшь… Я здесь как чёртов хиккан уже пару тысяч лет сижу да кукую! НЕНАВИЖУ! — Эмм… Драйг? Что-то не так? Конечно же не так! Просиди с моё в этой дыре! Так, Драйг, нужно успокоиться… Ты выше этого гнева… Вспомни то, что тебе говорил Аристотель… Освободи свой разум, дай ярости выйти… — думал Драйг. — «Нет, всё в порядке» — Ну что же, тогда за дело!

─○●○─

1945 год. Германия, Берлин.       Иванов Иван Иванович — рядовой 150-й стрелковой дивизии, а также один из немногих, кому удалось живым добраться до внутренней части Рейхстага. Ещё утром он сетовал на то, что ему выпала такая ''великая'' честь. Всё, что было нужно Ивану — это бутылка самогона, сигарета, да какая-нибудь симпатичная подружка. Двадцатитрехлетний разгильдяй вовсе не хотел становиться Героем Союза. Однако, ему всё же было суждено стать частью этой истории. В районе боевых действий сложилась следующая обстановка: 525-й и 380-й полки 171-й стрелковой дивизии вели бои в кварталах севернее площади Кёнигплац. 674-й полк и часть сил 756-го полка занимались очисткой здания МВД от остатков гарнизона. 2-й батальон 756-го полка вышел ко рву и занял перед ним оборону. 207-я стрелковая дивизия переправлялась через мост Мольтке и готовилась для атаки здания театра Кроль-опера. Рейхстаг представлял собой настоящую крепость. Окна и двери здания были заложены красным кирпичом, а для ведения пулемётного огня в кладке были оставлены амбразуры. С севера на юг площадь Кёнигплац пересекал котлован линии метро, заполненный водой. Обороняющихся поддерживали артиллерийские подразделения, танки и штурмовые орудия, расположенные в парке Тиргартен и у Бранденбургских ворот.       Район Рейхстага защищал 5-тысячный гарнизон. Думаю, не стоит и говорить о том, что в битве принимали участие пользователи Священных Механизмов. Среди защитников здания даже были владельцы Лонгинов. Впрочем, и у Красной Армии имелись свои тузы в рукаве. Прорвавшись сквозь стальную защиту, воины СССР принялись доблестно сражаться, не жалея ни себя ни противников. Ивану вместе с Егоровым и Кантарией было поручено водрузить красное знамя. Не имея иного выбора, Иванов стал выполнять приказ. Имея в руках лишь один ППШ, он словно рэмбо бросился в бой, расстреливая немцев словно зайцев. Дело было в том, что перед штурмом Иван навернул боярышника, полностью отрубив инстинкт самосохранения. Благодаря силе своего Священного Механизма он легко уклонялся от пуль и быстро маневрировал среди колонн, коих в здании было довольно много. Более семи часов прошло с того момента, как солдаты Красной Армии вошли в Рейхстаг. Неугомонные фрицы даже и не думали отступать, оказывая красноармейцам жесткое сопротивление. Второй отряд под командованием подполковника Пупыркина сейчас проводил операцию по захвату верхнего этажа здания. Прячась за углами и изрешеченными элементами декора, солдаты вели перестрелку с немцами. — Чёрт, где отряд Кантарии? И куда подевался Егоров? — раздраженно спрашивал Пупыркин, отстреливая фрицев. — Эй, Емельян, удалось с ними связаться? — Д-да! Отряд Кантарии плотно зажат фрицами на нижних этажах! — быстро ответил радист. — А с отрядом Егорова я не могу выйти на связь! — Вот же дерьмо… Так и знал, что нельзя было им доверять знамя! — проворчал Иван. — Проклятье, я уже полностью истощен. Ещё три-четыре усиления я смогу вытерпеть, но не больше… Бл*, не стоило мне тогда включать режим камикадзе! — «Мда, парень, не в завидной ты ситуации…» — Твою ж мать! Ладно, как-нибудь прорвемся. Ваня, у тебя гранаты остались? — сказал Пупыркин, швырнув гранату. — Ну что народ, погнали! — За Красную Армию! — За Сталина! — Урааа!       Издав боевой клич, солдаты Красной Армии покинули свои укрытия и сломя голову ринулись вперёд. Немцы тут же открыли по ним огонь. Бравые ребята падали замертво, но подобным безбашенным действием им всё же удалось прорвать оборону врага. Когда у Ивана закончились патроны, он швырнул свой ППШ в одноглазого немца, который потянулся за своей винтовкой. Достав из-за пазухи лопату, он пошёл в рукопашный бой, кроша черепа противников. Завязалась непродолжительная борьба, длившаяся чуть более пятнадцати минут. Когда она закончилась, на ногах стояло лишь пятеро солдат, среди которых были радист Емельян, здоровяк Хазан, бывший инженер Макар, да Пупыркин с Ивановым. Пупыркин приказал Емельяну связаться с остальными группами и сообщить о том, что путь на крышу свободен. Оставив с ним Макара, полковник, Хазан и Иван двинулись дальше, вооружившись немецким оружием. Через несколько минут они уже были на крыше и вели перестрелку с небольшой кучкой немцев, среди которых были снайперы, одному из которых удалось зацепить Хазана. Пуля попала в живот и вышла на вылет. Истекающий кровью здоровяк свирепо взревел и бросился вперёд, прыгая прямо на небольшой пулемет. Хазан голыми руками задушил пулеметчика, прежде чем его умертвил выстрел в голову. — Чёрт, Хазан! — закричал Иван, открыв яростный огонь по немцам. — Их бен шляхен! — заорал фриц, тело которого вскоре было изрешечено пулями. — Да завалитесь вы уже, чёртовы засранцы! — вторил Ивану Пупыркин, стреляя из автомата. — Найн! Найн! Нэ стрэлять! Ми капитулировать! — закричал один из фрицев, подняв вверх руки. — Йа, йа! Ми сдаемся! — Толка не стрэляйте па нам! — Вазист?! Я действительно услышал, что солдаты Третьего Рейха молят русских о пощаде? — раздался удивленный голос. — Ш-штурмбанфюрер! — хором закричали немцы. — Да, это я! Рудольф Фон Строхайм! — сказал мужчина в военной одежде, приняв пафосную позу. — И я покараю вас, тех, кто очернил имя нашего предводителя!       Сказав это, Рудольф достал пистолет и мигом расправился с солдатами. — Полковник… Что нам делать? — БРРРРАКАМУРУДА! — заорал Рудольф, отдав честь фюреру. — Я, владелец «Неизвестного Диктатора», представитель истинной арийской нации, преподам вам урок, русские!       Рудольф снял с себя куртку и на месте его живота появился пулемет, из которого он открыл огонь. Полковник среагировал практически моментально и схватив в охапку Ивана, совершил прыжок вперёд, прячась за небольшую каменную постройку. Впрочем, Строхайму всё же удалось задеть солдат. Пупыркину несколько пуль попало в левую лодыжку, а Иванов мог похвастаться двумя сквозными ранениями в правом боку. Даже несмотря на то, что противники скрылись, штурмбанфюрер продолжал лупить из своего брюшного пулемета. Иван достал пистолет и попытался выстрелом попасть Рудольфу в голову, но у него ничего не вышло. Стоило Ване вытянуть свою руку, как в неё попала пуля особо крупного калибра, в результате чего ладонь Ивана просто напросто отвалилась, а пистолет отлетел на несколько метров. — Ааа, бл*дь! Вот же с*кин сын! — кричал от боли Иван. — С*кина дочь, как же больно! — Вуха-ха-ха! Ну как, русские? Ощутили всю мощь арийской нации? — Пошёл нахрен! — послал его Ваня. — Чёрт, всё очень хреново… У меня осталась всего одна граната, а полковнику всё хуже и хуже. Мы не сможем продержаться до прихода остальных. Бл*, ху*вая была идея! — «Попробуй использовать Передачу на гранате, это усилит её мощь» — Охеренная идея! Вот только какой от неё прок, если я её бросить не смогу? Ты видел, что произошло с моей рукой? — «Кх, чёрт, кто же интересно виноват, что тебе не удалось пробудить Крушитель Баланса?» — Да! Я признаю, что я самый бесталанный Секюритей за всё время! Я полный ноль! — «Тогда тебе остается лишь одно» — «Джаггернаут Драйв», верно? — «Да» — Ха-ха! Что же, видать, всё же придётся положить свою жизнь… — рассмеялся Иван. — Ладно, хрен с ним. Погнали!

