Потому что ты...

      Ох, как я себя ненавидел за эти мысли о нём! Они жили во мне, спали со мной, ели меня. Они будто подводили меня к самому краю, заставляя сделать непоправимое – признаться ему в чувствах.       Я сто раз на дню спрашивал себя, почему я оказался бессилен против этих чувств, обнажен и просто повержен без боя, но ответ едва ли приходил на ум.       Я втрескался в парня? Своего одноклассника. В Романа. И самое страшное, что это было взаимно!       Воображал ли он когда-нибудь, что его чувства могут быть взаимны?       После нашей встречи в кино, нашего маленького незапланированного свидания, меня стало тянуть к нему вдвое сильнее, я хотел видеть его, улыбаться ему, слышать его голос, смотреть в его глаза и , безусловно, находить в них тепло… А потом тайком бороться с непослушным сердцем, которые трепещет и рвётся из груди от того, что он просто оказался рядом…       Надо признать, ранее я никогда не испытывал ничего подобного ни к одной девочке, не говоря уже о парнях!       В кинотеатре мы обменялись номерами телефонов, и я долгое время пытался набраться смелости позвонить ему… Однажды набрался, набрал и лимит смелости оказался на этом исчерпан, сразу сбросил… Больше не пытался.       В апреле у меня была олимпиада по геометрии и сборы в соседней области. Разумеется, со своей несменной компашкой в виде Стаса и Антона, которые то и дело заводили разговор о Романе.       - Тим, позови на днюху Романа, постебëмся, - Антон набивал мяч ногой. – Он припрется, сто пудов.       - Это откуда такая уверенность? – я остолбенел от неожиданности.       - Ходит слушок среди девчонок, что он педик и на уроках влюбленно дышит тебе в спину. – Стасик с силой пнул мяч и тот отскочил от спортзальной стены. – Как думаешь?       - Почему меня это должно касаться? - Огрызнулся я, что парни остановили игру.       - Блин, ну ты чего, мы же чисто приколоться хотели, - Стас сбавил обороты.       Я, и правда, хотел видеть Романа на своём дне рождения, но не в окружении Стаса и Антона, однозначно. Всë, как и всегда, вышло и случайно, и фатально одновременно.       После нашего непродолжительного разговора в коридоре одним апрельским вечером, я точно решил позвать Романа к себе на праздник. Господи, до чего безумная мысль посетила мою туманную голову! Но в этом отчасти была вина и Романа...       Тогда, в коридоре, когда я догнал его, выходящего из библиотеки, и у нас завязался вроде бы непримечательный разговор об учёбе, я кое-что обнаружил между нами, ещё более крышесносное, хотя, казалось бы, куда более… Роман молчал, когда я, не затыкая рот, вещал ему про книги, его глаза бегали по мне вдоль и поперёк, как будто прожигая одежду и даже кожу…       Мы не виделись около четырёх недель, и то, что он, мягко говоря скучал, скрыть было невозможно… Я тоже скучал, так сильно, что говорил без продыха, за неимением другого способа сказать о своей радости снова видеть его.       Будь наши отношения на другом уровне, всë бы закончилось в другом месте и в других позах, как и полагается влюблённой парочке, которая не видела друг друга долгий месяц.       От этих минутных размышлений заныло в паху и застучало в груди… Я бессовестно думал о пошлом рядом с Романом, когда тот думал, возможно, о том же…       А на следующий день я пригласил его к себе на днюху, громко, чётко и во всеуслышание, словно хотел, чтобы он заметил (меня с другой стороны), догадался (что я чувствую то же, что и он), увидел (что я хочу с ним общаться и проводить время вместе) и понял (что приходить всë же не стоит) …