─○●○─

Наше время.       И вновь я здесь — в абсолютно пустом белом пространстве. Сколько же раз я сюда возвращался? Честно говоря, я даже и не помню. Хах, помню те времена, когда я только попал сюда… Столько воды утекло… Прошли тысячелетия, а я всё также сижу здесь. Пускай мне и удавалось ненадолго овладевать телами моих носителей, полноценной свободой это назвать нельзя. Гмм… Нет, всё же за всё это долгое время произошли некоторые изменения. Теперь здесь не только я торчу: помимо меня здесь находятся души прошлых Секюритеев, пораженные проклятием «Усиливающего Механизма». Они просто сидят и говорят лишь тогда, когда очередной идиот врубает «Джаггернаут Драйв». Как же мне всё это осточертело… Мдааа, было большой ошибкой ввязываться в ту битву. Повезло ещё, что Самаэлю не удалось поразить мою душу. Иначе всё было бы куда печальнее. Хотя… Что может быть печальнее этого заточения? Библейский Бог… Вот же старый хрен! Сам сдох, так ещё и меня сюда затащил… Повезло тебе, ублюдок! Будь ты жив, я бы точно нашёл тебя и оторвал голову с помощью «Джаггернаут Драйва». Впрочем, даже я понимаю, что ты бы не смог выжить после таких ранений… Итак, чем же мне теперь заняться? Может… Стоп, неужели так быстро? Хах, не успел прошлый Секюритей умереть, как уже родился новый! Занятно. Ладно, посмотрим, что ждёт меня на сей раз…